Один взгляд

Жизнь полна сюрпризов, и не только приятных.

Карин Узумаки на этот раз была одета в форму академии. Красные волосы были завязаны золотой лентой, а на ногах красовались модные туфли на устойчивом каблуке. Ослепительная и блистательная она шла и гордилась собой, когда на втором этаже столкнулась с Учихой. — Привет. Тотальный игнор со стороны брюнета. Девушка нахмурилась и взглянула ему в лицо в поисках ответа. Она тут же отметила глубокие тени, залёгшие под глазами и осунувшиеся щеки. — Что с тобой? Опять отец? Или… — Просто оставь меня в покое, Карин, хорошо? — Получилось дружелюбно. — Потом спишемся. И не став слушать красноволосую дальше, Саске направился к выходу. Сидеть на уроках сил не было и даже то, что отцу обязательно доложат о прогуле его не волновало. Раньше Итачи всегда его прикрывал, но сейчас когда братского плеча не было рядом, одиночество которое преследовало его всю жизнь стало ощутимым и пронзительно ярким. Для него старший брат был самым лучшим другом, знающим его насквозь. Узумаки же не все о нем знали и это было хорошо. С детьми Минато и Кушины они подружились, можно сказать, случайно. Фугаку собирался заключить с ними партнёрский договор и из-за этого маленькому Саске приходилось коротать время с двойняшками. Микото и Кушина с улыбками пили рядом чай, а Итачи делал домашнее задание, злясь, что его отвлекают. Это было идеальное время. Никаких забот и проблем. Никакой ненависти и боли, ставшими привычными и полностью пропитавшими все его клетки тела до единого. Став его неотъемлемой частью. Он болен. Вот она. Констатация факта. Гребанная Харуно была права. С ним что-то не так. От этой мысли Учихе стало не по себе. Захотелось прочистить внутренности, но внутри было пусто. Он ничего не ощущал. Даже холода, поскольку на улице начался осенний дождь. Учиха поймал себя на мысли, что пешие прогулки это приятное удовольствие. Можно отвлечься и успокоиться. Попытаться почувствовать хоть что-то. В это время на физкультуре Сакура с нахмуренными бровями отметила, что брюнета не было уроке. Наруто сказал, что тот ушел из академии решив пропустить оставшиеся уроки. — А на факультативе ждать его? — Они сидели на лавке и наблюдали как одноклассницы играли в волейбол. Девушку заменили, поэтому она пила воду из бутылочки и ждала ответ. — Скорее всего нет. — Наруто пожал плечами. — Карин сказала, что он был будто не в себе. Может что-то случилось? Я звонил ему, но он не взял трубку. — Ясно. Даже если что-то случилось, то прогулять уроки и не предупредить о об этом старосту, так могут поступать только бессовестные люди. Узумаки фыркнул. — Да ладно тебе. Это же не преступление какое-то. Девушка хотела ответить, как вдруг её телефон, лежащий в кармане шорт завибрировал. Глупая мысль на секунду мелькнула в голове, отвлекая от всего шума и заставляя сердце учащенно забиться. Нет, Сакура, это бред. Он не мог сам тебе позвонить. И глупая надежда зажегшаяся в груди разом потухла, когда на экране высветилось «Мама». — Да. — Шепотом ответила девушка, молясь, чтобы Гай сенсей не увидел, что она разговаривает по телефону во время урока. — Мам, я на уроке, я потом перезвоню… Наруто видел, как по мере разговора лицо подруги меняло своё выражение с чуть нахмуренного на шокированное. И когда Сакура закончила, он поинтересовался, что случилось. — Мама с папой переезжают в Токио. — Ты не рада? — Пронзительно голубые глаза Наруто обрели обеспокоенный вид. — Это же хорошо. — Нет, в порядке. Правда. Я пойду выйду, хорошо? Разочарование. Страх и горечь. Вот что осталось у неё на на душе после разговора с матерью. Радость от решения родителей быстро исчезла оставляя