"Даже после смерти я всё равно буду с тобой!"

Девушка так и не ложилась спать, так как посчитала, что смысла уже нет, ведь выспаться ей всё равно не удастся, да и уснуть не получится. За окном начало светать. Дождь уже кончился. Небо окрасилось всевозможными оттенками золотого и Рури, раньше не замечавшую сей прекрасной картины, так заворожило это зрелище, что она даже не услышала шагов брата, который пришёл проверить её. Рей тихо стоял за спиной сестры и наблюдал за происходящим. На его лице появилась едва заметная улыбка. Брат девушки всегда прятал своё настоящее "я" под маской равнодушия и спокойствия, но на самом деле, пусть и глубоко внутри, но он всё же был довольно мягким и жизнерадостным человеком. Жаль, что сама жизнь была против его настоящей натуры. Рею пришлось слишком много пережить и, чтобы выдержать все удары судьбы, ему пришлось навсегда простится с тем собой, что так любил жизнь и не хотел причинять никому боль. Сейчас у парня была одна цель: стать для сестры надёжной защитой и опорой, ведь она очень хрупкая и ранимая девушка, которая, казалось, вечно будет прибывать в мире грёз. Рей никогда не считал свою сестру обузой, наоборот, она — единственное из-за чего он жил. Парень смотрел на Рури. Его холодные синие глаза в такие минуты словно оттаивали и становились такими жизнерадостными. Только наедине с сестрой Рей мог быть самим собой. Лицо девушки сейчас выражало восторг, детский искренний восторг. Парень тихо засмеялся. Рури резко обернулась: — Ох, братик, это ты. Не пугай меня так. Рей улыбнулся сестре: — Не пугать!? Но я же ничего не делал. Рури спустила ноги со стула: — Просто ты так неожиданно и бесшумно вошёл. Я тебя не заметила. Парень подошёл к сестре и погладил её по голове: — Я тут уже минут десять стою. Ты была так увлечена тем, что сейчас происходит на улице, что не заметила меня. Что такого необычного в сегодняшнем рассвете? Девушка подняла голову и взглянула на брата: — Я раньше не замечала, какой он красивый! Небо переливается такими прекрасными красками, что глаз оторвать невозможно! Рей присел перед Рури на корточки: — Неужели ты раньше этого не замечала? Рассвет всегда такой. Девушка лишь робко отрицательно покачала головой. Её брат снова улыбнулся и спросил: — Неужели ты так и не ложилась спать? И чем ты занималась всю ночь? Рури вновь отрицательно помотала головой: — Так и не ложилась. Мне не хочется. Ты ведь знаешь, что первую ночь на новом месте мне тяжело уснуть. Рей взглянул на окно: — Да, но тебе надо привыкать, ведь нельзя же не спать совсем. Девушка улыбнулась: — Всё хорошо. Сегодня ночью, я обещаю, буду спать. Тут раздался стук в дверь. Парень встал и направился к ней. Когда он открыл, то перед ним стоял Луссурия с мерной лентой в руках: — Как хорошо, что и ты здесь. Мне необходимо снять с вас мерки для вашей будушей формы. Жестом руки Рей пригласил Луссурию войти, а тот, в свою очередь, направился к девушке: — Тебе наверняка нужен балахон вместо плаща!? Рури кивнула в знак согласия. Солнце Варии же захлопотал над ней: — Тебе необходимо снять балахон, иначе я не смогу снять мерки. Тут девушка растерялась, ведь брат не позволяет ей даже капюшон снять, что уж говорить о балахоне. Тогда вмешался Рей: — Она сама снимет мерки и передаст тебе. Можешь пока снять мерки с меня, а после она тебе всё скажет. Ведь у тебя есть вторая мерная лента? Луссурия утвердительно кивнул и отдал девушке запасную ленту, а сам, вместе с Реем, направился в другую комнату. Рури заперла дверь и сняла балахон. Её длинные каштановые волосы грузно опустились на плечи. Красота этих волос была неописуема: длинный, густой волос, его насыщенный и сочный цвет, а главное красивый, живой блеск. Красота волос девушки уступала лишь красоте её глаз: как гранённый голубой сапфир сверкает на солнце, так её глаза сейчас сияли. Таких глаз небыло больше не у кого. Длинные, пушистые ресницы делали взгляд Рури ещё более чарующим и прекрасным. Сама девушка была тоже очень красива. Тоненькая талия, стройные ножки, красивая грудь, бледная бархатная кожа с румянцем на щеках — всё это было дано девушке природой, но она тщательно скрывала свою внешность. Рури сама не понимала, насколько красива, хотя, понимая это, она наверняка старалась бы спрятать себя ещё тщательнее. Излишнее внимание она никогда не любила. Она боялась его, как огня, и всегда старалась оставаться в тени. Ещё с детства, когда над ней хлопотала её единственная няня, девушка уже выделялась среди других детей. Ум, внутренняя и наружная