Малышка, виски и «друг» из детства

— Это не лекарство, — Тео разочарованно смотрит на только что вытащенное и поставленное мной на стол содержимое пакета. — Ну, возможно, что у него своеобразный взгляд на фармацевтические новинки, — мы только что вернулись со Смитом с офисной кухни и обнаружили на моем столе пакет от Нила. — Как ты с таким другом дотянула до двадцати пяти вообще? — Ну… — я не успеваю закончить, в кабинет без стука заходит виновник нашей дискуссии. — Привет, Луи, привет, совершенно незнакомый мне альфа, понятия не имею, что ты делаешь у неё в кабинете, — через смех выдаёт мой товарищ. — И тебе привет, Нил, — мужчины пожимают друг другу руки. — Видимо не только мне она рассказывает про свою жизнь. Даже обидно, — друг ведёт носом и поджимает губы. Но достаточно быстро переключается. — Видела мой подарок? — Это бутылка виски, Нил. А я на антибиотиках и просила купить микстуру, — складываю руки на груди и сердито смотрю на друга. Это не сильно помогает. Но я правда стараюсь выглядеть грозной. — Не нравится — я себе заберу, — он тянет руки к бутылке, но я успеваю перехватить ее. — Ну нет, кину себе в машину, вдруг пригодится. Не всю же жизнь я буду болеть, — он пожимает плечами. Мол, делай как хочешь, толку с тобой спорить. На часах время переваливает за восемь вечера. Из моего отдела я выхожу с работы последней. И честно говоря, уже очень хочу оказаться дома. Тео предупредил меня ещё на обеде, что сегодня задержится часов до девяти-десяти. У них релиз и он вызвался дежурить на случай, если что-то пойдёт не так. Мы с Нилом выходим из офисного здания в десять минут девятого. Он живет недалёко от меня, и Тео взял с парня честное слово, что тот проводит меня до подъезда. — Он печётся о тебе словно мама утка, — усмехается друг, когда мы сворачиваем в парк. Тёплый летний вечер располагает к прогулке. — Как будто мы снова в детстве и он старший товарищ, который обещал родителям приглядеть за мной и Марком. — Ты выяснила, почему так реагируешь на его запах? — взгляд Нила становится серьёзным. — В этом больше нет смысла. Сегодня я его не чувствовала от слова совсем. Нет, Тео по прежнему мне нравится, меня к нему тянет. Но запаха больше нет, — мой голос звучит радостно. — Справиться с влюбленностью я смогу. Лишь бы с ума не сходить. — Ты можешь описать, что имеешь ввиду под сходить с ума? — он становится ещё серьёзнее. И даже замедляет шаг. Я рассказываю Нилу о лифте. Стоило рассказать об этом ещё вчера, но мне было так стыдно. Он внимательно слушает, а потом останавливается. — Ты понимаешь, что вела себя, как омега? — Нил, я двадцать пять лет вела себя то как альфа, то как омега. Что-то во мне определенно могло остаться. Сейчас все в порядке. Я законченная бета. Тест не может ошибаться. Еще пару секунд он смеряет меня тяжелым взглядом, после чего выдыхает. — Если он на тебя не среагировал в таком состоянии, то скорее всего ты права, — он берет меня под руку и продолжает путь к дому. — Когда ты слезешь со своих антибиотиков? — В пятницу. Есть план, как это отметить? — У Тима из нашего отдела день рождения, он всех приглашает. Я готов быть твоим кавалером на этот вечер. — Он, кстати, тоже в нашем дворе вырос. Друг Тео, — задумавшись, выдаю я. — У вас не двор, а инкубатор сотрудников для нашей компании, — я смеюсь и слегка толкаю Нила в бок. Но он продолжает, как ни в чем не бывало. — Папы отгрохали ему огромнейший дом, ты видела? Это просто дворец какой-то! — дальше его не остановить, он взахлёб рассказывает о количестве комнат, дизайне, лестницах. За его болтовней мы доходим до моей машины, я кидаю бутылку в багажник, а ещё минут через пять, захожу в квартиру. «Ты дома?» — На весь коридор приходит смс от Тео. «А ты ещё на работе?» — Быстро отвечаю я. «Пообещай, что если завтра я выйду вовремя, мы проведём вечер вдвоём.» «У меня остались ключи от нашей крыши.» — Я как будто чувствую, что он улыбается. «Спокойной ночи, малышка!» Ох, Луи, появится у него омега, и будешь ты себя с пола соскребать, чтобы прийти к ним на свадьбу.

