"Даже после смерти я всё равно буду с тобой!"

Рури сидела у окна и смотрела, как дождь падает с небес на землю. В её голове сейчас была лишь одна мысль. Её мучил страх перед чем-то новым. Она смотрела на дождь и в тайне завидовала ему, что он свободен, его жизнь прекрасна и скоротечна. Девушка всегда находила дождь завораживающим, но ещё более чарующим для неё был бушующий ураган. Она не считала его чем-то разрушительным. Рури всегда верила, что ураган счищает всё, что уже не нужно этому свету. Девушка любила сильные порывы ветра. Будто мелодия, ветер проносился мимо её ушей и что-то ей шептал, но она никак не могла разобрать его слов. Видимо, ей не суждено понять всей прелести свободы. Даже не телесной, а душевной. Такой свободы, от которой вырастают крылья и ты можешь улететь куда захочешь. Всё это постоянно терзало Рури. Она всё продолжала смотреть на дождь, как вдруг в коридоре послышался грохот. Девушка испугалась и сжалась на стуле. Её сердце стало бешено стучать и казалось она сейчас упадёт в обморок. Тут шум затих. Рури сидела, не шевелясь. Вдруг звук удара и в её комнату влетел человек в шапке, напоминающей голову лягушки. Девушка вздрогнула. Внезапно в комнату вошёл ещё один человек. Блондин, со странной причёской. Он обратил внимание на Рури, которая была уже готова потерять сознание: — Ты кто? Что ты здесь делаешь? Знаешь, что мы делаем с незаконно проникнувшими сюда бродяжками!? Парень провёл кончиком языка по краю лезвия стилета. Девушка даже не заметила, как тот его достал и когда он это сделал. Рури хотела закричать, но не могла и слова из себя выдавить. Будто что-то невидимое обхватило её шею и медленно сужало хватку. Второй парень встал и, не обращая внимания на первого, подошёл к девушке на расстояние вытянутой руки. Лягушонок попытался вглядеться в лицо девушке, но из-за капюшона он ничего не мог разобрать: — Сем~пай! Какая-то она странная. И на бродяжку не похожа. Возможно ли, что нас предупреждали о её приходе? Парень у двери лишь рассмеялся каким-то странным смехом: — Быть не может! Я стопроцентно уверен в своей памяти! Не было такого. Договорив, блондин нацелился на девушку парочкой стилетов. Тут позади него раздался чей-то голос: — Не советую тебе этого делать, если дорожишь своей жалкой жизнью! - Сем~пай, я этого парня впервые тут вижу. Лягушонок уставился на Рея. Рей же, в свою очередь, внимательно смотрел за рукой блондина, в которой тот держал два блестящих стилета. Снова грохот. На этот раз это была Рури. Бедняжка не выдержала и упала в обморок. Рей на миг отвлёкся от блондина, а тот, в свою очеред, запустил в девушку стилеты, как и собирался изначально. Стилеты достигли цели. Нет, то была не девушка, Лягушка. Парень присел на корточки перед Рури и загородил дорогу стилетам: — Ай, Сем~пай, больно ведь. Парнишка вытащил из спины оба стилета. Согнув их, он швырнул стилеты обратно владельцу. Блондин был в ярости: — Тупая Жаба, какого ты мне помешал!? Лягушонок ответил: — Сем~пай, прекратите уже на всех кидаться, по вам и так психушка плачет. Эта девушка здесь не одна. Следовательно, их кто-то пригласил. Рей усмехнулся: — На удивление сообразительная лягушка. А вот блондин умом не блещет. Жалкий псих. — Что ты сказал!? Парень с длинной чёлкой развернулся к Рею и метнул в него с десяток стилетов. Рей же отбился от них одним движением руки. — Как!? Тебя даже не поцарапало. Быть не может! Блондин был крайне удивлён. А ведь ничего удивительного. Рей просто заморозил собственную руку, вернее, покрыл тонкой корочкой льда, такого, чьей