Плохой день

Легкий ветерок лениво трепетал концы маски.Люди куда-то спешили, не замечая никого вокруг, словно муравьи. Они всё время заняты, но мутант хорошо знал, что занятность еще не продуктивность, и большинство из них занимают себя бесполезными, совершенно ненужными делами. В этом муравьи превзошли людей. Луна тускло светила, даря странный и незыблемый покой, которого так не хватало людям. Луна всегда была их помощником, ночь была их защитником. В этом, пожалуй, было что-то таинственное и в тоже время обыденное. Луна всегда казалась ему чем-то хрупким, но надёжным. И всё же он мечтал выйти в свет. В теплые лучи яркого Солнца, стать частью этого муравейника. Но не мог. И он был вполне доволен своей жизнью. У него была любящая семья и надёжные друзья. Что ещё нужно для полного счастья? Сейчас, наблюдая с высоты многоэтажного дома, он знал, что нужен. Нужен людям, у него есть цель, есть смысл жизни. Он не просто так стоит на краю крыши и ловит взглядом прохожих, а не меланхолично жуёт салатный лист в аквариуме какого-то мальчика. Нет, всё это не какая-нибудь нелепая случайность, это судьба, это призвание. Он герой!.. — Майки! Майки, вставай! Ты сейчас опоздаешь на тренировку. Опять. Микеланджело, не заставляй меня идти за ведром холодной воды…- голос брата самым наинаглейшим образом вырвал меня из объятий прекрасного, дивного сна. Нащупав, под подушкой предмет, напоминающий пульт, я, недолго думая, швырнул его в Леонардо, прекрасно зная, что он словит что бы это ни было или, если в плохом настроении, просто увернётся и даст предмету разбиться. Мне было абсолютно безразлична судьба чего бы там ни было, главное то , что я урву ещё парочку секунд безмятежного сна. Сон, еще не до конца успев улетучиться из непроснувшегося сознания, вновь возвращал меня на крышу дома, к моим размышлениям о муравьях и луне, а также… Мои глаза мгновенно распахнулись, когда сквозь сновидение, я услышал звук, который происходит когда об стену стукается… — Приставка! — я вскочил с кровати, краем  глаза заметив, что Лео технично отступил в сторону, тем самым давая предмету разбиться вдребезги. А теперь он силится спрятать улыбку. О, да этот звук мне был хорошо знаком ещё с детства. Раф частенько поступал так с моей бедной приставкой. Когда в порыве злости, когда из вредности. В общем, суть в том, что в прошлый раз Донни ясно дал понять, что это был последний раз, и больше он чинить многострадальную приставку не будет. Резко вскочив с кровати, я слишком поздно осознал, что одеяло вскочило со мной, а точнее с моими ногами. Еще пара секунд и… буквально в последнюю долю секунды я успел поставить руки, и не дать своей физиономии начать утро с неприятного столкновением с полом. Прямо на уровне моих глаз в пяти метрах красивой кучей лежала моя приставка. С моего ракурса зрелище было бесподобным. Два серых кусочка навалились друг на друга, образуя некое подобие горы, и из них беспорядочно торчали красные и зелёные проводки, провалки, а у подножья пара кнопочек. Шедевр абстракционизма. — Эм, Майки? Я пошел тогда, наверное, да? — Леонардо, мой старший брат, образец для всех и вся, сейчас быстро отступал к двери, пока мои руки сжимались в кулаки. — Беги, Лео, беги, — я начал вставать, но одеяло всё ещё сковывало движения, поэтому это заняло некоторое время, и втечении этого времени я успел подумать, что всем злодеям мира стоит пересмотреть выбор наручников и кандалов, ибо это чертово одеяло в сто раз надёжнее. — Извини! — Леонардо развернулся на пятках и поспешно удалился, когда я потянулся за следующим предметом, который сгодится для того, чтобы прибить старшего брата. Я со стоном уронил голову на сложенные на полу руки. Когда я наконец-то встал, я взглянул на будильник. 