Напарник

Директор и Дазай неотрывно смотрели друг на друга уже долгие сорок минут, а в это время за ними наблюдал весь офис. Молча. Каждый знал, что если дело касается портовой мафии — нужно искать Дазая, вот только сам мужчина меньше всего симпатизировал этому негласному правилу. Связь с Мори Огаем и его приближенными делали бывшего мафиози весьма ценным в таких вопросах… Только он сам мечтал, чтобы о его истории все забыли.

***

— Еще раз говорю, — с нажимом повторял Дазай, — если вы не хотите, чтобы злой гном взорвался, то меня лучше наоборот от него куда подальше. Он же психанет, едва я на горизонте его несчастной жизни покажусь. — А я еще раз повторяю, что это решение уже принято и Накахару уже проинформировали о вашем сотрудничестве. — Отвечал директор уже в миллионный раз. — Ни я, ни тем более портовая мафия не хотим быть под пристальным наблюдением властей. — А что нам власти, если ядерная бомба сидит только у ноги Мори? — Фыркнул Дазай, — агентство стоит на хороших счетах у города и на его репутации нет отрицательных пятен, которые бы повлекли за собой контроль. Если порт волнуется о таких вещах, то это только их проблема. После этих слов Дазай вышел из кабинета, оставив остальных сидеть в непонимании. Куникида пришел в себя быстрее всех и обратился к директору, который лишь тяжко вздохнул на выступление сотрудника. — Вы так просто дадите ему уйти? — Спросил Доппо. Голос его чуть подрагивал от удивления, ведь напарник такую сцену закатил впервые на его памяти. Стоящий подле директора Эдогава пожал плечами, — наверное, стоит дать ему время подумать. Возможно, факт прошлого партнерства с тем парнем наложил свой отпечаток на его поведение сейчас. Директор мотнул головой, — Накахара Чуя точно также отнекивался и не хотел иметь с ним дела. Их личные отношения довольно сложные и на принятие решения о совместной работе им понадобится время, которого у нас нет. — Что будет, если они не согласятся? — Возможно, Накахара Чуя будет первый в списке на истребление властями, а Дазай будет основной целью тех, кто провоцирует эсперов на безумие. Теперь никто даже не дышал. Все представили картину, как две сильнейшие фигуры покинут игровую доску. Смерть Чуи может повлечь за собой разрушения, ведь природа его способности сильно отличается от общепринятой. Если его сущность останется без сдерживающего его тела, то катастрофы будет не избежать. Если умрет Осаму, то обнуление обезумевших эсперов будет невозможным и сама идея спасения их от уничтожения тоже провалится. Как дополнение, агентство потеряет сильного стратега и полезного бойца. Это знают оба руководителя двух организаций, поэтому и было принято решение об объединении этих двоих. Они могут спасти друг друга. — И что теперь делать? — Осмелился спросить Накаджима, — если они не согласны, то… Фукудзава нахмурился, — Накахара согласился. Портовая мафия не намерена терять сильного бойца, а сам он не планирует умирать такой смертью. — Почему Дазай так остро воспринял это? — Подал голос Ацуши, — разве… Разве он не должен относиться к этому, как к любому заданию? Молчавшая все это время Йосано горестно вздохнула. Она прекрасно знала, что связывало и разделяло легенду портовой мафии, но сказать в слух это было бы странно. Это были ее личные наблюдения и остальных они особо не касались. После объединения организаций стали проводиться совместные тренировки и ребят часто объединяли друг с другом для какой-либо работы. Это мирное соглашение играло на руку порту, как плюсик в доброе имя, а агентству это давало сильных союзников. Ни Дазай, ни Накахара на мероприятиях не появлялись ни разу. Если приходил один, то другой даже близко не приближался. А еще, бывший сотрудник порта не выносил упоминаний о рыжем в любом диалоге. Едва звучало его имя, как Дазай либо переводил тему, либо уходил вообще. Так не могло продолжаться вечно, но и закончить этот цирк никто не мог.

***

Вечерний воздух медленно остывал, даруя долгожданную прохладу. Вдоль улиц зажглись фонари, а движение машин и людей уменьшилось. Становилось тихо и спокойно, наполняя душу умиротворением. Дым недорогих сигарет поднимался ввысь и растворялся в воздухе, как и мимолетные мысли, что летели вслед за ним. Дазай устало прикрыл глаза, — ведешь себя, как ребенок. — Отчитывал он самого себя стоя на балконе. В голову врезалась мысль, что стоит дать согласие на эту работу, но он почему-то не мог себя заставить. В голове роились сотни моментов, сценариев и реплик, но каждая из них меркла, едва в памяти всплывал образ голубоглазого наивного юноши, который всегда остро воспринимал шутки про свой рост. Возможно, мужчина допускал мысль, что воспринимает Чую, как брошенного ребенка и чувствовал вину за свой поступок… А может, так оно и было. Несколько лет назад он просто бросил его одного, не особо заботясь о том, выживет он на том задании без него или нет. Его это, на тот момент, волновало меньше всего. Порча всегда и все усложняла. За прошедшие годы они сталкивались на командной работе. Гильдия, террористы, а потом и ситуация с Тацухико, все это должно было убрать грань между ними, но она становилась только больше. Некогда было разговаривать и выяснять отношения, им нужно было выполнить свою работу ценой жизни, а если и удавалось перекинуться парой фраз, то это были язвительные комментарии или придирки. Когда Чуя без сил упал в его руки, Дазаю хватило сил и решимости лишь на осторожное поглаживание огненных волос, чтобы не позволить способности отделиться от тела. Если бы он просто оставил его, то Накахара бы точно погиб в ту ночь. Возможно, воспоминания о взаимной зависимости и были ключом к разгадке сложившейся сейчас ситуации, но повлиять на что-либо было сложновато. Дазаю просто было тяжело согласиться на добровольной основе находиться рядом с воплощением своей совести. Так Дазай и простоял на балконе до поздней ночи. Курил и думал о всевозможных выходах из этой кабалы, но он был лишь один верный — быть рядом. Взвесив все еще несколько раз, он достал из кармана мобильный и написал директору лишь одно слово: «согласен».