12
24 мая 2019 г., 14:09
Стив смотрел в круглый «экран» приличных размеров, наблюдая за происходящим там с любопытством. Его не смущала окружавшая темнота, тело наконец-то было легким и полностью ему подчинялось. Никаких толчков не чувствовалось.
По «экрану» пробежала рябь — точно проходила какая-то непонятная настройка. Во сне могло и не такое происходить, можно было позволить себе посмотреть и отдохнуть от непривычных и неприятных ощущений.
Стив сидел в кабинете, сводя к единому целому схему. По-хорошему ему с этим стоило остаться в штабе, но директор практически в принудительном порядке вытолкал всех свободных сотрудников по домам. Рождество, семейный праздник — что-то там еще.
Капитан провел весь день в кабинете, занимаясь делом. Пропущенные завтрак и обед сказывались, но Стив отличался практически «патологическим упрямством», как иногда ворчали Баки с Броком. Голод подождет, сначала дело.
Увлеченный делом, Стив не обратил внимания на скрип открывшейся двери. Его супруги регулярно делали попытки отвлечь его от работы, игнорируя все его объяснения.
Когда до руки осторожно дотронулись, Стив все понял и очень недовольно посмотрел вниз. Стоявший мальчик семи неполных лет от роду тут же испуганно втянул голову в плечи.
— И что ты здесь забыл? — холоду в голосе Капитана могли позавидовать любые киношные злодеи.
— Папа Баки напоминает про ужин, — тихо ответил ребенок, старательно пытаясь говорить спокойно, не глотая слова и звуки.
— Закончу — приду. Так и передай, Джозеф.
Мальчишка испуганно кивнул, разумеется, споткнулся и растянулся на месте — Стив раздраженно фыркнул, не отрываясь от дела. Его не сильно-то волновала неуклюжесть сына, но только когда он был далеко от него.
Джозеф Бенедикт Барнс-Рамлоу. Стив категорически отказался давать ему тройную, посчитав, что ничего хорошего она ему не даст. Баки и Брок спорили с ним до хрипоты, но переубедить так и не смогли. Именно они в итоге и занимались документами на ребенка, Стив же вернулся на службу через сутки после его рождения. Некогда было валяться — на Землю стали слишком часто наведываться разные инопланетные гости. Об этом супруги были предупреждены заранее, в восторг не пришли, но все-таки приняли выбор Стива.
Наверное, стоило бы гордиться, что Баки назвал ребенка именами дедов, которых он никогда не увидит, но Стиву было не до этого. Он вообще не горел желанием общаться с сыном, за что регулярно и получал от мужей.
Так же настойчиво он выселил сына из их общей спальни в три года, заявив, что детям в комнате родителей делать нечего. Баки с Броком не спорили, по очереди находясь в комнате Джозефа, пока тот не засыпал. Стив же вздохнул с облегчением, ему непросто давалось вынужденное соседство, но пришлось пойти на компромисс.
Стив напрочь игнорировал все детские утренники сына — кому-то надо было быть на миссиях? Он вообще удивлялся, что Фьюри согласился уменьшить нагрузку Броку и Баки — с таким-то набором опасностей, но находил в этом большой плюс — его мужья были в безопасности.
А когда больше года назад доктор Чо «порадовала» Баки об интересном положении, Стив от всей души ему посочувствовал, так и не поняв, почему супруг от души врезал в челюсть. Он по себе знал, как неприятно носить ребенка — все время пинался, гормоны скакали, настроение тоже — брр, во второй раз Стив на такое пойти не был готов и потому почти не занимал пассивную позицию, старательно, впрочем, компенсируя мужьям, доведя до совершенства минет.
К дочери Стив так за все два месяца ее жизни и не подходил — ему было некогда. И ехидные комментарии мужей абсолютно не задевали Стива, он приводил абсолютно верный с его точки зрения аргумент — кому-то же надо было работать, чтобы они ни в чем не нуждались.
Они по-прежнему жили в квартире в Бруклине, которая стала казаться несколько тесноватой для четверых, вернее, пятерых. Стив очень ждал, когда дочери — он не помнил как ее вообще назвали — исполнится полгода и можно будет сделать попытку выселить из спальни ее, детский плач выбивал его из колеи, он подхватывался и в первую очередь тянулся за щитом. Мужья успокаивали, но помогало слабо — Стив покидал спальню, пока Баки или Брок занимались дочерью, пил чай на кухне. Иногда он оставался ночевать в Щите, но старался этим не злоупотреблять все-таки.
