ты — побочный эффект от лекарств.

“Маяк”. Его не найдёшь, просто проходя мимо, нужно сначала преодолеть подсобное, ничем непримечательное помещение прежде, чем тебя ослепит неоновая надпись. Место, куда не попасть без приглашения, если ты человек; без сдачи оружия, если охотник; без имени стаи, если ты сверхъестественное существо. Приватность - залог хорошего положения дел, а также безопасности для его посетителей. “Маяк” – единственный в этом округе клуб для нечисти. Может показаться, что молодому парню, сыну шерифа, человеку тут не место. Но Стайлз знает, что нет места, более подходящего для него. Он тут как рыба в воде, как птица в небе, как волк в лесу…ну вы поняли. С тех пор, как парень работает на босса, все идёт максимально положительно. Младший Стилински здесь что-то вроде местной полиции нравов. Точнее местный специалист по любой нарко-продукции для всех видов. Парень знает все о правильных граммовках, составах, дозах, химических составляющих и антидотах. Стилински зовёт себя «гуру наркоты». Босс называет его «эксперт по оценке допускаемого до продажи товара». Пафосно, но таков уж Дитон. Мистер Дитон - очень честный человек, практически святой в своей сфере. Для него важен каждый из сотрудников, поэтому он ведет четкий отбор персонала и никогда не связывается с чужаками. Стайлза он словил, практически за загривок вытащив, в безымянном баре на окраине города, где тот барыжил собственноручно-сделанную «химию для хвостатых». Еще пара таких продаж, и Стайлза Стилински бы подгреб под себя какой-нибудь Альфа, чтобы тот «мутил» для него в обмен на свою жалкую жизнь. Парень не глупый, даже слишком смышлёный для своих лет, поработал у Дитона на испытательном сроке и спустя год получил пафосный статус. Мистер Дитон не кривит лицо, заверяя его отца, что из младшего Стилински выйдет отличный химик, если он продолжит так же усердно трудиться в «научной лаборатории имени Алана Дитона». Шериф кивает, делая понимающее выражение лица, почти даже гордое. Стайлз ненавидит, что приходится врать отцу, но тот даже не догадывается, что счета за его последнее лечение в клинике давно оплачены, а дом не под арестом. В кабинете у Дитона был широкий рябиновый стол, светлые стены и большой диван, на котором спокойно могли уместиться все высокопоставленные сотрудники. Для Стилински же на полу лежало кресло-мешок. Оно появилось после того, как парень получил право присутствовать на собраниях. Тогда все разом поняли, что с ним невозможно сидеть на одном диване. Стайлз не был бы собой, если бы постоянно не ерзал, менял ноги, подскакивал или еще чего. Общим голосованием в кабинете появилось еще и кресло. На диване привычно расселись Скотт, Лидия, Мелисса, Крис и Денни. - Новая стая в городе, - спокойно начал Крис. Он как глава службы безопасности, к тому же охотник, всегда был в курсе такого. - Кто? – заинтересованно спросил Дитон. - Хейлы. - Те самые? – удивление промелькнуло в глазах босса, но потом сменилось задумчивостью, - Кто из них: Питер, Дерек или Кора? - Питера Хейла вежливо попросили больше не возвращаться сюда, после инцидента полгода назад, - напомнил Скотт. Он занимал должность специалиста по улаживанию конфликтов и связей с общественностью. - Точно, - подтвердила Лидия, кивнув. Ее клубничные локоны подпрыгнули и снова заняли прежние места, прядь к пряди. Идеальная, как и всегда, она продолжила скучающе, – Крис обещал отрезать ему оба яичка и засунуть в задницу, если тот снова появится тут в ближайший год. - Ага, было такое, - беззлобно усмехнулся Арджент. - Я видела Дерека Хейла вчера в супермаркете, - поделилась Мелисса. - Ты узнала его? – удивился Крис. - Да, может он больше и не мальчик, но в нем очень много от его матери, - печально пояснила мать Скотта. Она отвечала за любую медицинскую помощь, от «откачай, у него передоз» до «вытащи пулю, отравленную аконитом». К тому же, свой человек в больнице – всегда плюс. - Талия была очень красива, - задумчиво произнес Дитон, будто вспоминая. - Кора Хейл тоже переняла ее черты, - сообщил Крис. - Так значит, Дерек и Кора Хейл в городе? – уточнил Денни. - Именно, - подтвердил Арджент. - Кора Хейл, - задумчиво протянула Лидия, стуча длинным красным ногтем по губам. – Вроде мама упомянула недавно новую студентку с похожим именем. Денни тут же открыл лежавший на коленях ноутбук. Типичный информатор, ищейка, заметатель следов. Он быстро пробежался пальцами по клавиатуре. Стайлзу скучно. Он выводит пальцем невидимые рисунки на полу, свесив руку с кресла и покачивая ногой. - Что нам с этих Хейлов? – спросил он безучастно. - Нужно понять, зачем они в городе, не привели ли за собой хвост из какого-нибудь еще, дать ли им доступ, - будто зачитывая по пунктам, проговорил Скотт. - Доступ? Коре Хейл должно быть где-то 14, нет? – нахмурился Стайлз. - Вообще-то ей уже 18, - вклинился Денни, читая с экрана. – Лидия права, вчера в базе появилась новая студентка. Кора Хейл зачислена в местный колледж. Ей 18 лет, проживала в Нью-Джерси, пока три года назад брат, Дерек Хейл, не нашел ее. Он стал ее официальным опекуном и перевез в Нью-Йорк, где сам жил с тех пор, как покинул Бейкон Хиллс. - То есть после пожара, - уточнил Стайлз. - Ты знаешь про пожар? – удивился на мгновение Дитон, а потом отмахнулся, - Хотя чему я удивляюсь, ты знаешь все. Стайлз скорчил самодовольную гримасу. Скотт закатил глаза на его кривляние, но улыбнулся.

