Какого, мать его, хрена!?

Четыре года. Четыре чертовых года я продержалась в этом теле и даже не сошла с ума, представляете? Нонсенс. А если серьезно, то уже как давно я страдаю не только улучшением своей речи, но и попыткой построить между мной и здешними биологическими родственниками этого тела нормальные отношения. Получается, конечно, так себе, ведь в прошлой жизни я мало подобным занималась, но зато продвижения были, и были хорошо видны. К каждому я пыталась найти свой подход. Бэт, как самой главной, я старалась помогать по дому и всячески поддерживала её с работой. Например, когда она приходила и жаловалась мне, считая что я ничего не понимаю, за принижение её как лошадиного хирурга, я весело подпрыгивала и кричала что моя мамка в этой профессии самая-самая. Так же поддержкой эдакой стало то, что я просила её купить игрушки: лошадь, горячую-куклу-качка-парня какого-то и блонди-Барби. Лошадь, как можно было понять, являлась пациентом, парень — ассистентом, а сама баба выступала не только главным хирургом, но ещё и была похожа на мою мать. Так я и играла, пристрелив одним махом двух зайцев: и поддержка от дочери, и детские игры, чтобы меня не считали странной. Хотя, кажется даже это не помогло, а лишь усугубило мою ситуацию. Всё-таки ребёнок нахватавшийся медицинских терминов неизвестно откуда (книги и телек мне в помощь) — вещь странная. Но сдавать никуда меня не стали, а мать лишь посетовала о том, что в дедушку доченька пошла. Ну, а мне что? А мне нормально. Да и самооценка моя, покалеченная за все эти четыре года начинает восстанавливать оставшиеся ошметки. Всё-таки Рик, как никак, пусть и подонок, но гений — это уж точно. Что же касается Джерри, то к нему я старалась и вовсе не подходить. Этот человек несколько мне не нравится, сколько раздражает своим желанием показать и доказать своей самой младшей дочери кто тут главный в доме и кого нужно слушаться, при этом нахваливая себя самого. Что мне, естественно, не по вкусу. Следующей по курсу была Саммер. Девочка она, честно скажу, неплохая, но с того самого момента как она меня наряжала в разные детские наряды, — и хуй знает где она их нашла — отношения у нас не задались. Не скажу что она меня до чертиков в голове ненавидела, но испытывала яркое желание постебаться уж точно. Это и послужило ещё одной отправной точкой для самообучения, чтобы отвечать ей достойно и без проблем с речью, что у меня почти получилось, ага. Помимо словесных перепалок, которых, казалось, не пересчитать, мы очень часто ставили в доме ловушки. И пускай попадали в них первое время только родители да брат, нам было действительно весело проверять друг друга на прочность. Кстати говоря о брате. Он является средним ребенком в семье, но довольно закрытым. Я пыталась с ним говорить, но в ответ получала только заикание и какие-то знаки руками, которые я пока не могу разобрать. С ним не сложно, да и не сказала бы что тупой он, просто влияние отца сказалось на нем больше чем матери. «Ну, я так думаю. Не знаю как там должно быть в этой психологии, но с пареньком я обязана подружиться.» Поставила я себе очередную цель на следующий день, и завязав светлые волосы в лёгкий хвостик на затылке, улеглась на мягкую подушку и укрылась одеялом, предварительно пожелав себе мысленно спокойных снов, погружаясь в морфею.