Я хочу всегда пахнуть только тобой...

      Шатенка с голубыми глазами и очень бледной кожей молилась о помощи, но её никто не слышал. Потому что все это было спланировано заранее. Во всем виноваты одноклассницы, которые вечно над ней издевались. Это они закрыли её на складе с физкультурным инвентарем. Она не помнила сколько здесь находилась, может быть, уроки давно закончились и в учебном заведении никого нет. Ей было плевать, потому что и дома никто не ждал. Вдруг открывается дверь, да так, что шатенка падает на чью-то твёрдую грудь. — И что ты здесь забыла? — спросил грубый голос мужчины. — Ута, прости, просто меня тут заперли. — девушка оправдывалась перед брюнетом. — Неужели вы люди, даже перед своими не можете противостоять? — он склонился к ней и снял свои солнечные очки. Взору девушки представились горящие красные глаза с чёрным белком. Ута всегда так смотрел на неё, чего именно он хотел этим добиться шатенка не знает. — Да не, вроде… — произнесла девушка неуверенно и переместил взгляд на его татуированные руки, понимая, что Ута всегда находил её. — У меня идея! — мужчина взял её подбородок и поднял, так чтобы голубоглазая смотрела прямо на него. Ута очень сильно любит держать зрительный контакт, когда разговаривает с ней. — Инна, может мне всех их убить и съесть? — Не надо это же привлечёт на тебя внимание. — А что если дать, тебе, их съесть? — Ут, давай домой? — спросила голубоглазая, чтобы отвлечь его от этой мысли и ей было пофигу, что школьная одежда в какой раз была порвана. — Ладно, — он осмотрел девушка и видя в каком состоянии одежда накинул на Инну свой кардиган. — Только накинь. Она взяла протянутую вещь и они пошли по улице, скорее всего к его квартире.       Ута закрыл дверь в свою квартиру и развернулся к девушке. Инна сняла кардиган и протянула гулю, чтобы он его повесил. А сама пошла в комнату взяла из шкафа майку мужчины. Ута очень сильный гуль и в какой-то мере безумен, при этом девушка чувствует себя под защитой. И она будет даже рада, если умрет от его рук. — Ута, я в ванну — сказала Инна, и направилась в нужном направлении. — Я к тебе присоединюсь. — сказал гуль, взяв её под талию. Да она знала, что он пойдёт с ней, но это лучше, нежели, когда Ута неожиданно заходит. Когда они заходят в ванную, он по привычному берет и усаживает её на стиральную машину. Ута первым делом снимает этот удушающий галстук и бросает его на пол. Мужчина продолжает растягивать рубашку и не даёт ей никаких-либо возможностей, чтобы скрыть ссадины. Голубоглазая прекрасно видит, как он начинает сердиться, нет она видит как в его глазах мелькает безумные варианты уничтожения обидчиков. — Я их точно сожру, — сказал гуль, зло улыбаясь. — Меня заебало, что они трогают моё. — Да, но дай мне получить диплом, — предупредила она, потому что осталась всего лишь одна неделя. — Через неделю ты сможешь их всех съесть. Я даже их специально к тебе их приведу. — А вот такие дела мне больше нравятся. — на этой ноте он по-хозяйски целует и вместе с этим она чувствует горесть в горле, понимаю, что Ута намеренно дал свою кровь. Гуль отстранился и посмотрел на то как стали затягиваться раны на теле. Инна не знает как объяснять его способность, а сам Ута говорит, что это из-за его высокой регенерации. Но несмотря на это он свои отметины не лечил таким образом, разве что большие укусы. — Ута, может не сегодня? — сказала девушка понимая какие у нее дни. — Сегодня неподходящий день. — вспомнив какой сегодня день и подумав, что все же не надо рисковать, а потом вспомнила как оказалась запрета в подсобке. И она замерла от того как быстро Ута разозлился. — Ты совсем меня за идиота держишь? Думаешь, я не учуял? От тебя же несёт! Я сразу понял, а также я чувствую запах этих подонков и шлюх…— шипел он, прижимая её к стене. — Я не держу тебя за идиота, Ута. Отпусти меня и я уйду навсегда. — в полное спокойно произнесла девушка. — Куда? Ты же знаешь, что я своё уже не отпускаю! — Не знаю. — сорвала девушка. Снова. Она прекрасно знает, что он её никуда не отпустит. — Знаешь что, несмотря на все, я люблю с тобой играть. Я не отпущу тебя. От этих людей я избавлюсь. И ты больше никогда не увидишь их. А потом я придумаю. — он прижимает Инну к стене, а она медленно теряла сознание, чувствуя как у неё кружиться голова и он облизывает её ухо.       