Ева

— Пусть будет Ева, — нежный женский голос. — Ева, ей подходит, — мягкий баритон. — Доченька.       В этих голосах столько любви, что моя душа сжалась от боли. Их уже нет. Меня нет. Но имя, имя я могу оставить. — Я сожалею, — я вздрогнула. В голосе моего позабытого водителя было столько боли. И эта боль лишь отражение моей. Сколько он слышал?       Не стоит. Это часть Жизненного круга. Мой, правда, какой-то странный. Новая Жизнь. И где, в машине. — Не страннее моего…       Ты о чем? Мне кажется, приостановить круг Жизни не так странно, как попасть в машину… Додумать я не успела. — Приостановить? Я его прервал, — горько усмехнулся Эдвард. Я невольно посмотрела на него. Лицо застыло каменной маской, а глаза… в них плескалась боль. Уже не моя.       Прервал? С чего ты это решил? Я нахмурилась, пытаясь понять, выловить из его знаний, доставшихся мне, ответ. Его не было. Глубоко в себя спрятал, значит. — Вампиры… мы же бездушные твари, — процедил Эдвард.       Его ответ поставил меня в тупик. Я, уже не преследуя цель получить знания, устремилась к рулю и, чувствуя прохладу его рук, коснулась души. Знания не посыпались на меня, поэтому я смогла почувствовать тепло, исходящее от нее. Оно, словно солнечные лучи, согревало, окутывало. Обратно в машину я просто вывалилась. — Что это было? — тихим, взволнованным голосом спросил Эдвард.       Наши души. Я хотела убедиться, что у тебя есть душа. И да, она у тебя есть. Теплая, ласковая… Я запнулась. Что я говорю?       Внутри бушевал просто ураган эмоций. Это было волшебно, восхитительно, так нежно и… стоило вспомнить, что я всего лишь машина, все положительное пронзила тоска. Я не могу нормально жить, я не имею права на любовь, я не имею права на обычные мечты, я всего лишь машина…       Истерика, пришедшая внезапно, утопила меня с головой. Я отрешилась от всего, и ушла в глубь машины, в темноту…

