Игра «Магистр Дьявольского Культа»

Нашим называлось кафе, в котором Вэй Ин и Цзян Чэн проводили почти всё своё свободное время после школы, если им не нужно было срочно идти домой или в секции, на занятия в которых их почти насильно записала Юй Цзы Юань - матушка Цзян Чэна. С тех пор, как умерла старая хозяйка кафе, здесь мало что поменялось. Вэй Ин даже остановился у входа, глядя на покачивающуюся от лёгкого осеннего ветерка вывеску. Точно такая же, какой была и пять, и десять лет назад. Удивительно, что её ещё не поменяли за столько времени… Вэй У Сянь поверить не мог, что когда-нибудь у него получится вновь прийти сюда; и не в одиночестве, не с Вэнь Нином, а с теми, кого знал ещё задолго до увлечения онлайн-играми. Поэтому сегодня ничто не сможет ему испортить настроение. И даже если Цзян Чэн будет на него кричать, злиться, сыпать оскорблениями, он не станет расстраиваться. — Добро пожаловать! — произнесла девушка за стойкой, услышав звон колокольчика на двери. Вэй У Сянь кивнул, осматриваясь. Ему казалось, что он опаздывает, но Цзян Чэна внутри не было. Кафе небольшое, поэтому не увидеть его, он точно не мог. Неужели Вань Инь задерживается? Сам пригласил, а… — Долго будешь в дверях стоять?! Вей Ин вздрогнул, услышав голос позади себя. Обернувшись, он сперва удивился внешнему виду Цзян Чэна, и уже после заметил собаку у его ног. Ему действительно ничто не могло испортить настроение. Кроме, пожалуй, собаки… Довольно большой собаки… Вэй У Сянь боролся с желанием или вытолкать Цзян Чэна за дверь, или убежать самому. Но, продолжал стоять оцепенев, лишь чувствуя, как по виску катится капелька пота. — Ты до конца своей жизни собак бояться будешь? — буркнул Вань Инь, заметив выражение его лица. — Повзрослел бы уже, что ли… , — мужчина легонько свистнул, — за мной! Он вывел собаку из кафе и привязал к фонарному столбу, отдав команду сидеть смирно и тихо. Фея была умнейшим существом. И это явно не было результатом только дрессировки. Иногда Цзян Чэну казалось, что она превосходит разумом даже некоторых людей, с полуслова или взгляда понимая, что от неё хотят. Правда, кого и как слушаться, собака выбирала сама. (Например, Цзинь Цзы Сюань, как бы ни старался, но не мог заполучить расположение Феи, и его команды она никогда не выполняла). — Я уж испугался, что ты пришёл с ней по мою душу! Думал, будешь всё время сидеть за столом с собакой… Фуууух! — с облегчением выдохнул Вэй У Сянь, когда Цзян Чэн вернулся в кафе. Его душа чуть не покинула тело! Кто вообще додумался разрешать пускать собак в общественные места?! Это же небезопасно! — Могу вернуть, если ты так хочешь. — Вань Инь, который в этот момент доставал из кармана мобильник, сделал вид, что собирается снова выйти на улицу, и У Сянь поспешно вцепился ему в руку, останавливая. — Ты не сделаешь этого, Чэн-Чэн! Скажи, что не сделаешь! — Ты придурок?! — на них уже начали обращать внимание другие посетители, и администратор как-то недружелюбно косился в их сторону, из-за чего Цзян Чэн решил сбавить обороты. — Мне нужно собаку передать кому-нибудь, раз уж тебя колотит в её присутствии! — он глубоко вздохнул. — Ну же, Вей Ин, перестань паниковать! Посиди пока здесь, я позвоню, дождусь, пока Фе… её заберут и вернусь. Цзян Чэн дождался, пока У Сянь кивнёт и направится к облюбованному столику, а сам вернулся на улицу, размышляя, кого можно напрячь просьбой присмотреть за собакой. Позвонить Цзинь Лину или Янь Ли (да и вообще всему семейству Цзинь) у него не выйдет. Раз в месяц они уезжали к родителям, где проводили все выходные. Тащить с