"Мир глазами Дракулы"

- Идем за мной! Я и Джонни вышли из бани и направились в зал для балов и тусовок. Распахнув большие две двери, мигом зажглись свечки на люстрах, сделанные под канделябры. И тут я заметил, что я стою без одежды. Я быстро одел на себя одежду магией. Я был очень зол на Джонни, который не послушался и снова оказался в отеле, как снег на голову свалился. - Не могу поверить, что ты опять здесь. Похоже не понял. Все доигрался. Я приговариваю тебя. Надо придумать кару лютую жуткую. О! Подойдет. Видишь кругом столы? Ты до окончания своих дней будешь заниматься их расстановкой. Массовик-затейник! - Порядочки, как в тюрьме! Сочувствую вашей дочери. Я поправил свою прическу, которая разлохматилась у меня после бани. За мной стоял очень пронзительный писк, словно кто-то скребет по полу чем-то металлическим. - Хватит издеваться над моим паркетом! Встань в угол, а то отшлепаю! - Встать в угол? Я взрослый мужик. Я не стал его слушать и магией посадил в угол. - Вот так. 57-й, прошу на позицию 23. Стол по моей команде перелетел на указанное место. - О как. Круто! - Лицом к стене. 7-й на 46-ю. 16-й на 47-ю. 19-й на 50. - Столоверчение. - Не мешай работать. 25 на 35. 42 на 80. 10 на 44. 39-ый на 24-ю. 29-й на 35-ю. Скатерть стола подергала меня за плащ, дав мне знать, чтобы я посмотрел наверх. Джонни в наглую катался на столах, при этом широко улыбался. - Тридцать первый, пошел! Стол № 31 скинул Джонни со стола № 36, что тот рухнул на 24-ый. Через минуту, Джонни пролетел возле меня. Это был для меня как вызов. Я сел на стол №28 и полетел за парнем, при этом летел головой вниз. - Дедуля, куда пропал? - Про антигравитацию что-нибудь слышал? - Ветер в спину, серый клык! - 26 и 40 - сомкнуть строй. Я быстро догнал Джонни. Я захохотал. - Готовься плакать, Джонни Рюкзакер! Я хотел поймать его, но безрезультатно. Он увернулся в другую сторону. - Бочка с набором высоты, штопор и вертикаль! - Показушник! Гонки на столах продолжались полчаса. - Ты никуда от меня не уйдешь. - Это мы еще посмотрим! - 27, 45, 60, 36, 43! Перекрыть воздушный коридор! Я смеялся вдвойне больше, так как теперь Джонни некуда деться. Но он все-таки перелетел препятствие в малюсенький проем. - Ах, хитрец! Неплохой маневр! Я также пролетел вслед за Джонни через проем и побежал по столам. Столы кончились и я полетел вниз, но Джонни схватил меня. - Поймал, приятель! Мы вылетели в коридор и летели до самого конца, при этом громко смеясь. Впереди стоял стражник и мы с Джонни врезались в него. Парень угодил под стол, а я в стену. Но я по-прежнему не убирал улыбку с лица. - Ты видел это? Что ты мог видеть, пустая железяка! Я сроду так не смеялся! Это... Была веселуха! Ты ведь это имел в виду, дружище Джонни? Теперь мне... Я поднял скатерть, но парня под ней не оказалось. - Джонни? Тут я заметил грязные следы по всему ковру. - Квазимодо! Я помчался вперед очень быстро, оставляя за собой только пыль. Добежав почти до конца, мне встретилась Мэйвис. - Мэйвис? Почему ты не в кровати? Солнце взошло. Тебе опасны его лучи. - Не могу уснуть? Ты Джонни не видел? - Нет. Я его не ви... И тут я подумал: "С чего это вдруг Мэйвис стала интересоваться этим парнишкой?". - Зачем он тебе нужен? - Э-э. Ну... - Влюбилась в него? - Что? Пффф. Придет же в голову! Он такой чудной, неуклюжий. Не знаешь, то ли идиот, то ли наоборот - классный. Я занервничал. - Э, подожди минутку. Я отошел к стражнику. - На шлемах наблюдения есть Квазимодо? - Да, хозяин. Идет через холл в сторону кухни. - Его нужно срочно остановить. Ясно? - Вас понял! План "перехват"! Я подошел к Мэйвис. - Идем. Нам надо с тобой поговорить, как отец с дочкой. Ты же у меня такая красавица выросла. - Да, а ты со мной как с ребенком. Ну, пап, я уже давно взрослая. - Просто я хочу, чтобы ты всегда была рядом. И мама твоя этого хотела. И поэтому я к тебе так отношусь. Я конечно вижу, что ты влюблена в этого парня, но всему есть свое время. - Но в этом нет ничего плохого. Мы зашли в читальный зал. - Послушай, ящерка моя, в твоем возрасте влюбляться еще рано. - Маме было столько же. Тетя Ванда говорит, мама тебя первой поцеловала - ты был очень робок. - Да, да, да, да. А теперь забудь про меня и мамины поцелуи. - Пап, я все равно выйду замуж когда-нибудь! Не останусь же я здесь навсегда! - Как? Почему? У