Арья Старк (названи в разработке)

— Свою судьбу ты найдешь в Японии, — таким было последнее слово предсказательницы перед смертью.       Это предсказание было сделано, когда я был еще человеком. В то время я ухаживал за одной старушкой, она помогала нам, когда умерли наши с сестрой родители, и я не мог бросить ее на произвол судьбы. У нее не было родни. Амелия, так ее звали, доживала последние дни, и я, восьмилетним ребенком взял на себя ответственность за нее.       Уже не молодая женщина находилась на последнем издыхании. Кожа ее была обвисшей, скулы прочерчивались более отчетливо, потухшие глаза. Она не могла ходить, гангрена на ее ноге прогрессировала, уже начинала прогнивать. Из-за того, что в наше время не было квалифицированных врачей, нужных лекарств и стерильных повязок, она медленно умирала. Мы перевязывали ее ногу чистыми повязками с отварами трав, но это были жалкие попытки. Ногу необходимо было ампутировать, но в то время не было ни больниц, ни хирургов, по крайней мере в нашей захолустной деревне. Джейн, моя сестра, помогала мне заботится о ней, за что я был ее бесконечно благодарен.       И вот, когда Амелия умирала, она произнесла слова, которые, в тот момент, показались мне абсурдными. — Через много лет, когда сменится не одна эпоха, ты встретишь свою судьбу в Японии, — это были последние слова старушки перед смертью.       Мы похоронили ее около ее же дома. Сами вырыли могилку и положили в нее бездыханное тело. Мы были подавлены, она была единственным человеком, который любил нас и помогал, после смерти родителей. И в нужный час мы помогли ей, оказались рядом, проводив старушку в последний путь.       После ее смерти, в нас проявились скрытые силы. Джейн могла взглядом причинить боль, а я по желанию мог лишить чувств, выпуская слабый, еле заметный туман из пальцев. В деревне нас прозвали адскими близнецами.       Когда нам стукнуло по шестнадцать лет, местные задумали сжечь нас на костре, ибо верили, что мы приспешники дьявола.       Я помню крики Джейн, помню, как она просила не убивать нас, как я пытался бороться с мужчинами выше и намного сильнее меня, пытаясь спасти свою сестру. Когда подожгли столбы, по моим щекам текли слезы, я не хотел умирать. Не хотел, чтобы умирала моя сестра. Мы кричали, звали о помощи, но люди только смеялись. Называя нас исчадиями ада.       Но тут пришли они, прекрасные создания с красными, как кровь глазами. Они убили всех и спасли нас. Затем была боль, страшная, нескончаемая. Мне казалось, что моя кровь горит, каждая моя клеточка отдавалась жуткой болью. Но когда мы очнулись, то поняли, что наша жизнь никогда не будет прежней. Мы были красивыми, холодными и бессмертными.       Сейчас, вспоминая эти события, они кажутся мне столь далекими, будто происходили вовсе не со мной. Сейчас я на пожизненной службе у Вольтури, королевского клана вампиров и являюсь не последним вампиров в их свите, как и моя сестра. После обращения наши способности усилились. Мой туман стал чернее и опасней, а взгляд моей сестры мог убить, на столько сильную боль она могла им причинять.       Недавно мне поручили задание, как не странно, в Японии. Оно заключалось в истреблении новорожденных вампиров. Какой-то необразованный вампир наплодил не одну сотню новорожденных, не научи их контролировать жажду. Опасаясь раскрытия тайны, старейшины отправили меня разобраться с этой проблемой. В напарники мне дали Феликса, он был самый сильный в свите, и по совместительству был моим другом.       — Наконец-то закончили, можем выдвигаться домой, — с довольной улыбкой проговорил Феликс.       — А ты не хочешь немного понаблюдать за красотами этой страны?       — Нет, Алек, мне они не интересны, если хочешь, можешь прогуляться, а я в номере побуду.       День склонялся к закату, а значит можно было наконец-то спокойно прогуляться на территории городка Микуни, а именно там мы и находились. В тот вечер я вспомнил о предсказании, сказанного тогда старушкой давным-давно. И почему я вспомнил о нем сейчас? Ведь я не раз приезжал в Японию, для выполнения заданий, но так никого и не встретил.       