собой собаку каждый раз было слишком накладно, поэтому-то периодически Фея и оказывалась на попечении у Цзян Чэна. Правда, в этот раз они свалились как снег на голову, рано утром, без предупреждения, и поставили перед фактом, что оставляют любимицу у него до конца недели. А сегодня ещё только четверг! Кто вообще так делает?! Кто решил уехать в четверг, когда у Цзинь Лина школа? Янь Ли уж точно слишком баловала этого ребёнка! — Лань Хуань, не мешаю? Ты же у Ван Цзи? А домой когда собираешься? Слушай, можешь сейчас заскочить и забрать Фею по дороге? Да, возникли некоторые сложности... Спасибо, жду! Во время разговора, Цзян Чэн сел на скамейку, одной рукой держа телефон, а второй поглаживая собаку между ушами. Вэй У Сянь наблюдал за ним через стеклянные вставки входной двери. Он, как сейчас, помнил момент из детства, когда дядя Цзян усыновил его и Вань Иню пришлось отдать всех своих собак, так как новоиспечённый брат до смерти их боялся (и боится до сих пор!). Сцена, как Цзян Чэн прощался со своим щенками, врезалась в память: он плакал… Вэй Ин до сих пор считал себя виноватым за это даже больше, чем за уход из игровой индустрии. Всё-таки Цзян Чэн, несмотря на свой ужасный и неприятный характер был далеко неплохим человеком… … — Это всего лишь маленькая бродячая собака, чего ты дрожишь, как осиновый лист?! — Цзян Чэн смотрел на своего брата через плечо: едва завидев псину, тот спрятался у него за спиной. Ну да, она, конечно, выглядела не очень-то дружелюбно – рычала и скалила зубы, но, не впадать же от этого в панику?! — Вэй Ин, она ничего тебе не сделает, если ты предстанешь бояться! Собаки же чувствуют страх! — Чэн-Чэн, я не могу! Прости, мне очень страшно! Им тогда было по девять, они только возвращались с “дополнительных занятий”. (Вэй Ин опять вёл себя слишком вольно на уроках, слишком громко болтая и смеясь с одноклассниками, сидящими рядом. В конце концов, у учителя кончилось терпение, вот его и оставили после уроков убираться в кабинете. А Цзян Чэну пришлось ему помогать, так как: «Вы же братья, значит, ты, Вань Инь, должен помогать своему брату». В результате, они убирались до самого вечера). Вэй У Сянь сильно перепугался, когда собака всё-таки кинулась на них. Он закрыл глаза и сжался в комок за спиной Цзян Чэна. И потом ничего не помнил до того момента, как их нашла Янь Ли с дядей Цзяном. Янь Ли заподозрила неладное, когда её младшие братья не вернулись к ужину. Она сказала маме с папой, что хочет сходить к школе и поискать их. Вдруг они заигрались на улице и потеряли счёт времени? Но отец, конечно же, пошёл вместе с ней. Они нашли Вэй Ина и Цзян Чэна как раз в тот момент, когда бродячая собака вцепилась последнему в руку, повалив его на землю. Этот участок дороги был пустынным, других людей здесь не наблюдалось, и помочь мальчикам было некому. Страшно представить, что могло произойти с братьями, если бы Янь Ли не собралась на поиски. Цзян Фэн Мянь тут же бросился к ним, отогнав зловредную тварь от сына, и поднял его на ноги, принимаясь судорожно осматривать. Хвала богам, он не пострадал серьёзно! Когда собака кинулась на него, Цзян Чэн инстинктивно закрылся рукой. Поэтому на предплечье алели следы укуса, да на животе осталось несколько царапин от когтей. Пока отец осматривал Вань Иня, Янь Ли склонилась над Вей Ином. — А-Сянь, А-Сянь! — она звала его, легонько поглаживая по плечу. — Всё хорошо, не бойся! Собаки больше нет, её прогнали! — только тогда мальчик открыл глаза. — Цзян Чэн, что с тобой?! — словно очнувшись ото сна, он подорвался со своего места к другу. Увидев