***

Впервые Стилински заговаривает с Корой Хейл, когда стоит недалеко от входа в клуб, делая последнюю затяжку от истлевшей самокрутки. Он замечает волчицу неподалеку. Кора наклоняется, чтобы завязать шнурки на своих потрепанных чёрных Converse. У неё меж губ зажата тлеющая сигарета, а растрёпанные темные волосы переброшены на один бок. Она выпрямляется, затягивается. Во всех ее движениях четко вырисовываются звериные повадки. Как рок-звезда 60х: держит сигарету подушками пальцев, носит кожаную куртку, футболки на пару размеров больше без лифчика и любые чёрные штаны, что отроет на распродаже. Курение - порок, который Дерек почему-то ей позволяет. Скорее всего, что побаивается услышать колкость от младшей, мол «ты не уследил». У волка и без того чувство вины вгрызлось уже слишком глубоко, чтобы добавлять туда ещё и это. - Здравствуй, волчица, - салютует Стайлз, выходя из тени. Кора настороженно смотрит на него, принюхивается, как настоящий зверь и наблюдает исподлобья. - Мы знакомы? – натянув безмятежный вид, интересуется она. - Я работаю в “Маяке”, - парень показывает на вход в клуб. – Меня Стайлз зовут, кстати. - Кора, - отвечает Хейл, в ее миндалевидных глазах с длинными ресницами, начинает сверкать любопытство. Она и впрямь похожа на Талию Хейл, точнее на те снимки, что видел Стилински в участке. Длинные темные волосы, пухлые губы, карие блестящие глаза, обрамленные густыми ресницами, и упрямо сведённые брови. Кажется, это характерная черта всех Хейлов. - Стайлз…верно? – переспрашивает Кора. Стайлз кивает в ответ. Волчица оценивающе смотрит на него. Изучает отросшие растрепанные волосы торчком, линию скул, вздернутый нос, родинки, рассыпанные на щеках куда-то под ворот обтягивающей черной футболки, следит за рисунком выступающих на руках вен. Делает какой-то свой вывод и хмыкнув спрашивает: - Кем ты тут, танцор или бармен? Стайлз вдруг совершенно неожиданно прыскает и начинает непринужденно хохотать, согнувшись пополам. Кора хмурится недоумевая. Стайлз вытягивает руку, как бы прося подождать, пока он отдышится. - Извини, - все еще улыбаясь произносит парень, - давно я так не смеялся. Это просто лучший комплимент за последнее тысячелетие. Стилински тараторит, и Кора не понимает ни хрена, но ее забавляет то, как он размахивает руками и непринужденно улыбается своим огромным ртом. - Я вообще-то гуру наркоты, - сообщает парень. Кора скрещивает руки и снова оглядывает его с ног до головы, а потом скептически выдает: - Ты? Не сыроват для такого? - В самый раз для таких, как ты, - подмигивает Стайлз. И тут непробиваемая Хейл расплывается в очаровательной улыбке и начинает смеяться, откидывая длинные волосы за плечи. - Это было так тупо, - все еще смеясь, сообщает она Стайлзу. - Зато смотри, ты уже поддалась обаянию старины Стилински, - щелкая пальцами и поднимая указательный кверху, ухмыляется парень. Кора снова серьезнеет, будто резко вспоминает, что находится на чужой территории. Она ведет плечами, чуть заметно косится в обе стороны от себя, затем немного расслабляется. - Пойдем внутрь, потанцуем? – пытаясь казаться максимально непринужденным, предлагает Стайлз. На губах волчицы снова появляется легкая улыбка, но в глазах читается настороженность. Стайлз многим позже узнает, что Кора - немного дикая, резкая, но ослепительно очаровательная, а в остроумии не уступает ему самому. Ей просто не удается отпускать волчьи инстинкты, поверить в свою защищенность. У волчицы внутри лес, он будет с ней всегда. Он шелестел кронами деревьев и пел птицами на ветках, но никто не шептал ей: «Все хорошо, я с тобой». Коре всегда будет грустно, что маленький волчонок внутри нее так никогда и не узнает какого это, расти в стае. - Вообще-то я тут жду кое-кого, - отвечает, наконец, Кора. - Твоего брата? – интересуется Стайлз. - Ты знаешь его? – удивляется младшая Хейл. - Немного, - уклончиво отвечает парень. – Мы отслеживаем всех вновь прибывших в город. - Ясно, - холодно отвечает волчица. - Это для общего блага, если что, - оправдывается парень. И Кора почему-то ему верит. - Ладно, пойдем, - вдруг уступает Хейл. – Думаю, что Дерек найдет меня и там. Стилински жестом пропускает ее вперед, но у неоновой вывески обгоняет. Открывает тяжелую дверь и приветствует охранника, очаровательно ухмыляясь и закинув руку ему на плечо. Стайлз что-то болтает прямо в ухо мужчине на входе, волчице едва слышны слова из-за грохочущей музыки. Охранник в ответ лишь качает головой и по-доброму улыбается Стилински, пропуская их внутрь. - Что ты ему сказал? - пытаясь перекричать музыку, спрашивает Кора. - Объяснил, что у двух Хейлов теперь есть допуск, - непринужденно пожал плечами Стайлз, - А потом рассказал, чем закончилось наше прошлое со Скоттом пари. Кора непонимающе хмурит брови. - Скотт – мой бро, тоже тут работает. Позже познакомлю вас, —объясняет Стилински, громко крича и начиная покачивать головой в такт музыке. - Почему двум Хейлам? – вдруг спрашивает волчица. - Питер заходил не так давно. Он пытался тут провернуть несколько не очень хороших дел, поэтому мы попросили его покинуть заведение, - резко становясь серьезным, объясняет Стайлз. - Ясно, - только и отвечает младшая Хейл. - Вот и ладненько, - Стилински снова расплывается в очаровательной улыбке, и протягивает руку, приглашая, - Потанцуем? Кора отстраненно пожимает плечами, снимает резинку с запястья и завязывает ей волосы в высокий хвост. А затем принимает приглашения Стайлза, протягивая смуглую руку к его бледной ладони с длинными пальцами. Она позволяет ему затащить себя в самую гущу.

***

Знакомство с Дереком Хейлом выходит у него не особо многословным. Стайлз танцует с Корой в окружении потных тел и оголенных торсов. Он лучезарно улыбается, когда кто-то заставляет его развернуться, одернув за руку. Стилински встречается взглядом с парнем, который явно старше него и выглядит чертовски горячо. У него аккуратная щетина на лице, светлые глаза, длинные ресницы и чертовски хмурый вид. В целом, это все, что позволяют ему разглядеть клубные вспышки света. Стайлз переводит взгляд на все еще чужие пальцы на своем запястье и вопросительно поднимает брови. - Ты нашел меня, - перекрикивая музыку, говорит парню Кора. Парень отпускает руку Стилински и утвердительно кивает головой. До Стайлза медленно доходит, что перед ним Дерек Хейл. На фото, что ему показывал Денни, тот казался немного другим, больше злобным парнем с мексиканскими корнями, меньше горячим мужчиной с рекламы мужского белья. - Ты должна была ждать снаружи, - спокойно констатирует мужчина, явно обращаясь к сестре. Кора лишь пожимает плечами: - Стайлз провел меня внутрь. Дерек переводит взгляд на Стилински, будто до этого совсем не замечал его. - Приятно познакомиться, Дерек, - ухмыляется парень и машет рукой. Волк хмурится сильнее. - Мы знакомы? – совсем как Кора, отвечает он. Стайлз лишь закатывает глаза, а волчица сбоку от него понимающе усмехается. - Он вроде как всех тут знает, - отвечает за него младшая Хейл. Брови Дерека вопросительно приподнимаются. Стайлзу становится интересно, возможно ли составить диалог, где ответы будут состоять только из движений этих бровей? Он мотает головой и смеется над своими же мыслями. Ловит на себе вопросительные взгляды от Хейлов. - Извините, иногда мои мысли меня веселят, - пожимает плечами парень, будто такое всегда происходит. - Меня пропустили внутрь без вопросов, это твоих рук дело? – интересуется Дерек. Стайлз снова смотрит на него оценивающе, примечая натянутую на мышцах груди хенли. Заглядывает Хейлу в глаза, тот явно в курсе, что парень его оценивает. Именно поэтому Стайлз без стеснения подмигивает ему и отвечает задорно: - Можешь не благодарить. Спустя несколько песен и танцев Стилински приоткрывает глаза и ловит на себе ответный оценивающий взгляд Дерека. Он улыбается ему и замечает, как уголки губ хмурого волка приподнимаются.

«Ну что же, волче, 1:1, играем дальше?» - думает он.

И они танцуют.

