---
Koder på snor Valravn
Джемин теперь не отходит от синтезатора. Каждый раз, когда Пак Линь спускается – два варианта: он сидит в темноте или сидит в наушниках за синтезатором. Пак Линь с ним периодически занимается и… Его игра значительно улучшилась. Правда, Джемин теперь мало пристает к нему по вопросам техники, сколько по построению, структуре, особенностей создания гармонии…***
Розовый и влажный член приблизился к его лицу. Его держали за волосы, притягивая вплотную к головке. - Ты же сказал, что будешь любить меня, - наклонилась тень сверху. Джемин тяжестью открыл устало рот. Его голову тащили за волосы взад-вперед, взад-вперед, взад-вперед… Пока тень не наклонилась снова. - А теперь, сам, - хватка волос ослабла, но еще держала его. Лицо Джемина стало медленно засовывать горячую конечность паха до глотки, и обратно, до глотки, и обратно, до глотки, и обратно… - Смотри мне в глаза. Белки глаз под длинными ресницами блеснули в темноте над напряженным членом, двигаясь вместе со ртом. Лицо Пака опустилось к белкам, переводя хватку волос на поглаживания: - Хороший мальчик, - протягивая улыбкой каждый слог. Рука перешла с волос к его скулам, мягко проходясь по ним: - А теперь с нежностью… С любовью… Джемин сплюнул член из пасти, и стал тяжело дышать. Тень наклонилась к нему вплотную, снова взяв слабой хваткой волосы: - Так ты любишь или прощаемся с синтезатором? Язык Джемина стал облизывать член, периодически беря его мягко в рот.Я ненавижу твой член. Я ненавижу тебя. Хотя, какая разница. К этому ублюдку нужно просто втереться в доверие. И как я раньше к этому не пришел? Рано или поздно он потеряет бдительность… Хм, вены. Как ручьи с многокилометровых гор, только наоборот. Нет, нет, это русло реки. Опять таки, вывернутое. Интересно представить… О, я знаю. Берем движение мелодии, сопровождая септаккордами той же рукой… Нет, слишком грубо. Звуки сливаются, тонкости нет. Скорее, тут ближе к оркестру – здесь необходима разность звучания. Нужны духовые: серпе…
А язык Джемина все нежнее и нежнее изучал новый звук.******
- Джемин, - Пак Линь наклонился к сидящей в наушниках перед синтезатором голове, ласково проведя ладонью по линии подбородка, - Ты же меня любишь? Голова в ответ молчаливо изучала с интересом его лицо.Резкая структура. Выпирающие черты. Когда говорит улыбкой, натягиваются трещины – так растягивается подошва резины. Пентатоника? Нет, грубее... Грубость пятизвучного аккорда. Но, лирика есть…
- У меня для тебя подарок, - учитель Пак достал веревку и стал перевязывать кисти Джемина, - У тебя же сегодня день рождения? Внимательное лицо Джемина вздрогнуло.День рождение? Сегодня? Я здесь уже столько месяцев?
- Пошли, - Пак повел его из подвала.Эта дверь… Она же, наружу… Нет. Гараж. Но, неужели...
Пак Линь открыл дверь машины, протолкнув вперед Джемина, чтобы влезть привязанными руками за ним.***
На улице была ночь. Они ехали где-то час, прежде чем остановились. - Я сейчас. Джемин напряжением следил за… Поднялась! Он резко открыл дверь и побежал, прикладывая в бег столько силы, сколько можно было еще выжать до капли из этого дохлого тела. За ним погнались быстрые… Нет, невероятно быстрые ноги.Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста…
Его сердце уже выбивалось из колеи, а ноги прожигали в бедрах и икрах.Луна светит отражением окна ночной воды, прикрываясь полоса…
Джемин вмазал асфальт своими ладонями, приземлившись грудью. Его грубой силой развернули сзади и впечатали в живот два настолько сильных удара, что вспыхнули звезды. - Ты говорил, что любишь меня! Но Джемин уже терял сознание…