разорванную рубашку и залитую кровью руку Вань Иня, Вэй Ин опустил глаза и мучительно покраснел: ему было стыдно. Если бы он не испугался, то ничего бы не случилось и Цзян Чэн бы не пострадал! Ведь ему и в голову не пришло бросить У Сяня и убежать! — Нужно в больницу, чтобы осмотрел врач и правильно обработал рану. Цзян Фэн Мянь бросил короткий взгляд на дочку, которая без слов его поняла. Она подошла к Вэй Ину и взяла его за руку. — А-Сянь, мы пойдем домой пешком, хорошо? — А как же Цзян Чэн?! Я без него не пойду! Дядя Цзян, я поеду с вами! — Вэй Ин, понимаешь… — Не поедешь! — буркнул Цзян Чэн, придерживая раненую руку. — Ты будешь только мешаться. Иди домой с сестрой, а мы с папой уже к одиннадцати вернёмся, верно? — Верно, подождёшь нас дома, а мы скоро вернёмся. Можете с Янь Ли зайти в магазин и купить что-нибудь на десерт. Мы приедем и все вместе попьём чаю. Вам пришлось пережить не самое приятное приключение, так что, пожалуй, стоит скрасить этот день чем-нибудь вкусным. — Цзян Фэн Мянь погладил Вэй Ина по голове. — Янь Ли, будьте осторожны по дороге домой. Скажи маме, чтобы не беспокоилась за нас. Небольшой укус, ничего страшного… (Юй Цзы Юань уж точно не стала бы сидеть дома, узнай, насколько всё было серьёзно). — Да, отец. — кивнула девушка. — Удачи вам. Мы с А-Сянем будем ждать вас дома. Янь Ли и Вэй У Сянь дождались, пока Цзян Чэн и Фэн Мянь сядут в машину, помахали им вслед и пошли домой... Вэй Ин выбрал столик возле окна. Повесил куртку на вешалку и сел, наблюдая за Цзян Чэном, который каждые пять минут доставал из кармана телефон, проверяя время. Брат нетерпеливо отстукивал по асфальту сложный ритм правой ногой, а это было явным показателем, что он нервничает. Привычка, появившаяся у того с подросткового периода и сохранившаяся по сей день. И, от того, что брат за три года остался прежним, за исключением небольших изменений, на душе у Вэй У Сяня становилось по-странному тепло. Больше всего изменения коснулись внешности. Если бы Вэй Ина спросили, что в своей внешности Цзян Вань Инь точно не стал бы менять, он бы с уверенностью ответил – стрижку, и готов был спорить об этом на любую сумму. И, в итоге проиграл бы... Цзян Чэн ещё с шестнадцати лет решил отращивать волосы, но Юй Цзы Юань строго-настрого запретила ему длину ниже плеч, и он не смел перечить матери. Всё-таки, с её характером, мадам Юй была способна и самостоятельно постричь сына, если ей вдруг что-то не понравится. Казалось бы, став совершеннолетним, Цзян Чэн получил возможность отрастить шевелюру любой длины, но, сегодня он пришёл с короткой причёской. Да ещё и стиль одежды сменил: теперь он носил костюм! Вэй Ин же терпеть не мог официза и всегда одевался примерно одинаково, вне зависимости от времени года, финансового состояния или мероприятия... В окно было видно, как к брату подошёл мужчина, улыбнулся ему, и, присев перед собакой на корточки, начал ласково трепать её за уши, глядя снизу вверх на Цзян Чэна и что-то говоря при этом. Лицо этого человека было очень знакомым. Вей Ин мог поклясться, что минимум один раз встречался с ним лично. А вот где? У Сянь отвёл взгляд, пытаясь сосредоточиться и найти ответ. Через пару минут он сдался и уронил голову на стол, умостив её на руках. На ум никто не приходил. Те, кого удалось вспомнить, или были не настолько высокими, или и в половину не так красивы, как этот мужчина. Да и, не каждый выдержит общение с Цзян Чэном, поэтому ещё несколько человек из знакомых не брались во внимание. Но, Вей Ин же теперь не успокоится, пока не вспомнит, откуда он может его знать!?