***

В “Маяке” сегодня ретро ночь, поэтому, когда Стилински заваливается через открывшеюся дверь внутрь, он не может сдержать дурацкой улыбки. Парень приветливо хлопает охранника по плечу и начинает спускаться к бару. Лидия хватает его под руку у самой последней ступеньки и тянет на себя, чтобы поприветствовать, поцеловав в обе щеки. Стайлз давно привык и перестал волноваться о следах помады на своем лице, у Мартин все слишком дорогое, чтобы оставлять следы. Девушка ведет его в сторону бара, что чуть в стороне от грохочущего танцпола. В красном клубном освящении ее волосы похожи на стекающую волнами лаву. - Ты слишком горячая в таком свете, - кричит ей Стилински, ухмыляясь. Лидия закатывает глаза, что значит: «по-другому и не могло быть». - Хочешь что-нибудь? – громко спрашивает Мартин. Стайлз отрицательно качает головой. У него сегодня и без того приподнятое настроение, к тому же немного подергивает от пропущенного приема лекарств. Лидия подзывает бармена, показывая только на себя. Тот расплывается в понимающей улыбке и делает любимый коктейль для Мартин. Она лениво смотрит на то, как мышцы на его руках напрягаются, пока он трясет шейкер. Стайлз следит за ее взглядом и отворачивается к танцполу, облокачиваясь локтями на стойку. - Если закрутишь еще и с Эйданом, Дитон будет недоволен, - скучающе предостерегает Стилински. Лидия грациозно усаживается на барный стул и упирается носком туфли в бедро парню. - Не учи меня, Стайлз, - беззлобно предостерегает Мартин. - Я забочусь, - просто констатируя, как факт, заключает парень. Он продолжает выискивать кого-то взглядом в толпе. - Я знаю, - поджимая плечами, отвечает Лидия. Затем тянется вперед, запускает руку в его растрёпанные волосы и проводит длинными ногтями по голове, будто поглаживая, - Все будет в порядке, котик. Стайлз оборачивается на нее и смотрит в глаза. Точнее сказать, он следит за реакцией зрачков. - Ты под чем? – серьезно интересуется Стайлз. Есть правила в этом месте, и одно из них: «Если Стайлз Стилински спрашивает тебя о наркоте, ты должен ответить, или же сразу на выход». - Ничего особенного, - лениво сообщает Лидия, - обычная синтетическая эйфория. - Ладно, - мгновенно расслабляется Стилински. Он снова переводит взгляд на танцпол и замечает свою цель. - Я пойду, - говорит он. Лидия тоже смотрит в толпу, пытаясь понять, куда собрался Стайлз. Она понимает меньше, чем за две секунды. - Все развлекаешься с Хейлами, - понимающе улыбается ему девушка. Стайлз вдруг не к месту смущается. - Мы иногда тусим вместе, - оправдывается он. Лидия лишь улыбается и качает головой, несильно подталкивая его в спину мол: «иди уже».

***

Играет какая-то итальянская песня, черт его разберёт каких годов. Дерек под чем-то. Он угашен так сильно, что не понимает, где земля разделяется с небом. Кора говорила, что он часто принимает с тех самых пор, как их старшей сестры не стало. Возможно, Стайлз предпочитает об этом не думать, именно поэтому Хейл позволил влиться парню в их маленькую стаю из двух волков. Ведь Стилински – самый проверенный чувак с наркотой во всем городе. Мужчина движется в одной плоскости и пританцовывает, подпевая. Кора рядом двигается так грациозно и плавно, что брат с трудом может вспомнить, как сегодня утром она чётко и резко колотила грушу в спортзале. - Эй, я думаю, что мы еще не родились, когда эта песня была хитом, - удивленно вопит подошедший к Коре Стайлз, приобнимая ее за талию. - Дерек любит итальянский, - отмахивается волчица, довольно улыбаясь, но слишком увлечённая танцем, чтобы обнять парня в ответ. - Вам нужно завязывать с аконитом, - хохочет парень, поглядывая на Хейлов. Дерек чувствует на себе его внимание. Стайлз скользит взглядом по его ногам, бёдрам, торсу и нервно сглатывает, когда волк ловит его. Дерек все еще продолжая подпевать, подмигивает. Стилински быстро приходит в себя и удаляется в сторону бара. Хейлы смотрят друг на друга и, улыбаясь, орут слова песни. Стайлз появляется неожиданно и решительно, от него за версту тянет крепким алкоголем и парой быстрых затяжек травы с чужих пальцев. Он быстро находит нужный ритм, вписываясь в идиллию Хейлов. Через пять или шесть треков снова начинает играть та же песня. Стилински пьян и заговорщически улыбается. Он орет: - Хватит мурлыкать себе под нос! Переводи, волче. Дерек улыбается во весь рот, морщинки собираются у его глаз. Стайлз сохраняет это кадр внутри своей головы, на всякий.

***

Возле входа в “Маяк” в пятницу вечером всегда многолюдно. Некоторые ждут свою стаю, чтобы зайти всем вместе. Другие - поджидают друзей. Сегодня на улице мокро, и единственный свет от фонаря отражается в лужах. Стайлз прислонился к стене, как обычно, докуривая и лениво наблюдая. Он с легкостью может сказать, кто тут человек, охотник, волк или какой-нибудь койот. У него столько «деловых отношений» со всеми этими ребятами, что он раскусывает их на раз и два. Ему бесконечно скучно. У него сейчас именно тот порыв, который отец называет «шило в заднице». Шило или нет, но он был бы совсем не прочь, если бы кто-то действительно занялся его задницей. Стоило только подумать над этим и усмехнуться, как мускулистая рука облокачивается о стену в нескольких сантиметрах от его головы. Стилински фокусирует взгляд на щетинистом подбородке напротив. - Скучаешь? – пьяно усмехается Дерек. Стайлз косится на его руку и мысленно считает те жалкие сантиметры между их лицами. Черт, умеет же загнать жертву в угол. Но парень спокойно упирается затылком о стену и расплывается в игривой улыбке. - А у тебя есть какие-то предложения ко мне? – не особо надеясь на продолжение всего этого, ведет игру Стайлз. Взгляд Хейла опускается на растянутый в улыбке огромный рот. - Я так много могу тебе предложить, - зачарованно тянет Дерек, продолжая пялиться на чужие губы. Стайлз понимающе закатывает глаза. Он понятия не имеет под чем волк сейчас, но ожидание его убивает. Парень подается вперед и опускает руку прямо на ширинку Хейла, у того стоит. Дерек потрясенно моргает мгновение, а затем обхватывает широкой ладонью шею парня, притягивая к себе. Они не целуются, нет, это скорее похоже на отчаянные укусы и звериные замашки. У Стилински нет столько выдержки, поэтому он хватает волка за рукав кожанки и тащит в сторону служебного входа. Они заваливаются в туалет для персонала. Стайлз осмотрительно закрывает дверь на щеколду изнутри, пока Хейл, не замечая и не заботясь ни о чем вокруг, самозабвенно вылизывает его шею. Стайлз опирается спиной о дверь и прикрывает блаженно глаза, когда Дерек опускается перед ним на колени. Он обнюхивает как зверь. У Стилински появился какой-то кинк на волков? Отстранено спрашивает он сам себя, а затем забывает, о чем думал секунду назад, потому что Дерек, мать его, Хейл ловко расстёгивает его ширинку, достает член из штанов и принимается сосать. Стайлз готов кончить сразу же только от вида, стоит опустить глаза. Мужчина, который должен был сниться ему в мокрых снах до конца дней, сейчас стоит на коленях в своей кожаной куртке, смотрит из под длинных ресниц прямо в глаза и самозабвенно сосет. Стилински хватает минуты на три, хотя они и кажутся вечностью. Он прикрывает глаза, скатился бы по стене на подгибающихся ногах, если бы Дерек не успел подхватить его. С трудом зрение возвращается, чтобы он смог лицезреть, как довольно облизывается мужчина напротив, будто сперма Стайлза – это пиздец как вкусно. Парню становится неловко, и он чувствует, как краснеют шея и щеки. - Как тебе такое предложение? – расплывается в самодовольной улыбке Хейл. Стайлзу приходится прочистить горло, прежде чем ответить: - Восторг. Он пытается поймать взгляд Дерека, но натыкается лишь на остекленевшие глаза. Ясно. - А под чем ты, напомни? – мнимо беззаботно, интересуется парень. - Синтетическая эйфория, - немного не понимая к чему такой вопрос, отвечает Хейл. - Ты продал в прошлый раз несколько таблеток. Теперь все становится понятно. - Ясненько, - ухмыляется Стайлз, а затем резко меняется местами с Дереком, прижимая уже его к двери. Волк непонимающе моргает, а парень опускается на колени, - Ну, тогда тебе это понравится вдвойне сильнее. Как только его губы оказываются на члене, Хейл издает невыразимо эротичный звук, будто утробное рычание вперемешку со стоном. Стайлз старательно продолжает. Он знает, что утром это не будет ничего для них значить.

