Как полюбить уроки физкультуры

Джин проснулся от яркого солнца, пробивавшегося сквозь полупрозрачную тюлевую занавеску. Сладко потянувшись и зевнув, он повернул голову вправо. Место напротив него пустовало и даже успело остыть. Сокджин встал и, потирая глаза, направился на кухню, влечимый звуками телевизора и запахом жареных яиц. -Уже проснулся милый? -Намджун ласково улыбнулся.-А я вот тут готовлю. -Готовишь? Это что-то новенькое! -Ох, многого не жди, но я старался, как мог. -А что сегодня за праздник такой? -А? Что? Нет, ничего особенного. Всего лишь годовщина наших отношений. -Неужели? Кажется я потерял счет времени… прошло ведь две недели, так? -Да. Вот и годовщина. Две недели! -Какой ты у меня заботливый… -Джин прижался к спине Намджуна, поглаживая тому живот. -Не надо, щекотно, -хихикнул тот.-Лучше садись за стол, у меня все готово. И «величайший повар всех времен и народов» с гордостью поставил на стол горячую яичницу, гренки и ароматный кофе. -Вот это даааа. Вот это Джуни! Какой ты молодец, как вкусно! -Ну хватит, хватит хвалить. Ты меня смущаешь. -Ох, мой парень еще и скромный. Ну прямо подарок судьбы. Довольный похвалой, Джун уплетал собственноручно приготовленную стряпню, поглядывая то и дело на Джина, который, в свою очередь, был также несказанно рад подарку. Позавтракав, мужчины собрались на работу. К большой радости Джина, им было попути, а точнее, в одно и тоже место — в школу. Радость Джина заключалась в том, что на работу не приходилось ни ездить на автобусе, ни ходить пешком. Его отвозил Джун на своей крутой дорогой тачке. В школе, конечно, слухов ходило много. И что учитель Сокджин и вправду употреблял наркотики, и что директор Намджун подкупил судью. Только доказательств не было. Но самый главный слух, который, на самом деле, являлся правдой, заключался в отношениях между Джином и Джуном сонбэнимами. Ладно, первые два слуха можно проигнорировать, так как во-первых, это ложь, а во-вторых, их распускали дети, что не так страшно. Но вот третий слух… с третьим слухом ситуация обстояла намного хуже, потому что сплетничали об этом взрослые, учителя, его коллеги. И пускай, если бы они говорили просто об отношениях, так нет же, они выставляли Джина, порядочного, между прочим, мужчину, обманщиком. Говорили, что он с директором ради денег. Сокджин немного боялся этих слухов: «А вдруг Джун поверит?» и тут же ругал себя за сомнения в любимом. Во всяком случае, пока что слухи оставались слухами, а их любовь продолжала цвести и пахнуть вдали от чужих глаз.