Нишке всегда весело

Нишке всегда весело. Она работает лишь для себя, она эгоцентрична и себе на уме. Тифлинг не жалеет погибших, не сочувствует обездоленным. Она жадна до ценностей, она не гнушается воровством. Отвернешься – и она уже вонзит тебе кинжал в спину. Потому что она – полудемон, а это еще хуже, чем дроу. Потому что она – воровка, а это еще хуже, чем наемница. Она предаст, как только подвернется шанс. Она продаст, если ей предложат за чужую жизнь хоть сколько-то монет. В глазах тех, кто собрался в этом зале, она именно такая: насквозь лживая, хитрая, изворотливая. Себялюбивая, запальчивая, ловкая. На грубость она ответит грубостью, но на помощь – помощью. Как у нее все просто, не так ли? Они сражаются бок о бок, они вместе пьют и вместе едят. Но несколько пар внимательных глаз неустанно следят за ней. Не перережет ли она Носительнице горло в битве, не подложит ли она чего в еду или эль? От тифлингов можно ожидать всего. Они другие. Нишка часто грустит. Она чутка к чувствам других, все подмечает. Ей не нравится убивать, но приходится обороняться. Когда она смотрит на тех, кто просит милостыню, не имея и гроша за душой, ей становится страшно. Именно поэтому она делает все, чтоб обеспечить себя деньгами. Чтобы ни в чем не нуждаться. Она будет биться до последней капли крови за тех, кто был добр к ней, за тех, кто не оттолкнул ее. И никакие деньги не заставят ее предать друзей. Маленькая полудемон, живущая внутри беглой воспитанницы хелмитов, тихо что-то напевает. Взрослая тифлинг озорно осматривает зал таверны, пересекается взглядом с угрюмым мужчиной в углу. Лук, волк, мягкий доспех, чуть ощущаемый запах костра. Он будто въелся в его плоть и кровь. «Твое здоровье, следопыт!», — безмолвный жест в поднятой кружке. «Будь здорова, плутовка!», — молчаливый, благосклонный кивок. Гробнар тянет печальную и бесконечную песню. Касавир хмурится, Келгар пьет, Элани плачет после очередной стычки с Кварой. А на сердце тяжело. Давит все: и стены этой таверны, и стены этого города. Города, в который она так стремилась! Впереди – неизвестность. Ей бы уйти, зажить своей жизнью, но она, пообещав отблагодарить Носительницу там, у ворот форта Локе, привязала себя к ней. И она не отступит, пройдет до конца, какими бы дорогами ни пришлось идти. Какая, впрочем, разница? Спина будто испещрена множеством ран, оставленных острыми и подозрительными взглядами спутников. Ну и пусть. Она никому ничего не должна объяснять. Хотя, порой ей становится нестерпимо обидно. Губы растянулись в лукавую улыбку, кружка стукнулась о столешницу. Плутовка смеется громко и звонко. Келгар усмехается ей в ответ. Они не друзья, но и не враги. Этакие недовраги, Бездна его поглоти! Полудемон внутри нее вторила гному-барду. Вечер продолжается. Нишке весело.