Когда весь мир катится к чертям

Я не помню, сама ли я дошла до машины, или Фэш вел меня. Полностью в себя я пришла, когда мы уже выезжали из города и начались поля. Судорожно вздохнув, я закуталась посильнее в пальто и натянула шарф до самого носа. - Откуда ты знакома с Маркусом? - Это очень неприятная и длинная история... Фэш обеспокоенно посмотрел на меня, но ничего не сказал. Видимо, он понял, что я не в силах, да и не хочу вновь вспоминать, а тем более рассказывать ему об этом и именно за это я была ему очень благодарна. Он прибавил на панели нагрев и вскоре мне стало и теплее, и легче. Когда мы вернулись домой, на часах уже было около одиннадцати. Забрав свои сумки у Фэша, я ушла наверх, разбирать купленные вещи и принять ванну. Я кинула пакеты на кровать, достала новую голубую футболку, новенькие зауженные джинсы и начала раскладывать вещи по полкам. Когда с этим было закончено, я взяла свежевыстиранное полотенце, махровый халат и отправилась в душ. Теплые струи согревали и смывали с меня все эти ужасно неприятные воспоминания. Мне до сих пор было противно от этой встречи. Хоть эта история произошла несколько лет назад, страх и ненависть остались и вряд ли исчезнут когда-нибудь. Завернувшись в белый халат, я на минуту застыла перед зеркалом. Сушить волосы или нет? Накрутив длинную рыжую прядь на палец, я решила, что в поместье достаточно тепло и волосы высохнут без фена. После того, как я зажгла в камине огонь, я решила сходить в зал за книгой и попутно зайти на кухню, чтобы сварить какао. Спустившись по лестнице, я свернула в зал и увидела Фэша, который сидел в черном кресле перед камином, листая какой-то толстый том в кожаном переплете. - Кхм, - привлекла внимания я. Фэш тут же оторвался от созерцания книги и вопросительно уставился на меня, ожидая вопроса. Посмотрев в его глаза, я немного засмущалась: настолько яркими и пронзительными они были, будто смотрели в самую душу: - Я могу брать книги? – спросила я, заправив прядь волос за ухо. - А... Да, конечно... – Фэш явно не понимал, о чем я спросила, видимо, настолько интересна была та книга. - Спасибо. Я устремилась к высоченным стеллажам с книгами. Пробежав кончиками пальцев по разноцветным корешкам книг, я не могла выбрать, чтобы почитать: слишком много книг здесь было. Художественная литература, романы, ужасы, комедии, детективы, энциклопедии, неизвестные книги в толстых кожаных обложках. Заприметив наверху «Анну Каренину», я подошла к передвижной лестнице, потому что просто так я бы книгу не достала: она лежала на метр выше, откуда бы я могла достать. Пододвинув, я начала забираться по деревянным перекладинам. Я почти долезла до нужной полки, как деревянная ступенька подломилась подо мной, и я полетела вниз с громким визгом. Уже предвкушая столкновение моей головушки с полом, я зажмурила глаза, как вдруг мое падение прекратилось. Приоткрыв один глаз, я увидела знакомый черный свитер, в коем был Фэш. Он стоял около лестницы со мною на руках. Возникло пятиминутное молчание, а потом, будто придя в себя, Фэш спросил: - И как часто ты любишь падать, темнота? Какая-то ты пугливая и слабенькая, скажу я тебе. Глаза мои вылетели из орбит. Это я-то, слабенькая? Это я-то пугливая? Сжав губы, я слезла с сумасшедшего и сложила руки на груди: - Я слабая? Я пугливая? А каким бы ты был, когда тебя продают и предают, как никому ненужную вещь, а теперь я еще как в золотой клетке!? Каким бы ты был, если посреди бела дня ты встречаешь чертова психа, который измывался над тобой около двух недель в ужасно холодном и сыром подвале?! – кончилось мое терпение. Слезы градом полились по щекам, красным от злости. Внутри все клокотало, слезы не давали дышать, в голове звучало тысячи колоколов. Прерывисто вздыхая и вытирая злые слезы я, спотыкаясь, убежала в комнату, оставив Фэша в полном недоумении. Заперевшись, я скатилась по двери и продолжила плакать. Со мной всегда так. Сначала терплю, засовываю всю эту злость, гнев, отчаяние куда-то далеко. Но потом, как будто плотину прорывает и начинается истерика... Кажется мне, что слишком часто и слишком много за эти каких-то два дня было истерик. Надо прекращать и возвращаться к прежней радостной жизни...

