Моника, жаль не Беллуччи.

Голова кружится хуже самых жёстких аттракционов, по подбородку стекают капли крови, ведь губа прокусана, руки по обе стороны сжаты к бокам ванны. Говорить про боль нет смысла, потому что душевная она куда сильнее, чем физическая, а последнюю – я могу терпеть. Над собой я вижу лишь резко двигающуюся фигуру, которую я могла вот-вот полюбить, но теперь я не уверена. По щекам бегут слёзы, но я держу себя в руках, пусть сегодня я это заслужила, если это плата за мою безопасность, пусть так оно и будет. Когда всё заканчивается, я чувствую себя опустошённой, словно он выбил из меня всё последнее, светлое. - Скажи хоть что-нибудь, - вытираясь тем самым белым полотенцем, говорит Мэтт. - Подай полотенце, - холодно отвечаю я. Он усмехается, теперь он точно понимает с кем сам себя связал. - За это я могу начать ценить тебя, солнышко, - целуя меня в лоб, он разворачивается и оставляет в ванной меня одну. Стоя напротив зеркала я вижу молодую, глупую девушку с карими глазами и длинными тёмными волосами, от влажности они немного завиваются. Губы после резких и жадных поцелуев совсем опухли, плюс тот прокус. - Ты сможешь, - шепчу себе под нос, и рисую сердечко на запотевшем уголке. - Почему так долго? – лёжа на кровати с газетой, недовольно спрашивает Мэтью. - Сейчас, мне нужно быть в одном месте, и либо меня отвезут твои люди, либо я доберусь туда сама, - стоя перед ним в чёрных лосинах, чёрной майке и того же цвета кожаной куртке. - Опять твои подростковые разборки, кому теперь ухо собираешься откусить? - Надейся, что не твоё, - улыбаясь отвечаю я, - ведь ты так крепко спишь. Теперь я вижу это в его глазах, он знал это раньше, мы похоже больше чем я думала. Его взгляд подобен гордого наставника, он определённо рад тому, кем я действительно являюсь. - Кевин отвезёт тебя, но поторопись, мне нужно чтобы ты была тут через час, нам нужно кое-что обсудить. - Как скажешь. - Куда же мы едем, мисс Нилсон? – отъезжая от дома, интересуется Кевин. - На старую площадку, - пристёгиваясь, отвечаю я. - Та что в самом лесу? - Да, и ещё, ты не должен идти за мной, иначе Мэтт узнает как ты приставал, перед тем как довёз до школы. Выпучив глаза и оборачиваясь на заднее сидение, Кевин паникует: - Но такого не было, я к вам и пальцем не прикоснулся! - Да, ты прав, но Мэтт не будет в этом уверен, таких «прислуг» как ты у него думаю десятки, если не больше, а я – одна, смекаешь? Сглатывая, парень лишь кивнул. - Но он велел мне смотреть за вами, и всё доложить. - Скажешь что я встречалась с Кортни, и я успокаивала её истерику, после ссоры с отцом. - Кортни – ваша темнокожая подруга? - Во – первых, она не такая и темнокожая, а во – вторых, ещё раз такое услышу, то ещё больше захочу воспользоваться той идеей, что озвучила раньше, расист чёртов. - Никогда не думал, что начав работу на местную мафию, буду следовать правилам школьницы. - Видишь какие подарки порой преподносит жизнь, - оптимистично отвечаю я. Под ногами хрустят сухие листья и ветки, в лесу совсем темно и холодно. - Кортни, ты тут? – подходя к старой площадке, кричу я. - О да, Лолли, мы уже тут, - это совсем не голос Корт, Тей. Кортни тем временем сидела на маленькой скамеечке и молча смотрела куда-то вдаль. - Не будем тянуть время, что конкретно ты хочешь от нас, Тей? - Охх, дамы, так в двух словах и не скажешь, в идеале я бы хотел вернуть время назад, но это невозможно… Складываю руки на груди, чтобы хоть так попытаться себя согреть. - Может тебе нужны деньги? – предлагаю я. - Может, - взмахнув руками, говорит парень, - а может я хочу признания, вашего. - Мы не можем, как ты не понимаешь, Тей, мой отец может потерять работу, вся жизнь покатится