"Даже после смерти я всё равно буду с тобой!"

Враги быстро обступили Рури и Бельфегора. Один из них спокойно окинул взглядом другого. Тот подошёл ближе, дабы проверить, живы ли жертвы. Но Минк не позволил ему приблизится. Хорёк озарил всё алым пламенем, ведь он животное из коробочки и будет до последнего вздоха защищать хозяина. - Брысь, животное, не поможет! Он уже наверняка помер. Командир вражеского отряда попытался отбиться от хорька пикой. Но тому было плевать на его слова. Зверёк знал, чувствовал, хозяин ещё дышит и если истребить врагов, то скоро примчится Луссурия и как всегда спасёт его безрассудного владельца. Бедняжка не знал, что Белу осталось в лучшем случае пятнадцать минут. Луссурия не поспеет. Что-то позади оглушило хорька и он рухнул на землю в метре от принца. Вражеский солдат улыбнулся: - Я же говорил, не мешайся, тупое животное. Вот теперь врагам уже ничего не мешало. Один из солдат достал пистолет и направил на обездвиженного Бельфегора. Мгновение и послышался выстрел. Но что это!? Пуля отскочила от принца, как мяч от стены. Враг выстрелил ещё. Он три раза нажал на курок и все три пули вновь отскочили от цели. - Да что за чёрт! Командир отобрал у солдата пистолет: - Стрелять научись для начала! Теперь уже командир целился в Бельфегора. Выстрел. Опять то же самое: пуля отскакивает. Глазам не верится. Всё тело принца заволокло розовой дымкой. Послышался возглас одного из солдат: - Командир, смотрите! Его раны.. Раны принца затягивались с небывалой скоростью. Дымка перешла и на животное. Хорёк пришёл в сознание. Через пару секунд и Бел был на ногах. Когда он поднялся, стало заметно, именно Рури источает эту дымку, этот розовый свет. На её руке горели кольца тумана и солнца. Её рана на плече тоже начала затягиваться. Бел посмотрел на неё. Он понял: два пламени резонируют и создают нечто новое. Новое пламя. Принцип схож с принципом резонанса пламени Ярости Занзаса, но только Занзас не смешивал два пламени, он родился с таким, так сказать, новым видом. Рури же, напротив, смешивает два вида, тем самым увеличивая силу нового пламени в несколько раз. Поразительная способность. Но принц был уверен, сознательно она ей пользоваться не умеет. Мысли потрошителя прервал голос врага. Бел ринулся в бой. Пара мгновений и все враги были повержены, а раны, наносимые ими, тут же заживали. Рури пришла в себя и приподнялась. Рядом стоял Бельфегор и смотрел на неё. Что-то непривычное сейчас было в его взгляде. Что-то неприсущее ему. Девушка попыталась встать, но ноги подкосились и она вновь оказалась на холодной земле. Её голова была опущена, она чувствовала себя виноватой за то, что ослушалась приказа. Девушка не понимала, что это был вовсе не приказ. Бел просто хотел спасти её, да и к тому же, как показала практика, когда голова забита только Рури, сражаться здраво невозможно, становишься лёгкой мишенью для врага. Принц подхватил девушку на руки. Та заёрзалась: - Что вы, не стоит, я сама могу идти. - Молчи и сиди спокойно. Голос Бела смирил девушку и она замолчала. Так они направились в сторону особняка. Тут позади послышались чьи-то шаги. Бел обернулся и тут же получил кулаком по лицу. От неожиданности он чуть было не выронил Рури. Принц выпрямился. Перед ним стоял Рей. Лицо парня выражала злобу, смешанную с беспокойством. У ворот показались Луссурия и Фран. Последовал ещё удар, но принц уклонился: - Да что я тебе сделал? Рей поморщился: - А говорили - элита Варии. Тоже мне элита, одно только название. Постороннего пламени учуять не смог. - И что, за это мне надо морду набить!? Рей направился в сторону особняка, кинув на последок: - Щенка надо либо научить пользоваться носом, либо пристрелить! Тут уже вмешалась Рури, только что спустившаяся на землю с рук потрошителя: - Братик, зачем же ты так? Он ведь спас меня! - Да это ещё кто кого спас! Кинул напоследок Рей и скрылся за особняком. Девушка сейчас была недовольна