Полил дождь, но юноша и не думал возвращаться. Он брел по окрестностям, находясь в своих мыслях и не заметил, как добрел до знаменитых скал Тоджинбо. — Неужели это и есть те знаменитые скалы, которые повидали не мало человеческого безрассудства и отчаяния? — спросил себя вампир.       И тут он увидел девушку, красные от слез глаза, пересохшие губы, спутанные волосы. Что-то тянуло его к ней, как завороженный он отправился в след за девушкой. Она напоминала ангела, познавшего отчаяние, боль и несправедливость этого мира.       Не нужно было вопросов, чтобы понять, зачем она пришла сюда. Но юноша смог ее остановить и спасти. Зачем? Он и сам не знал ответа на этот вопрос. Она будто заворожила его своей красотой, вампир больше себе не принадлежал. В нем, за столько лет, наконец-то вспыхнула та самая вспышка огня, что могла обернуться горсткую пепла. Но тогда, Алек не думал о последствиях. Подхватив девушку на руки, он нашел ближайшую гостиницу и снял номер, в который и поднялся с ней. — Зачем ты спас меня? — девушка дрожала, на ней еще была мокрая одежда.       Парень понял, что ей надо переодеться. Из шкафа он достал халат, который выдавался всем постояльцам. — Надень, — юноша кинул ей халат и отвернулся. — Ты не ответил на вопрос, — она смотрела на незнакомца с неподдельным интересом, при этом спешно переодеваясь. — Я не знаю, что-то заставило меня спасти тебя, какая-то неведомая сила, — услышав, что девушка завязала халат, он повернулся и сел рядом с ней.       Юная леди не могла понять его. Зачем ему спасать такую как она? Девушка никогда не считала себя красавицей, и то что Даррен, так звали ее погибшего парня, тогда обратил на нее внимание, стало для Арьи настоящим счастьем. Из Сеула в Японию ее привез Дарен, обещая жениться на ней. Сам жених был с Северной Америки, но со стороны матери у него были родственники в Японии, к которым он и приехал делать свою карьеру. По работе он приехал в Сеул, где и познакомился со своей невестой.       Но одна авария перечеркнула судьбы этих двух влюбленных. Парень не выжил, а девушка, не сумевшая справится с горем, отправилась на скалы Тоджинбо. — Зачем ты отправилась на эти скалы? — Алек пытался говорить мягко, но это не помогло.       По ее глазам потекли слезы, она зарыдала на взрыв. — Он не выжил… Даррен… Авария…       Не сумев понять, о чем говорит сидевшая напротив него девушка, вампир легонько взял ее за плечи и встряхнул, чтобы отрезвить. — А теперь сначала, что произошло? — Мой жених, Даррен, разбился на машине. Какой-то ненормальный врезался в его машину, он не выжил. — И ты решила отправиться следом за ним?       Девушка лишь кивнула, и снова заплакала.       Алек не знал, что ему делать. Ведь он должен на рассвете отбыть обратно в Вольтеру, но он не хотел оставлять ее, кажется, что молодой вампир влюбился. — Скажи, что ты хочешь делать дальше.       К тому моменту, как юноша размышлял, девушка уже немного успокоилась, поэтому могла трезво мыслить. — Я не знаю, я не представляю жизни без Дарена, но и возвращаться на скалы больше не хочу. Наверное, поеду обратно, в Сеул. — Значит ты не отсюда? — Нет, меня привез сюда мой жених, — девушка не смотрела на парня, ведь ее снова захлестнули воспоминания, а в глазах появились слезы. — Поезжай тогда домой, сейчас это будет лучшее для тебя решение, — вампир напрягся, смотря на девушку, он не хотел ее отпускать. — А ты? Что ты будешь делать? — Завтра я покину Японию, и вернусь домой. — А где ты живешь? — Арья смотрела на парня с неподдельным интересом. — Тебе это знать не обязательно. Девушку смутили эти резкие слова юноши, но виду она не подала, а лишь улыбнулась. — Хорошо, тогда, надеюсь, до встречи? — в ее глазах зажегся огонек надежды, она не хотела отпускать этого загадочного парня. — Да, до встречи, — в душе вампира бушевали разные эмоции, он хотел забрать ее с собой, но что-то ему подсказывало, что пока рано, что это их не последняя встреча. — Напомни пожалуйста свое имя. — Алек. — Арья.       Вампир вышел из отеля и пошел к своему другу, им пора лететь домой.       Через месяц, уже в Сеуле, Арья попала в автомобильную аварию, в которой смогла выжить, но потеряла память, все что случилось до трагедии она забыла, и не могла вспомнить очень-очень долго.