***

Кто-то трясет его и заботливо гладит по руке. Стайлз чувствует, что щека прилипла к кожаной обшивке дивана, а возле рта собралась лужица слюней. Черт, негоже вырубаться где попало. Он слишком часто остается ночевать в “Маяке”. - Стайлз, - снова тихо зовет его Скотт, - Просыпайся, бро. Парень поднимается и трет глаза костяшками пальцев. - Сколько время, Скотти? – скрипит Стилински сонно. Скотт смотрит на экран телефона в руке, яркий экран в первые секунды слепит. - 07:30, - оглашает Маккол, тоже растирая глаза. Стайлз поднимается, оглядывает свои черные джинсы и мятую белую футболку, ерошит волосы руками. Щурится, задумавшись. - На учебу пойдем? – спрашивает. Маккол думает лишь мгновение, а потом зевает во весь рот, мотая головой: - Не, бро, я спать. Стилински жмет плечами: - Плевать тогда. Загляну к биг-боссу, может поработаем. Через пол часа Стайлз уже выпил свежезаваренный фильтр-кофе и вкинулся Аддералом. Он чувствовал себя достаточно спокойно и даже максимально продуктивно, чего не скажешь о явно не видевшим сна несколько дней Дитоне. - Вам надо в отпуск, босс, - сообщает Стилински, заваливаясь на свое кресло-мешок. - Совсем потрёпанный вид? – уточняет Алан с улыбкой. - На 4 из 10, где на тройке уже нужно вызывать Мелиссу. - Сегодня посплю, - отмахивается мужчина. - Ага, - усмехается Стайлз, - Папа тоже всегда так говорит. Сделаю вид, что поверил. - Ты сам вчера вырубился, еще последние гости сидели, - мотает головой Дитон. – Так сладко спал на диванчике в углу, что не помешала ни грохочущая музыка, ни уборщики, ни включенный свет. - Даже не помню, когда именно отрубился, - безучастно пожимает плечами парень, - после ухода Хейлов, наверное. - А ты с ними подружился, - не показывая своей заинтересованности, произносит аккуратно Алан. Стайлз усмехается: - Я бы не назвал это дружбой. Дитон понимающе мотает головой, но никак больше не комментирует. Алан перебирает какие-то бумажки и открывает ящик стола, вытаскивая оттуда обычные с виду таблетки в пластиковой пластине. - Есть новинка от Девкалеона, - начинает босс, переплетая свои смуглые пальцы и опуская руки на стол. - Будем тестировать? Силински ожидаемо закатывает глаза. Дитон не дает ему начать спорить: - Я знаю, что ты против его препаратов, но они успешно выходят на рынок. - Девкалеон – классный мужик, красавчик уж точно, - начинает Стайлз, а Дитон снова усмехается и качает головой, - Но синтетическое дерьмо, что он производит мне вообще не нравится. - Мы знаем, что синтетический оргазм и эйфория всех вполне устроили, - констатирует Алан. - Да, я пропустил их, потому что у них отсутствуют какие-либо сильные побочные эффекты, - пожимает плечами Стайлз. – Что на этот раз? - Синтетическая любовь, - темная рука протягивает парню пачку таблеток. Стилински встает и тянется за ними, затем снова падает на свое кресло. Он крутит пластину в руках и задумывается. - Что он обещал? – не заинтересовано спрашивает парень. - Чувство первой влюбленности, самые сильные и всепоглощающие ощущения, между двумя принявшими людьми, - читает с распечатанного листа Дитон, - Никаких физических побочных эффектов, минимальная степень зависимости. - Физических? – тут же выхватывает слово из контекста Стайлз, - А какие есть, психологические? Дитон лишь пожимает плечами и протягивает листок: - Тут дальше идет химическое описание и так далее, это по твоей части. Парень забирает лист и пробегает по нему глазами. Ничего необычного там не находит, но он соврет, если скажет, что ему не интересно проверить на себе. - Ладно, - кивает Стайлз и устало ерошит свои волосы, - Я в деле. - Кого возьмешь в партнеры, Скотта? – интересуется Дитон, снова утыкаясь взглядом в бумаги и устало потирая глаза. - Не думаю, в последний раз Мелисса угрожала кожу с меня живьем снять, если снова затащу его в это, - Стайлз аж поеживается, вспоминая насколько отчаянно и безумно выглядела мама Скотта после последнего побочного от нового препарата. - Найдешь кого-то или мне? – спрашивает Алан. - Я сам, босс, - отмахивается Стилински и выходит из кабинета. Вечно он ненавидит прощаться.