5:57. Просто супер. Еще три минуты до начала тренировки. Нужно сходить умыться. да, пожалуй так и поступим. После такого утра сон как рукой сняло. Сперва я робко подошел к приставке, которая напоминала работу психически больного скульптора и драматично опустился на колени перед данным творением. — Прости, — прошептал я, вкладывая в голос вселенскую скорбь. Дверь в ванную громко захлопнулась, оповещая всех жителей дома о том, что Раф в ванной. Ну, хоть не я один проспал в это злополучное утро. Не став убирать такую красоту, я сразу пошел в умывальню, по пути размышляя как бы во время спарринга с Лео коварно и незаметно поставить бесчестную подножку. Задумавшись, я не заметил диван в гостиной и мизинцем  (сложно сказать, какой палец большой, а какой указательный, когда у тебя их всего три, но я обозвал его мизинцем) со всей дури ударился о его ножку, а боль не повременила со своим появлением. — Ай! Ай-ай-ай! — я, прыгая на одной ноге и ругая все на чем свет стоит, еле как допрыгал до ванной…как раз в тот момент, когда Рафаэль открывал дверь. Вследствие чего заехал мне дверью в нос. — Ау! Раф, какого панциря?! — И это опытный мастер нунчак, посвятивший всю свою жизнь обучению ниндзюцу, — Рафаэль неодобрительно цокнул, но в душе наверняка наслаждался ситуацией, — будь внимательнее и аккуратнее, Микеланджело, -нагло передразнил он нашего старшего брата и быстрым шагом ушел в доздзё, чуть ли не пританцовывая. Всё ещё стоя на одной ноге, и держа рукой нос, я поплелся в ванную. Палец уже не болел, а нос должен скоро пройти, он точно не сломан и кровь не идёт. Включив воду я подставил руки, чтобы умыться и посмотрел в зеркало. В ответ на меня смотрел обыкновенный мутант с оранжевой маской и голубыми глазами, и никакой чёрной метки. — Проклятье! — Я резко отдернул руки, когда невероятно горячая вода коснулась кожи. Какого черта? Пятясь, я вышел из ванной. Сегодня точно не мой день. Во время пребывания в этой ужасной комнате я успел опрокинуть небольшую полку с лекарствами, рассыпать все зубные щетки, а свою ещё и уронить в отхожее место, в довершение ко всему, сломав его. Когда я зашёл в доздзё, отец недовольно посмотрел на меня. Леонардо сидел с каменным лицом, Рафаэль откровенно усмехался, и лишь лицо Донателло выражало сочувствие. Спасибо, брат. Мысленно содрогнувшись, я несмело подошел к учителю, прекрасно осознавая, что наказание за опоздание не избежать. — Микеланджело, твоя тренировка должна была начаться семь минут назад. —  Сенсей встал и не мигая посмотрел мне в глаза, заставив опустить взгляд в пол и рассматривать свои ноги. Кстати, мизинец походу опух. — Такое поведение неприемлемо, сын мой. — Я все могу объяснить, Сэнсэй! Сегодня творится… — Я выслушаю твоё объяснение, после основной тренировки, когда ты останешься на дополнительные задания, — крыс провел когтистой лапой по бороде. Вздохнув, я начал разминаться. Радовало лишь то, что хуже быть уже не может. Быстро проделав разминку, мы приступили к упражнениям. Сегодня была стандартная тренировка без каких-либо усложнений. Чем не повод для радости? Вернув себе хорошее настроение, я уже и думать забыл о приставке. Тут мой взор привлёк Донателло, он читал какую-то книгу во время планки, хотя мастер ясно сказал, что во время тренировок ничто не должно отвлекать истинных воинов, они должны быть полностью сосредоточены на выполнении поставленных задач. Я уверен, что Сплинтер бы обязательно заметил книжку и Донни составил бы мне компанию на дополнительных заданиях, но книга была маленькая. Очень маленькая. Примерно три сантиметра длиной. Вот что я называю жаждой знаний. Почувствовав на себе чей-то взгляд, он поднял глаза от книги. Я подмигнул ему, во время стойки на руках, а Дон улыбнулся мне и вернулся к чтению. Спустя час изнурительных упражнений, мастер стукнул своей палкой по полу. Время спарринга. Поставив меня в пару с Леонардо, а Донни с Рафом, Сплинтер сел на свое место. План с подножкой ещё никто не отменял, поэтому я уже начал продумывать стратегию боя. Нельзя точно сказать кто из нас четверых сильнее, когда растёшь с кем-то, да