Твое желание

Ткань с тихим шорохом падает на пол, в воздух поднимается пыль. Массивная рама вьется прихотливыми вензелями, матовое серебреное стекло темно. Он выдыхает, словно перед боем. Делает шаг вперед. Его отражение смотрит спокойно, с легкой улыбкой. Лицо уверенного в себе мужчины, с веерами лукавых морщинок у глаз. Однажды все, кто знает, что скрывается за этой улыбкой умрут. Или просто забудут за давностью лет. Останется только он. И отражение. Неподвластное времени, вечно юное, безмятежное… Лицо Геллерта, каким он его помнит в семнадцать. Альбус часто проживает тот день, когда они встретились впервые. В Лощине выдалось чудное утро. Ясное, свежее, оно бодрило щеки легким ветерком. Он шел по знакомой тропинке, нес в руках стопку прочитанных книг. Миссис Бэгшот всегда была благосклонна к нему и он беззастенчиво потрошил ее домашнюю библиотеку. На просторной веранде он заметил фигуру. Помахал рукой. Миссис Бэгшот не двинулась с места. Лишь приблизившись еще на полсотни шагов, он вдруг понял, что это не пожилая женщина, а совсем еще молодой парень – его ровесник. Он чуть смутился, но не подал виду. - Доброе утро, - поздоровался он, помня о манерах. – Меня зовут Альбус, я живу по соседству. Могу я увидеть миссис Бэгшот? Незнакомец чуть нахмурился, ответил медленно и с явным акцентом. - Миссис Бэгшот отбыла в город. Альбус переступил с ноги на ногу, руки ощутимо затекли от тяжести книг. Но незнакомец, кажется, не предал этому значения. Взгляд его странных, разных глаз казался расфокусированным. Словно он смотрел куда-то вдаль. Даже голос его звучал так, будто он разговаривал сам с собой. Альбус плюнул на приличия и пошел к двери. - Я вхож в этот дом. Миссис Бэгшот просила возвращать книги на свои места. Он прошел в кабинет и сгрузил стопку на заваленный пергаментами стол. Краем глаза отметил незнакомый почерк – это точно писала не миссис Бэгшот. - Кровь дракона? Тоже интересуешься ею? Незнакомец, проследовавший за ним стоял, прислонившись к дверному косяку. Руки его были скрещены на груди, губы плотно сжаты. Красивое его лицо было по-прежнему неприветливо. - Тоже? - Я веду исследования вот уже несколько месяцев. Даже написал письмо Фламелю, правда не получил ответа… Но не теряю надежды, - усмехнулся Альбус и начал расставлять книги по порядку. – Алхимия, нумерология, история… так, а это точно было здесь… Незнакомец молчал, словно на допросе. Смотрел недобро, но молчал. Наконец, когда Альбус закончил, он вдруг спросил резко: - И что ты узнал за эти месяцы? Альбус пожал плечами и пробежался взглядом по пергаментам. - Явно больше, чем ты. Незнакомец прищурился. Из-за разного цвета глаз и хищных черт лица прищур его был особенно зловещим. Альбус широко улыбнулся – он всегда так делал, когда хотел обезоружить противника. - Ну, вынужден попрощаться. Исследования, знаешь ли ждут. Он вышел из дома и ступил на тропинку. Выдохнул. Странное знакомство выбило его из колеи. - Стой. Альбус замер, обернулся через плечо. Незнакомец стоял на крыльце. Солнце золотило его светлые волосы, освещало кожу, делая ее прозрачной. Он был похож на ангела с надгробий – совершенного и холодного. - Расскажи мне об этом. - С чего бы? Незнакомец замешкался, явно не зная, что ответить, растерянно заморгал. Альбус рассмеялся. - Когда придумаешь ответ, приходи в гости, поболтаем. Альбус заложил руки в карманы и зашагал. Испорченное было настроение неумолимо улучшалось. Так началось их знакомство с Геллертом Гриндевальдом. Странный утренний диалог стал точкой отсчета в их длинной и непростой истории. Мог ли Альбус мечтать тогда, что однажды они оба станут великими? Знал ли он, что пропал в этом злом прищуре с первого взгляда и на всю жизнь? Они были глупыми мальчишками тогда… А сейчас? Из зеркала смотрит Геллерт. Возмужавший, сбросивший свою нимфатическую красоту юности, как змея сбрасывает старую кожу. Разменявший ее на терпкое мужество зрелости. Пожалуй, лишь Альбус мог бы узнать в нем теперешнем того мальчика с летней веранды. Только он мог смотреть на него без страха и ненависти. Геллерт в отражении шагнул вперед, положил сухую узловатую ладонь на стекло. Альбус накрыл его пальцы своими. Зеркало было прохладным. Поцелуй обжог губы холодом. Взгляд Геллерта остался прямым и равнодушным. Альбус знал его лучше всех на свете. И не знал о нем ничего. Ткань с тихим шорохом вернулась на место.