Пой мне ещё.

—Группа свободна. Уманова, задержись, -скомандовал Булатов. Вот уже неделю он был не в духе. Поэтому, неизвестно, к чему мог привести этот разговор. Оставшись на своём месте, что, как раз, находилось напротив контр-адмирала, она получила многозначительные похлопывания по плечу от Кота и Даны, будто бы они что-то знали, чего не знает она сама. Ведь если вспомнить, то за все последние дни, даже месяцы, она накосячила раза два от силы. С каждой секундой становилось все страшнее и страшнее, ждать можно было всего, что угодно. —Что-то случилось? -робко поинтересовалась она, сжимая в руке свой талисман. —Случилось… -перебирая какие-то бумажки, офицер никак не мог собраться с мыслями, все-таки, дело серьезное, что уж там говорить, неприятное. Для Багиры, ребят, да и него самого. -Переводят тебя… В Москву, на постоянку. Прости, я ничего не мог с этим поделать. —Когда вылет? -вопросов в голове было много, но единственное, что она осмелилась спросить, так это точное время и дату вылета. —Завтра, в семь утра, спецрейсом поедешь в Москву. Машина за тобой заедет в пять, сама понимаешь, мы хоть и воскресли, а врагов не уменьшилось. Если хочешь, могу собрать группу обратно, чтобы попрощаться? —Нет, это лишнее… Встав со своего места, Олеся подошла к мужчине, который уже распахнул руки для объятий. Не хотелось ему расставаться с этой девчонкой. Если в «Смерче» он только притирался к ней, втихаря переживал за неё, то в «Нерпах» он полюбил ее ещё сильнее. Что говорить, столько событий, связанных с ней, которые точно не забудутся, одно дело Кравцова чего стоит. А все почему, потому что не такая, как все. Дерзкая, упрямая, взбалмошная… Выйдя из кабинета, брюнетка лишь успевала вытереть катившиеся слезы, благо в КТЦ уже никого не было, кроме ночной смены. Достав телефон, она быстро нашла нужный контакт. Прокрутив в голове все события прошедших под прикрытием месяцев, она, все-таки, решила написать небольшое сообщение. «Приходи на набережную в час». Прочитает — хорошо, нет — значит, не судьба. Сегодня наша встреча станет крайней Под сверкающие фары Мы разойдемся… Собрав все свои немногочисленные вещи, половина из которых ещё оставалась в чемодане, все-таки, выходных и отпуска не было, а те пару платьев, что она надевала на встречи, уже давно покоились там за ненадобностью. Олеся посмотрела на время, до встречи оставалось двадцать минут, впритык, так сказать. Быстро взяв с комода ключи и зонт, девушка выбежала из квартиры. Благо, она жила на втором этаже, поэтому долго ждать лифт, не приходилось. Холодный антарктический ветер, что дул с Баренцевого моря, заставил девушку поежиться, уже десять минут, как она стояла в назначенном месте. Что-либо писать или звонить она не собиралась, давая ему возможность выбирать. Посмотрев ещё раз по сторонам, Уманова с грустью вздохнула, «он уже не придёт». Обернувшись в сторону моря, она начала вглядываться в большие темно-синие волны, что разбивались о скалы. Вдалеке виднелся высокий и очень яркий маяк, что освещал путь двум сухогрузам. Бросив взгляд на наручные часы, что уже показывали без двадцати два, брюнетка только усмехнулась своим не радужным мыслям. Машина приедет через три часа, а он, все-таки, не пришёл. Чей-то чих за спиной вселил маленькую надежду на то, что он пришёл. Медленно развернувшись, она постепенно начала поднимать глаза вверх. Черные, как смоль, лакированные ботинки, такого же цвета брюки, белая рубашка, пиджак, ну и конечно же, в одной руке зонт, в другой — цветы. Легкая улыбка на губах и искрящиеся глаза. Она всматривалась в них, пытаясь найти ответы на все свои вопросы, но их там не было, впрочем, как и всегда. —Ты опоздал! -единственное, что смогла сказать она. —Кто мог подумать, что в этом кхм… прекрасном городе, всего два круглосуточных цветочных. -глупо оправдывался он. Ведь на самом деле, он боялся этой встречи, зная, к чему она может привести. Вручив ей те самые цветы, мужчина не осмелился на что-то большее, сделав шаг назад. —Тюльпаны… желтые… -сразу вспомнилась старая песня «Желтые тюльпаны, вестники разлуки» и от осознания этого, она только громко рассмеялась. Мужчина не понимал такой реакции на его действия. Горькая слезинка, что покатилась по ее щеке, была быстро стёрта его пальцем, после