ещё и сражаешься с ним каждый день, то волей-неволей начинаешь учиться читать его, и как следствие, знаешь его как самого себя, а может и лучше. Поэтому бои друг с другом становились немного скучными. Ты предсказываешь действия противника, а он твои. Мы поклонились друг другу, и Лео обнажил мечи, начиная ходить по кругу. Я улыбался во все тридцать два зуба, пока раскручивал нунчаки. Пусть мой старший и был серьёзным противником и грозным воином, пусть сейчас его лицо ничего не выражало, а глаза внимательно следили за каждым моим движением, я всё равно был уверен в своей победе. Еще с детства я славился довольно нестандартным мышлением (не всегда в лучшую сторону), и даже мастер Сплинтер говорил, что мои действия сложно предугадать или осмыслить, ну это уже другая история. В общем, весь план строился на эффекте неожиданности и некоторой смекалке. Видимо Лео надоело играть в гляделки и он начал наступать. Как всегда с коронного выпада. Сделав шаг назад, я поймал его запястье нунчаками и дернул на себя. Немедля Леонардо перенёс свой вес на правую ногу, и поднял левую, чтобы оттолкнуть меня. Поняв, что сейчас тот самый момент, я быстро переместил свою левую ногу за его правую и мгновенно  сделал подножку. Так как по всем законам физики, стоя на одной ноге, противостоять гадкой подножке практически невозможно, Леонардо быстро полетел вниз, правда всё же полностью избежать удар его левой ноги не получилось, но, поставив блок плечом, я избежал основной его силы. В ходе грандиозного падения брата, я посчитал, что нунчаки, которые всё ещё держали его запястье, сдерживая катаны, не столь большая плата за месть, и позволил им упасть вместе с Лео. О, это долгожданное чувство триумфа! — Ха! Не стоило тебе разрушать мою любимую приставку! — самодовольно улыбаясь, я чуть ли не танцевал… — Микеланджело! — Сенсей, кстати говоря, моего счастья не разделял.  — Какой приём ты применил сейчас? Выглядел он слегка…разозленно. Я уже придумал шикарную оправдательную речь, как почувствовал, что под ногами исчезает опора. Второй раз за день. Толком не поняв, что произошло, я поддался силе притяжения, попутно ловя довольный взгляд Рафа, который уже закончил спарринг. Как только моё тело упало виновник всего этого залез на мою спину и скрутил руки, а я мгновенно почувствовал как растягиваются мышцы. — Ай! Пусти! — я начал извиваться и пытаться ударить ногой своего мучителя, но безрезультатно, я был в самом безопасном для оппонента положении. — Слишком рано начал праздновать, Майки, — Лео, уже и не скрывая, вовсю наслаждался процессом и дразнился. Но в отличии от Рафаэля, он всегда делал это беззлобно, подурачится. Это то, что мне нравилось в нем. Он мог совмещать в себе ответственного лидера, заботливого брата и просто подростка, которому тоже нужно выпустить пар, поиграть во что-то или подразниться, пусть и не часто, — мастер ещё не говорил, что спарринг окончен. —  Да, я понял, — уже смирившись с поражением, я прекратил попытки вырваться. Захват был надёжным и прочным, и к тому же мне сегодня конкретно не везло. — Достаточно, сыновья мои. Донателло и Леонардо займитесь завтраком, а Рафаэль пока покормит Кланка, и после поможет вам. — Почему я должен кормить кота Майки? — Раф посмотрел на меня со всей вселенской злостью, а, я медленно сглотнув, посмотрел на отца в ожидании ответа. — Потому что Микеланджело задержится на дополнительную тренировку. От досады хотелось ударить себя по лицу. Совсем забыл об этом. Отлично, что может быть лучше ещё одной тренировки. Удовлетворенный ответом, Раф покинул додзе. Остаётся лишь надеяться, что Кланк сегодня поест корм, а не наполнитель кошачьего лотка. Мысленно пожелав своему коту удачи и приличного завтрака, я повернулся к учителю. — Мы посвятим время медитации, — коротко известил меня отец о моем занятии в ближайший час. Вздохнув, я сел напротив сенсея и закрыл глаза. Медитация всегда давалась мне с некоторыми осложнениями, но главное, что давалась! Спустя какое-то время мне наконец-то удалось почувствовать покой и гармонию освободить свой ум от мыслей и тревог, успокоиться и привести мышление в порядок. Какое умирот… — Микеланджело, мы закончили, — отец сидел напротив и внимательно смотрел на меня. — Уже? — я же только почувствовал это дурацкое умиротворение!  — Мы медитировали час. Идем, твои братья ждут нас, чтобы позавтракать. Я отдам все свои комиксы тому, кто объяснит за что мне всё это. Все свои комиксы плюс Рафаэль бонусом. Хотя скорее заплатят мне за то, чтобы я держал его подальше. Я хихикнул, когда зашёл на кухню, и поймал на себе недоуменные взгляды братьев. Пожав плечами в ответ, я сел за стол, и тут же скривился. — Это, что,  каша? — Да, Майки, представь себе существует и такая еда, -Донни выразительно посмотрел на меня и продолжил поглощать данную пищу. — Зачем? — я в надежде на поддержку посмотрел на Рафа, который кстати тоже без энтузиазма ковырялся в каше. — Затем, Майки, — Леонардо отодвинул пустую тарелку и взял чашку чая, — что это полезно, и неимоверно вкусно. Сегодня у нас день здоровой пищи, поэтому будь умничкой, и съешь кашу. Отчаявшись, я начал есть полезную и неимоверно вкусную кашу, которая на деле оказалась не такой уж и вкусной. Едва не хныча, я доел её и потянулся к чаю. Раф незаметно пихнул меня ногой. Глазами полными боли и страдания я посмотрел на него, но он продолжал смотреть в свою кружку. Одна из его рук была под столом. С трудом подавив улыбку, я спустил руку под стол и нащупал его. Раф вручил мне что-то, напоминающее шоколадный батончик. Поаплодировав Рафу (в голове, разумеется), я взялся за чашечку чая. День становится лучше. — Что это?! — Майки, не кричи. Это всего лишь зеленый чай. — Почему мы вынуждены пить эту га… — Сплинтер предупреждающе выгнул одну бровь, — гармоничную вкуснятину? — Потому что несмотря на десятиминутную лекцию Дона о полезности кофе, зеленый чай все равно полезнее. Когда мы наконец-то закончили этот кошмарный семейный завтрак, меня с Рафом оставили мыть посуду.  Вопреки всем моим убеждениям. Сегодня точно что-то было не так. — Раф? — позвал я его, моя тарелки, с намерением обо всем рассказать. Он должен понять меня. — Не парься, у меня ещё пачка чипсов в комнате, — он подал мне чашки, — мы ещё им покажем. — Круто, но… В следующий момент тарелка выскользнула у меня из рук и разбилась. Раф, пытаясь поймать её в полете, толкнул стол, с которого упала соль, об которую я споткнулся и потянул за собой вниз все ложки и вилки, Рафаэль, все еще пытаясь поймать хоть что-то, потянулся к столовым прибором  и в этот момент я решил принять сидячее положение, вследствие чего мой брат споткнулся об меня и снёс ко всем чертям кран, из которого теперь во всю шла холодная вода, а Раф наконец-то упал и теперь лежал со мной, а точнее на мне. — Вы оба совсем с ума сошли?! С моего ракурса я видел только три пары ног. Раф, говоря что-то сквозь зубы  (ничего хорошего, как я понял), встал и осмотрел разгром на кухне. Я тоже встал и храбро встретил взгляды старших братьев и отца. Это не я виноват, а Вселенная! С твердым намерением все рассказать, я вдохнул в лёгкие побольше воздуха. — Это всё Вселенная!..                                               *** Чего ещё можно было ожидать? Я поморщился,  вспоминая как с недовольным и злым Рафом собирал осколки и убирал кухню. Во-первых, все были настолько злы, что даже не выслушали меня, а заставили убираться. А теперь я сидел в своей комнате, боясь поворачивать голову. Что за чертовщина сегодня творится? Вселенная решила убить меня? Почему вообще я? Что я такого сделал? Я посмотрел на подушку, раздумывая -кричать в неё или не стоит скрывать своей злости и отчаянья? — Эй, Майки? — в дверь постучали, и в неё заглянул Дон. — Мы войдём? Ты сегодня какой-то не такой. Я посмотрел на него с обидой. Неужели злость так быстро уступила место заботе? Но с другой стороны мне просто необходимо с кем-то поговорить, да и обижаться подолгу как-то не по мне. Я кивнул в знак согласия и трое моих старших братьев зашли ко мне в комнату. — Я кран починил, — Донни присел на кровать возле меня. — А я принес чипсы,  — Раф кинул мне пачку, которую я словил скорее благодаря рефлексам, а не желанию их съесть, чем заслужил неодобрительный взгляд Лео. — А я поговорил с отцом. Он не станет наказывать тебя. — Всё хорошо? — Превосходно. НЕ СЧИТАЯ ТОГО, ЧТО СЕГОДНЯ САМЫЙ УЖАСНЫЙ ДЕНЬ В МОЕЙ ЖИЗНИ!  — Эм… — Меня как будто сглазили! Мне нужен четырехлистный клевер! — Майки, -Донни положил руку мне на плечо, — никаких проклятий, сглазов, талисманов удачи не существует. У всего на свете есть свое научное объяснение. — Мне нужен четырехлистный клевер! Кто со мной на поверхность? — Кому я вообще это объясняю? — прошептал Дон. — Я иду. — Мы все идём, Майки, — сказал Леонардо, вставая с кровати и поправляя катаны, — чтобы доказать тебе, что ты не проклят. — Ура! — я взял парочку сюрикенов и заткнул нунчаки за пояс. — Пошли уже, — Раф закатил глаза и пошел к выходу. За сорок минут мы добрались до нужного парка. Это был единственный парк, который сегодня был закрыт из-за недавнего убийства. А сейчас здесь можно было наблюдать интересную картину: три черепахи ползали по траве и искали четырехлистный клевер. — Знаешь, Раф, если я найду клевер, то я его тебе не дам. — Да сдался он мне. Удача нужна дуракам. — Ага, я посмотрю как ты потом заговоришь… Есть! Нашёл! — я победоносно поднял заветное растение! Я уже чувствую, как становлюсь везучим… Ай! — боль пронзила висок, я резко вскочил, ища причину, и совсей силы приложился об большую ветку дерева, и мир погрузился во тьму. — Майк? Майки, ты слышишь меня? — такой знакомый голос, который я слышу почти каждый раз, когда теряю сознание. — Донни? — Отлично. Он пришёл в себя. Я открыл глаза. Голова ужасно болела. Мы уже были не в парке, а на какой-то заброшенной стройке. Недостроенная, большая, офисная, пустая комната с одним окном, а точнее дыркой в стене.  Я медленно начал подниматься. Голова кружилась. — Что это?.. — Фрисби, — Лео помог мне подняться, — тебя ударили фрисби. Какие буйные подростки играли неподалёку и случайно попали в тебя. Мы ушли до того как они увидели нас. Я быстро переваривал информацию, обругал клевер и повернулся к своему не в меру умному брату. — Я готов принять твой совет. Вот скажи мне, какое здесь есть научное объяснение?! — Нет никакого научного объяснения. То, что с тобой происходит это случайная череда несчастливых происшествий. Я был уверен, что ты это скажешь и приготовил для нас список, — он протянул мне лист бумаги. — Ау! Порезался, — я посмотрел на тонкую красную линию на пальце, нахмурился и перевёл взгляд на лист. — Что это? — Мы займемся этим. Смотри, раскрыть зонт в помещении, разбить зеркало и пройти под лестницей - считается, что все это приносит огромные неудачи. Это чепуха. И чтобы это доказать ты выполнишь все три действия. Одновременно. — Это будет интересно, — Рафаэль сел на кусок арматуры, как в кинотеатре. — Дон, ты уверен? — Конечно, Лео. Шанс того, что с ним случится ещё что-нибудь ничтожно мал. Давай, Майки. Я посмотрел назад и увидел зеркало, лестницу и красивый зонт Эйприл. Ладно, надо просто довериться своему брату. Я медленно подошел к предметам. Взяв зонт, я быстро ударил им по зеркалу, потом раскрыл его, пробегая под лестницей и зажмурился, готовясь к худшему. Прошло пять секунд, десять, сорок, минута. — Ого, Дон. Ты оказался прав! Я всё ещё цел и невредим… Оу!  