тебя же еще не выпали молочные клыки! - Пап, разве только в молочных клыках дело? Ты мне сам говорил о любви много раз. И мне кажется, что уже наступило мое время. А ты можешь мне еще что-нибудь рассказать о любви? - Но почему вдруг такой интерес? Когда мы заводили разговор о любви, ты мне заявляла: "Фу, пап, да ну! Что за гадость! Не хочу ничего об этом слышать". - Я не знаю. Наш разговор прервал стражник. - Хозяин, он пробился в кухню! - Куда? За что я вам плачу? Извини, дорогая, мне надо идти. Я выбежал из комнаты и превратился в мышь. Пулей полетел в холл и залетел в кухню. Открыв двери, я увидел картину: "Квазимодо связал Джонни и жарит его на костре". - Бонжур, мсье Дракуля. - Заткнись, горбун! Я потушил огонь и снял Джонни с вертела. - Так вы ему помогаете? Что вас связывает с этим человеком? - Не человек он! Он Штейн! - Понял, недомерок? Я Штейн! - А если он монстр, пусть напугает Эсмеральду! - Мышь? Пфф! Да без проблем! Я указал взглядом на мышь. Джонни не смог ее напугать, а лишь сам испугался ее писка. - Человек! Человек! Мсье Дракуля привел в отель человека! Я магией заморозил горбуна и увел Джонни подальше от кухни. Мы шли по коридору, где находился мой личный номер. На этом этаже я всегда грустил, когда проходил мимо. Ибо мой номер был усыпальницей моей графини. - Честное слово, спасибо, что спасли. Этот горбун спятил! Хотел меня сожрать. Такое со мной было в прошлый раз, когда я участвовал в программе "Съешь соседа". - Я хочу показать тебе кое-что. Я открыл дверь моего номера, взял канделябр и подошел к картине. Он был мрачный. Тут не висели яркие люстры. Освещением служили лишь свечки, канделябр и лунный свет с улицы. Повсюду висела паутина и пыль. Я свой номер давно не убирал. Сюда никто не смеет заходить. Только мои близкие друзья и Мэйвис. Или по моему распоряжению. - Ух ты. У вас что, помер кто-то? А, дошло. Это ваша кровать. Жуть, до чего круто! Граф, я знаю ее! Я видел этот портрет в замке Драгости. Мой любимый замок. Там про нее ходит легенда. Так вот как теперь называют мой бывший замок эти люди. - Легенда? Джонни взял у меня канделябр и поднес к картине. - Графиня любовь. Однажды она встретила на мосту одного графа. Они сразу поняли, что любят друг друга. Они поженились, поселились в замке, и у них родился ребенок. Но потом произошла ужасная трагедия. Как-то ночью, по непонятной причине, случился пожар. И они все погибли. Когда я был в замке, то прям чувствовал силу их любви. Ощущение такое, что их души еще там, где-то в замке. Эта легенда тронула мое сердце. Я снова вспомнил ту ужасную ночь. Те крики толпы, крик графини и моей дочки. Мое сердце кольнуло еще сильнее, чем в ту ночь. - Легенда ошибается. Огонь унес только жену графа. Я снял штору с другой половины картины и Джонни увидел, что эта графиня - мама Мэйвис. - И никакой загадки в ее смерти нет. Ее убили твои сородичи! Я рассказал Джонни ту страшную ночь. - Милый. - Вы спрячьтесь. Я поговорю с ними. - Вампир! Марта! - Люди - вот кто настоящие чудовища. Этот замок построен по ее завету. Чтоб сберечь ее дитя. Отцы обязаны оберегать свою семью любой ценой. Даже если для этого придется обманывать. Но сейчас. В Мэйвис пробудилась любовь. - Что? Я? Вообще-то... Здорово. - Это так. Ты хороший парень. Если бы мир был бы другим, могло бы все получиться. - Драк, сейчас 21-й век. Люди теперь совсем другие. - Хочешь убедить меня, что если мы открыто выйдем к людям, они с готовностью примут нас? Все до одного? Джонни посмотрел на картину. - Нет. Вы правы. Теперь я точно уеду. Можете сочинить какое-нибудь происшествие. Типа, Гремлинша заела мной самокат. - Стой, стой, стой, стой. Я не хочу испортить своей дочке праздник. Ускользнешь потом, когда все закончится. - Извините. Меньше всего я хочу расстроить ее. Или вас. - Знаешь, Франкенштейн, ты конечно, никудышный. Но вампир бы из тебя получился. - Серьезно? А что, взгляд у меня вполне гипнотический! - Ну, давай посмотрим. - Воздействую на тебя своей силой и приказываю быть волком-оборотнем! Я завыл, как Вольфыч. - Сколько же у меня детей! Был бы человеком, если бы не блохи! - Кстати, а куда они у него деваются? - Я думаю, превращаются в перхоть. Я и Джонни хохотали пол дня, пока парень не уснул на диване в холле. А я направился проверять, все ли готово к вечеринке.