красота, доброе сердце — всё это далось Рури от рождения. Отец девушки всегда хотел дать своим детям полноценное образование, поэтому с ранних лет Рури обучалась у дипломированных педагогов. Её старались вырастить человеком, который развит разносторонне. Скрипка, танцы, художественная школа, вокал — лишь немногое из того, чему её успели обучить. Девушке всегда нравилось заниматься тем, что предлагали ей отец с няней. Примером для юной Рури всегда был её старший брат. Она всегда старалась не отставать от него, радовалась, когда брат её хвалил, тосковала по Рею, когда он уезжал на учёбу. Девушка всегда считала себя самой счастливой на свете и благодарила бога за жизнь, подаренную ей. Но, когда отца Рея и Рури убили, девушка впала в депрессию. На тот момент жизнь уже не казалась такой прекрасной. С тех пор девушка и начала бояться внимания. Она считала, что если вновь к кому то привяжется, то тот человек тоже погибнет. Девушка перестала выходить из своей комнаты, не отпирала дверь, ничего не ела и не пила. Именно тогда её брат и принёс ей этот золотистый балахон. Большой капюшон не давал девушке отчётливо видеть окружающих, он как бы отгораживал её от внешнего мира. Вскоре Рури свыклась со смертью отца, но балахон так и не сняла. Ведь, когда Рей принёс ей его, он сказал "Надень эту вещь и не снимай, пока не поймёшь, что она тебе уже не нужна!". Девушка понимала, что, пусть она уже и не страдает так сильно, как раньше, но всё ещё не может обойтись без балахона. Он ещё нужен ей. Она пока не готова вновь полюбить жизнь так, как любила её раньше. Она пока не готова открыться миру. Рури взяла измерительную ленту и листок, что оставил ей Луссурия. Через пару минут мерки были сняты. Вот опять раздался стук в дверь. Девушка открыла дверь и отдала листок и ленту Солнцу Варии. Луссурия направился вниз по лестнице. По пути он наткнулся на Бельфегора, метающего стилеты в мишень, висевшую над камином. Принц, не поворачивая головы, спросил: — Что это у тебя там? Лус приостановился: — Мерки. Я ходил снимать их с новичков. Бел продолжал метать стилеты в мишень: — Ты ведь имеешь ввиду ту странную девку и её братца-болвана? Мужчина рассмеялся: — Смотри, Бел. Если Рей-тян это услышит, то он сделает из тебя ледяную статую. Принц лишь хмыкнул в ответ, а Луссурия направился туда, куда держал путь изначально. После того, как мужчина всё сделал, он решил отчитаться боссу, но его нигде не было. Когда Солнце Варии проходил мимо кабинета, он заметил Скуало, копающегося в бумагах: — Ску-тян, что-то потерял? Скуало же продолжал копаться в бумагах. Казалось, он не заметил Луссурию. Когда мужчина уже собрался уходить, капитан окликнул его: — Слышь, Луссурия, ты не видел мой отчёт с предыдущего задания? У чёртового босса на столе опять бедлам, нихрена не найти. Луссурия удивился: — Так спроси у него. Он наверняка знает. Скуало усмехнулся: — Вроооооооой! Во-первых, этот придурок точно его не читал и не знает, где отчёт, а во-вторых, он с новичком на задании. Мужчина был удивлён ещё больше: — Взял новенького с собой!? Ну надо же. Скуало хмыкнул и уставился на Луссурию: — Давай, лучше, помоги мне отчёт найти! Делать нечего, ведь если не помочь капитану, то оглохнешь, и Луссурия покорно начал помогать. Рей и Занзас вернулись на следующий день. Миссия прошла успешно. Босс был доволен, что с новичком не пришлось няньчиться, хотя, вряд ли бы Занзас принял его в Варию, если бы не был уверен в его силе. У входа Рея сразу же встретила Рури. Она крепко обняла брата, тот, в свою очередь, погладил её по голове. Тогда в холе были все, кроме Франа. Лягушонок, в то время, сидел у себя в комнате и листал какую-то книгу. Он вовсе не читал. Сейчас его голова была забита другим. Он думал о Рури. О том, что произошло вчерашней ночью. Что-то необычное было в этой девушке, что-то, что привлекло его внимание. Такая нелюдимая, но в душе совсем ребёнок. Девушка, способная радоваться дождю, пугаться чужих прикосновений. Она загадка: её характер, внешность, способности. Это так влечёт. Что-то неизведанное, что-то спрятанное так тщательно, что с первого раза не разглядеть. Хотелось разгадать её, узнать получше. Она, такая милая и робкая, казалась Франу чем-то из ряда вон выходящим. Сейчас почти нет шанса таких встретить и он был в этом уверен. Лягушонок закрыл книгу и лёг на кровать. Его уже клонило в сон, но Рури никак не выходила у него из головы. Чуть слышно в пустой комнате, когда сон уже почти овладел им, он прошептал: — Я постараюсь разгадать тебя.