Шепот слева

      Некоторое время назад, когда Коди оставила Бекку одну, та действительно начала искать, что бы им посмотреть на сон грядущий. Но ей этого сделать не дали.       Сначала она могла почувствовать, что на кровать сзади кто-то сел, но и повернуться ей не позволили — Тэдаш так резко подался вперёд и заставил её лечь на живот, накрывая сверху собой, но пока не придавливал.       — Сегодня я заставлю тебя вспомнить всё, что ты забыла, — прошептал демон в затылок девушке.       — Не смей ко мне притрагиваться, — попыталась вырваться Бекка.       Она более или менее пришла в себя к вечеру, но стоило услышать его голос, как злость снова захлестнула. Может, она до сих пор до конца не понимала, что перед ней демон, а не простой мужчина, с которым она могла бы попытаться тягаться, ведь она погрузилась в этот мир всего несколько недель назад. Возможно, она даже до сих пор думала, что это все может оказаться дурным сном.       Бекка дернулась несколько раз, желая сбросить с себя Тэдаша. Почему он выбрал ее своей жертвой? И где Коди? Но ей приходилось рассчитывать только на себя.       — Отпусти, Тэдаш.       Эта трепещущая птичка под ним только больше возбуждала, как Бекка этого не понимала? Как она касается своими ягодицами его паха, как возбуждает в нём инстинкт охотника: его добыча в ловушке, Коди занята Сеерой, и Ребекка в его власти.       — Заставь меня себя отпустить, — прошептал он сладким голосом на ушко, прижимаясь пахом к ягодицам, не позволяя этой части больше подниматься вверх. Какая она мягкая. С ума сводил и тот факт, что он скоро вновь овладеет этим телом. — Бекка, Бекка, ты не понимаешь, что я тебе предлагаю. Тебе сегодня никто не поможет. Так что легче просто сдаться. Скажи, что ты хочешь сегодня? А не скажешь, буду действовать по своему усмотрению.       Его рука схватила её ладонь и вытянула вперёд, чтобы она под ним и сама вытянулась стрункой. Демон ненадолго поднялся и облизнулся, смотря на эту талию, на то, как она под ним. Одна эта поза возбуждала, что тут же отразилось на его штанах. И Бекка могла это почувствовать.       Он нагнулся, в доказательство своим словам укусил её за плечико, подтверждая, что «его усмотрение» не имело границ.       — Я не сдамся просто так, — сквозь зубы процедила Бекка. Ее не устраивал такой расклад, но и трепыхаться она перестала, поняв, что это бесполезно.       Как бы ей ни было интересно испытать то наслаждение, о котором говорил Тэдаш, становиться его подстилкой она не хотела. Как он вообще смеет заявляться к ней с такой… просьбой? Будто бы после одной ночи по пьяни он может приходить к ней и брать, когда захочет — ни за что!       — Хочешь знать, что я хочу сегодня? Чтобы ты свалил куда подальше. Ты не можешь просто так прийти ко мне и заявить на меня права. Я не игрушка и тебе не принадлежу, — она дернула плечом, в которое он вцепился.       — Не принадлежишь, верно, — даже с какой-то тоской сказал он, но, усмехнувшись, улыбнулся сквозь оскал. — Но уже игрушка.       Он встал с Ребекки вовсе, но лишь для того, чтобы рывком перевернуть на спину и вновь сесть меж её ножек. Тэдаш хотел опробовать её всю, и теперь, если она что-то не хотела, слушать не будет. Он дал ей шанс выбрать.       — Они будут нам мешать, тебе не кажется? — сказал он, кивнув на руки и осмотревшись, он увидел полотенце, которое Коди хотела взять с собой ванну после еды, и метнулся за ним, теряя удобное положение, но лишь на время.       Как бы подопечная Сееры ни брыкалась, как бы ни пыталась его бить своими жалкими ручками, Тэдашу было это лишь на пользу. Он схватил её руки и связал, довольно грубо отбрасывая за голову. Жаль, не было столба, или полотенце не дотягивалось до дверной ручки, чтобы она вовсе была обездвижена, но даже такой исход его устраивал: под ним человеческая нежная и хрупкая девушка, со связанными руками и пытающаяся выбраться в бесполезных попытках. Как же это возбуждало!       — Я говорил не об этом, когда просил назвать то, что ты хочешь, — улыбнулся он, нагибаясь к ней, — но теперь терпи, ибо буду делать так, как хочу сам. Как ты уже заметила, твоё мнение меня не особо-то интересует.       