***

Солнце близится к горизонту, но до заката ещё долго, на дворе стоит жаркий июль. Родители на работе, а у нас летние каникулы. Свобода бьет из всех щелей. Мы сидим с друзьями на крыше дома. Под песни на гитаре заканчивается уже далеко не первая и не десятая бутылка вина. Откуда мы их только достали? Время пять вечера. Дома нас ещё долго не будут ждать. А нас человек семнадцать из них восемь альф, две беты, шесть омег и я — единственная не определившаяся. Но мне осталось ещё три года. Стукнет шестнадцать, я уловлю запах истинного и мой организм наконец-то определится. Поэтому меня не парит, что я единственная девочка гамма на крыше. Играет лирическая песня. На крыше три пары, которые сидят обнявшись. У нас смешной возраст: от двенадцати до пятнадцати. Мы чувствуем себя невероятно взрослыми. Нам можно все. Нам уже никто не указ. По крайней мере пока родители на работе. Я выпиваю очередной стакан вина. Оно совершенно дерьмовое. Но откуда мне знать, что такое дерьмовое вино, а что такое хорошее? И пью я его из пластикового стаканчика. Это сейчас я бы к такому даже не притронулась, тогда мне было нормально, тогда это было правильно. Песня меняется на более быструю. Кто-то громко смеётся. Идущая ко мне фигура расплывается на три. Я ложусь на спину, небо тоже плывет. Живот скручивает. Первый раз в жизни в моей голове появляется мысль, что за количеством алкоголя надо следить. Я хочу обсудить это с кем-то из друзей. Один из них рядом со мной, и я поворачиваю к нему лицу. Он сидит, опустив голову на согнутые ноги. Кажется, он тоже это понял. Кто-то поднимает меня из лежачего положения, берет на руки и уносит с крыши. А потом мне на голову льётся ледяная вода, и я прихожу в себя. Тео кричит на меня на всю квартиру. Его родители в отпуске, и он во всю хозяйничает дома, когда не готовится к поступлению. Ему шестнадцать, он точно знает те простые истины, которые открылись мне сегодня. Он ужасно зол, что мы оказались на крыше с дешевым алкоголем, зол, что выпили слишком много, зол, что мне стало плохо. Он отпаивает меня чаем. Заставляет выпить таблетки. И говорит, что рад, что забрал сегодня Марка с собой на борьбу. А у меня кружится голова. И я ненавижу, когда он сердится на меня. И когда отчитывает, как маленькую. И еще я ненавижу его, потому что он не хочет замечать, что я взрослая. И за то, что ведёт себя, как старший брат. Только лишь старший брат. Как только мне становится лучше, я говорю ему об этом. И ухожу из его квартиры, разругавшись с ним вдрызг.