Стив знал, что Брок и Баки ищут крепкий дом, чтобы обосноваться на природе, но сильно сомневался в их затее. Обеспечить безопасность такого жилья было намного сложнее, чем квартиру — этот аргумент Брок с Баки неохотно, но принимали, но упорно продолжали поиски, надеясь однажды все же найти то, что нужно.
Бионическая ладонь больно вцепилась в плечо, заставляя Стива удивленно поднять голову. Баки выглядел взъерошенным и недовольным.
— Стив, сколько раз я просил не пугать Джо? И перестань засиживаться до посинения за работой, не порть праздник, — когда Баки начинал говорить таким тоном, Стиву приходилось нехотя, но все-таки откладывать свои дела.
— Я никого не пугал. Джозефу запрещено заходить в мой кабинет и он об этом прекрасно знает. И его не оправдывает тот факт, что ты послал его за мной. Праздник? Наверно, но не для меня. Ненормированный рабочий день…
— Стив, хватит вешать мне лапшу на уши, — шепотом, чтобы не разбудить малышку, рявкнул Баки, выразительно встряхивая мужа. Стив долго дулся на них с Броком, что при переоформлении документов его фамилию они не взяли, при том что своему же сыну ее давать отказался. Споры возникали все время, а с рождением девочки повторилась та же ситуация — Стив поджал губы и заявил, что ребенку давать его фамилию нет необходимости. То есть им с Броком он ее предлагал, а детям — нет. И от этого факта Баки каждый раз недоумевал, но сделать ничего не мог.
— План мне необходимо доделать…
— Утром, — Баки, пользуясь тем, что они были равны в физических показателях, вытащил Стива из кресла и буквально потащил за собой. Зря, что ли, они с Броком и посильной помощью сына готовили праздничный ужин? Да и подарки ждали своего часа.
Стив поморщился, услышав, как Джозеф что-то активно рассказывал Броку. Он еще не отошел от оставшегося на столе плана и детский голос бил по ушам.
Квартиру после рождения детей пришлось несколько перепроектировать. Мастерскую Стива, в которой он обычно рисовал под настроение, превратили в комнату Джозефа. Оружейный запас Баки теперь хранился в тайниках за пределами дома — несколько стволов, впрочем, оставались в спальне — на всякий случай. Там же стоял мольберт, давным-давно безнадежно чистый — Стив больше не брался за краски и карандаши, отговариваясь нехваткой времени.
Ели они теперь не на кухне, а в зале, возле телевизора — был куплен дополнительный стол и стулья.
Сюда же временно переместилась кроватка с ребенком, чтобы не приходилось постоянно прислушиваться. Стив равнодушно прошел мимо, бросив тяжелый взгляд на мгновенно умолкнувшего на середине рассказа сына. Тот даже голову вжал в плечи на всякий случай — он привык бояться своего третьего отца до дрожи. И Стива это вполне устраивало. Он не применял к мальчику физических наказаний за какие-то косяки, предпочитая воздействовать словами. У него получалось на все сто процентов — сын на несколько дней становился практически невидимым. Правда, мужья почему-то оставались недовольны подобным, высказывая ему, что с ребенком надо не так обращаться.
— Я не Тор, — поджимал губы Стив. Друг вместе с братом-супругом регулярно появлялся вместе с детьми, которые на нем буквально висли. Стив такое позволял только чужим — со своим же отчаянно держал дистанцию.
— Стив, ну что опять? — Брок разумеется, понял в чем дело, когда мальчик спешно уставился в тарелку.
— На мне план висит, — не скрыл недовольства Стив.
— Вот только не сейчас. Праздник, забыл? — Баки до боли стиснул бионической рукой плечо Стива, заставляя посмотреть на себя. Брок недовольно смотрел на Стива, а Джозеф не знал куда деться, старательно изучая тарелку.
По иронии судьбы, мальчик был и внешне похож на Стива, такой же светленький, голубоглазый, но внешнее сходство не трогало его отца. Страх и стремление ребенка молчать в его присутствии Стива более чем устраивали.