Вдруг всё здание качнулось. Потом еще раз, и с потолка пасыпались мелкие камни и пыль. И ещё раз. По стенам пошли трещины. — Что происходит?! — я не устоял на ногах и упал на колени, а Раф свалился с арматуры. — Здание! — крикнул Леонардо, выглядывая в окно, — Его сносят! Дом был не таким уж большим - всего четыре этажа, и мы находились на третьем. Я быстро встал и побежал к окну. Я не умру. Только не в этот день! Рафаэль и Донателло уже были у окна, а Леонардо бежал взади. Еще немного. Краем глаза я заметил, что лестница стремительно приближается ко мне. Не успев нормально среагировать, я не успел уйти с ее дороги и она упала на меня. Неприятное ощущение соприкосновения кожи и холодного металла разлилось по всему телу, не говоря уже о боли. Где Дон только нашёл такую большую лестницу?! Синяки останутся точно. Тут я почувствовал режущую боль на руках и теплую кровь. А на что я надеялся? Что каким-то образом не упаду на разбитое стекло? Спасибо, панцирь. Огромное спасибо.  Кажется пришла моя смерть. Руки горели, ноги ныли под весом лестницы, а голова всё ещё раскалывалась. Я уже вижу собственные похороны."Здесь покоится Микеланджело Хамато. Смерть пришла к этому юному, красивому и талантливому юноше в виде фрисби, стремянки и зеркала. Но он погиб достоино. Да, очень достоино.» — Майки! Вставай! Леонардо и Рафаэль поднимали лестницу, а Донателло помогал мне подняться. Готовый расцеловать своих братьев, я с трудом встал. С потолка уже во всю падали камни, когда нам всё же удалось выбраться оттуда и забраться на крышу ближайшей высотки. Начался дождь. Прекрасно. — Логика и наука пошли коту под хвост. — Это было совпадение, — Дон аккуратно начал вынимать осколки из моих плеч. А мне просто хотелось плакать. — Сильно болит? — Ага. — Мы придем домой и я сварю тебе горячий шоколад. — Спасибо. — А помните как вчера Майки жонглировал стаканами и ни одного не разбил? — сказал Раф, помогая мне стоять на ногах. — Да, — подтвердил Лео, — а ещё он зашёл в лабораторию Дона и ничего не сломал. — Может он израсходовал весь свой запас везения, а на сегодня осталось только невезение? — Ну конечно!  — воскликнул я. Как же я сам до этого не догадался?  Донни открыл рот, чтобы что-то сказать, но тут же его закрыл и произнёс: — Это бессмысленно, но ничего другого у нас нет. Тогда вывод из твоей не научной теории таков — если он переживет сегодняшний день, то завтра все станет нормально. Сколько сейчас время? — Семь часов вечера. — Супер. Значит, ты остаток дня будешь сидеть дома на одном месте. Домой я ковылял в приподнятом настроении. Всё, что мне нужно это дойти до дома, посмотреть телевизор и лечь спать пораньше, а Донни ещё и горячий шоколад сделает. Я был просто счастлив. Везение не может быть вечным, невезение, к счастью, тоже. А значит всё это вскоре закончится. На какое-то время я даже забыл про боль в голове и руках. Но потом… — Беда не приходит одна, — Леонардо остановился на краю крыши и напрягся всем телом, а его руки потянулись к катанам. За что? Просто за что?  Лео быстро окинул меня оценивающем взглядом. — Майки, останешься на крыше. Там пурпурные драконы. — Без проблем, — меня дважды просить не надо. Это с Рафом можно было бы поскандалить по этому поводу, но я только рад. К черту драки с моим то везением. Раф, на чьё плечо я опирался доколе, посадил меня на холодную и мокрую крышу. — Держись. Мы скоро. — Ага. Удобно устроившись, я начал думать о том, какой фильм посмотреть вечером. Выбор был очевиден- ужастик. Просто, чтобы знать, что некоторым не повезло намного больше, чем мне. Желательно какой-нибудь старый. Так, чтобы мурашки по коже. Конечно, в жизни тоже ужасов хватает, как говорит Лео,  но это-то совсем другое. Жуткое. Зловещее. Особенно когда кто-то кричит… — Ааааааааа! На помощь! Прошу! Да-да, именно так, моё подсознание. А потом в голове что-то щелкнуло. Кричат не в моей голове. Черт! Я встал, тут кривясь от боли. Ничего, Майки бывало и хуже. Могло быть и хуже. Внизу девушка отбивалось от двух парней, у одного был нож, а другой пытался сорвать с неё колье. Если бы это обыкновенное украшение, вряд-ли бы она за него так боролась. Братья сейчас на параллельной улице, им не успеть до того, как её ранят или того