Как же не терпелось услышать её стоны вновь. Как же хотелось, чтобы этот чистый ротик вновь назвал его по имени тем томным, полным желания голосом. И она будет это делать. Всю ночь. Тэдаш осознавал, что кайфует именно от этого — от искренности, от тихости человеческого голосочка, от того, насколько благодарные человеческие женщины, по крайней мере, Ребекка.       Он отодвинулся от неё дальше, лёг на кровать, и Ребекка только сейчас поняла, с чего именно хотел начать демон, когда его лицо оказалось так близко к её низу живота.       — Нет, прекрати, — Бекка ещё сильнее задергала ногами, да толку не было, он держал крепко. Что нужно сказать демону, чтобы он остановился? Что она его возненавидит? Он только смеялся на это, уже расстегивая шорты. Заплакать? Бессмысленно. А брошенные ею угрозы тоже вызывали у Тэдаша только смех.       — Почему? — искренне не понимал он. — Ты даже не помнишь, как тебе было хорошо. Я и не буду делать тебе больно, Ребекка. Я лишь хочу, чтобы ты вновь позвала меня по имени… как тогда.       Он и сам не заметил, как стал говорить тихо, с хрипотцой. Но его цель была так близка. Шортики вместе с бельём он снял не без труда, но когда увидел её лоно, потерял голову, как перворанговый какой-то юнец. Но по сравнению с демоницами оно было таким девственным и соблазнительным.       Он не стал возбуждать её пальцами, а сразу принялся ублажать себя. Именно себя, ведь это его прихоти. Тэдаш был уверен, что ему понравится вкус и сразу стал играться языком с клитором, запуская руки под ягодицы и крепко сжимая их, придвигая к себе ближе, если Ребекка умудрялась отодвинуться. Как же сладка она была, как приятна и нежна внутри. Он готов был всю ночь ублажать Бекку, и если Сеера не подведёт его, этим он и займётся.       Ей пришлось закусить губу, чтобы не застонать. Это было чертовски приятно, даже проскочила мысль позволить ему сделать с ней все, что захочет, но тогда она потеряет все: лицо, гордость, самоуважение. Она пыталась сжать ноги, как-то отодвинуться от него, но все было бесполезно. На глаза опять навернулись слезы.       — Тэдаш, я не хочу… Не хочу так, без чувств, — тихо, почти с мольбой прошептала Бекка. Ее не волновало, что душа может попасть в ад из-за ночи с демоном — одной больше, одной меньше, она уже совершила этот грех. Она больше переживала, что он просто пользовался ей, как игрушкой, а когда она наскучит ему, он бросит ее с разбитым сердцем. Да, она может влюбиться в него, но пока этого не произошло. Она хотела прекратить это, пока не поздно.       Но демон не знал о чувствах, не видел в них надобности. Есть удовольствие, что еще нужно? Почему обязательно нужно еще и любить? От этого, что, станет приятнее? Какие глупости!       — Камаэль… — он не слышал её, и она прошептала имя, в котором увидела своё спасение. Ангелов рядом не было, но надежда умирала последней.       Не прошло и пары секунд, как комнату озарил яркий свет, после которого Бекка освободилась от плена, но мягкие и нежные крылья накрыли её, заключая в более приятный. Камаэль с озлобленностью накрыла Бекку, но злоба была направлена на отлетевшего на пол демона.       Он никак не ожидал, что Камаэль услышит её зов. Да и придёт так быстро. Значит, для Камаэль её подопечная была намного важнее всех ангелов. Но он не успел как следует подумать об этом — зажившую после Моруна щеку словно чем-то ошпарило. Он коснулся рукой и почувствовал, как кровь в ране стала кипеть, будто туда кислоты насыпали. Но это был всего лишь взмах крыла Камаэль, чьи перья на секунду стали острее ножей и крепче стали.       — Мерзкий демон, — прошипела она. — Как ты смел коснуться её еще раз? — Камаэль не стала слушать ответ, а взяла Бекку за руку, обняла её и себя крыльями, которые вновь озарились ярким светом, но в этом свете они и исчезли.       — Пернатая, — разочарованно… Нет, Тэдаш почувствовал, как гнев в сердце пожирал его. Не гнев, а ярость. Нет. И этого слова было мало.       Он встал с пола и выплеснул свою злобу на ноутбуке, который не только сломался в его руках пополам, но и был выброшен в окно. Он проводил поломанную технику взглядом, в котором скопился вековой ненависти яд.       