I Wish It Didn't Feel Like This

Арчи загипнотизирован вращающейся бутылкой. Его живот сводит и в душе поселяется слабая надежда на то, что бутылка никогда не остановится. Но когда это происходит, его глаза немедленно скользят по направлению горлышка бутылки. Она точно указывает на Бетти. В его желудке что-то ухает, и он бросает быстрый взгляд на Шерил, прежде чем соприкоснуться взглядом с Бетти. — Кажется, бутылка указывает на Купер, — фыркает Шерил, поправляя длинные рыжие волосы легким движением руки. Она выглядит не очень довольной результатом. Очевидно, какой бы план она не придумывала, он не сработал в её пользу. Арчи в оцепенении идёт к шкафу, едва заметив Бетти позади себя. А потом дверь захлопывается за ними, и тогда он чувствует, как страх начинает душить. Он сглатывает. Он не может этого сделать. Бетти заслуживает большего, чем принудительное свидание в шкафу. Она заслуживает лучше человека, чем он. И то, что она сказала ранее о том, что они якобы пара: он хотел бы, чтобы в его силах было дать ей это, он бы действительно сделал это ради неё. Только он чертовски уверен, что не чувствует к ней ничего подобного. Но если в чем он абсолютно уверен, так это в том, что он не может её потерять. — Бетти... — начинает он. Она смотрит на него, и он замолкает. Его сердце сжимается на мгновение. — Я знаю, что ты собираешься сказать, — говорит Бетти, когда Арчи не заканчивает фразу. Откуда ей знать? Даже он не понимает, что собирался сказать. На самом деле, он не уверен, что вообще способен понимать что-либо сейчас. Шкаф, кажется, становится меньше. Теснее. — Что? — слабо шепчет он. — Ты же не думаешь, что мы должны разрушить нашу дружбу? Она подходит еще ближе. Сердце Арчи учащенно грохочет об грудную клетку. Голова кружится. Она такая красивая с такими волосами, в платье цвета сахарной ваты. — Верно, — он соглашается. На данный момент он не может вспомнить, каковы были его возражения и в чем они заключались. И это кажется хорошо. — Но что, если мы не разрушим, а сделаем только лучше? — Бетти продолжает. Теперь она еще ближе. Глаза Арчи скользят вниз, где она играет с бабочкой, свисающей вокруг его шеи. Он облизывает свои губы. Что-то о том, чтобы быть в темном и душном шкафу, где никто их не видит, заставляет его здравомыслие испариться к черту. Руки ее скользят по его плечам к шее. — Позволь мне показать тебе? — она шепчет, и он слышит бьющую дрожь в её голосе. Он молча кивает. Он наблюдает, как Бетти наклоняется, как она закрывает глаза, когда она прижимается губами к его губам. Сначала он не отвечает. Он просто не ожидает что-либо почувствовать. Это всего лишь поцелуй. Просто чтобы доказать себе и Бетти, что между ними подобное - невозможно. Они друзья, и любая фантазия, которую она вызвала в своем уме - это просто фантазия. Она на самом деле не хочет его. 
 Арчи закрывает глаза. Ее губы мягкие, приятные. Прямо как она. Но только когда Бетти начинает отдаляться, он действительно чувствует что-то. Тянущий толчок, сжавший низ его живота, заставляет жадно впиться в её губы своими. Он целует её в ответ слишком сильно. Его руки находят её талию, его пальцы прижимаются к её голой коже в вырезах её платья. Она прикасается к нему губами и её руки запутываются в его волосах. Её язык встречается с его языком, и тот контроль, который он всё это время сохранял, исчезает. В одно мгновение Арчи толкает ее спиной к полкам с настольными играми и прижимается к ней всем телом, прижимается во всех возможных местах. Прижимается так, что между ними не остаётся кислорода. Бетти напористее, чем он мог себе представить, если он вообще когда-либо позволял себе подобное представить, и он задается вопросом, как долго она хотела, чтобы это произошло. Где-то в глубине души он знает, что не должен этого делать. Но с её горячим языком во рту, руками, сжимающими его руки, отчаянно тянущими его ближе к телу, трудно слушать эту часть его мозга. Осознание медленно бьет, как только её рука соскальзывает с его волос на его пах, и он отступает, такой контакт вырывает его из глухого помешательства. Не потому, что он не хочет идти дальше. Все его тело жаждет её прикосновений. Но он вдруг вспомнил, что они всё ещё находятся в шкафу в доме Шерил Блоссом и у них есть только жалкие семь минут. Последнее, чего он хочет, чтобы Шерил распахнула дверь и поймала их с поличным. И затем он вспоминает все другие причины, по которым ему не следовало этого делать. Он отходит от Бетти, тяжело дыша. — Что случилось? — спрашивает Бетти. Арчи тяжело сглатывает. Он качает головой. — Я не могу этого сделать. Она кажется смущенной, но не оскорбленной. — Почему? — Не здесь, — говорит он. И затем, потому что он не хочет ввести её в ещё большее заблуждение, добавляет: — Не с тобой. Он практически видит, как слова проникают в её сердце. Бетти выглядит так, словно готова расплакаться прямо здесь. Он чувствует себя отвратительно, его тошнит. Арчи спешит объясниться, улучшить каким-то непостижимым образом ситуацию. — Есть кое-кто другой. — Кое-кто другой? — Бетти надломленно повторяет, ошеломленная его словами. Арчи кивает. — Не похоже, чтобы был кто-то еще, когда ты целовал меня всего несколько минут назад. — Я забылся, — шепчет Арчи. Он чувствует себя конченным идиотом. Бетти смотрит на него с чистым отвращением. Он даже не может представить, что она будет думать о нём, если узнает, о ком идёт речь. — Ты все равно заслуживаешь лучшего, — говорит он. — Лучше человека, чем я сам. Я недостаточно хорош для тебя. Бетти слабо качает головой, слезы наворачиваются на глаза. Она направляется к двери. — Бетти... — умоляет он. Она не оглядывается на него. Она хлопает дверью шкафа и убегает с вечеринки. — Бетти! — Арчи зовёт её, но все также продолжает стоять на месте, даже не шелохнувшись. — Что ты натворил? — обвинительно спрашивает Вероника, появляясь рядом с ним. — Я облажался, — выдавливает через силу Арчи. Он смотрит на Шерил, которая, кажется, очень довольна тем, как всё обернулось. Он ненавидит Шерил. Но ещё сильнее он ненавидит себя.