***

Стайлз знал к кому идти с такими предложениями, поэтому стоит ему набрать Хейлу смс, как тот уже едет по высланному адресу. Дерек встречает его, предлагая кофе или пива, а Стайлз сразу расплывается в коварной улыбке, предлагая что-то «лучше». Он вытаскивает из кармана толстовки пластинку с двумя таблетками, достает одну и демонстративно кладет на язык. Мужчина напротив него закатывает глаза на его цирк и спокойно проглатывает таблетку. Они заваливаются на широкую кровать в спальне Дерека на втором этаже. Через панорамные окна льется теплый свет заходящего осеннего солнца. Оно уже не греет, но яркое. Лучи падают на покрывало, подушки и макушку парня напротив Хейла. Волосы Стайлза переливаются в таком свете каким-то неестественно ярким рыжим отливом. - Ты такой красивый, - зачаровано выдыхает Дерек, проводя кончиками шершавых пальцев по скулам, вздёрнутому кончику носа, глазам. Он щупает его ресницы, едва прикасаясь грубыми подушечками пальцев. Целует каждую родинку, что находит на лице. - Я люблю тебя, - шепчет Стайлз, оглаживая заросшую щетиной щеку. Парень чувствует почти физически, как водоворот всего, что существует во вселенной, сжимается и концентрируется лишь на одном. Он затягивает его в глубину зеленого мира в радужке Дерека. - Я люблю тебя, - эхом отзывается волк, поглаживая растрёпанные волосы. Хейл не моргает, лишь зачарованно смотрит в ответ. Они полюбили друг друга в тот же момент, когда приняли таблетку, моргнули и, открыв глаза, встретились взглядами. Дерек, сидящий напротив, смотрел на Стайлза точно так же. Наверняка, тоже чувствовал в нем центр всего мироздания. Длинные пальцы заскользили по щетинистому лицу, изучая, навсегда запечатывая ощущения на кончиках. Мужчина прикрыл глаза, длинные ресницы отбросили тени на щеки. Стайлз чувствовал его руки в своих волосах. Дерек жадно тонул в поцелуе, впитывая вкус Стилински. Они были везде на теле друг друга. Они были внутри друг друга. Были друг другом, единым целым. И засыпая, смотря в глаза, переплетаясь в одного человека руками и ногами, шептали нескончаемое: «Я люблю тебя. Люблю». А на утро они просто проснулись. Солнце светило по-прежнему, болела голова, и жутко хотелось пить. Дерек безучастно отцепил от себя конечности Стайлза. Тот распахнул глаза и потер их сжатыми кулаками. Он поднялся и лениво потянулся. Они не говорили. Стилински ушел в душ с рюкзаком, полным сменных вещей, и с запасной зубной щеткой, что носит в отдельном отсеке рюкзака. Дерек поволок ноги в сторону кухни и налил стакан воды. - Увидимся, чувак, - помахал ему, Стайлз. Дверь за ним задвигается, а по лестнице слышатся быстрые шаги убегающего. Парень садится в машину, аккуратно закрывая за собой дверь. Ему кажется, что если он хлопнет чуть сильнее, то все развалится. Внутри него все будто разваливается прямо сейчас. Стайлз кладет руки на руль и упирается в них лбом. «Я все еще чувствую. Чувствую Дерека на себе, будто пальцы его выжгли следы на коже, мышцах, костях», - записывает Стилински в заметках телефона. У него обязанность такая, чтобы составить полный отчет о продукте, нужно его полностью проанализировать. Никогда еще анализ не давался так тяжело. Стайлз почти не помнит, как заставил себя все же завести машину и доехать домой. Он трясущимися руками вытаскивает ключи из зажигания, едва в силах различить в этой связке ключ от входной двери. У дома нет полицейской машины, а значит отец еще в участке. Стайлз благодарит всех волчьих и человеческих богов сейчас за возможность побыть одному. Скидывая ботинки у входа, тяжело вздыхая, парень направляется в сторону кухни. Открывает холодильник, лениво шарит по полкам взглядом. Не хочется ничего: ни есть, ни пить, ни готовить. По привычке рука тянется к бутылке молока. Стилински погружен в анализ своего внутреннего состояния, поэтому по инерции откручивает крышку и делает пару глотков, затем убирает бутылку обратно. Он проходит в гостиную и заваливается на диван. Пульт от телевизора неприятно впивается в спину, но ему, мягко говоря, плевать. Стайлз смотрит в потолок и пытается дать определение всему хаосу внутри своей головы. Как он умудрился так облажаться? Арджент ведь говорил, что не стоит привязываться к волкам. «Привязываться» - слишком слабо сказано. Да, Стилински в полной заднице теперь! Он же не мог влюбиться в загадочного, молчаливого, очаровательно и безумно сексуального Дерека Хейла? - Очаровательного и безумно сексуального, - повторяет за своими же мыслями Стайлз вслух и возмущенно шепчет, - Ты в своем уме, Стайлз?! Его сердце колотится, как безумное. Возможно, эти гребанные таблетки и делают тебя сумасшедшим, слетевшим с катушек на полную. Он ведь изначально был против всей этой синтетики, нельзя подделать реальные чувства! Синтетическая эйфория, оргазм, восторг, а теперь и любовь. Нужно было сразу отказать Девкалеону. Стайлз моргает, продолжая смотреть в полоток, и не видеть его. У него на сетчатке глаза сейчас лишь лицо с идеальной щетиной, нахмуренными бровями. Он бесцельно лежит, уставившись в потолок, казалось бы, несколько минут, а на деле проходят часы. Входная дверь открывается. Стайлз слышит, как шериф вешает кобуру с табельным на вешалку, поверх куртку. Замечает ноги Стайлза, перекинутые через подлокотник дивана, и приветливо машет, устало улыбаясь: - Привет, ребенок. Парень еле разлепляет слипшиеся губы, сглатывает и смаргивает многочасовое оцепенение. - Привет, па, - хрипит он. - Заболел что ли? – интересуется отец, - Чего ты в темноте то лежишь? - Да ничего, - устало скрипит Стайлз, поднимаясь в вертикальное положение, - Вырубился просто, пойду наверх. Мужчина подходит ближе, не включая свет, пытается заглянуть в глаза. Стайлз знает, он пытается отрицать очевидное, поэтому ничего не заметит. Он слишком доверяет своему сыну, его единственной надежде, его мальчику. Поэтому парень стоит, устало ссутулившись, и смотрит в ответ больным взглядом, не пытаясь даже создать какую-то иллюзию. Со всеми иллюзиями отец и сам прекрасно справляется. - Тебе нужно поспать, сын, - пожимает плечами отец, затем машет неодобрительно головой, - Ты слишком много играешь в компьютерные игры ночами. - Да, пап, - голос Стайлза похож на шелест бумаги, - Пойду лягу. Путь до второго этажа кажется ему непреодолимым. По ощущениям, ему восемьдесят, и у него точно должен быть какой-нибудь артрит. В комнате он заваливается на кровать, не пытаясь ни расстелить ее, ни снять вещи. Открывает заметки на телефоне и отстраненно печатает: «Внутри нет ничего кроме всепоглощающей пустоты. Мне не хочется есть, спать, думать или говорить. Я ничего не чувствую. Кажется, я не могу вспомнить, как это любить кого-то». Утром он не мог себе вообразить, как жить без ответной любви Дерека. Вечером он уже может без него как угодно. Такое веселье, что лучше сдохнуть.