***

— Как Ван Цзи? — Цзян Чэн передал поводок в руку Си Чэня. — Спасибо неплохо. Он в последнее время выглядит намного лучше. Лань Хуань мог только искренне радоваться тому, как поднялось настроение брата за последние пару недель. А, вот его Цзян Чэн всё чаще с головой уходил в свои мысли, переставая обращать внимание на что бы то ни было. Он уже довольно давно не садился за компьютер, предпочитая посидеть в гостиной. Это не могло не взволновать Си Чэня, поэтому он оповестил Лань Чжаня, что не будет появляться пару дней в Игре, затем сообщил о том же от лица Цзян Чэна его команде. И, как только ему стало известно, кто стал причиной излишней задумчивости и молчаливости Вань Иня, начал настаивать на его разговоре с Вэй Ином. Си Чэнь надеялся, что разговор по душам поможет им понять друг друга и вернуть, если не братские чувства, то, хотя бы, приятельские отношения. — А-Чэн, - уговаривал он своего парня, – не стоит так бояться. Ничего страшного не произойдёт, если вы просто поговорите. — Я не боюсь... — Вань Инь замялся — я просто очень долго думал об этом. Думал о том, что скажу, и как, но… — Но ты боишься не самого разговора, а услышать ответы на свои вопросы, верно? Цзян Чэн только кивнул. Будь они дома, он бы мог обнять Си Чэня, положить голову ему на плечо, полностью расслабляясь в его руках. С ним всегда становилось легче, спокойнее. Поддавшись чувству неуверенности, он даже просил Лань Хуаня сходить на встречу вместе, но ему мягко отказали: «Вам нужно разобраться вдвоём. Посидеть, поговорить... Не станет же Вэй У Сянь с первых же минут провоцировать тебя на конфликт. Тем более, что он, похоже, решил вернуться». (Справедливости ради стоит заметить, что Лань Си Чэнь хоть и говорил уверенно, но всё-таки сомневался в возможности спокойного и мирного диалога между “бывшими” братьями). — А-Чэн, тебе стоит поспешить. Ты уже, — Лань Си Чэнь бросил взгляд на наручные часы, - минимум двадцать минут заставляешь его ждать, и, кажется, Вэй У Сянь заскучал. — он кивнул в сторону панорамного окна кафе. Через него было видно, как Вэй Ин сложил руки на столе, опустив на них голову. — Или заснул... Фея тоже устала сидеть без дела, и поэтому уже некоторое время топталась рядом, жалобно поскуливая и периодически натягивая поводок в направлении дома. — Увидимся вечером. По крайней мере, я надеюсь, что ты не догонишь меня через пару минут с разбитыми костяшками и фонарём под глазом. — усмехнулся мужчина, посмотрев на собаку. Потом воровато оглянулся, не смотрит ли кто, и наклонившись, коснулся лёгким поцелуем губ любимого. – Я буду тебя ждать. — Управиться бы со всем этим до вечера... — вздохнул Цзян Чэн. Он напоследок, незаметно для прохожих, коснулся руки Лань Хуаня. — Ну, я пошёл... Лань Си Чэнь стоял у кафе, наблюдая через окно, как Цзян Чэн садится за стол к Вэй Ину. Одобрительно кивнул и, легонько свистнув, направился в сторону дома. Обрадованная Фея с готовностью затрусила рядом.

***

Цзян Чэн всегда был шумным. Он просто физически не умел двигаться тихо. Вэй У Сянь знал об этом с детства, и всё равно вздрогнул, когда брат, небрежно скинув пиджак, плюхнулся напротив на диванчик, и потянул к себе меню, пару минут назад принесённое официанткой. Вей Ин не решался первым начать разговор, учитывая, как закончилась их последняя встреча. Поэтому молча ждал, перелистывая небольшую книжку, просматривая блюда, хотя в этом не было большой необходимости: его выбор в этом кафе никогда не менялся. Но сидеть без дела в тишине было просто неловко. Цзян Чэн поднял руку и к ним, с дежурной улыбкой, подошла официантка. Получила заказ и удалилась в направлении кухни, бросив на излишне шумных посетителей холодный предупреждающий взгляд. — Как собаку-то зовут? — спросил Вей Ин, чтобы нарушить затянувшееся молчание. На самом деле ему это было не интересно. Да и, Цзян Чэн никогда не умел придумывать нормальные клички, поэтому, и в этот раз, скорее всего, будет что-то забавное, отчего сдержать смех не получится, и ему в ответ посыпятся ругательства. Но, идей как-то по-другому начать разговор, в голову не пришло. Не спрашивать же сразу в лоб, кто был тот мужчина, который подошёл к нему на улице и забрал собаку “с-очень-креативной-кличкой-и-ты-просто-ничего-не-понимаешь!”