хуже. Придётся самому, воспитание сенсея не даст поступить иначе. Да, основы, заложенные с детства. Прикинув, как спуститься быстрей, я подошел к краю крыши и спрыгнул на балкон. — Только сегодня, Вселенная, в остальные дни я должен выигрывать лотерею, — когда я с горем пополам добрался до троице, девушка вся в слезах лежала на асфальте. Синяк на скуле и царапины на шее. Я нахмурился и посмотрел на воров. — Она же дама. Девушек нельзя бить. Имейте хоть немного уважения. Ваше недостойное поведение скажется на воспитании нашего будущего поколения. — Билл, мне кажется или лягушка читает нам нравственные лекции? — Походу последний косяк был лишним. Я тоже вижу это…но оно больше похоже на кузнечика. Ты играешь на скрипки? — Во-первых, я черепаха. Во-вторых, но скрипке играет сверчок. В-третьих, вы, что пьяны? — Мы трезвы, богомолчик. — Билл, он же сказал, что он хамелеон. Не позорься. — Вообще-то…да не важно, верните девушке колье. — Но она обокрала меня. Украла дом, машину, работу, деньги, даже козу! — Да ты псих! Я впервый раз тебя вижу! — девушка храбро поднялась на ноги, поняв, что парни в корень пьяны. Подошла к ним и выдернула колье из рук. — Придурки. Я в полицию позвоню. А вы, — она повернулась ко мне, — можно было и не наряжаться, чтобы спасти меня. — и взмохнув прекрасной шевелюрой, ушла. — А где тогда Элис? — Судя по твоим рассказам, уже давно на Мальдивах. А ты чего здесь? — я спросил у второго парня. Бить их не было смысла. Накурились, ошиблись. Надо лишь забрать нож. — А че я? Я вообще чисто за компанию. — Идите домой. И отдайте нож. — Ты хочешь быть как Элис? Не будь как она. Она само зло. — Элис забрала у тебя нож? — Нет. — Тогда я не буду как Элис. Я буду как Ма… Черепаха-Титан. — Как Танос? — Что? Нет. Просто отдай нож. — Ладно, ты молодец, крокодил, не будь как Элис. Провожая взглядом этих ребят, я искренне радовался, что мне это никогда не грозит, ну и тому, что я не Элис, разумеется. Ну вот и теперь можно обратно на крышу… Ух ты! Что это? В переулке, около мусорного бака, стояла продуктовая тележка, такие обычно в крупных супермаркетах. Она светилась, точнее в ней что-то светилось. Может это мой подарок за все эти беды? Я подошел к тележке и заглянул внутрь. Там лежал красивый светящийся шар и плащ, надо сказать очень даже хороший плащ. Я тут же его одел. Но когда я попытался достать шар, у меня ничего не вышло. Он будто прилип. Забравшись в тележку с ногами, я уперся в ими в неё и потянул ещё раз. — Ага! — я вытащил его! От моего крика откуда-то выпрыгнула крыса, которая пробежала по железной крышке полузокрытого бака, крышка, соответственно, упала, как раз на своеобразную катапульту, которая бросила в воздух пакет с мусором. Я честно даже не удивился, когда пакет упал как раз на бак, который стоял около моей тележки. Бак слегка качнулся, толкая тележку, которая теперь плавно ехала прямо на проезжую часть. Пф, я ещё сто раз успею вылезти. Я уже собрался прыгать, когда плащ зацепился за тележку. Серьезно? А тем временем мы выкатили на проезжую часть, да ещё и с горкой. Ну, ладно. С меня хватит. Я поплотнее закутплся в плащ и накинул капюшон. — Давай, невезение, выходи на смертный бой! Покажи свою силу! Мимо меня проехала машина, другая. Я ехал не в том направлении. Против течения! Это плохо, очень плохо. Скорая помощь громко проехала прямо возле моего лица и моё сердце ушло в пятки, а впечатления хватит на всю жизнь. — Ладно. Извини, извини, извини, извини! — я быстро потрогал себя, — я живой! Живой! Биииииииип! И тут, моё сердце, дошедшее до колен, опять ушло в пятки, я бы сказал даже к ядру планеты. С помощью палки, найденной в этой несчастной телеге, я оттолкнулся от бампера машины, я резко развернул тележку. Всё ещё не понимая, как эта  злополучная телега разгоняется до током скорости, я немного успокоился. По крайней мере, теперь я ехал в одном направлении со всеми машинами. Биииииииип! Машина, выглядевшая