Тэдаш был неудовлетворен. У него забрали его игрушку, да и к тому же голова жутко разболелась, что особенно было странно. Это из-за раны, сделанной святым пером? Демон коснулся головы и ощутил шишку, которая находилась чуть ниже его рога. Тронул другую сторону — то же самое.       Что ж, худа без добра не бывает, и на лице Тэдаша показалась улыбка — Коди в руках Сееры. Он не стал даже свой шар смотреть — растущая новая пара рогов были прямым доказательством, что Коди согрешила так, как еще никогда.       — Здесь была Камаэль, — сказал он вслух, именно передавая собрату свои слова, — заканчивай. Она может позвать и Рамиэля.       Услышав слова Тэдаша, Сеера по-быстрому закончил свои дела и погрузил Коди в сладкий сон. Как бы ни хотелось продолжить, а угроза стычки с Рамиэлем не радовала его ещё больше. Через некоторое время после случившегося в комнату вошёл Сеера, и как бы он ни сочувствовал собрату, с лица его не сходила довольная лыба.       — Как так вышло? Пернатые должны были отправиться к папочке, спрашивать, что делать, — он привалился к стене, оставаясь стоять у двери. Но стоило ему заметить новую пару рогов, он присвистнул. — Ого! Юбилейный грех?       — Благодаря тебе, — только это и заставило его улыбнуться. Коснувшись своих шишек еще раз, Тэдаш попытался улыбнуться, но только оскалился. Проклятая Камаэль. — Черт её знает. А Коди звала? — Сеера кивнул. — Значит, как я и подумал, этой стерве душа Ребекки важнее, чем судьба собратьев.       Тэдаш упал на кровать, прислонившись спиной к стене, а сам, растопырив ноги, думал, как бы избавиться от накопившейся энергии и злобы. Морду кому набить или другого медиума поискать? Если Асмодей сейчас орудует, то не составит труда найти незащищенного ангелом медиума. Но это было бы невежливо так просто уходить. Да и любопытство съедало:       — Ну и как тебе? — невесело усмехнулся он. Ладно уж, за друга тоже порадоваться надо и благодарнее быть. Не только рога, но ведь и шар стал в несколько раз больше. — Понравилось? Или это только мне с Беккой повезло? Учти, делиться не буду.       — С Бекки неинтересно будет — я ей шепну на ушко, она и послушается, — фыркнул Сеера, взмахивая рукой над ухом. Он прошел в комнату и тоже сел на кровать, поворачиваясь лицом к Тэдашу. — Ты был прав, с человеком намного круче. А когда она тихо простонала мое имя, я чуть крылья не выпустил!       Это признание даже слегка смутило Сееру, он почесал в затылке и отвёл глаза. Для его ранга было тяжело признавать, что секс с почти обычным человеком чуть не обернулся потерей контроля.       — А я что говорил? — но разговоры об этом тоже немного гасили огонь. По крайней мере, Тэдаш понимал, что сейчас испытывал Сеера. И ему это нравилось. Будто он — этакий открыватель нового мира, и теперь приглашает в него своих друзей. — Жаль только, что всё упирается в пернатых. Камаэль, дрянь, я ей этого никогда не прощу. Может, отвлечешь её как-нибудь, а не Коди?       Сеера мог даже заметить, как трясло Тэдаша не то от нетерпения, не то от злобы. Но Тэдаш думал: сегодня так хорошо всё прошло с Коди. Может, просто не тот объект для отвлечения он выбрал? По крайней мере, он был уверен, что Сеера не станет испытывать такого желания повторить, как Тэдаш. Он был более… спокойнее что ли?       — И как мне ее отвлекать? Я бы посадил ее в петлю времени, не будь она связана с тем же человеком, что и я, а так нам нельзя применять на них свои способности. Ты же знаешь правила, — Сеера развел руками, мол, тут бессилен. Болтовней ему вряд ли удастся отвлечь Камаэль, а применять силу нельзя. Если Бекка опять позовет… — Точно, Бекка! Тебе нужно сделать так, чтобы у нее не возникло мысли позвать Камаэль. Дай-ка подумать.       Сеера заходил по комнате, вспоминая все, что знает о Бекке, и что могло бы помочь Тэдашу.       — Бекка очень гордая, — рассуждал он. — Если ты ее оскорбишь или унизишь — сразу провал. Жених ее довольно долго добивался, буквально завалил цветами и преследовал, пока она не согласилась сходить с ним на свидание. О, может, попробуешь позвать ее на свидание? У людей так принято вроде. Если что, опять напоить попробуем.       — Какие глупости, — фыркнул Тэдаш. Да чтобы он? Демон? Девятого ранга! Да по людским обычаям? — лучше напоить.       Но с другой стороны, чем чаще будет поить, тем быстрее она сдохнет. Но он так не хотел. Хоть её душа досталась Сеере, он бы её всё равно спас от беды, ведь такая игрушка! Он еще не наигрался! А влюбит в себя, так он будет ей пользоваться столько времени, сколько сам пожелает! Да и ей будет нравиться, сама на коленях будет просить, чтобы демон ей овладел.       — Ладно, черт с ним, посмотрю, что из этого выйдет. Всё равно надо как-то занять вечность.       Тэдаш перевёл взгляд с пустого места на Сееру и задумался. Сеера действительно беспокоился за душу Бекки, раз он так активно склонял Тэдаша к тому, чтобы она грешила с ним. Ну да, у него очень преданный делу противник. Сееру действительно спасёт лишь то, что Камаэль будет убита Асмодеем. Либо сама умрёт, если вдруг Ребекка будет в опасности.       Тэдаш почему-то думал именно о такой причине активной помощи Сееры. Может, стоит отплатить? Но разве секс с его подопечной уже не помощь?       — А ты чем будешь заниматься? — спросил вдруг Тэдаш. — У твоей подопечной, считай, другой демон будет. Будешь чаще ад посещать?       — Смерти моей хочешь? — Сеера резко остановился и посмотрел на Тэдаша. — Я уже триста лет не возвращался домой из-за Астарты. Боюсь, встречу с ней я не переживу. После того, что натворил, она меня своей косой… — он изобразил, как демоница отрубает ему голову, немного подумал и показал тот же жест на своем паху, потому что головой он явно не отделается с ревнивой бывшей. — Нет уж, лучше буду приглядывать за твоей подопечной, раз уж ты занялся моей.       — Как пожелаешь, — а тот и не против был. Пусть его шар становится больше. — А что за история с Астартой? Что же ты натворил такого?       — Да ладно? Я думал все в аду помнят тот скандал, — Сеера вернулся обратно на кровать и уселся поудобнее, готовясь рассказать увлекательную историю из своей многовековой жизни.

***

      С утра пораньше, как только освободился на небесах, Рамиэль вернулся к своей подопечной. Не обнаружив Камаэль, с которой договаривался не разделяться, пока Асмодей не будет устранен, он понял, что скорее всего что-то произошло с Ребеккой. Коди тоже его звала, но угрозу ее жизни он не чувствовал, поэтому не стал покидать собрание. Да и не мог он — статус обязывал. Не был бы он учеником Рафаила, не возлагали бы на него какие-то надежды, все было бы намного проще.       Войдя в комнату, Рамиэль обнаружил мирно спящую Коди, голую, одну. Это ещё ничего не значило, но подозрения уже возникли. Тогда он отправился на поиски тех, кто мог оказаться виновниками случившейся ночью неразберихи — демонов.       Тэдаш, как ему и полагалось, тоже был недалеко от подопечной — на кухне. Он готовил ей завтрак, но всё ради того момента, когда он его подаст… и начнет издеваться. Сеера был с ним и рассказывал еще одну интересную историю из прошлого. Камаэль вернула свою подопечную и уложила спать в соседнюю комнату, но на этот раз она её не покидала. Ничего страшного, демонам было на ком оторваться.       Тэдаш почувствовал, как хвост стал подёргиваться от неприятного ощущения, от «святого духа», и настрой издеваться сразу пропал. Хотя нет…       — Какие ангелы посетили столь скромное грешное жилище, — противно улыбнулся он, разворачиваясь к Рамиэлю и расправляя руки, словно для объятия. — Рамиэль, а мы уж думали, до тебя Асмодей доврался, да, Сеера? Тебя так долго не было! — С ним точно должно было интереснее. По крайней мере, Тэдаш планировал ему хорошенько подпортить настроение. Он подошел к ангелу ближе и наклонил голову. — Смотри! У меня новая пара рогов появляется, как у Моруна. А благодаря кому? Разумеется тебе!       — Рад стараться, — процедил Рамиэль. — Хоть кому-то идёт на пользу, что у ангелов серьезные проблемы. Обрадую тебя ещё сильнее: ангелы выделили своих ищеек для поисков Асмодея, и я среди них, так что по необходимости буду отлучаться.       