Мефодий Буслаев и Люцифер.

***Спустя 2 месяца после свадьбы.***

— Вставай! Уже десять часов, а ты спишь, — над Мефодием склонилась Дафна и пыталась растолкать, чтобы тот проснулся. — Отстань, дай ещё поспать. Всё равно делать нечего, — он залез с головой под одеяло, закрываясь от блондинистого "будильника". — Как это "нечего"? А в человеческий мир слетать, посмотреть, что там изменилось? Данила, наконец, проведать. Давай поднимайся, я знаю, что ты выспался, — хранитель сдёрнула со златокрылого одеяло и закинула его на шкаф. Теперь, чтобы снять его от туда, нужно было залазить на стул... — А теперь сама его и доставай. Ладно, фиг с тобой. Полетели. А на завтрак-то у нас сегодня что? — Хорошо. А на завтрак - овсянка, сер! Давай иди ешь и погнали. Я уже засиделась тут! И как другие тысячелетиями от сюда не вылезают? — Не знаю... Тут конечно, скучновато, но с тобой тут можно хоть две вечности можно проваляться. — Мне очень приятно, но давай пошустрей, а то ворвётся Корнелий и опять нам придётся всех спасать. — А я вот так не думаю. Мы вроде всех перебили, не может же кто-нибудь взяться из неоткуда. Хотя как Ан прорвался сюда, я так и не понял. — Говорят, на Буяне тогда произошло землетрясение, Кронос опять пытался прорваться, но там, в его пещере, сейчас дежурит Чёрная Дюжина. Они недавно сменили наших. — Что? А я думал, что перемирия больше нет. То есть наши, Светлые, меняются постами с Тёмными? — не понял Мефодий. Опять происходило то, чего быть не должно. Перемирие закончилось победой над Волан-де-Мортом и Аном, но, судя по словам Дафны, под землёй оно всё ещё действует. — Как сказал Троил, это вынужденная мера. Маги с ним уже не справляются, а нашим там не очень комфортно, сам понимаешь, в паре десятков километров под землёй сидеть и ждать чего-то никому не хочется. Вот Генеральный страж и уговорил Мрак выслать туда Чёрную Дюжину, мол, они более профессиональны, чем мы в таких делах. Глупость, конечно, но Вейзеса, их нынешнего предводителя, его слова задели за остатки гордости и тот повёлся. — А что так можно было? В следующий раз я тоже скажу, что ничего не умею, пусть без нас разгребают. Пошли есть, что ли, а то желудок странно бурчит. По-моему между его бульками слышится мат... — Значит у твоего желудка потемнеют перья, — хихикнула младший страж, — А вот скидывать на кого-то ответственность это плохо. Похоже из рядовых стражей мы превратились в каких-то спасителей мира... Мефодий, хмыкнув на слова хранителя, которые ударили в самую точку, встал, одел ставшие уже классикой джинсы и пошёл за стол, на котором уже стоял свежесваренный "геркулес". Только Буслаев поднёс ложку ко рту, а Дафна кружку с чаем, дверь в дом, практически с ноги, выбил Корнелий. — Ты обурел так влетать? Сглажу! — златокрылый опустил ложку и уже вспоминал какой-нибудь сглаз повреднее, например, вечно залипающей молнии или чесотки между лопаток. Но Корнелий в ответ протянул листочек с печатью Троила. — Может и обурел. Он сказал это срочно. С таким мы ещё не сталкивались, — серьёзно сказал связной. — Что там? — хранитель, увидев взгляд Мефодия, с каким он читал этот пергамент, прямо таки подлетела со стула. А содержание бумаги было не из приятных. — Да как вы достали! Читай, а я пошёл спату точить... — златокрылый отдал документ Дафне, глаза которой забегали по рукописным строкам, а сам пошёл в комнату искать точильный камень. Насколько Буслаев запомнил, там было написано:

Вручить лично Мефодию

Извини, что отправляю этого оболтуса, Корнелия, который вечно опаздывает, но все остальные заняты. На дорогах объявилось очень странное существо с огненным черепом вместо головы и цепями в качестве оружия. Уже есть жертвы. Его нужно устранить. Летите за этим пергаментом, он покажет путь. На сборы даю вам час.

С уважением, Генеральный страж Света, Троил.

— Вот блинчик! Да нет, даже вполне здоровенный такой БЛИН! Меф, меня подожди, я мундштук найду! — Дафна метнулась к тому в комнату, в спешке ища свой драгоценный мундштук и Депрю, снова улетевшего гонять птиц. Буслаев же просто сидел и чистил меч. Глянув на отражение своего лица в спате, он увидел, что глаза стали с каким-то красно-чёрным оттенком. Это означало то, что скоро снова полетят головы.