после себя пустоту, когда мать поставила её перед фактом. «Я устроилась старшей горничной в семью Учиха…» «И не вздумай спорить, все уже решено. Это довольны известные люди. У них сын учится в твоей академии, но он вроде младше тебя. Может быть слышала… Саске…» «Отец завтра улетает на подработку в Сеул, мы с тобой поселимся в одной комнате в особняке Учиха. И тебе легче и нам. Деньги на которые ты снимала комнату перестанут тратиться…» — За что? — Прошептала девушка смотря на своё отражение. Слезы очерчивали дорожки по щекам капая в раковину. — Почему я такая неудачница? Все было ясно как в божий день. Саске её убьёт. Съест и не подавится. В отражении мутного школьного зеркала она четко увидела как брюнет кривит красивые губы и из них выливается поток самых ужасных оскорблений. И это она ещё мягко отделается. Будет хорошо если на этом все закончится. Перечить матери девушка не сможет, поскольку она сообщила, что на покупку хорошей квартиры в Токио нужно много денег, а за вырученное за их дом в провинции многого не купишь. И она знала то, что родители давно откладывают деньги на дальнейшую учебу единственной дочери и экономить деньги в её интересах. Телефон снова мелко завибрировал. Наспех вытерев слезы, девушка прочитала бессмысленные сообщения от Ино и Хинаты в общей беседе. Быстренько им ответив, Сакура направилась на урок, не понимая когда её жизнь пошла под откос.

***

Саске резко открыл глаза и попытался сфокусироваться чтобы придти в себя. За окном было светло, но уже был вечер. Сколько же он проспал? Начав двигаться он понял, что не сменил одежду, поскольку влажная рубашка холодила кожу и неприятно липла. Да, точно. Ты сбежал с уроков и почти два часа шлялся под дождём. Класс. Не хватало подхватить простуду или грипп. В дверь неожиданно постучали. — Войдите. — Голос хриплый и такой уставший. Кого ещё принесло? — Мой мальчик! Микото в чёрном платье с уложенными волосами буквально вбежала в комнату сына. А у него в груди впервые за долгое время разлилось чувство нужности и горячего тепла, в противовес холоду. Мама. Самая добрая и любимая мама. Но когда он взглянул в её чёрные глаза, то на секунду увидел Итачи. — Я так рада тебя видеть! — Я тоже мам. Как поездка? Все. На большее сил не хватило. Микото это сразу поняла. — Хорошо, сынок. Дедушка с бабушкой передавали тебе приветы и ждут в гости. Как прошли твои дни? Почему ты не отвечал на мои звонки? — Выдохнув, женщина взяла сына за руку. — Он с тобой нормально обращался? — Мам, все было нормально. Я соскучился правда. Он не врал. Он успел забыть запах цветов постоянно исходящий от матери и её нежные руки. Микото улыбнулась и в уголках её красивых глаз появились слезы от любви к сыну. Но вдруг её телефон начал издавать звуки, разрушая идиллию. — Нас ждёт отец. Вздохнув Учиха ничего не ответил. Видимо этому ублюдку уже доложили о прогулах. Будет хорошо, если его гнев заденет только его, Саске. Мать урод не посмеет тронуть. Он не позволит. В кабинете мужчина сидел один. Единственная чашка с кофе говорила о том, что разговор не будет долгим. По крайней мере Саске на это надеялся. Привычные охранники молча стояли у стены, давно привыкшие ко всему. — Явился? — Не кричит. Это уже хорошо. — Скажи мне на милость, сын, почему мне докладывают, что ты прогулял два последних урока? — Я неважно себя почувствовал. Отец щурит глаза. Не верит, это было очевидным. После того как молчание затянулось Микото незаметно сжала его ладонь, оказывая поддержку. Она не знала о том, что Саске вернулся раньше. И она очень надеялась, что Фугаку не станет наказывать единственного сына. Единственного… А как же Итачи? Слезы подступили