***

Эдвард       Наконец, эти бесконечные сборы закончились. Моя война с сестрой, очень странно, закончилась моей победой. Просто сейчас она не могла сказать наверняка, что же меня ждет в будущем. Это было нечасто, но было. А когда было, то ее можно было переспорить. Вот и сейчас я смог избавиться от половины вещей, что она пыталась мне всучить.       Все собрались, и мы спустились на парковку. Наш путь лежит на Аляску, в один хмурый город, котором солнце появляется всего шестьдесят семь дней в году. Я сгрузил небольшой чемодан в багажник своей новой машины. Серебристо-серый вольво со стальным отливом понравился мне сразу. — Так, слад­кие па­роч­ки, пом­ни­те, вы дол­жны при­ехать до­мой ночью. Так что вы ус­пе­ете и по­гонять, и вдво­ем по­быть, — напомнил Карлайл. — Эд­вард, желатель­но, что­бы ты то­же при­ехал поз­же. Так не­нуж­ных воп­ро­сов бу­дет мень­ше. — Да, Кар­лайл, — улыб­нулся я отцу. — Эд­вард, зна­чит, — я услышал тихий голос, больше похожий на шелест ветра. Обернувшись, я уткнулся взглядом в машину. Из родных никто не звал и не слышал. Значит, показалось.       Мы расселись по машинам, а Джаспер пошел открывать ворота. Внезапно он замер и уставился на меня. Через его мысли, я увидел восторг, идущий от меня. — Тебя глючит.       Джас уловил, что восторг внезапно унялся, и открыл ворота. Мы выехали и отправились, каждый своей дорогой. Все же иногда хотелось побыть отдельно от семьи. А мне еще и от их мыслей. Я разогнался до максимальной скорости и расслабился. — Вот не­нор­маль­ный! Ес­ли ты у нас не уби­ва­емый, то это не зна­чит, что ме­ня ка­лечить мож­но! — пришла чья-то яркая мысль, отозвавшаяся в голове словно ураганный ветер.       От удивления я нажал на тормоз, о чем тут же пожалел. — При­дурок! — снова яростный ветер в голове.       Ослабив нажатие, я с удивлением стал наблюдать КАК тормозит машина. Вместо того, чтобы скрипя шинами резко затормозить, она стала потихоньку притормаживать, пока не остановилась совсем. Поставив ее на ручник, я оглядел салон. Пусто, никого. — Эй, Эд­вард, ты ме­ня слы­шишь? — это фраза была спокойнее, она, как и в самый первый раз, была словно шелест на краю сознания. — Слы­шу, — от­ве­тил, кивая, я. — А ты кто? И где? — я уставился на руль. — Ты, на­вер­ное, до­гадал­ся. Я твоя ма­шина, воль­во. Ну, ко­неч­но я са­ма не ма­шина, но моя ду­ша по­ка об­ре­та­ет­ся имен­но тут! — Зна­чит, ме­ня не глю­чило. И Джас­пе­ра, ско­рее все­го, то­же, — все мысли просто выкинуло из головы. — А у вам­пи­ров во­об­ще бы­ва­ют глю­ки? — ее вопрос рассмешил меня, но смеяться не хотелось — Ты прав… — это же девушка, — пра­ва, не бы­ва­ют, — я за­мол­чал. — По­годи, а ты от­ку­да зна­ешь, что мы вам­пи­ры? — ее познания удивили меня. — Ну, я умею счи­тывать ин­форма­цию с дру­гих. Прав­да от те­бя ее приш­ло столь­ко, что я чуть не уто­нула в ней. Хо­рошо, ве­тер вме­шал­ся. — Ве­тер? — мысли смешались. — Ты тут сколь­ко еще сто­ять бу­дешь? Те­бя, ка­жет­ся, про­сили ночью при­ехать, а не ут­ром. — Да, по­еха­ли, — ее наглый тон меня не смутил. И говорить о том, что могу тут простоять и еще несколько часов, и все равно приеду вовремя, я не стал.       Я развил приличную скорость, но не такую, как в первый раз. Кто она? Как попала в машину? Она была человеком? Она получает знания, но как? Что еще она может? Удобно ей в машине? Огромное количество вопросов, разной степени глупости. — Эй, ты тут? — может мне все же это привиделось? — Я те­перь всег­да тут. — Весело! — В смыс­ле в ма­шине. Тво­им пос­то­ян­ным глю­ком быть не со­бира­юсь. И ес­ли по­жела­ешь, всег­да мо­жешь про­дать ме­ня… или бро­сить. — Хм, а зо­вут те­бя как? Есть имя? — нет, не привиделось. Последнюю отчаянную фразу я решил проигнорировать. Хоть я и вампир, но я не гад бросать девушек в беде.       И чего она молчит? — Так что? — вновь спро­сил. — Вспо­минаю, — короткий емкий ответ, за которым я слышал «отвали, мешаешь». Я усмехнулся своей фантазии. — Ева. Ме­ня зва­ли Ева. — Ева, — повторил я. Красивое, нежное имя. Я улыбнулся, и тут… — Пусть будет Ева, — нежный женский голос. — Ева, ей подходит, — ласковый мужской голос. — Доченька.       В этих голосах столько любви, что перед глазами стоят Карлайл и Эсми. Именно они виделись мне на месте родителей Евы. — Их уже нет. Меня нет. Но имя, имя я могу оставить, — в тихом голосе Евы был скрыт океан боли. — Я сожалею, — мой голос не дрогнул только из-за того, что я не человек. — Не стоит. Это часть Жизненного круга. Мой, правда, какой-то странный. Новая Жизнь. И где, в машине, — боль ушла, но грусть осталась. — Не страннее моего… — я задумался о своей душе, которую потерял, стоило вампирскому яду убить мое сердце. Мою душу. — Ты о чем? Мне кажется, приостановить круг Жизни не так странно, как попасть в машину… — Приостановить? Я его прервал, — я горько усмехнулся. Не верю, у вампиров нет души. — Прервал? С чего ты это решил? — Вампиры… мы же бездушные твари, — наивная, она ничего не понимает.       Внезапно я почувствовал тепло. Мягкое, манящее, оно стремилось ко мне, согревало. На секунду, на миг я почувствовал себя живым…       Прекратилось все резко. Только моя нечеловеческая сущность позволила мне продолжать управлять машиной. — Что это было? — даже шок от того, что в моей машине чья-то душа, не сравнится с моим состоянием сейчас. — Наши души. Я хотела убедиться, что у тебя есть душа. И да, она у тебя есть. Теплая, ласковая… — голос Евы, вначале наполненный эмоциями, постепенно затихал.       Я остановил машину на обочине, закрыл глаза и откинул голову. Не смотря на то, что я уже мертв в физическом смысле, мне казалось, что по телу растекается слабость, а сердце вот-вот вырвется из груди. А в голове поселилась единственная мысль: у меня есть душа…