братом. Он всегда был груб, но сейчас уже перегнул палку. Зачем же он так? В то время Рей уже направлялся в свою комнату. В голове у него крутилась одна только картина: его сестра на руках у этого ублюдка. Да, он хотел чтобы Бел не приближался к его сестре ближе чем на пятьдесят метров. После того случая в гостиной, парень возненавидел принца больше, чем кого-либо. Что сказать, сестра - самое ценное что у него есть и он будет беречь её, пока его сердце будет биться! Но нужна ли ей его опека? Сейчас в голову парня закралась эта мысль и он замер. Что, если она вовсе не нуждается в нём, что, если он ей мешает? Быть может она... Нет! Она не может не нуждаться в нём! Ведь он её брат и она любит братика, она всегда так говорит. Рей уверен, Рури врать не умеет и не станет. Она вся как на ладони. Это-то и плохо. Слишком доверчивая, её легко ранить и обидеть. Кто, как не он, защитит её!? С этой мыслью Рей направился дальше и скрылся за дверью в свою комнату. Луссурия подошёл к девушке и повёл её в дом. Рури шла, склонив голову. Ей казалось, она обидела брата. Бельфегор уже минут как пять ушёл куда-то, а Фран занялся устранением улик и тел. В особняке царила привычная тишина, ведь её мог нарушить лишь Скуало, но его сейчас не было и некому было орать на весь дом. Луссурия отвёл Рури на кухню, где налил ей чаю. Девушка дрожащими пальцами коснулась кружки. Луссурия посмотрел на неё: - В чём дело? Рури подняла свой взгляд: - Всё в порядке... наверное. - Если "наверное", значит вовсе не всё в порядке. Расскажи мне, я уж умею хранить тайны. Солнце Варии улыбнулся. Тогда девушке вдруг захотелось поделиться всем, что накипело: - Ведь сейчас братик ударил Бельфегора лишь потому что тогда, в гостиной, он ударил меня, но ведь я не держу зла за тот удар, даже наоборот, я благодарна. Я перестала прятаться и кутаться в балахон. Перестала выстраивать невидимую стену. Та пощёчина, она будто сломала стену, что я годами старательно выкладывала. Так легко, так быстро. Потребовался лишь один удар, чтобы дать мне понять, что я слишком зациклена на прошлом и совсем не живу настоящим. Рури вновь опустила голову. Луссурия подошёл и сел рядом: - Твой брат просто ещё не привык к мысли, что его маленькая и беззащитная сестрёнка выросла. Не беспокойся, вскоре он поймёт. Так часто бывает, но ведь он не со зла. Просто хочет уберечь от невзгод. Хочет видеть как ты улыбаешься. От этого на душе у девушки полегчало: - Да, я понимаю, но ведь не стоит бросаться на людей. - Белу тоже не стоило поднимать на тебя руку. - Но ведь иначе кто знает, когда бы я сняла балахон. - И то верно. Но всё же, нашему принцу не помешал небольшой удар по физиономии. Уж слишком он обнаглел. Просто забудь. Твой брат остынет и перестанет обращать на Бельфегора внимание. - А если не перестанет? - Почему же? - Ну, что если я начну с ним общаться? - О, наш принц не создан для разговоров. Он у нас ходячий мешок грубости и жестокости. Не стоит тебе к нему подходить, может плохо кончиться. - Но ведь плохо, когда человек один. - Он не один. Рядом всегда есть я или Скуало. Знаешь, они с капитаном в хороших дружеских отношениях. На крайний случай есть Фран. Кстати о Фране, я гляжу, ты нравишься ему. - Он тоже мне нравится. - Нет, я не о том. Как девушка его привлекаешь. - Как девушка? - Да. Вот на него бы своё внимание обратила. Фран у нас довольно замкнутый, сам не скажет, да и первого шага от него не дождёшься. Попробуй сблизиться с ним, авось что получится. Пусть Рури и не понимала, к чему клонит Луссурия, но положительно кивнула в знак согласия с его словами. Мужчина улыбнулся и продолжил пить свой чай. Вот и чай Рури удостоился внимания девушки и она немного отпила. Ночь была ужасно длинной. Рассвет был красочным и спокойным. Такое чувство, что прошлой ночью ничего и не произошло. Рури сидела у своего окна и безмятежно смотрела куда-то вдаль. Её мысли сейчас были далеко, а на лице сияла улыбка.