По Рамиэлю было видно, что он крайне недоволен таким стечением обстоятельств, но пойти против решения архангелов не мог. Коди стала бы его последней душой, и сейчас он стремительно терял ее. Ему придется ещё сотню лет провести на Земле из-за этого, а то и больше, потому что ему не дадут спокойно получить душу и повысить, наконец, свой ранг.       — Это. Просто. Замечательно, — и правда, в голосе Тэдаша была безграничная радость. — Позволь мне самому… Нет! Сеера ей об этом скажет. Думаю, он будет рад увидеть, как рухнут все её надежды на то, чтобы попасть в рай. Хотя нет, еще лучше — ты будешь присутствовать при этом. Ай, хотя, тебе же наплевать на неё. Для тебя одной душой больше, одной меньше…       Тэдаш откровенно веселился. Его такой ход вещей очень даже устраивал. Была одна ложка дёгтя: даже демоны понимали, насколько важно равновесие в мире ангелов и демонов, и Асмодей его рушил! Уничтожал веками выстроенные отношения между небом и адом. Тэдаш понимал, знал, будь его воля, будь он владыкой подземелья, сделал бы так же — направил всех демонов на поиски глупца. Но от него ничего не зависело. Но сейчас, когда Асмодей неизвестно где, он хотел насладиться победой в полной мере.       — Сеера, расскажи, как она звала его вчера. Как она хотела спасти свою душу от неминуемого греха, — подначивал он и друга поиздеваться над Рамиэлем. — Поведай ему, сколько было разочарования и предательства в её глазах.       Сеера принял эстафету и откровенно издевался над Рамиэлем, рассказывая в подробностях тот момент. Это был предел для ангела. Они думают, что он бесчувственный, что он не слышал, как она звала его? Да у него сердце кровью обливалось весь рассказ. Он ненавидел и злился на небеса, на Асмодея, Рафаила, себя. Но злобу направил на ближайшего, до кого мог дотянуться.       — Ещё слово и я убью тебя. Подойдёшь к ней ещё раз, и я убью тебя, — Рамиэль схватил Сееру за воротник и со злостью тряхнул его, желая прогнать мерзкую улыбочку с лица демона. — Мне не все равно, но у меня есть обязанности перед небесами. Думаете, я не слышал? Думаете, я мог все бросить и прилететь? Если она ещё раз позовет, и ты окажешься рядом, честное слово, я убью тебя, а всем скажу, что перепутал с Асмодеем.       — Ну попробуй, пернатый. Ты слишком святой, чтобы убить без приказа свыше, — провоцировал его Сеера. Но это было зря с его стороны, Рамиэль направил на него ещё и злость на Тэдаша, до которого не мог добраться из-за дурацких правил. В глазах ангела промелькнула опасная искорка, а по расправленным крыльям забегали короткие молнии.       — Не говоря уже и о том, что ты сейчас в меньшинстве, — а вот Тэдаш принял угрозу близко к сердцу, и плевать ему было, в кого она была направлена. Его взгляд вспыхнул пламенем, а из-за спины угрожающе выходили крылья. — Или ты Камаэль себе подмогой считаешь? Просто научись сдаваться, Рамиэль. Если начнется война, то тебе это умение пригодится.       Он подошел к спине Рамиэля, рассекая воздух своим хвостом, не без намека, что будет, если он не отпустит. Сам-то Тэдаш ничего делать не сможет — это так, но натравить кого надо на этого выскочку — не убить, а потрепать — это было раз плюнуть.       — И запомни одну вещь, пернатый, — прошипел Тэдаш, хватая ангела за плечо руки, которой тот держал Сееру. — Ты на будущее выбирай либо небеса, либо душа. А если сделал выбор, нечего на других крыситься, что не успеваешь с двумя делами сразу.       — Мерзкие твари. Будь моя воля, всех вас с лица земли стёр бы, — прорычал Рамиэль, но отпустил Сееру и сбросил руку Тэдаша со своего плеча. Ему стало противно прикасаться к демонам. Он развернулся и, резко сложив крылья за спиной, ушел в комнату к Коди. Нужно с ней объясниться, предупредить, что не всегда сможет приходить, но она должна оставаться хорошей девочкой и без него.       Тэдаш был удовлетворен результатом. Он хоть и допускал мысль, что ангел начнет драку, но они бы всё равно справились. Сеера сильнее его. Он посмотрел на друга и одарил его победной улыбкой. Их обоих явно устраивал такой исход.       