Картинка на экране Стива порадовала. Он об этом не задумывался прежде, злясь от одной необходимости быть рядом с младенцем. Он придумал, казалось бы, отличное решение с няней, но в ответ получил полные негодования взгляды супругов.
Экран зарябил вновь, покрываясь волнами. Стив перевел на него взгляд, дожидаясь следующего кусочка и он не заставил себя ждать.
Подросший Джозеф держал за руку сестренку и старался сохранять спокойствие. Надо же было попасть в такую дурацкую историю. Ох и достанется же ему от отца, когда тот узнает. И Бальдру не объяснить, что по-другому у них не бывает.
— Нет, это правда? — наследный асгардский принц поглядывал на пятерых, окруживших их, бандитов. — Джей, серьезно?
— К сожалению, — вздохнул подросток. Сестренка исподлобья смотрела на незнакомых мужчин, но пока молчала и не лезла в драку. Джозеф прекрасно знал непоседливый характер Сары и ее упрямое желание доказать собственную правоту. Только отца Стива она и боялась, он одним взглядом заставлял ее умолкнуть.
Джозефу иногда казалось, что их третий отец покрыт толстым слоем льда и он, может быть, даже поверил бы в это, если бы не видел, насколько нежным он мог быть с родными Баки и Броком. И если он или Сара неосторожно в этот момент напоминали о себе — их буквально пригвождал к полу стремительно леденеющий взгляд. Потом, конечно, начинались споры, их с Сарой защищали папа Баки и папа Брок, но отец Стив ничего не желал слышать.
Он жил так, словно их не существовало.
Отвлекшись, Джозеф пропустил, что именно сказал Бальдр. И только восторженный вопль Сары вырвал его из размышлений о непростых семейных отношениях. Пятеро лягушек изумленно квакали.
— Почувствуют свою вину — превратятся обратно, — Бальдр сверкнул зелеными глазами. — Мы, кажется, куда-то шли?
Стив раздраженно отвернулся от экрана, не желая досматривать что там произойдет дальше. Жизнь этого ребенка его интересовала мало.
Он успел осознать, что отец из него выйдет отвратительный — и просто принял этот факт. Сил винить себя еще и за это у него не было. И возможное тесное общение собственного сына с асгардским магом его не волновала совсем — вот уж дружба была точно личным делом ребенка. Сам Стив всей душой привязался к Баки, когда дружба переросла в более крепкие чувства он делал все, чтобы их скрыть, искренне уверенный, что друг не поймет.
Стив прикрыл глаза, не желая больше смотреть на экран. Ничего нового он там точно не увидит.
Не к месту вдруг вспомнились растерянность и страх, когда Хелен Чо сообщила ему об интересном положении. Тогда они с Баки и Броком находились в ссоре и Стив был полон решимости самостоятельно вырастить ребенка. Неужели, он уже тогда его не любил? Стив не мог дать ответа на этот вопрос.
Может быть, игнорировать его по максимуму — самый лучший выход из этой ситуации? Почему-то казалось, что Баки и Брок не поймут этого. И дело было не в фамилиях, как показано было в первом видении.
Брок и Баки вели себя…как-то странно, что ли. Вроде бы укоряли Стива за отношение к ребенку, но на этом и все. Баки вытащил его за стол, но практически никак не отреагировал на явный испуг мальчика.
Стив бы поверил, если бы он жил отдельно и погряз в работе по уши. Брок с Баки просто не позволили бы так издеваться над ребенком и если бы не нашли способ переломить отношение Стива, то приняли бы непростое, но необходимое решение — расстаться. И Стив бы их не осудил, как больно ему при этом бы не было.
А в видениях они вели себя как…декорации. Словно тот, кто показывал их, не до конца представлял их поведение.
Стив растерянно нахмурился и вздрогнул от прикосновения к плечу. Повернув голову, он с явным удивлением обнаружил Баки.
— Мы все еще спим? — ошеломленно вырвалось у него.
— Предполагаю, что да, — вздохнул Баки, садясь рядом. — Малыш — сильный маг. Давай поговорим, Стиви.
Стив опустил голову, внимательно рассматривая собственные ладони. И от мягкого голоса Баки легче не становилось. То, что он видел в этом окне, все могло быть как стопроцентной правдой, так и обманом — маг был очень юным. Но и от вероятности подобного будущего Стива мутило.
— Бак, ты же видел…что-то? — Стив буквально заставил себя задать вопрос.
