Любовь бандита

Просто удивительно, сколько усилий я затратил, пытаясь заполучить эту красавицу в свою постель. Ведь Мако была права. От начала и до конца она описала весь наш стиль жизни. Да, мы ублюдки, шагающие по головам и не считающиеся ни с чьими желаниями, и уж тем более не с женскими. Куда проще сломать, как у куклы, полностью подавить волю и тогда уже получить все, что нам так необходимо. А потом так же безжалостно выбросить. Так почему же с этой чертовкой я так не могу? Почему мне необходима она вся целиком, до каждой капельки своей непокорной души? Ее кожа оказалось слегка сладковатой и невероятно мягкой. Ее так и хотелось касаться и целовать без конца. Изящную шею, упрямый подбородок, косточки ключиц и восхитительно упругую грудь с темными ободками дерзко точащих сосков. И так приятно слышать стон в ответ на каждую ласку. Она не притворялась, не лгала, тело радостно принимало оказанное ему внимание, и это сводило меня с ума. Я вновь и вновь жадно водил ладонями по изгибам ее молодого и гибкого тела. Дьявол, ведь если сейчас кто-нибудь придет, убью на месте и не стану разбираться. Она моя, вернее, уже скоро станет моей, такая пряная, словно жаркая летняя ночь. Я нетерпеливо стянул с нее чулочки, благо, туфли она потеряла во время нашего путешествия, и стал скользить по длинным стройным ногам, постепенно подбираясь к белым бедрам. Когда, слегка их раздвинув, я скользнул ладонью к мягкому кружеву, дыхание девушки стало прерывистым. Она запрокинула голову, хрипло исторгая из легких воздух, и попыталась свести ножки вместе, но я ей не позволил. Слишком долго я ждал, слишком сильно желал ее. Слегка погладив кружево белья, я отодвинул ткань в сторону и очень нежно стал гладить открывшееся великолепие. Девушка вспыхнула, задергалась, но я, продолжая ласку, лег рядом с ней и накрыл губы поцелуем. Проигнорировав протестующее мычание, я скользнул языком за жемчужные зубки. Не прерывая поцелуй, я попытался пальцем проникнуть в уже повлажневшие недра ее тела, но когда она забилась сильнее и уперлась ладошками мне в грудь, я понял, что слишком спешу. Ничего. Выпустив ее, и дав несколько мгновений передышки, я ухватился за последнюю деталь ее туалета, и стал медленно стягивать. Она отвернулась, спрятав пунцовое личико за волосами. А я завороженно наблюдал, как скользит кружевная ткань, открывая мне все тайны гордой красотки. Поцеловав маленькие ступни, я подхватил ее за коленки и резко развел ей ноги. Рей закусила губку, пытаясь справиться с наплывшими эмоциями, вряд ли кто-то до меня так с ней обращался. Даже если у нее кто-то и был, не думаю, что все зашло дальше быстрого, неуклюжего секса. Но когда я языком коснулся слегка набухшего бугорка, сразу был вознагражден еще одним стоном. Я старался ласкать ее нежно, наслаждаясь каждым мигом нашего первого раза и ее непривычной покорностью. Дождавшись момента, когда тело моей юной любовницы вошло в ритм моей ласки, я тут же эту ласку прекратил. Расположившись уже над телом девушки, и освободившись и от своих остатков одежды, я, подарив ей страстный и довольно злой поцелуй, резко вошел в ее тело. Почти игнорируя мой вес, тело брюнетки выгнулось дугой, и стены комнаты отозвались эхом вскрика: - Больно. Уложив ее обратно, я стал целовать солоновато-горькое от слез личико. -Врушка. Маленькая, глупенькая лгунья. И кому же ты сделала хуже своей ложью? Огромные, распахнутые в ночи, наполненные болью глаза были прекрасны. В них можно было утонуть. Постепенно, чутко реагируя на ее состояние, я стал двигаться, с трудом сдерживая собственную похоть. «Моя! Она только моя!» Эго охотника, завоевателя ликовало! Та, что я так желал, была покорена именно мной. И желание «закрепить» успех так и подмывало отпустить узду. Но нельзя. Сейчас тем более нельзя. Тело девушки, еще недавно такое страстное и гибкое, скованное неожиданной болью, отзывалось с неохотой. И все же отзывалось. С каждым моим движением былая гибкость и жар возвращались. Она вновь начала постанывать, выгибаться уже не от боли, а от удовольствия. Сама притянула мою голову и впилась поцелуем мне в губы. Если бы не ощущение слабого сопротивления, еще несколько минут назад так удивившее меня, я бы никогда не поверил, что горящая страстью и желанием женщина в моей постели еще сегодня вечером была невинной. Хриплые вскрики брюнетки слились с моим рыком, когда я, подхватив, притянул ее к себе в желании слиться еще сильнее, проникнуть еще глубже. Краем сознания я заметил, как ноготки девушки вцепились в мою спину. А когда я был уже на грани, в плечо вцепились еще и зубки этой чертовки. И нас захлестнула сладостная волна. Я очень осторожно опустил девушку обратно на постель. Прилег рядом, убирая с личика прилипшие темные пряди. «Ты как?» - вопрос так и норовил сорваться с губ, но я не позволил ему быть озвученным. Чмокнув бархатную щечку девушки, я поднялся и направился в душ. Стоя под прохладными струями, я вновь и вновь переживал моменты только что произошедшего события. И непонятно чему улыбаясь. Зеркало в ванной явило жутковато-комичную картину. Вся моя спина была расцарапана, а на обоих плечах странноватыми эполетами отпечатались укусы. - Словно от дикой кошки вышел, – усмехнулся я себе, накидывая халат. Девушка в постели замоталась в простыню и, кажется, начинала засыпать. - Советую тебе принять душ, – сладострастно изучая изгибы под шелком, сообщил я. Взгляд, которым меня одарили, никак не походил на взгляд довольной девушки. Она была зла. На себя, за то что поддалась, и, естественно, на меня, что я таки добился того, чего хотел. Честно говоря, никаких угрызений совести по этому поводу я не испытывал. Наоборот, собирался свой грех усугубить. - Ну, не хочешь, значит, не хочешь. – Я присел рядом с Рей на кровать и, схватив край простыни, стал выпутывать из нее девушку. – Значит, продолжим так.