прочности позавидовала бы сама сталь. Парень разморозил руку так же незаметно, как и заморозил. После, Рей ринулся к сестре. Сидящий рядом с ней лягушонок тихо сказал: — Не беспокойтесь. С ней всё в порядке. Обычный обморок. Она ещё легко отделалась. Другие, после встречи с семпаем, от смеха помирают. У блондина дёрнулась бровь: — Чё ты вякнул, Жабёныш!? Тут в комнату влетел перепуганный Луссурия. Увидев, что девушка лежит на полу и, как ему показалось, не дышит, он стал трясти блондина за воротник плаща: — Бел, как ты мог убить столь юную девушку! Изверг, нахал, садюга! Она же только-только пришла в Варию.... Блондин прервал его, схватив за руки: — Я её не убил. По крайней мере пока. Она и в Варии. Да она от одного вида стилетов в обморок грохнулась. На кой чёрт она нам сдалась!? Лягушонок встал: — Сем~пай, она не от вида стилетов в обморок упала. Вы б подстриглись, кажись тогда бы девушки от вас не убегали и вы бы наконец нашли себе одну. Тут в парнишку прилетело несколько стилетов: — Что ты там пикнул, мразь!? Лягушонок вытащил из себя инородные тела: — Всё, молчу, молчу. Чего так злиться то!? Неужели правда глаза колет!? Блондин не выдержал и хотел было прирезать лягушку, но Луссурия его остановил: — Полно, Бел, полно. Прекрати уже. Вон до чего девочку довёл. Тем временем Рури пришла в себя. В глазах у неё всё всё ещё было мутным и размытым, но она уже ощущала рядом с собой брата. Вот она уже могла его слышать: — Рури, сестрёнка, ты в порядке? Рей говорил всё так же холодно, но уже с ноткой некой обеспокоенности. Девушка приподнялась. Она уже чётко видела брата и стоящего рядом парня в шапке-лягушке. Они оба сейчас смотрели на неё. Рури уткнулась в плечо брата: — Братик, мне страшно. Я хочу домой. Из глаз девушки потекли слёзы. — Сем~пай, ну вот. Вы довели девушку до слёз. И после этого вы продолжите утверждать, что вы такой мачо и девушки перед вами просто таят!? Блондин начал сильнее вырываться из захвата Луссурии: — Во-первых, я такого не говорил! А, во-вторых, я убью тебя, гадкая лягушка! - Эх, вы жалкий маньяк, у которого самооценка ниже среднего и вы, методом убийства, пытаетесь хоть как-то самоутвердиться. Жалкое оправдание для человека. И как вас только земля носит. Блондин уже было хотел придушить ублюдка, но Луссурия вытолкал его за дверь, после поспешно закрыв её. Рури присела на стул. Она была ужасно напугана. Ей всё это казалось нескончаемым кошмаром. Кошмаром, длинной вот уже в четырнадцать лет. Она закрыла лицо руками. Луссурия, подпинывая Лягушонка, вышел вон, тихо закрыв за собой дверь. Рей обнял свою сестру. Он просто молча был рядом. Именно это сейчас и нужно было Рури. Дождь за окном усилился. Капли начали громче ударяться о стекло. Девушка подняла голову и посмотрела на окно. "Прошу, смой все мои волнения, всю печаль и весь страх! Сделай меня сильнее!",— Рури словно про себя молила дождь. Рей присел перед сестрой на колени: — Сестричка, ты как? Девушка смахнула рукой слезу: — Я в порядке. Обещаю, с этого момента я начну становиться сильнее! Я не хочу быть для тебя обузой. Рури отвернулась. Парень склонил голову: — Какая же ты для меня обуза!? Я всегда буду защищать тебя! С этими словами Рей встал и вышел вон из комнаты. Снаружи стоял обеспокоенный Луссурия, тех двоих уже не было рядом. Парень вошёл в свою комнату и закрыл за собой дверь. Луссурия, немного постояв у двери в комнату Рури, направился куда-то, явно о чём-то размышляя. А за окном всё так же шёл дождь, плавно перерастающий в, так излюбленный Рури, бушующий ураган.