***

Стайлз вывалится из офиса босса в более-менее сносном настроении. Они совершили пару сделок с проверенными Стилински поставщиками. К тому же, он утер нос Девкалеону, запретив его товар на территории “Маяка”. Пусть этот мужчина и обладает пугающей харизмой, а также явно пытался завлечь Стайлза на свою сторону (или в свою постель), он все же не доработал свои таблетки. Поэтому Дитон и держит Стилински рядом с собой: за непреклонность, упрямство и качество. Парень упирает руки в перила, огибающие весь балкон второго этажа, и смотрит в танцующую толпу. Он никого не выискивает, точнее, пытается себя в этом заверить. Ему не нужно искать, чтобы найти Хейла в толпе. Ведь у него выработался какой-то побочный эффект с тех самых пор…В голову будто встроили радар на щетинистого, хмурого волка. Он видит темные вихры волос и натянутую на грудных мышцах темно-зеленую хенли сразу же. «Темно-зеленый, наверно, нереально подчеркивает этот невозможный цвет радужки,» - думает Стайлз, а затем делает глубокий вдох, пытаясь совладать с внутренним порывом истерически засмеяться. – «Она наверняка тоже заметила». Черт возьми, прямо на его глазах миленькая, стройная, как лоза, Дженифер пытается соблазнить Дерека Хейла. Она наклоняется что-то крича ему в ухо, а затем отстраняется, очаровательно улыбаясь и накручивая прядь волос на палец. Стайлз барабанит пальцами ритм того, что выстукивает в висках. Он наблюдает с отстраненным любопытством ученого за стеклом. Перечисляет в голове все факты, что знает о девушке. О да, он ведь знает тут все и обо всех. Дженнифер Блейк – друид стаи Кали, одной из людей Девкалиона; днем работает преподавателем литературы в старших классах, вечером плетет защитные заклинания для своих; живет в небольшом домике вместе со стаей на юге города; ни дурного словца от нее ни в трезвости, ни в бреду; пару раз нарушала правила дорожного движения, но в целом бесконечно добропорядочна. Дереку она подойдет, может, на ноги его поставит, в человека превратит, так сказать. Он сможет ее драть, а она будет ластиться под руку, пока он читает, и готовить обеды. Скотт появляется из ниоткуда и встает рядом. Он следит за его взглядом, а затем смотрит на лицо Стилински. - Ты в порядке, бро? – спрашивает, понимающе, не избегая смотреть в глаза. Стайлз моргает растеряно, а затем смотрит на лицо Скотта. По глазам видно, он понимает. Помнит, наверное, как Эллисон свалила жить с Айзеком во Францию. - Я усталый псих, Скотти, - мотает головой Стайлз и улыбается недобро. - Ты должен был рассказать ему, а не сталкерить в надежде на чудо, - сетует Маккол. - Посмотри на него, - он неопределенно машет рукой куда-то вниз. И нервно произносит, - Он там счастлив, а я тут загоняюсь. Он может и не помнит ничего. - Это возможно? – серьезно интересуется Скотт. - Может «синтетическая любовь» действует на волков иначе, чем на людей. Я не знаю, - отчаянно тянет Стилински, зарываясь руками в волосы. – Я не стал проводить с ним опрос. Все равно отказал Девкалиону в реализации, так что для бизнеса уже было без разницы. - А для тебя? – давит упрямо лучший друг. - Не трави, бро, - устало выдыхая, скулит парень. – Понимаешь, я помню все. Вспоминаю, а потом смотрю на это, - он снова машет рукой вниз, на танцпол, - И теряю, теряю. - Тебе нужно отдохнуть от всего этого дерьма, бро, - положив руку на его плечо, серьезно произносит Маккол, заглядывая в глаза. – Отпуск взять, развеяться. - Я уже на пределе, - признаётся Стайлз, послушно кивая. Они еще какое-то время стоят вместе и смотрят на творящееся внизу. Каждый из них думает, как жизнь их сюда привела? Каждый знает – могло быть и хуже. Мелисса скидывает смс, телефон Скотта пиликает. Он предлагает отвести друга домой, но Стайлз отмахивается. Они обмениваются рукопожатиями “для бро”. Маккол спеша идет к служебному выходу и, оглядываясь через плечо, приободряюще улыбается. Стилински натягивает улыбку в ответ, выходит паршиво. Найти Хейла снова в толпе слишком легко. Внизу будто разворачиваются съемки какого-то очень доходного клипа. Безумие света, декораций, шума и басов. Свет мигает нещадно, и звук ускоряется, а Стайлзу кажется, что он видит раскадровку:

Раз – танцующее море людей; Два – натянутая на мышцах хенли; Три – лицо Дерека с закрытыми в блаженстве глазами; Четыре – Дженнифер, оставляющая мгновенно заживающее засосы на открытой шее.

Стилински настолько плохо, что он заходит обратно в офис и роется в “своих продуктах”, доставая пару таблеток. Проверенная химия, а не чертова синтетика. Ему достаточно десяти минут в закрытом туалете для персонала, чтобы поправить себя и ситуацию. Когда он возвращается на балкон и снова смотрит вниз, ему уже великолепно, свободно, легко. Стайлз смотрит на свои голые руки с четкими синими венами. Ему видится, что каждая вена складывается в невозможное плетение корней Неметона, а затем расходится мандалами. Звук искажается и водит его из стороны в сторону, как волны бушующего океана. Стилински смотрит на Дерека внизу, а тот вдруг распахивает глаза, будто почувствовав на себе взгляд. Хейл смотрит на Стайлза и поражено моргает, пока друид продолжает вылизывать его шею и обтираться в танце. - Иди ты к черту или иди ко мне, - шепчет Стилински одними губами, а затем расплывается в безумной улыбке. Ведь даже чертов волк не услышит его в таком шуме, зато парень высказался. Он чувствует себя счастливым нашкодившим щенком. Дерек, ожидаемо, непонимающе хмурится. Стайлз отмахивается от него и, развернувшись спиной, уходит через служебный выход.