чего он прижал ее к своему телу, зарываясь носом в ее темных волосах. Твои сочные тюльпаны Я сложу в контейнер мусорный И ты странный, если мне предложишь чая Хотя я бы и не отказалась От поцелуя, но ненадолго Чего говорить, он скучал, безумно скучал по своей девочке. За все два года, что вместе прослужили на Рубежах, они смогли побыть наедине жалкие полгода и то, по вечерам, либо же в редкие выходные, все остальное время они коротали в казарме, где не было ни единого местечка, чтобы побыть вдвоем. Если первое время им еще удавалось прятаться, то потом это выходило куда сложнее. Постоянные ссоры и недосказанности в адрес друг друга больно ударяли по каждому из них. Спрятав свои чувства в самый дальний уголок сердца, они перестали показывать друг другу свои переживания, обходясь скупым «Ну ты как?» или «Жив (а) и хорошо», оставляя всю душевную боль за маской равнодушия. Только Маргарита Степановна знала их переживания, знала, как они мучаются, но ничего поделать не могла. А точнее, не хотела. Не из вредности, не из ревности, а просто потому, что это трибунал, потому, что вся операция могла полететь в тартарары, позволь они себе лишним эмоции и, не дай Бог, чувства. К концу всей спецоперации, оба для себя решили, что так будет лучше — порознь. Только, кому будет лучше, неизвестно. Приподняв ее личико, он аккуратно прикоснулся к ее губам, боясь, что она его, все-таки, оттолкнет, но этого не произошло… Она лишь коснулась своей холодной рукой до его щетинистой щеки. Из робкого и нежного поцелуя, он перетек в более настойчивый и глубокий. —Борь, подожди, все не так просто. -отстранившись от таких желанных губ, Олеся взяла себя в руки, чтобы начать разговор, но сконцентрироваться не получилось. Прижавшись к нему ещё раз, она заплакала, как никогда. Слишком тяжело, слишком больно. —Тихо-тихо, успокойся и расскажи, в чем дело? -сняв свой пиджак, Тарасов аккуратно накинул его на девушку и раскрыл зонт, чтобы холодные капли местного циклона не падали на их головы. Ты разожги камин и позови Меня всего лишь словом Сожми покрепче, чем вино Расскажи мне все истории, что связаны с тобой Вдохнув поглубже запах ее любимого одеколона, Олеся опустила голову ему на плечо. В голову лезли воспоминания о прошлых проводах в другое подразделение. Она почему-то не восприняла это всерьёз, будто бы чувствовала, что они ещё встретятся. Впрочем, она оказалась права. Спустя пару месяцев, она оказалась рядом с ним, в одном подразделении, в одной квартире. Стала воспринимать все его ранения всерьез, все-таки, он не молодеет, чего стоит одно покушение на него. И когда? В тот день, когда они переезжали на новую квартиру, что находилась ближе к базе. Ещё пару лет назад они жили в небольшом загородном доме, что принадлежал Тарасову. Та атмосфера любви и нежности, что витала между парой, вызывала самые честные, неподдельные чувства. В тот момент, их отношения только начинали расцветать. Им было абсолютно все равно, что вставать на работу приходилось на час раньше, а то и на полтора, но это того стоило. Находится вдали от всех, знать, что никто не потревожит и не наведается в гости — бесценно. А сейчас… Всему этому пришёл конец. Быстро. Спонтанно. Безнадёжно застав их врасплох. И уже, пожалуй, навсегда. И я совсем не отказалась бы От поцелуя, но ненадолго Мокрые ноты, разряжен мобильный, голодный желудок Но я не отказалась бы… —Меня переводят, Боря, в Москву, навсегда, понимаешь! -уже не сдерживаясь, кричала она. Сдерживать свои эмоции было ей не под силу. Прощаться навсегда с родным и любимым человеком ей не хотелось. Она ненавидела Пригова, Булатова и остальных за то, что их вновь разлучают, но что-либо сделать, она не в силах. — Мы больше не встретимся… —Встретимся, верь мне… -поцеловав ее в макушку, он посмотрел на время. Стрелки часов быстро приближались к пяти утра, надо было уже идти провожать девушку к машине и торопиться… Торопиться домой за вещами, ведь в десять часов его должны будут забрать с базы. А о том, что он встретится с ней через восемнадцать часов в одном подразделении Москвы, Умановой знать пока не стоит, пусть это останется сюрпризом. Ведь один маленький сюрприз он ей уже приготовил, оставив красную коробочку предусмотрительно в чемодане. Песня: Липа - Тюльпаны