Гуль берет тело девушки в руки и заходит в душ. Ему не хочется чувствовать чужой запах на Инне. ЕГО ЛЮБИМОЙ ИГРУШКИ. Брюнет выкручивает краник и на них льётся вода. Одной рукой он держит девушку, а другой берет её трёт мочалкой, чтобы этот ужасный запах ушёл. Из-за воды футболка неприятно липнет к мускулистому телу, очерчивая его пресс. И Ута ставит девушку на пол, придерживая её собой, чтобы снять эту футболку и закинуть её куда-то подальше. А девушка тем временем стала просыпаться из-за того, что на неё капала вода и вот она уже держится сама, но чувствует малую слабость. Мужчина же замечает, что она проснулась, но не подаёт виду. Он специально берет и трёт мочалкой в области груди, постепенно начинает спускаться вниз и вниз. Гуль кидает мочалку к ногам и берет гель в руках и водит им по телу девушки. Как будто проверяет все ли у его игрушки на месте. И снова массирует её грудь, задевая уже твёрдые соски и оттягивая их. От этого девушка хмыкает.       Инна позволяет себе отозваться, перестает сдерживаться. Она отступает к стене, упирается лопатками и расставляет ноги, прищуриваясь. У Уты — жадный взгляд. Он, кажется, ощущает её тело, заставляет подтягиваться сильнее. Гуль кажется слетел с катушек и яростно впился в губы девушки.       Ута рычит, злится и сильно кусает её шею, втягивает в рот кожу, оставляет засос. Брюнет кусает ещё и ещё; Внутри будто вращается водоворот, утягивает, заставляет захлебываться воздухом. Удержаться просто невозможно. Ута знает как Инна любит, когда он её кусает. Он собирает с ягодиц остаток геля и вводит в зад два пальца. Раздвигает их, проталкивает глубже, сгибает. Липкое марево возбуждения на время отступает, морщится и сильнее прогибается в пояснице. Инна оборачиваюсь через плечо и теперь видит лицо Уты.       Он как-то по-особенному сгибает пальцы и замирает, не шевелится. Она снова начала стонать и подаваться назад, сжимаясь вокруг пальцев, старается сняться, чтобы потом насладиться снова. — Не молчи, — хрипло выдыхает девушка. — Я сейчас вставлю тебе, — говорит гуль. У него даже в этой ситуации голос как всегда. Но Инна слышит в его голосе нотки удовольствия и это чертовски возбуждает.       Дальше терпеть невозможно.       Инна жмётся к стене, и гуль вводит в неё головку члена. Мышцы плавно расходятся и она только сильнее выгибается и через раз дышит. Мышцы на животе ходят ходуном, и он потирает ладонью живот и мнёт её грудь, выкручивает соски. — Блядь, какая ты узкая. — она вцепляется в руку Уты, прижимается лбом к мокрой кафельной плитке. — Охуенно узкая. — гуль наклонился и прикусил её. — Кусай, — выдыхает шатенка. — Я хочу больше.       И она едва не спускается от мысли, что придется выйти из ванной комнаты. С пятнами расползающимся по шее и груди, с алым румянцем, с засосами и следами зубов на коже. Это увидят, будут спрашивать, а может и нет. Это должно пугать, но она только насаживаюсь на распирающего изнутри члена. Пытаюсь не упасть, вцепляясь в Уту сильнее, жадно глотает влажный горячий воздух. Гуль кончает глубоко, выгибается. И от одной только мысли, что тот кончил внутрь, она облизывает губы и снова стонет. Она прекрасно знает что это только начало, поэтому она не удивляется, когда он отстраняется и включает кран до предела и ополаскивает их. Эти руки с длинные пальцы с этими чёрными татуировками, которые она так любила, берут её и выносят из ванной комнаты.       Ута грубо кинул Инну на кровать. Она уже знает, что он намерен делать и просто лежит. Прекрасно понимаю, что ей будет до неприличия приятно. Тем более, что это Ута и она не куда не сможет убежать, ведь она уже давно в его власти. Пожар внизу живота и не думает утихать, разгораясь лишь сильнее, подпитываемый истинно мужским запахом гуля, который уже вдавливал тело девушки в кровать. Она чувствовала его всем своим существом, выгибалась навстречу большому члену парня, который он вгонял в неё по самые яйца, со вкусом трахая в умеренном темпе, но входя глубоко и основательно. Так она ощущала головку маткой, от чего из глаз просто сыпались искры, а голос срывался, толчок за толчком. И все равно хотелось больше.       Цепляется пальцами за мощные плечи, оставляя полосы, которые заживают мгновенно. Тянется губами к его шее с этой татуировкой вокруг неё, оставляя яркие метки, которые уже давно пестрят на её теле. Выцеловывает кожу, чуть солоноватую на вкус, пока Ута доводит обоих до пика, попутно терзая грудь девушки губами. Прикусывает сладкие полушария зубами, где придется, иногда задевая языком горошины сосков. С наслаждением сминает груди по очереди, выхватывая все больше и больше стонов с её припухших губ. Он кончает в девушку и выходит из неё. Любуется картиной извивающегося тела на красивых черных простынях. Гладит живот, довольный своей работой и выводит на ней только ему известные узоры. — Теперь, ты, пахнешь мной… – говорит Ута. — Я хочу всегда пахнуть только тобой… – говорит Инна и она садится на Уту верхом, требуя третий раунд и гуль с удовольствием даст ей это.