как Оптимус Прайм, вплотную подъехала ко мне сзади. Палкой я держал между нами расстояние. Главное не впадать в панику, главное не впадать в панику… Тут передо мной откуда не возьмись появился грузовик с закрытыми дверьми, которые были закрытыми за счёт примитивной задвижкой. И она начала выпадать. Пусть там будут подушки, пусть там будут подушки, прошу! Защелка упала. — Может хватит?! — из грузовика разом выкатились все шины, естественно, не обычные, а для камазов или бетономешалок. Используя палку, я оттолкивался вправо или влево, чтобы избежать удара огромной шиной по лицу, или в моём случае по всему телу. Оптимус Прайм позади меня,  также не ожидающий восстание шин, резко свернул влево и врезался в электрический столб, который обрушился на второй, затем на третий и так далее, обесточивая весь район, если не больше. Радует, что водитель остался цел, в таком трансформере можно и в скалу врезаться безопасно. Снова сосоредочившись на шинах, которые кстати стали заканчиваться, я заметил, что цепная реакция электропроводов подходит к концу и толкает последний столб, которому упасть как положено мешает ствол дерева. И столб падает на дорогу, прямо перед грузовиком с шинами, но теперь, уже правда без шин. Водитель резко тормозит, а я этого сделать не могу. Ругая себя и свое положение, я с замирающем сердцем упёр палку в землю. Толчок, боль, звук разрывающейся ткани, и холодный, мокрый асфальт. Весь воздух выбило из лёгких, а в голове стоял звон. Держась за голову, я встал на не прочные ноги. Не хватало ещё и валяться посреди дороги. Я осмотрелся. Гигантские шины валялись по всей дороге, телега сломалась на две части, грузовик затормозил за секунду до столкновения со столбом. А посередине целенький и невредимый лежал светящийся шар. Больше на дороге никого не было. И тут пришла радость, чувство триумфа. Я победил! С трудом поборов в себе желание пнуть идиотский шар, я захромал обратно, включив на чефоне кнопку обнаружения местонахождения. Сейчас братья прилетят, приедут или приплывут, а мне необходимо спрятаться. Я довольно далеко уехал и этот район был мне незнаком. Я забрался на ближайшую крышу. Улицы были пусты, а окна и двери закрыты. Весь в синяках, царапинах и с вывихнутым плечом, я встал посредине крыши и самодовольно улыбнулся. — Ну что, невезение, моя взяла? Ха! Ответом мне была вспышка света и адская боль. Последняя мысль, которая проскользнула в голове перед отключкой твердила,  что порой правда лучше промолчать. — Это просто невероятно! Невозможно!  — Перед тобой лежит прямое доказательство обратного. —  Эй, хватит.  Он приходит в себя. Майки? Прошло ещё некоторое время прежде чем глаза начали подчиняться мне. Болело всё без исключения и я с трудом сосредоточил взгляд на четырёх лицах. Где-то что-то пикало. Мы находились в лаборатории Дона, здесь пахло всегда по-другому. Я посмотрел на встревоженные лица братьев и отца. — Что произошло? —  горло пронзила боль, будто выпил стакан стекла. — Тебя ударила молния. Хотя я не знаю как это произошло. По всему городу расставлено куча громоотводов. Тебе крупно повезло, что ты остался жив, — Донни поправил бинты на моих руках и поменял капельницу. — Мне повезло? Сколько время? — Пять часов утра, Майки. — То есть это день закончился? Слава Богу!  Наконец-то!  Спасибо, спасибо, спасибо, спасибо, спасибо! — Прекращай, Майки, ты сейчас испортишь капельницу. — Мне все равно! Я вновь везучий! И я жив! — Ну всё. Это надолго. Я спать. — Спокойной ночи, Рафи. И Донни, и Лео, и сенсей! Как же я счастлив! Это просто умопомрочительно! Это…это… — Ты вколешь ему успокоительное? — Определённо.

***

— Хм, неожиданно, — задумчиво проговорила молодая девушка со светлыми волосами, откладывая очередную золотую нить. — А я говорила, Клото, — старая старуха победоносно улыбнулась и дала пять маленькой девочке с большой книгой в руках. — Ты должна мне двадцатку и золотое руно.