Принц преисподней

      Радиер усмехнулся, он и не думал, что принц окажется на столько нежным и чувствительным созданием. — Я нашёл твоё чувствительное место, — буквально промурлыкал он, любуясь ярким пурпурным румянцем на скулах ПаперДжема. — Н-не надо… — тихо попросил ПиДжи, зажмуривая глазницы. — Я не хочу… — также тихо проговорил он. — Не хочешь? Что-ж, принц, открою тебе страшную тайну, — насмешливо произнёс серый скелет. — Мне плевать, хочешь ли ты этого или нет, — с похабной улыбкой добавил он, поворачивая Пи к себе. — Зачем вам это? — испуганно спросил Папер, сжимаясь под изучающим взглядом. — Ох, прости малыш, но тебе этого знать пока не нужно, — пропел Радиер и провёл языком по шее.       Не сдержав протяжного стона, Пи испуганно сжал челюсти и упёрся руками в рёбра мучителя, в попытке оттолкнуть его, подростку совершенно не хотелось идти на поводу этой странной личности. Но у него не получилось даже на миллиметр отстранить «брата» от себя. — П-помогите… — тихо проговорил «принц», понимая, что его мольба останется неуслышанной, и оставит он здесь свою невинность. — Радиер, а тебя не учили, что нельзя трогать чужое? — послышался раздражённый голос Реврайта со стороны входа. — С чего это вдруг он твой? Как мне кажется, то он, пока, ещё ничей, — насмешливо протянул Радиер, снова проведя по шее ПаперДжема языком, как бы дразня брата.       Неожиданно серый отпрыгнул от своей жертвы, в долю секунды до того как в место, где он стоял пару секунд назад, врезались вектора Реврайта, что до этого находились в состоянии покоя. — Руки убрал от моего принца, — не своим голосом произнёс «осьминогоподобный». — Твоего принца? Сильное заявление, — уже более спокойно и безразлично произнёс серый, и за его спиной появились теневые (А: или не теневые, но пусть будет так) руки. — Так давай же решим между собой, кто из нас двоих достоин стать следующим правителем, — голос Радиера тоже изменился, стал словно тот, что был на заседании высших демонов, вселяющий страх.       Между двумя братьями началась битва, в процессе которой, они буквально разносили комнату. А ПаперДжем в это время, почувствовав, что его отпустили, схватился за шею, на которой ещё чувствовались следы влажного прикосновения. Подросток удручённо скатился по стене, он понимал, что ему нужно бежать от этих двух ненормальных, но ноги не держали.       На плечо ПиДжи приземлилась рука, облачённая в чёрную перчатку без пальцев. Пи медленно повернул голову на того, кто нарушил его покой, и увидел Айдана. — Пошли. Пока эти двое тут дерутся, мы можем улизнуть, — шёпотом произнёс он, потянув Папера вверх.       У Джемми было только два варианта: либо он остаётся здесь и попадает в лапы одного из этих чокнутых, либо идёт вместе с Айданом, что сейчас не внушал доверия, и получает хоть какой-то шанс на спасение. И второй вариант нравился больше, поэтому Джем кивнул и, кое-как поднявшись на ватные ноги, он пошёл вместе с «братом», что вёл себя более-менее адекватно.       Неожиданно перед глазами ПаперДжема всё поплыло и размылось, голова закружилась и появилось лёгкое ощущение тошноты, когда «картинка» мира востановилась, ПиДжи понял, что находится совершенно не в той комнате, что по праву можно называть его. Подросток пошатнулся и упал-бы, если-бы не был пойман в крепкие руки Айдана. — Странное ощущение, да? — Как-то безразлично проговорил он. — Ничего, ты привыкнешь, перенос - это самое лёгкое, что может делать любой демон, а ты ведь высший, ты и не такое сможешь, — в его голосе проскочили едва заметные нотки нежности… Наигранной, но нежности. — Да что вы все заладили: демон, демон! Я не демон! Я вообще не верю во всё это! — начал на повышенных тонах возмущаться Пи, выкарабкиваясь из объятий слабейшего созданного брата, что по какой-то причине не хотели его выпускать. — Отпусти меня!  — Помнишь, я говорил, что мне не стать наследником? — как-то загадочно спросил «спаситель». — И что? Что ты хочешь этим сказать? — как-то подозрительно спросил Джемми. — Но знаешь… Я никогда не говорил, что не хочу править, — томно прошептал Айдан, низко наклонившись над черепом «принца»       Джем сильно забрыкался и всё-таки смог вырваться из хватки серого, недолго думая, он рванул к двери, чьи очертания было едва видно в полумраке, что создавали плотные занавески на окнах. Но не успел он сделать и пары шагов, как его схватили за плечи и толкнули в сторону обширной кровати. Подросток попятился и, запутавшись в собственных ногах, упал на мягкий матрац, утопая в пуховом одеяле. — Ты меня прости, но поверь, что я буду намного лучше, чем эти два тирана, — уверенно сказал слабейший созданный сын короля, словно ему всё-равно.       Дверь резко распахнулась с громким стуком, ударяясь о стену. От порога по всей комнате распростронилась тяжёлая, убийственная аура, и послышался звук удара и кашель Айдана, словно это его отбросило в стену… Но Папер этого не видел, он сжался и зажмурился, ему стало как никогда страшно. — Я пОзвОолИл ВаМ тРоиМ осТаТьСя вО ДвОрцЕ, пОзВоЛиЛ вАм ЗвАть СеБЯ ОтЦом! А Вы ВоТ КаК пЛаТИтЕ МнЕ За ВЕллИкОдУШие?! — громогласный голос разрезал тишину, делая атмосферу комнаты ещё более тяжёлой. — П-Прошу прощения… — прохрипел Айдан, где-то на другом конце комнаты.       Послышался задумчивый хмык, а за ним тяжёлые шаги, что медленно приближались к кровати, где в позе эмбриона лежал ПиДжи и уже начинал плакать от страха, что глубоко засел в его душе… Почему он не встанет и не побежит? Он не может, руки и ноги словно скованы.       Неожиданно, вселяющий ужас одним своим присутствием незнакомец бережно поднял «принца» на руки, причём настолько бережно, что создавалось впечатление, что он боится навредить. ПаперДжем почувствовал резкий прилив сил и вновь стал вырываться, ему было страшно от того, что этот неизвестный может с ним сделать. — Тише малыш, я тебя не трону, — вновь проговорил этот голос, но он больше не внушал страха, в нём слышалась безмерная забота и любовь.       ПиДжи невольно обмяк на руках этого незнакомца, чьи объятья в один момент стали такими родными и тёплыми. Невольно Пи руками вцепился в одежду, что попалась под его цепкие пальчики, но глазницы открывать боялся. Послышался добрый смешок. — С тОбОй и ТеМи ДвУмЯ я пОзЖе РаЗбЕРуСь, — вновь голос стал угрожающим, но Папер больше не боялся, он знал что этот человек… Ну, или монстр не опасен, по крайней мере для него.