***

Стайлз затягивается на полноту легких и смотрит, как отец садится в служебную машину. Он верит сыну, даже если тот стабильно творит какую-то херню. Как сейчас, например, забрался на крышу, чтобы покурить травы и поглядеть на закат. Тот факт, что его отец шериф, который внизу собирается на работу в участке, его не особо напрягал. Парень пинает камень носком кроссовка и следит за тем, как тот катится с крыши вниз. Телефон пиликает. Стайлз зажимает косяк меж губ и достает телефон из кармана толстовки. Сообщение от Коры, что присылает фото Дерека, тот лежит в одних шортах на диване вниз лицом, свесив руку к полу. Стилински приближает фото, чтобы полюбоваться на мускулистую спину, и снова затягивается, выдувая облако густого дыма. Снова пиликает телефон. Кора: «Ему не очень. Приедешь?» Стайлз: «Не думаю.» Кора: «Мы лишканули, Стайлз. Каждая клетка кричит внутри.» - Бля, - в сердцах орет парень, делает последнюю затяжку и щелчком выкидывает окурок. Стайлз: «Буду.» Он поднимается, пьяно усмехается и, отряхивая одной рукой джинсы, другой печатает быстро. Стайлз: «Глупые вы, волки.» Кора: «Поэтому мы тебя и прикормили.» Стайлз: «Никогда не отгадаешь, какой жест я тебе сейчас посылаю.» Кора: «Я бы тоже отправила тебе воздушный поцелуй, но у меня сейчас все внутренности могут отправиться вместе с ним, так что прошу простить.» Стилински забирается в комнату через окно и роется в шкафу. В старом, порванном рюкзаке у него припрятано несколько перетертых и ссыпанных в капсулы трав, они хранятся в пластиковой упаковке от Тик-так. Он убирает ее в карман и, схватив со стола ключи от джипа, спускается вниз. Ему нужно еще заехать в супермаркет, чтобы купить гранатовый сок. Если кто-то из патрульных тормознет и заглянет в укуренные глаза, все спишут на гиперактивность и Аддерал. Ведь все знают, что сын шерифа никогда не принимает наркотики, только если легальные, выписанные врачом еще в одиннадцать. Стайлз даже не замечает, как доезжает до лофта и как замахивается, чтобы пробарабанить по тяжелой двери какую-то мелодию из головы. Дверь открывает Кора с мрачным видом оглядывая его лицо, потом бутылку сока в руке и стеклянные глаза. - Заходи, - она отступает, пропуская и задвигая дверь, - Ты под чем? - Унюхай, - усмехается парень, проходя в сторону кухни за стаканами. Кора смотрит на него по-прежнему мрачно и не моргает. Стайлз оглядывает ее, лицо серое, в глазах лопнула пара сосудов, а зрачок затерялся в коричневой радужке. - Под этим не могу ничего, - только через пару минут тишины отвечает волчица. - Что приняли? - интересуется буднично Стилински. Кора пожимает плечами и указывает в сторону дивана. Ясно. Дерек снова что-то притащил и поделился с сестренкой. - Что по симптомам? - спрашивает парень, разливая сок по стаканам. У него такая легкость внутри. Хороший попался гаш. Сейчас бы сидеть на крыше да любоваться, а не разбираться с этой мохнатой семейкой. Он усмехается над своими же мыслями. - Что смешного? - интересуется младшая Хейл, смотря на него своими невозможно черными глазами. - Ничего кроме того, что тебе недалеко до демона из “Сверхъестественного”, - он указывает на свои глаза, имея ввиду ее. - Я чувствую каждую клеточку в своем теле, - задумчиво рассказывает Кора, - И они вопят. Не могу согреться, учуять и обратиться тоже. - Херово, - кивает Стайлз. - Боль есть или только на периферии? - Больно везде, - заключает волчица. Стайлз подходит к ней и касается тыльной стороной ладони ее лба. - Ты ледяная! - восклицает парень. - Какую херню вы сожрали? - Не знаю, - растеряно мотает головой Кора, не способна сфокусировать на нем взгляд. Стилински снимает свою толстовку и аккуратно помогает Хейл ее надеть. Затем усаживает в кресло и вынимает из кармана пачку от Тик-так. Уходит за стаканом. - На, держи, - он протягивает ей сок в одну руку, а капсулу в другую, - Пей. Кора послушно выпивает все. Ее знобит, и впервые парень видит ее такой уязвимой. Он оборачивается на диван, где все еще вниз лицом лежит то, что было Дереком. На секунду в его голове проносятся панические мысли, но он быстро отгоняет их подальше. - Он шевелился вообще? - спрашивает парень, поворачиваясь обратно к Коре. Та пожимает плечами. - Твою мать! - снова орет Стилински на эмоциях. Он подходит к дивану и с трудом переворачивает Хейла на спину. - Сука! - шепчет Стайлз, потому что других слов у него не осталось. Ему вдруг резко хочется зажмуриться и не смотреть на это. Дерек выглядел бы лучше, даже отравленный аконитом и при смерти. Он не просто бледный сейчас: его лицо слилось бы на фоне бетонной стены лофта, под глазами черные тени, зрачки перекрывают зелень радужки почти полностью, и волк не реагирует на движение, капилляры внутри глаз полопались, а температура тела может сравниться только с морозильной камерой. Стайлз несется в кухню, набирает в какую-то чашку ледяной воды. Он даже умудряется не пролить ее по пути обратно. Выплескивает ее прямо на лицо волку. Тот заторможено моргает и пытается подняться. Стайлз тащит его на себя, чтобы усадить на диване, стаскивает с кресла плед, укрывает им Дерека. Он чувствует, как под его руками волка трясет, будто при лихорадке. - Ну, ты и идиот, Дерек, - причитает Стайлз, прекрасно осознавая, что никто его особо сейчас не слушает. - Мало того, что сам нажрался какой-то явно непроверенной херни, так еще и сестре притащил. Кретин! Стилински протягивает ему стакан сока и капсулу. - Пей, - твердо говорит он, но понимает, что волк не может даже руку поднять не то, что стакан удержать. - Ты будешь должен мне за это всю свою волчью жизнь! Он разжимает его челюсть и кладет на язык капсулу, подносит стакан к губам и вливает немного убеждаясь, что Хейл проглотит. Маленькими глотками стакан пустеет.

***

Стайлзу снился хороший сон про полноценный, здоровый сон длинною в восемь-десять часов. Он даже не пытался найти в этом логику, но двенадцатичасовой сон ему бы сейчас не повредил. Вместо этого кто-то нагло пинает его в бедро, отчего голова, закинутая на спинку дивана, трясется. Парень что-то хрипит еле слышно, а потом открывает один глаз. Дерек Хейл, разрушитель его спокойствия, пинает ногой в бедро. Он все еще укутан в плед, его лицо стало чуть менее белым, и даже почти появился цвет у растрескавшихся губ. Безумный, растерянный взгляд был устремлен на Стилински. Стайлз потянулся, не вставая с дивана, и зевнул. Хейл снова пнул его ногой. - Эй, чувак, какого хрена? – завопил Стилински, но голос его хрипел ото сна. - Что произошло? Ты что-то притащил нам? – требовал ответа Дерек. - Охринел? – выпалил на эмоциях, Стайлз. Волк в ответ приподнял брови вопросительно. - Ты, скотина мохнатая, припер какую-то дурь, накормил сестру, обожрался сам, чуть не сдох, - загибая пальца на одной руке, начиная заводиться, наезжал парень. – Если бы Кора не написала мне, вы бы сдохли тут, оставив своему роду только дядюшку пижона. Вот я и спрашиваю, ты охренел что ли? Дерек непонимающе поморгал темными ресницами, переваривая информацию. - Вот черт, - только и выдохнул он, смотря куда-то на свои руки. Потом опомнившись, резко уставился Стилински в глаза, - А где Кора? С ней все в порядке? Стайлз глубоко вдохнул и выдохнул, потер переносицу и помотал головой из стороны в сторону: - Уже да, она спит наверху. Плечи волка заметно расслабились, он буквально растёкся по дивану, нагло вытянув ноги, и закинул их через Стилински. Стайлз смотрел на его тяжело опускающиеся на глаза веки, на тени от ресниц на щеках, обросших многодневной щетиной, на голую и тяжело вздымающуюся накаченную грудь. Он упорно делал вид, что ничего нет, но он помнил. Когда Стайлз предложил Дереку протестировать с ним новый препарат, он не ожидал такого. Нужно было съесть таблетки с Корой, меньше проблем, посмеялись бы потом и все. «Синтетическая любовь, чувство первой влюбленности, самые сильные и всепоглощающие ощущения,» - такой была реклама на местном рынке. «Никогда бы не думал, что это так сложно, молчать и смотреть на тебя. Молчать и смотреть. Ты сидишь и молчишь,» - пронеслось в голове у Стилински. Он не рассказал тогда волку, что никогда никого не любил. Да, он был влюблен в Лидию Мартин с третьего класса, но это была тяга к прекрасному. И когда они съели с Дереком по таблетке, ему будто открылся совершенно иной мир. Другая вселенная, гравитация в которой притягивает его только к Хейлу. Стайлз ловит себя на том, что задумчиво изучает лицо Дерека. Волк затих и смотрит в ответ. Парень прочищает горло и произносит, зачем-то шлепнув волка по ноге: - Так мне не нужно тебе читать лекцию, почему нельзя покупать наркоту нигде кроме “Маяка”? - Почему же? – подразнивая интересуется Хейл. - Потому что дядюшка Стайлз не может протестировать все наркотики города, - объясняя, как ребенку, говорит Стилински. Покачивая указательным пальцем, для наглядности запрета. – Он, знаешь ли, работает локально. - Тогда достань мне еще, - вдруг серьезно просит Дерек, в его взгляде что-то совсем не доброе. «Он практически требует» - понимает Стилински. - О чем ты? – состроив из себя дурочка, интересуется Стайлз. - Ты знаешь, о чем я, - сощурившись и смотрят парню в глаза, уверено произносит волк. – «Синтетическая любовь». - Нет, - отрезает Стайлз, мгновенно становясь серьезным. Он скидывает ноги Хейла со своих и поднимается с дивана. – Эту дрянь больше никто в “Маяке” не получит. - Принеси тогда только для меня, - просит Дерек. Стайлзу чудится отчаянье в его просьбе. Он отмахивается, потому что знает, как умеет принимать желаемое за действительное. Стайлз направляется в сторону двери и пытается отыскать второй кроссовок. Параллельно объясняя: - Эта синтетика не безопасна. Она вызывает ложные чувства и непоправимые последствия. Дерек встает вслед за ним. Поэтому, когда Стайлз, натягивая кроссовки, поднимает голову, он на мгновении теряет связность мысли и беззастенчиво пялится на голый торс Дерека, который будто целиком состоит только из мышц. - Я никогда ничего подобного не чувствовал, - признается Хейл, будто смущаясь, почесывая затылок. И почему от этого он выглядит еще горячее? Черт. Стайлзу приходится перезагрузить на пару секунд мозг, чтобы вернуться к сути их разговора. - Дерек, - устало начинает Стайлз, - побочный эффект от этих таблеток – бесчувственность. - В каком смысле? – хмурится, непонимающе Хейл. - При частом приеме препарата ты просто перестанешь чувствовать, - устало вздыхает Стайлз. – Со временем, ты не сможешь почувствовать ни любовь, ни жалость, ни восторг, ни голод, ни боль. Полная потеря чувствительности. - Навсегда? – уточняет Хейл. Стайлз кивает, через плечо, открывая тяжелую дверь. - Ничего, уверен, что твоя красотка заставит тебя почувствовать все и без синтетики, - подмигивает Стилински, хватаясь за ручку двери с той стороны. - Что? – сделав недоумевающей вид, интересуется Дерек. Стайлз растягивает свой огромный рот с искусанными и кровоточащими местами губами в улыбке и притворно радостно выплевывает свое: - Увидимся, чувак. Он несется вниз по лестнице, проклиная себя за то, что неугасаемое любопытство и поиск приключений на пятую точку свели его с этой волчьей семейкой.

