Чудесная сила алкоголя

      Не Хуайсан не стесняется стонать и выгибаться под Цзян Чэном. Их всё равно не услышат, ведь буквально в соседней комнате проходит брачная ночь у их друзей: Лань Ванцзи и Вэй Усяня.       Цзян Чэн вбивался в тело бывшего одноклассника, покрывал его грудь засосами и укусами. Не Хуайсан обвил ногами талию Цзян Чэна, вплотную прижимая его к себе и обнимая руками за шею. Очередной стон любовника заставил Ваньиня заткнуть его поцелуем.

***

      Знали бы они, чем закончится для них пребывание на свадьбе Лань Ванцзи и Вэй Усяня, много бы не пили. Когда-нибудь Цзян Чэн ещё припомнит Вэй Ину то, что он его споил, но в ту ночь его уже ничего не интересовало, кроме такого податливого Не Хуайсана.       Не думая о последствиях, Вэй Ин напоил сводного брата и друга, ибо спаивать мужа побоялся, а выпить-то хотелось с кем-то в компании. Насчёт того, где будут спать его быстро сдавшиеся компаньоны, Вэй Усянь особо не задумывался, поэтому поместил обоих в одну комнату.       Не Хуайсан столько выпил, что едва держался на ногах. Хорошо, что он сейчас находился в Гусу, а не в Цинхэ. Видели бы его люди, в каком состоянии находится их Глава, ох и стыду было бы…       Цзян Чэн был не лучше. Сделав несколько шагов по комнате, он, споткнувшись, упал на Хуайсана. Их лица и так краснели от алкоголя, поэтому от смущения краснеть уже было некуда. Цзян Чэн молча смотрел на Не Хуайсана, такого растерянного, красивого, растрепанного. Он тяжело дышал, глаза его горели. Так и хотелось освободить его от одежд и зарыться пальцами в длинные волосы.       — Цзян-сюн… — испуганно пробормотал Не Хуайсан, наблюдая, как быстро Цзян Чэн раздевает его, — Цзян-сюн, п-перестань…       Однако всё же, несмотря на словесное сопротивление, он не сделал ни одного движения, чтобы остановить друга.       Цзян Чэн начал с плеч, оставляя на них почти невесомые поцелуи. Утром он сгорит от стыда, когда узнает, каким развратом занимался. Но сейчас, под действием алкоголя, он сам не понимал, что творит, и ему было всё равно. Ваньинь расцеловал грудь Не Хуайсана и опустился ниже, став целовать живот. Тот без стыда стонал и извивался, желая ещё больше ласки.       Он покорно раздвинул ноги, болезненно постанывая из-за пальцев Цзян Чэна внутри себя. Между ними не было никаких чувств, это было всего лишь действие алкоголя. Не Хуайсан полностью наслаждался этой ночью, которая больше не повторится.       Когда боль отступила, Не Хуайсан стал двигать бёдрами навстречу пальцам.       — Цзян-сюн… — простонал он, прикрыв глаза и посмотрев на покрасневшее и сосредоточенное лицо Цзян Чэна, — я хочу больше…       Но Ваньинь, казалось, его не услышал. Вместо такой желанной разрядки он продолжал дразнить Не Хуайсана ласками, заставляя его стонать уже от нетерпения и мысленно проклинать мучителя.       Однако Цзян Чэн долго держаться не мог. Не отрывая глаз от Не Хуайсана, он начал раздеваться. Глава Цинхэ довольно улыбнулся, разглядывая обнаженное тело Цзян Чэна.       — Цзян-сюн… скорее уже… — Он вовсю ёрзал на месте. — Я хочу почувствовать тебя…       В этот раз Ваньинь не заставил долго ждать. Подхватив Не Хуайсана под бёдра, он одним резким движением толкнулся в него, входя сразу во всю длину. Тот еле сдержал вскрик, успев прикусить ладонь. Не теряя времени зря, Цзян Чэн начал двигаться, а Не Хуайсан покачивал бёдрами в такт. Для удобства он обхватил ногами талию Цзян Чэна и прижал к себе так сильно, что у того почти не было возможности податься назад. Хуайсан обнял Ваньиня за спину, впиваясь в кожу ногтями. Он хотел полностью почувствовать член Цзян Чэна в себе, получить всё удовольствие до последней капли. И несмотря на то, что пол не лучшее место для таких занятий, им было всё равно. Их тела были настолько разгоряченными, что холодно никому не было.       Они кончили почти одновременно и несколько минут лежали в обнимку, пытаясь отдышаться.       — Всё, я спать, — подытожил Цзян Чэн, поднимаясь на локтях.       Но подняться у него не получилось. Не Хуайсан зацепился за его шею и не хотел отпускать, поэтому пришлось Цзян Чэну тащить на кровать это обмякшее тело.       Едва он улёгся и уложил рядом Не Хуайсана, то понял, что этой ночью поспать ему не дадут. Откуда в его товарище взялось столько энергии, Цзян Чэн не знал, и был в большом недоумении, когда руки Не Хуайсана сжали его ягодицы. Только он приоткрыл рот, чтобы возмутиться, как его резко перевернули с бока на спину и прижали к кровати. Ваньинь вытаращил глаза, не смея пошевелиться и глядя в глаза Хуайсана, в которых не было ни стыда, ни совести.       — Что ты… делаешь?! — Пробормотал Цзян Чэн, дёрнув руками, пытаясь тем самым сбросить руки Хуайсана со своих плеч.       — Ты думал, поимеешь меня и всё? — Коварно улыбнулся Не Хуайсан. — Ну, уж нет.       — Лучше не делай глупостей…       — А что ты мне сделаешь? Ты и так уже устал, — Хуайсан наклонился и прикусил ключицу друга. Ваньинь сжал зубы, дабы не издавать слишком громких звуков.       Перевернув Цзян Чэна к себе спиной и поставив на колени, Не Хуайсан прошёлся поцелуями по позвоночнику, одновременно продолжая щупать его зад. Ваньинь сдался, так как понял, что ему не выкрутиться. Он выгибался и подрагивал от каждого поцелуя, что ещё больше заводило Не Хуайсана.       Глава Цинхэ входил в Цзян Чэна медленно и осторожно. Он наскоро подготовил его пальцами, настолько не терпелось поскорее заставить Ваньиня стонать под собой.       Цзян Чэн, хоть и был под градусами, оказался сдержаннее. Он то и дело закусывал простыню, чтобы приглушить себя. Глава Цзян нескоро привык к ощущениям, но, стараясь не обращать внимания на боль, кое-как старался двигаться в такт.       Не Хуайсан с каждым толчком сильнее вбивался в Ваньиня, чтобы всё же выбить из него хоть один стон, но Цзян Чэн держался. Не Хуайсан приблизился и прикусил мочку его уха. С очередным толчком он задел простату, и Цзян Чэн не выдержал. Не Хуайсан услышал только приглушённый стон. Ваньинь уткнулся лицом в подушку, не в силах сдержать вскрик. Его счастье, что подушка оказалась рядом, и он смог более менее заглушить себя.

***

      Ночка у них выдалась действительно бурная. Наверное, не хуже, чем у молодоженов. Не Хуайсан крепко спал, прижимаясь к спине Цзян Чэна и опаляя его шею своим дыханием. Наутро они вряд ли вспомнят, что творили, а если и вспомнят, то оба сгорят со стыда. Но в случившемся никто из них не виноват.       Кроме алкоголя.       И, конечно же, Вэй Усяня, который их споил.