к чертям, и получится… - Что мы врали под присягой, - договариваю я за Кортни. Которая в согласие, лишь кивает. - Я тоже думал об этом, короче, дамочки, даю вам три дня. - На что? - На то, милая, чтобы найти восемьдесят тысяч и передать их вот эти руки, - показывая нам ладоши, говорит Тей, - удачи, подружки. В следующую минуту Тея не было, а мы с Кортни молча смотрели друг на друга. - Что будем делать? – спрашиваю я. - Я не знаю, - держась за голову, говорит Корт. - Слушай, мне тут как-то некомфортно, и нужно ехать… домой, тебя подвезти? - Нет, я на своей машине, а ты? - Меня привезли… - А ну да, ладно Лолли, я пойду. Кортни выглядела крайне разбитой, я понимаю почему, мы обе понимаем. Именно так, порой людей их взрывной характер, может доводить до таких крупных проблем. Я знаю, что она винит в первую очередь себя за то, что произошло, и за то, что ввязала в это меня. Именно та история так повысила наш «уровень» в школе, мы всегда были зажигалками, но та ночь сделала нас просто неприкасаемыми. Сперва мы чувствовали страх, а потом это просто предало нас уйму уверенности. Словно мы неуязвимые. - Берете пример с босса, собираете свою мафию? - Что-то Кевин у тебя больно язык длинный, заткнись и езжай. - Ладно, мисс, простите, просто немного злюсь на вас, когда миссис Шотс сказала, что вас нужно везти куда – то, я был уже в кровати, кстати, что это за ферма? В этот момент мы как раз проезжали около нашего дома, и наших соседей. - Это ферма Тайлеров, гнилое местечко. - А, да, слышал о них. Не упуская возможности, стараюсь разглядеть двор нашего с Джоди дома, но не могу смотреть на что-то ещё, кроме как мусорного бака, который завален белыми пионами, словно они растут прямо из него. В это же мгновение я хочу остановить Кевина, чтобы разобраться с этим, ведь цветы так и присылает этот псих, а Джоди просто выбрасывает их. Но тут же понимаю, что на сегодня мне достаточно. - Я же велел вернуться в течении часа, - стоя у ворот и докуривая сигарету, психует Мэтт. - У меня были дела, я уверяю тебя, мы нигде не задерживались, - подхожу к Мэтту, не знаю почему, но когда он сердится, еще и стоя в своём халате, на таком холоде, мне хочется слушаться его. И поэтому я дарю ему лёгкий поцелуй, словно «не злись на меня». - Поднимайся наверх, - он точно не хочет злиться на меня. Быстро поднимаюсь в спальню и иду в душ, чтобы согреться под горячей струёй воды. Когда выхожу и вытираю волосы полотенцем, замечаю на кровати большую чёрную спортивную сумку и Мэтта, стоящего рядом. - Что это? – указывая пальцем на сумку, спрашиваю я. - Восемьдесят тысяч, именно такая сумма ведь нужна тебе? – спокойно отвечает Мэтью. На моём лице точно смешалось несколько эмоций: удивление, неожиданность, страх. - И да, только мы разобрались с тем, что ты потрепала мне нервы днём, как тут же делаешь это ночью, шантажируя моего помощника, чтобы ты знала – в каждой машине у меня прослушка. Я лишь отчаянно вздыхаю и виновато смотрю ему в глаза. - Как ты вообще, Моника, додумалась до такого, и одного я не понимаю, ты не понимаешь что наступаешь на те же грабли, либо тебе нравится на них наступать. - Я не боюсь тебя, Мэтью. - Я знаю, но ты должна, но я понимаю, что ты не будешь, за это ты мне и нравишься. - Поэтому у меня есть к тебе соглашение, я даю тебе эти деньги, а ты покорно живёшь со мной, находишься рядом как можно больше, не перечишь и не суёшь свой нос в мои дела. - И на какой конкретный период? - Пусть пока на год. - Пока? – не понимаю я. Мэтт вновь усмехается и похлопывает сумку. - Завтра передашь сумку, - уверенно произносит Мэтт и швыряет её в угол комнаты. - А сейчас, нужно спать, завтра у тебя вновь тяжёлый день, Моника Нилсон.