. — Тебя это сильно волнует?! — сразу набычился Цзян Чэн. Вэй Ин кивнул и брат фыркнул, — Если ты засмеёшься, я точно сломаю тебе нос! — выдохнул, и неохотно ответил. — Её зовут Фея... У Сянь честно старался сдержать улыбку, отчего кончики губ слегка подрагивали. Ничего не изменилось с детства: как давал клички на подобии Принцесса, Красавица, Жемчужинка, так всё и осталось. Ему вновь вспомнилось, как трёх любимых Вань Инем собак отдали в приют, стоило Вэй Ину ступить к ним на порог и сжаться от их лая. Они не собирались причинить ему вред, как это делали бродячие псы, но, У Сянь был не властен над собой в тот момент. У Цзян Чэна, даже в том возрасте, уже был на редкость скверный характер, заставлявший других детей избегать общения с ним. Те собаки, по сути, были его единственными друзьями, а из-за фобии новоявленного брата Вань Иня их лишили. Не удивительно, что после этого, в первые месяцы, Цзян Чэн игнорировал его, презирал, и общался только по настоятельным просьбам отца. — Я рад, что у тебя спустя столько лет снова появилась собака. — сказал он, искренне улыбнувшись, вызвав удивление брата. — Ну, вообще-то, собака не моя. – счёл нужным пояснить Цзян Чэн. - Она Жу Ланя. — Мммм? — Эх... — Цзян Чэн досадливо вздохнул... Изначально он не собирался рассказывать Вэй Ину о том, что три года назад Янь Ли вышла замуж за Цзы Сюаня, и они усыновили уже довольно взрослого мальчика, почти подростка. Когда Юй Цзы Юань, их матушка, спрашивала, почему они взяли чужого ребёнка, если в состоянии родить своего, и зачем такого взрослого, сестра только улыбалась и отвечала, что если бы могла, с радостью забрала бы всех детей из приюта. Янь Ли была чистой, доброй душой и просто не могла смириться с фактом, что шанс обрести новый дом и семью доступен детишкам до пяти-шести лет. Более старших брали уже очень неохотно, а после десяти лет ребятишки почти стопроцентно были обречены оставаться в приютах до самого совершеннолетия. Но, разве такие дети нуждаются в любви и ласке меньше? Именно поэтому она выбрала профессию воспитателя и сознательно устроилась работать в приют. Если нет возможности забрать всех детей оттуда домой, так, хотя бы, попытаться сделать приют местом, которое немного, но можно было бы назвать домом... А Жу Лань... От него отказалась своя семья – после смерти родителей родственники сдали мальчика муниципальной службе, которая и отправила его в приют. У ребёнка был сложный характер, который не улучшился от жизни в детдоме, но, при этом яркая красивая внешность. Несколько раз семейные пары начинали процесс оформления опеки над мальчиком, привлечённые именно его красотой. Но, ничем хорошим это не заканчивалось: два раза его возвращали назад через пару месяцев жизни в семье, мотивируя это тем, что ребёнок непослушен и неуправляем. Один раз потенциальные родители стали свидетелями истерического приступа у Жу Ланя и немедленно отказались от него. А в последний раз мальчик попал якобы в многодетную семью, которая на самом деле оказалась замаскированным борделем, специализирующемся на малолетних. Пара преступников, выдающих себя за супругов, искала по приютам красивых детей, оформляла над ними опеку, а потом угрозами и побоями принуждала заниматься проституцией... К счастью, из этой “семьи” Жу Ланю удалось сбежать, и ими потом занималась полиция, но мальчику от этого было не легче. После пережитого ребёнок совсем замкнулся, не желая ни с кем общаться, просыпался по ночам с криком от кошмаров, отказывалсяя от еды и чах день ото дня... Руководство приюта рассматривало вариант перевести мальчика в спецучреждение для детей с отклонениями психики, но принудительное лечение означало бы для него неминуемую смерть. Или, в лучшем случае, полное разрушение личности... Янь Ли не могла выдержать мучений этого маленького человека и обратилась к своему жениху с просьбой усыновить Жу Ланя. На удивление, Цзы Сюань сразу согласился. На следующий день после свадьбы они подали запрос на усыновление, и, так как Янь Ли была в приюте на хорошем счету, руководство пошло ей навстречу, облегчив, насколько возможно, процедуру оформления документов. Семья Цзян, хоть и была, мягко говоря, удивлена решением молодожёнов, но мальчика приняли благосклонно. Возможно, свою роль сыграло и то, что как раз из семьи без предупреждения и объяснений ушёл приёмный сын... И, всё предназначенное ему внимание и любовь достались Жу Ланю... Так или иначе, а Янь Ли с Цзы Сюанем, а так же Цзян Фэн Мянь и его жена сумели постепенно отогреть несчастного ребёнка и вернуть ему веру в людей. А с Цзян Чэном мальчик подружился больше всех: тот начал учить новообретённого племянника тонкостям прохождения компьютерных игр, фактически воспитывая