Дитя войны

      — Как давно вы здесь? — придав своему тону максимально расслабленный тон, вежливо поинтересовался Атос.       — Я приехала наследующий день, после вашего отъезда, — так же вежливо отозвалась девушка.       Как только дверь здания, где находилась обеденная, захлопнулась за их спинами, мужчина, как и полагается благовоспитанному джентльмену, предложил барышне свой локоть, чтобы в случае, если она подскользнется, поддержать её.       — Благодарю, — улыбнулась София, принимая помощь.       Они не спеша переходили двор. Чувствовалась невесть от куда взявшаяся неловкость. Может Атос смущался от неоднозначных чувств к девушке. Потому как она, хоть и казалась ему привлекательной, все же хранила некие тайны. А тайны скрытые в женских головах, порой причиняли боль — судил Атос из собственного опыта.       Возможно, дело было в руке Софии, той самой, что покоилась на его локте. Едва ощутимо, почти воздушно, словно девушка была готова в любой момент отдернуть её.       Мушкетер украдкой посмотрел на свою спутницу. Она была задумчива. Смотрела под ноги, но, видимо, почувствовав на себе взгляд, подняла голову.       — Я вижу, что ваш беспокойство, — София мягко придержала его у двери своей комнаты. — Но не пойму, откуда оно в вас. Вы дома. Ваша компания завершилась успехом. Уж не связано ли это с нашим знакомством?       Атос вгляделся в милое личико, вновь подмечая привлекательность и поражаясь прозорливости:       — Если скажу что это банальная усталость — вы поверите? — выдавил из себя улыбку.       Но София оглядела его почти тоскливым взглядом, а затем, заглянув прямо в глаза, отрицательно покачала головой и отняла свою руку:       — Если у вас, по какой-то причине, есть сомнения относительно меня — не стесняйтесь. Я не стану вам лгать.       От неожиданности, сердце Атоса бешено заколотилось. София не лгала ему. Он буквально чувствовал как в груди раскрывается волнующийся теплом бутон, разливаясь по всему тело. А девушка, подождав несколько мгновений, но не услышав никакого ответа, устало улыбнулась и скрылась за дверью комнаты.

***

      София врала самой себе только первые дни. Потом все же призналась — Атос интриговал. Его отчужденный вид, словно ему нет дела ни до чего, привлекали больше, чем кричащее внимание других мушкетеров. К слову, таких джентльменов оказалось более дюжины, что и пугало, и забавляло одновременно.       Однако, спустя несколько совместных вечеров, за мушкетерами установилось стойкое правило, что провожает леди до спальни именно командир.       И каждый раз София ждала. Хоть взгляд. Но Атос упрямо смотрел перед собой и говорил на нейтральные темы. И можно было бы списать на его незаинтересованность, что хоть и обидело бы, но прояснило, но нет.       Если поднималась тема женщин или в гарнизон приходила чья-то невеста, София ловила на себе его взгляд. Пробирающий до мурашек, волнующий и очень грустный. Хотя позже девушка таки поняла — у командира мушкетеров всегда грустный взгляд. Словно, омраченный непереносимым горем, разбитым сердцем и тяжкой тайной.       Лишь однажды, выйдя из кабака, где мушкетеры были завсегдатаями, она видела их. У подворотни, где едва стоящий на ногах Атос, то ли шептал на ухо, то ли страстно целовал женщину. Мужчины не прячут головы под модными шляпками       С того вечера Атос стал молчаливее. Почти не говорил. Сухо прощался и быстро уходил не оборачиваясь. Будто София стала ему в тягость.       — Королева пригласила тебя во дворец, — буднично сказал Тревиль.       — Зачем? — София попыталась не уронить тарелку с завтраком.       — Хочет познакомиться, очевидно, — не отрывая взгляд от бумаг, отозвался мужчина.       В дверь тихо постучали и она тут же отворилась. Девушка разложила приборы и выдавила улыбку вошедшим. Только глаз поднять не могла.       — Со дня на день прибудет посол из Англии, — стоило двери закрыться за девушкой, с лица капитана слетела вся безмятежность. — Нужно быть на чеку. Любой конфликт с Послом или покушение на короля, может привести к войне.       Де Тревиль привык к Софие, однако, не заметить, что она сует свой нос абсолютно везде не мог. Она была бойкой, с острым языком и не единожды ставила на место любых наглецов, будь то мужчина или женщина.       Еще капитан заметил, что при четверке друзей, она вдруг притихает. Рассудив, он догадался, что кто-то из них Софие приглянулся. Зная, её вздорный характер, это мог быть Портос. Учитывая её легкомыслие — Арамис. Дальше капитан раздумывать не стал. В конце концов ей уже двадцать — может и сама разобраться.       А нет — придет.