— Разумеется. И судя по твоем лицу — мы видели разное, — от понимающих интонаций в голосе Баки Стиву хотелось вжать голову в плечи и куда-нибудь провалиться. Но вечно бегать не получится, он это прекрасно понимал.
— Из меня отец получится намного хуже, чем был Говард, — Стив не смотрел на Баки. — Я смотрел и не чувствовал отторжения. Хотя ты с Броком должны были оторвать мне голову, — Стив понимал, как нелепо звучит его объяснение, но иначе сформулировать свои чувства не мог. — Скажу прямо — я не знаю, что мне делать с этим ребенком, — он заставил себя поднять голову. Баки внимательно смотрел и не перебивал. — Черт, как в дешевой мелодраме, — Стив закусил губу.
Он не знал как объяснить тот сумбур, что творился внутри него. Мироздание словно с ума сходило, подкидывая им проблему за проблемой — клоны, Гидра, в перспективе маячила сестрица Тора с Локи. И ребенок внутри казался чужим, неуместным, ошибкой природы — Стив не решался его убить, но никакой близости к нему не чувствовал. К чему это привело он прекрасно видел.
Еще и Баки смотрел на него, словно видел в первый раз в жизни. И от этого было неуютно.
— Тебе не кажется, что ты преувеличиваешь Стиви? — а от этого вопроса Стив дернулся, точно от удара. Спасибо еще, что Бак не назвал его «королевой драмы».
Щеки и уши горели, усилием воли Стив пытался справиться с дыханием, никакой астмы больше не было, не имело смысла пытаться ртом ловить воздух. Все нормально, только его Баки только что нанес удар, от которого Стив не мог отойти. И глаза горели от увиденных картинок, а вовсе не от горькой обиды — он раскрылся, поделился сокровенным, а его в который раз не поняли.
— Ты всю жизнь, сколько я помню, старался заботиться о других, — Баки словно не заметил реакции Стива на свои слова. — Даже когда был хрупким и болезненным. Котята, щенки, дети, девушки, старики — вспомни бруклинские времена. Тебя же обожали наши соседи, ты и хлеб им покупал, по хозяйству старался помочь, мне помогал с младшей, когда я с ней справиться не мог, девушек защищал, тебе за это прилетало постоянно… А о живности, которую подкидывали почти нам под окна, я молчу — несмотря на аллергию, ты не успокаивался, пока не находил им приют, даже если это гарантировало несколько напряженных дней, а то и недель — не всегда пристроить получалось сразу. И после этого ты говоришь, что не справишься с собственным ребенком?
Стив втягивал голову в плечи, каждое слово Баки било по нему, словно увесистый кирпич. Баки считал его лучше, чем он был на самом деле и от осознания этого Стиву становилось сильно не по себе. Он совсем не белый и пушистый, ребенок совсем не входил в его планы, к чему его безразличие приведет он прекрасно видел. Но Баки считал иначе.
— Стиви, ты можешь сомневаться в себе, всегда это у тебя было, но можешь мне поверить — лучшего отца у ребенка не будет, — продолжал тем временем Баки. — Даже без видений, я знал, что так будет.
Стив только расхохотался, не в силах сдержать эмоций. В ту же секунду его выбросило из сна, только чудом он не свалился, резко подавшись с дивана.
— Проснулся? — Брок сидел рядом с кроваткой и внимательно смотрел на своих мужей. Стив больно прикусил внутреннюю сторону щеки — безобразная истерика не красила никого.
— И что смешного я сказал? — зевнул открывший глаза Баки. — Брок, у нас тут Стив мучается самоедством и заявил мне, что ребенок не входил в его планы, он не готов и вообще сравнил себя с Говардом Старком.
— Похоже, я пропустил много чего интересного, укачивая его, — Брок приподнял брови.
— Не то слово. И мне снился замечательный сон с поездкой в Диснейленд, как тебе кстати имя Джозеф Бенедикт? — Баки, наплевав на то, что они не дома, затараторил, стремясь поделиться увиденным.
А Стив спрятал лицо в ладонях, морщась от раздражающего толчка ребенка внутри себя. Баки его слова интерпретировал по-своему, мол, все проблемы у них от повышенной стивовой ответственности за любое дело. Хотелось постучаться головой о стену, но позволить себе этого он не мог.