Сама же Коди проснулась около пяти минут назад, но она не вставала с кровати, не двигалась и не шевелилась, вновь и вновь прокручивая в голове эту ночь. Теперь ясно, отчего Ребекка была не в себе. Но ей было лучше — Коди же приходилось всё помнить и жить с этим. Не смогла устоять, согласилась и даже не пыталась дать отпор. И самое омерзительное — лучшего с ней в жизни не происходило. Как… как ему вновь отказать, если Сеера захочет повторить? Как сдержать перед собой обещание, что это был лишь один раз, если всё внутри предательски кричит: «Еще!» Как? Если осталась одна…       Дверь в её комнату открылась, и Коди рефлекторно отстранилась, боясь, что это кто-то из демонов пришел повторить или поиздеваться. Но даже неизвестно, что было хуже, ведь в дверях стоял Рамиэль.       Пришел. Спустя всю ночь, но всё же пришел. Коди понимала, что он всё понял по её наготе. Она грустно усмехнулась ему и сразу отвела взгляд. Стыдно ли перед ним? На этот раз нет. Она простой человек. Как она могла тягаться с демоном? Рамиэль бы помог, он спас! Но его не было.       — Что пришел? — холодно спросила она, двигаясь к краю кровати, чтобы вовсе слезть с неё и начать переодеваться.       — Прости, я подвёл тебя, — тихо произнес Рамиэль и стыдливо опустил глаза. Она имела полное право злиться на него, а он сейчас ещё сильнее ее разочарует. — Тебе не повезло с ангелом, я не могу пойти против решений на небесах, но и оставлять тебя с этой шайкой демонов тоже нельзя больше. Просить тебя не встречаться с Ребеккой, чтобы разделить Тэдаша с Сеерой я не в праве, но ты подумай. Может, это выход?       — Это твоё оправдание? Мне не повезло с ангелом? — эти слова так разозлили её, заставили со злостью посмотреть на ангела, но стоило лишь увидеть искреннее сожаление в его глазах, как и Коди, пусть немного, но остудилась. Она вновь отвернулась от него и, встав, медленно оделась. — Я хочу другого ангела, Рамиэль. То, что мне с кем-то не повезло — это нечестно! Я впервые в жизни действительно нуждалась в тебе, а ты…       А что он? Ему важнее небеса. Но правильно ли так? Правильно ли выпускать на землю ангелов, что не будут работать на все сто процентов? Может, Коди просто думала, как человек, но она еще пока была человеком, и иначе думать не могла.       Коди, натягивая на ножки гольфы, задумалась над его словами. Разделение? В связи с тем, что сейчас происходит и судя по его словам, он не будет с ней рядом так, как раньше. Это значит… Она в опасности. Её душа в опасности.       Их с Беккой души в опасности.       — Да, это лучший выход, — на удивление быстро согласилась она. Но это было трудно сделать — Ребекке нужен хоть кто-то. Что с Коди? У неё была секта медиумов, в которую она так и не успела привести Бекку, а вот подруга останется совсем одна. Зато её Тэдаш тоже не будет донимать. Сейчас она больше думала именно об этом, чем о себе. — И как нам разделиться? Мне переехать в другой конец города? Почему ты думаешь, что это поможет демонам к нам не лезть?       — Когда они не вместе, у них меньше шансов придумать что-нибудь, — пожал плечами Рамиэль, но и сам не верил, что это может помочь. — Я буду с тобой все время, когда мне не нужно искать Асмодея, но даже без меня ты можешь справиться. Ты сильная девочка, у тебя чудесный дар, я тебе не нужен, чтобы сопротивляться демону.       — Да? — Коди вновь разозлилась на него, ведь он просто искал оправдание. Схватив подушку, она со всей яростью бросила в него и не сдержала крик, который наверняка все услышали: — Тогда где это было, когда он меня насиловал?       Нервный смешок и бессилие, из-за которого она упала на кровать. Глупо, да. Насилование. Но, а что это может быть, если её «да» было под магией демона; под его аурой?       — Ты мне не нужен, слышишь? — новый порыв злости заставил её сесть и бросить в него последнюю подушку. — Если тебя нет рядом, когда ты по-настоящему нужен, Рамиэль, то в тебе нет смысла! Уходи! Хватит! Наигралась я! Отныне для меня нет ангелов и демонов, понял? Я буду вас игнорировать, вас просто нет!       И Рамиэль пропал, пропал для нее, но никуда не ушел. Он будет приглядывать за ней по мере возможности, но миссия, что возложили на него небеса, была важнее. Он не мог променять жизни сотней ангелов на душу одной испорченной девчонки, как бы ни хотел.