Привет с того Света

      Машину слегка потряхивает из-за неумелых рук водителя. Кажется, что она едет урывками, то и дело резко притормаживая. Сам водитель едва ли не писается от страха. На трассе полно тачек, и как бы не задеть ни одну из них. Также он часто пялится на навигатор, буквально каждые две секунды. Тот показывает какую-то непонятную искривленную линию и стрелочку, обозначающую саму машину.       Когда они выезжают загород, становится намного легче, дорога правда сужается, но машин становится куда меньше. Тэхен не сдерживает любопытства и заглядывает в пункт своего назначения. Его глаза едва не выпадают из орбит, когда женский голос оповещает «Пусан». Что они там-то забыли? До него ехать всего пару часов, но это не радует. — Ага, а почему вообще не в Гонконг?! — мальчик задумчиво пожевал губу, но ему ничего не оставалось, кроме как смириться со своей участью.       Довериться — единственное, что ему остается. Когда рядом никого нет, а друзей защитить хочется, остается лишь поверить какому-то дядьке с приятным голосом. Еще и Чонгук молчит последние два часа. На улице давно рассвело, солнце высоко в небе, хотя сейчас только утро, а призрак за всю поездку не проронил ни слова. Может, он обиделся? Или спит? А призраки вообще спят? А им снятся сны?       Тэхен ерзает на сидении, безуспешно пытаясь усмирить свое любопытство, которое так и свербит в одном месте. — Чонгук-а, — осторожно зовет мальчик, все еще не спуская глаз с дороги. Что?       Это было довольно резко, Ким аж слегка подпрыгнул от неожиданности. — А ты… ничего не вспомнил за все это время? Ничего. — Та папка, почему в ней наши фотографии? Там столько непонятных слов, но, я думаю, Чимин бы разобрался, да и Юнги шарит в этой научной терминологии. Твои друзья… они хорошие. — Не то слово! — весело восклицает Тэхен. — Люблю их безумно, именно поэтому решил поступить так. Ох, чувствую, Юнги будет в ярости! Хах, когда мы встретимся, отвесит мне пару смачных щей, — он смеется, но сам не верит в свои слова.       А встретятся ли они когда-нибудь еще? Смогут ли снова сходить в кафешку? Или посмеяться над очередным нестрашным ужастиком? Какова вероятность того, что Тэхена не грохнут в любую секунду? Один к одному. Ким всего лишь подросток, но сейчас в нем пылает жажда мести, кровавой расплаты. Ему пятнадцать и, видимо, пришлось повзрослеть слишком рано. Он не хочет умирать. Мы справимся. — Это же ты… убил девочку из моего садика? — внезапно спрашивает Тэхен, голос его вмиг становится сосредоточенным, как и взгляд. Я думал, ты забыл. — Недавно я наткнулся на статью, в которой упоминались странные жуткие смерти, которые не удалось раскрыть.. Какие слухи только тогда не ходили. Все считали меня монстром. Мои родители считали меня монстром, — прорычал Тэхен. Неугодные тебе должны сдохнуть.       Мальчик теряется, уже в который раз от слов призрака. Чувства, что он вкладывает в эти слова, Киму непонятны и незнакомы. По спине бежит неприятный холодок, оседая где-то под ребрами. Он решает промолчать.       В животе громко урчит. И так кстати через пару километров попадается заправская кафешка. В лучших традициях какого-нибудь Техаса. В стиле Дикого Запада. — Мне нужно поесть. Я не ел два дня.       Ответа или какого-нибудь комментария не следует, и Ким принимает это за молчаливое согласие. Он останавливает машину около небольшого здания, хватает рюкзак, в котором немного денег, папка и пара тетрадей с ручками.       Мальчик неуверенно входит в кафе. Он единственный посетитель и поэтому позволяет себе сесть на самый удобный диванчик. К нему тут же подлетает парень, у которого в руках блокнот и карандаш. На нем надет ковбойский костюм, и смотрится он просто шикарно. Мексиканский жилет, чапаррехас — защитные штаны из кожи — и сапоги с высокими голенищами. На шее завязан хлопчатобумажный цветной платок, последняя деталь костюма — шляпа стетсон с высокой тульей. А милое лицо официанта оставляет о нем наилучшее впечатление. — Что будете заказывать? — мелодичным голосом спрашивает, — Тэхен поднимает взгляд на бейдж, — Ким Сокджин. Хм, знакомо. — Рамен, моти… — начинает перечислять. — Извините, но мы специализируемся на американской кухне, — парень виновато улыбается и кивает на меню, лежащее на краю столика. — Тогда самый большой бургер и стакан колы, — тут же находится Тэхен.       Сокджин кивает и просит немного подождать. На самом деле удивительно, что он в этом кафе один. Оно находится довольно далеко от города, и мимо проезжает множество машин, но они почему-то не останавливаются. За то время, пока едешь, ты безусловно проголодаешься. Это было немного странно, но не настолько, чтобы отвлекать Тэхена от мыслей о еде. Мне здесь не нравится. — Отлично! Теперь мы точно остаемся!       Мальчик издевается над призраком, припоминая ему случай в ванне и как ему потом тяжело было смотреть в глаза Чимину. На самом деле, по меркам корейцев (и не только), Чонгук был красив, даже очень, и только это уже заставляло Тэхена смущаться. В голове всплывают мысли о том, каким мог бы быть Чон человеком, но они тут же исчезают, потому что Ким обрубает их на корню.       Тэхен хватает телефон и бездумно шарится по галерее. Он, конечно же, не додумался вытащить сим-карту или же вообще выкинуть телефон. В галерее много фоток природы, которую очень любил запечатлять мальчик, а также много фотографий обнимающихся/целующихся Чимина и Юнги. Есть даже такая, когда они застукали Кима, и Юнги, все еще обнимая Пака, протянул руку к камере, слегка закрывая обзор своими пальцами, но все еще можно было увидеть счастливое лицо Чимина. Пожалуй, это была его любимая фотография. — Ваш заказ, — парень мило улыбается и ставит поднос с едой на стол.       Тэхен кивает, а Сокджин отходит от него к барной стойке. Мальчик уже хочет приступить к еде, но замечает смятую бумажную салфетку, на которой отчетливо были видны следы чернил. Он тянется к салфетке и аккуратно разворачивает ее. «Они вычислили тебя. Ты должен был избавиться от телефона, идиот! БЕГИ»       У Тэхена бегут мурашки по спине, когда до него наконец доходит смысл записки. Он не знает, что делать в данной ситуации, да и Чонгук молчит. Мысль о телефоне запоздало появляется в голове, и он корит себя, что сам не додумался до этого. Ведь по сигналу его легко можно было отследить — ну, по крайней мере, легко тем, кто в этом разбирается.       Ким поднимается с места и направляется к выходу, когда раздается град выстрелов. Конечно, он не думал, что сможет так просто уйти, именно поэтому валится на пол, и пули пробивают кафе, делая из него решето. Тот самый Сокджин сидит, пригнувшись неподалеку, и кивком головы указывает на дверь, ведущую на кухню. — Там есть черный ход! — кричит парень, но его частично заглушает треск, однако Тэхен тут же кивает и ползет в сторону нужной двери.       Сам Сокджин уже прополз внутрь. Черт, я чувствовал, что что-то не так! Я попробую их убрать, если не получится, то в крайнем случае немного задержу. — Я полагаюсь на тебя.       Чонгук делает пару шагов к выходу. Пули проходят сквозь него, не доставляя ни малейшего урона. Он осматривается и видит толпу мужчин с оружием наперевес. Раньше, чтобы пройти сквозь тонкую грань миров, хватало лишь сильного чувства — такого, как злость. Чувствуя ярость, Чонгук всегда мог причинить боль живым, и это всегда было из-за Тэхена. Но сейчас надо было лишь подумать о том, как крошатся чужие кости, и это тут же исполнялось. Двое мужчин тут же повалились на асфальт, громко крича и хватаясь за ноги.       Чон попытался причинить урон остальным, но это почему-то не получалось сделать, хотя оставалось еще четверо человек. Один из них стоял слишком близко к машине, и призрак решил это обыграть. Он подумал о закипающем масле в моторе, об огне и взрыве. Минус один.       Осталось трое, и придумать, как их остановить, не получилось. Что было на самом деле удивительно: никто не бросился к упавшим товарищам, которые уже умерли от болевого шока или не удивился взорвавшейся машине. Они просто шли напролом. Когда самый главный среди них жестом указал следовать внутрь кафе, Чон по-настоящему запаниковал и решил как можно скорее вернуться к Тэхену. Черный выход оказался заперт, черт!