***

Смеркалось. Последние лучи закатного солнца догорали, окрашивая легкие перистые облака в рыжие, малиновые и алые цвета. Тихо шелестел ветер голыми ветвями, стряхивая с них последние листья. Слезы давным-давно закончились и теперь я лежала на кровати, свернувшись калачиком. Было прохладно, но встать и подбросить в камин дров совершенно не хотелось. Да мне в принципе ничего не хотелось. Лишь лежать и безмятежно смотреть в огромные окна, размышляя о своем будущем. Я прекрасно понимала, что зря я сорвалась и так накричала на Фэша. Думаю, он до сих пор в недоумении и, возможно, зол на меня? А вдруг, он посчитает меня чокнутой истеричкой, а хуже того – сумасшедшей? Нет, надо все изменить и объяснится с хозяином этого дома. Приведя себя в более-менее божеский вид, я заплела косу, которая теперь доставала до талии и, переодевшись из халата, собиралась выйти, как в дверь постучались. - Василиса, ты в порядке? – спросил с той стороны Фэш, -Ты не могла бы открыть дверь, думаю, нам нужно поговорить. Глубоко вздохнув, я повернула ключ и распахнула дверь. Фэш, немного помявшись на пороге, прошел в комнату и сел на кровать, куда вскоре села и я: - Фэш, я сама хотела прийти и поговорить, но ты меня опередил. Мне очень жаль, что я так повела себя, так постоянно происходит. Я креплюсь, но потом меня словно прорывает, и я начинаю кричать и истерить. Так происходит постоянно, после той истории с Марком... Можно назвать это как осложнение после травмы. - Я понимаю Василис, - кивнул Фэш, - возможно, я тоже немного перегнул палку со всеми этими правилами... Но, понимаешь, так необходимо, потому что и ты тут можешь пострадать, и я в том числе. Голубоглазый на минуту замялся, а я улыбнулась: - Я же согласилась на твои условия, хотя это было немного сумасшедшим, но, знаешь, в моем пребывании здесь есть множество плюсов, - хмыкнула я, от чего парень выгнул бровь, задавая вопрос, - Ну, смотри: деньги на вещи не трачу, кормят вкусно, книги есть, комната просто чудесная! Драгоций захохотал после моих слов. Боже, его смех походил на перезвон самых нежных колокольчиков, а на бледных щеках появились прекраснейшие ямочки... «Так, Огнева, куда-то не туда твои мысли затопали. Что еще за нежнейший смех и прекраснейшие ямочки? Да ты так ни одну картину в школе не описывала в сочинении!» - подумала я, но смех Фэша был настолько заразительным, что я тоже рассмеялась вместе с ним. - Знаешь, я такую умную и находчивую девушку еще не встречал, - улыбнулся Фэш и посмотрел в мои глаза. Эх, его глаза – это нечто. Они так и заманивали меня на самую глубину, на темное дно, в омут. И я почему-то была совершенно не против там тонуть. Знаете, не зря говорят, что глаза – отражение души человека. Видимо душа Фэша была настолько прекрасна, что я невольно залюбовалась им. Ну чем не парень мечты? - Та-а-ак, - послышалось от двери, - братец, я как всегда не вовремя? Эйфория тут же пропала, и я быстро обернулась к дверному проему. Там, облокотившись на дверной косяк и сложив руки на груди стояла весьма симпатичная девушка. Шатенка, с теплыми карими глазами, в которых ежесекундно проскакивали искорки золотистого веселья. Ее кожа была такой же бледной, как и у Фэша, а губы были ярко-алыми: то ли помада такого цвета, то ли и впрямь они от природы такие. - Да, Захарра, ты снова не вовремя. Ну и что же тебя сюда привело, чудище лесное, - по-доброму проворчал Фэш. - Сюда меня привело еще одно чудовище под названием Николь, а вот кстати и она. В проеме показалась девочка лет восьми-девяти и назвать ее чудовищем у меня бы язык не повернулся. Густые пшеничные волосы были заплетены в косы, которые почти доставали до поясницы. Хочу заметить, что ее кожа была порумянее, чем у Захарры, да и цвет глаз был совершенно другой – серо-зеленый. Девочка, будто бы опасаясь, осторожно подошла ко мне: - Привет, я Николь, - протянула ладошку она. Я улыбнувшись, осторожно пожала ее, также представившись: - Привет, чудо, я Василиса. Здравствуйте, Захарра. Шатенка в проеме звонко рассмеялась: - Знаешь, я еще не настолько стара, что бы ко мне обращались на вы. Просто Захрра, хотя можешь называть меня Захи. Кстати, я сестра этого полоумного. Фэш тихо зашипел и сощурил глаза: - Я не менее полоумен чем ты, подлючая родная кровь.