***

Сейчас горизонт горит красным. На дворе август. И на крыше не играет гитара. Мы сидим с Тео на пледе и вспоминаем тот день. После той ссоры мы больше ни разу нормально не поговорили. Он переехал в другой город через неделю. А если быть точной, то поступил там в военное училище и оказался в клетке. А его родители купили квартиру поближе к нему. — Знаешь, это повод выпить. Надо же было так по-дурацки попрощаться, — смеётся Смит и протягивает мне колу и стеклянные бокалы, которые мы захватили из его квартиры. Я достаю из сумки виски, которое забрала из машины. — Только попробуй сказать, что мне нельзя, — с улыбкой сообщаю я. — Да ты все равно не слушаешь, а откачивать я тебя умею если что, — он берет из моих рук стакан виски с колой и принюхивается. — Что за гадость ты пьёшь, малышка? Можно мне чистый виски? Я пожимаю плечами и выдаю ему второй стакан с чистым напитком. — Тост! — я поднимаю свой бокал. — За все хорошие воспоминания, что у нас с тобой остались друг о друге из детства. На один глоток я их постараюсь наскрести. — У меня с тобой было много хорошего. Выпью до дна, — его улыбка кажется мне слишком тёплой. Второй день я не чувствую его запах, но внизу живота все равно сводит. Мы продолжаем сидеть на крыше. И солнце практически прячется за горизонтом. У нас оказалось много тем для разговоров. Начиная от работы и заканчивая моим братом. За каждую тему мы решаем выпить. И хоть Тео сердится, что я это делаю, он не спорит. — Малышка, можно задам личный вопрос? — неожиданно парень меняет тему. — Попробуй, — виски развязывает мой язык, хочет поговорить о личном, что ж, пусть попробует. — Ты ведь двадцать пять лет была гаммой, да? — Это не тема для хорошего вечера, — быстро отвечаю я. — Мне просто интересно, если ты могла менять свой запах под альф и омег, ты могла и пробовать строить отношения и с альфами, и с омегами? — Именно так, — я слегка напрягаюсь от разговора. Главное не сорваться в слезы от того, что больше не могу. — С кем круче целоваться с альфами или омегами? — продолжает Тео. — Мне без разницы с кем, — особенно, когда тебе двадцать пять, а ты все ещё ни с кем. Тут и правда без разницы. Но в этом я ему точно не признаюсь. — А я ни разу не целовался с гаммами. Да и с бетами тоже. Интересно, как это? — Тео, ты на мне эксперимент поставить хочешь? — не нравится мне его тон. — А что, вдруг со мной будет не без разницы? — он не даёт мне возможности ответить. Одной рукой обхватывает мою талию и сажает к себе на колени, так, что моя грудь вплотную прижимается к его, а руки на автомате ложаться на плечи. Мои глаза теперь наравне с его. И мое тело в ужасе сжимается. Слава небу нет запаха, больше нет. — Расслабься, малышка, — его голос слишком нежный, и я слушаюсь. Губы Тео нежно касаются моих. Внизу живота все переворачивается. Его поцелуй становится увереннее. Его пальцы впиваются в мою спину, крепко прижимая мое тело к его. И вот я уже отвечаю на поцелуй, провожу рукой по его волосам, сжимаю его футболку. Через ткань легких летних штанов я чувствую, как набухает его член, и уверенно упирается между моих ног. Волна наслаждения накрывает не спрашивая. Пусть этот момент никогда не заканчивается. Пожалуйста, пусть никогда… Я прижимаюсь к Тео, хочу слиться с ним в одно целое. Он на секунду отстраняется. — Это совсем не так, как было с другими омегами… — выдыхает он мне в губы. И фраза моментально приводит меня в чувства. Я не даю ему закончить, одной рукой упираясь в его плечо, я отдаляюсь. Расстояние между нами все ещё остается небольшим, но его достаточно для того, чтобы Тео не продолжил поцелуй. — Как по мне, так все как обычно, — мой голос противоречит моему телу, но звучит твёрдо. — Луи, я же чувствую. Не надо мне врать, — рычит Тео, его пальцы впиваются в мою спину. — Неужели… — Да, но не больше, чем с другими. Ты для меня обычный, — я перебиваю его раньше, чем он закончит. Мне сложно не заламывать пальцы и не отводить взгляд. Но я прекрасно понимаю, что сдаться ему нельзя. У Тео есть истинный. Мы оба это знаем. И этот истинный рядом. Вот-вот и они встретят друг друга. Я не могу позволить себе сейчас утонуть в нем, чтобы потом сдохнуть, когда он от меня откажется. Пальцы Тео соскальзывают с моей спины. Я вольна слезть с его колен. Он тяжело дышит. Я наоборот пропускаю вздохи. Мы долго сидим, уставившись в одну точку, в полной тишине. — Ну, раз как обычно, то из нас получатся отличные друзья, — наконец выдаёт Тео. — Да, прекрасные друзья, — подтверждаю я, после долгой паузы.