***

      На кухне было тихо, только масло во фритюре шипело. Наемники следовали также тихо, обследовали территорию, пытались найти мальчишку, но ничего не выдавало его местоположения. Повара не было, да в общем-то никого не было, и это заставило мужчин покрепче перехватить оружие.       Главарь даже не понял, что произошло, когда один из его людей упал замертво, а из его груди торчал тесак. Они не начинают палить во все подряд по той простой причине, что здесь все может взорваться к чертовой матери, если случайно задеть балон с газом.       Тэхен выскакивает из-за стола и тут же наносит удар по лицу одного из оставшихся двух, тот отшатывается и нажимает на курок. В мальчика пули не попадают, и он толкает мужчину ближе к фритюру, замечая краем глаза, как тот официант, Сокджин, умело наносит удар за ударом, чтобы сбить второго противника с ног. Не успевает Ким повернуться к своему противнику, как чувствует крепкую хватку на шее. Наемник крепко сжимает ее, даже приподнимая подростка над полом. У Тэхена начинается паника из-за нехватки кислорода, но мозг по этой причине начинает обрабатывать информацию в два раза быстрее.       Ким обхватывает врага ногами вокруг пояса и сильно прижимается к нему, что вводит того в заблуждение. Этой секунды мальчику хватило, чтобы царапнуть мужчину по лицу, буквально впившись когтями в его скулы. Из-за того, что хватка пропадает, Тэхену удается встать на ноги, и он немедля локтем со всей силы ударяет наемника по спине, от дикой боли тот валится на пол. Ким делает последнее движение рукой, окуная голову мужчины в кипящее масло. Как удачно. Тело под его руками начинает трястись, но вскоре обмякает.       Тэхен оборачивается, чтобы посмотреть и, в случае чего, помочь Сокджину, но не находит его. Другой убийца лежит на полу и видимых повреждений у него нет, поэтому Ким предполагает, что тот парень свернул ему шею.       Мальчик не хочет находиться здесь больше ни секунды и поэтому несется к своей машине через главный вход. Когда он запрыгивает в тачку, сердце стучит как бешеное и обещает отказать, но ему удается завести двигатель и тронуться с места. Стоит отъехать от здания кафе на сто метров, как то с грохотом взрывается Тэхен даже чувствует волну теплого воздуха. Ты так и не поел.       Голос Чонгука звучит насмешливо, но с явными нотками облегчения. — Завались.       И живот мальчика заурчал.