себе напарника. Жу Лань оказался очень способным и восприимчивым, так что теперь, спустя три года, его уровень мастерства практически сравнялся с уровнем Цзян Чэна, позволяя ему претендовать на звание профессионала... — Жу Лань — сын Янь Ли. – неохотно пояснил Цзян Чэн. — Что?! Когда он родился?! Он от этого, да?! Сколько же я пропустил! — Вэй Ин чуть ли не кричал, из-за чего на них снова начали оборачиваться люди за соседними столиками. Нежелательное внимание. — Он похож на Янь Ли?! – Продолжал спрашивать У Сянь. – Скажи! Я не выдержу, если он пошёл в Цзы Сюаня! — Успокойся. Он не похож ни на неё, ни на него. Жу Лань приёмный. Три года назад они его усыновили. И сейчас ему пятнадцать, если тебе интересно. — Конечно мне интересно, Цзян Чэн! — Вэй У Сянь откинулся на мягкую спинку диванчика, подложив под поясницу маленькую подушку. — Янь Ли всегда была рядом, а я пропустил такой важный момент в её жизни! Цзян Чэн сжал кулаки под столом... Сестра, каждый раз, как они виделись, спрашивала про Вэй Ина, а он ничего не рассказывал, понимая, насколько сильным может оказаться для неё удар. Никто из семьи не знал, почему их приёмный сын так резко исчез ничего не сказав. Даже вещи не забрал... И за три года ни разу не позвонил, и не прислал ни единой весточки. Родители тяжело переживали его уход. Цзян Фэн Мянь молчал, но в глазах его поселилась неизбывная печаль. Даже Юй Цзы Юань была расстроена, хоть и старалась не показывать этого, скрывая истинные чувства за злыми словами в адрес Вэй Ина. Всё таки, за столько лет, она привыкла слышать из комнаты мальчиков то ссоры, то бурные обсуждения, то искренний смех. Они напоминали её саму и Цансэ Саньжэнь, когда они ещё только учились в школе. Всем им дорог был Вэй Ин, поэтому Цзян Чэн любыми способами старался избежать расспросов о нём. И именно по этой причине начал жить отдельно от родителей. Заявления, что ему нужно своё жилище для личной жизни, не имели под собой ничего. Он ни с кем не встречался. Ему просто не хотелось никого видеть. Лишь, когда от одиночества становилось слишком плохо, он звонил сестре и просил приехать. В такие вечера они молчали. Янь Ли ничего не спрашивала, просто поддерживала брата, останавливая его, когда он уже слишком много выпил. Сама же едва притрагивалась к бокалу. А позже в их семье появился Лань Хуань... Цзян Чэн изрядно переживал, как семья отнесётся к тому факту, что он начал встречаться с парнем. Долго скрывал этот факт, не решаясь представить его родным. Янь Ли поддержала его сразу и безоговорочно,заявив, что если Цзян Чэн действительно нашёл того человека, с которым хочет провести всю жизнь, то она счастлива за брата. И, какая разница, что это мужчина, если они любят друг друга. Для родителей этот факт оказался более шокирующим. Настолько, что Юй Цзы Юань, вытащив сына на террасу “поговорить”, впервые за последние десять лет снова взялась за сигареты. А Фэн Мянь, активно не одобряющий курение, ни слова ей об этом не сказал. Мало того, нервничающий Цзян Чэн при матери тоже выкурил подряд две сигареты, не получив никакого взыскания. Может, выкурил бы и больше, но тут вмешался Лань Си Чэнь, отобравший у него пачку, и с милой улыбкой выбросивший её в мусорное ведро. Эта сцена изрядно насмешила Цзян Фэн Мяня, который отпустил шутку по поводу, кто в паре главный. Цзян Чэн надулся, а Янь Ли поняла, что с чистой совестью и лёгким сердцем может передать этому мужчине свои заботы о брате... — Они ничего не знают про тот день. Думают, что ты просто сбежал. — Цзян Чэн опустил голову, рассеянно поглаживая серебряное кольцо на правой руке. — Лучше уж так, чем им знать правду. Вэй Ин вежливо кивнул девушке, которая принесла их заказ. Два супа из свиных рёбрышек с корнем лотоса. Их любимое блюдо. В своё время, Янь Ли именно здесь узнала рецепт, так очаровавший её братьев. Старая хозяйка кафе готовила этот суп просто божественно, и, хоть и берегла рецепт, как семейную ценность, но не смогла устоять перед просьбами девушки и поделилась кулинарным секретом коронного блюда. Однако, после её смерти, от того супа осталось лишь название. Вроде, и рецепт тот же, и продукты те же самые, но всё равно чего-то не хватало... — Насчёт правды... – Цзян Вань Инь смотрел прямо в глаза брату. Его взгляд и голос были остры и холодны, как сталь. Сейчас он намеревался узнать все факты, какими бы горькими они ни оказались. - Вэй Ин, скажи, почему ты действительно ушёл из профессиональной Игры? И, почему теперь решил вернуться?