к горлу, но женщина с трудом их отогнала и выдавила подобие улыбки. — Ты. — Палец с перстнем указал на мать. — Познакомься с нашей новой старшей горничной. Она приехала с дочерью и вместе с ней поселится у нас. Девка, кстати, твоя ровесница, Саске, и учится в академии, ещё… — Сынок, выйди. — Микото нахмурилась и мягко потрепала рукав сына. — Мне нужно кое-что сказать твоему отцу. — Как ты смеешь… — Не трогай её. — Омерзительно с ним говорить. — Выслушай, что она хочет сказать. Отец, пожалуйста. Хотелось выдернуть себе язык, но вместо этого он с поклоном удалился за дверь. Новая горничная? Ещё с дочкой ровесницей из его академии? Наверняка кто-то из параллели, там бедняков побольше будет чем в его классе. Интересно, предыдущая горничная не выдержала тирании и сбежала? Правильно сделала. Он бы сам тоже не прочь так поступить, но оставить мать? Ещё чего. Сама она ни за что не предаст Фугаку, сколько бы он её не унижал. Неужели это и есть любовь? Если да, то он, Саске, никогда не позволит этому мерзкому чувству заполонить его сердце. Позволить растоптать себя и в конце концов убить. — Что хотела? — Он был зол. Мало того, что заткнула при щенке, еще и стоит и смотрит на него злым взглядом. — Зачем ты поселил здесь девушку? Ты ведь не тронешь её? Вопросы остались проигнорированы. Старший Учиха взял пачку сигарет и при жене начал курить. — Ответь?! — Крик. — Она ведь не будет делить с тобой постель?! Глаза Фугаку опасно потемнели. — Не заговаривайся. — Щелчок и охранники тут же подошли к женщине. — Ещё одно слово и ты вылетишь отсюда. Удивительно спокоен. Микото стало не по себе. Гордо подняв подбородок она сама вышла из кабинета. — Что это было? — Сын стоял облокотившись на стену. В чёрных брюках и чёрной рубашке. Красивый и очень похожий на покойного брата. — Послушай. Девочка о которой говорил отец. По возможности приглядывай за ней ладно? Я не всегда успеваю за всем здесь… — Что с ней? Зачем мне это? Микото открыла рот, но передумав отвечать, просто проговорила: — Пожалуйста, сын. Девочка точно ни в чем не виновата. В её голосе было столько надежды, из-за чего Саске коротко кивнул. Что отец хочет сделать с этой чертовой дочкой слуги? Блять. Он её ни разу ещё не видел, а она уже успела выбесить его. Хотя, если это будет Сумирэ из параллели, то он с удовольствием приглядит за этой сексуальной задницей… — Госпожа. Новый персонал прибыл. — Микото пошла вслед за дворецким и Саске тоже решил унять своё любопытство. Но в душе заскребся маленький коготь беспокойства и страха? Вдруг это не Сумирэ, а например, Харуно? Нет. Ты бредишь. У неё мать в провинции. Сердце пропустило удар, когда они с матерью вышли в холл. Сука. Сука. Сука. Перед ним стояла Сакура в обтягивающей чёрной водолазке и джинсовых шортах, не скрывающих стройные ноги. Женщина, по видимому, её мать, поклонилась и улыбнулась, затем протянула Микото какую-то папку. Неприятное чувство разочарования и злости заполонили его нутро. Хотелось крушить и орать на всех и вся. Хотелось схватить Харуно и вытрясти из неё душу. Одно слово и он взорвется здесь и сейчас. Блять. Ещё этого ему не хватало. Эта дура… Блять… Но когда зеленые глаза посмотрели на него в упор, его как будто ударили в ребра, заставляя воздух покинуть его. Уйди. Исчезни. Харуно, прошу. Мне ведь это видится? Но вместо этого он вдруг представил как она стоит на коленях и делает ему минет. Обнаженная, её розовые волосы струятся по хрупким плечам, а сама она смотрит на него с нежностью и любовью…? Ничего не говоря, Саске вдруг отвернулся и резкими шагами направился в свою комнату, оставляя женщин в легком недоумении, а её на грани сердечного приступа.