***

Кора: «Стайлз, ты должен приехать!» Стайлз: «Нет» Кора: «Дерек ушел и не отвечает на звонки…» Стайлз: «И?» Кора: «Он договорился с Девкалионом, чтобы купить таблетки. Дерек уехал больше двух часов назад. Его телефон не доступен.» Стайлз: «Это его дела. Кора, я говорил ему, что если хочется чего-то необычного с новой девушкой, то стоит попробовать наручники или старую-добрую кислоту, а не жрать синтетику с побочкой. Меня это не касается» Кора: «Кретин!» Стайлз: «Все, я выхожу из сети.» Кора: «Стой!» Кора: «Тебя это касается больше всех. Он не встречается ни с какой девушкой. Когда ты видел их с Дженнифер, она подкинула ему в бокал синтетической эйфории и танцевала с ним всю ночь, пока Дерек не увидел тебя. Он тогда начал приходить в себя. Послал ее за такие “подарки” и свалил домой.» Стайлз: «…но он просил меня достать ему синтетическую любовь.» Кора: «Да! После того, как ты протестировал таблетки с ним, он не мог перестать любить тебя. Тебя, Стайлз! Он хотел снова ощутить, что ты тоже его любишь…» Стайлз: «БЛЯ!» Стайлз: «Куда он поехал???» Стайлз: «КОРА, АДРЕС» Кора: «УСПОКОЙСЯ! Я отправлю геолокацию» Стайлз Стилински был онлайн 20 минут назад Кора: «Вытащи его, Стайлз. Вытащи нас из всего этого дерьма…»

***

Он выжимает из джипа максимум и приезжает по адресу за рекордное время. Стилински находит Хейла в лифте, дверцам не дает закрыться торчащая нога. У Стайлза внутри все пульсирует от страха, руки мокрые, в горле ком. Он замахивается и бьет Дерека по лицу, сильно, хлестко, рука ноет от боли. У парня внутри необъяснимый, животный страх. Ему не хватит удачи, чтобы заставить волка очнуться. Бьет по щетинистому лицу снова и снова, трясет лихорадочно, отчаянно. Изумрудные глаза внезапно распахиваются, а мускулистая рука хватает руку, замахнувшуюся в очередном ударе. Стайлз удивленно распахивает глаза, в которых нет ничего кроме страха, и шепчет устало: - Люблю, но не нравишься. Хейл приподнимается на локтях. При таком свете его кожа кажется зеленой, что подчеркивает слишком темные круги под глазами и остроту скул. - Что? – хрипит волк. Стайлз приходит в себя, почти падая на задницу рядом с Хейлом, облегчение окатывает его ласковой волной. - Ничего, блять, – зло цедит парень. – Еще один такой заход и подохни, но без меня, пожалуйста. - Переживаешь за меня? – ухмыляется волк. - Да пошел ты! Я тебе тут почти жизнь спас, где мое «спасибо, Стайлз»? - орет Стилински. - Не истери, - спокойно произносит Дерек. - Не истери? – Стайлз машет руками в недоумении, - Да пошел ты! Он пытается подняться на ноги, но силы предательски покинули тело. Волк хватает его за руку и тянет сесть обратно. - Стой, - зовет Дерек. - Что еще? – зло выплевывает Стилински, обернувшись. Хейл внезапно перестает быть сильным и самоуверенным волком. Он выглядит усталым, почти больным и тем, кто только что чуть не сдох. Стайлз поддается и смотрит волку в глаза. Они слишком близко, воздух становиться почти густым, осязаемым, тяжело вздохнуть. - Стайлз, дыши, - тихо произносит Хейл, не разрывая зрительного контакта. Стилински смотрит в ответ и даже не моргает. Он медленно вдыхает и выдыхает, шепча: - Пошел ты. Дерек оказывается совсем близко и наклоняется, остановившись у самых губ парня, нежно хрипит: - Я и с первого раза услышал. И они целуются. Стайлз не может определить, кто это начал, просто остановиться, чтобы подумать над этим, вдруг оказалось невозможно. Он забирается к Дереку на колени, запускает руки в темные вихры волос, кусает от злости чужие губы. Это не сравнится ни с чем синтетическим. Синтетические чувства, пусть и яркие, навязчивые и ослепляющие, как фейерверки, но они меркнут на фоне реальности. «Ненавижу тебя, ненавижу, ненавижу,» - пытается донести парень, как противоположность тому, что шепчут твои губы после принятия таблеток, но все теряется в общем стоне облегчения. Дерек утробно рычит и переходит на шею Стайлза. Он вылизывает ее, чисто по-звериному. Шарит руками вдоль тела. По ощущениям, его ломает нещадно от рук до губ. Стилински оттягивает волчью голову за волосы, почти нежно. Он смотрит своими сверкающими глазами прямо внутрь, будто тянется к зверю, ведь знает, что тот не солжет никогда. Стайлз твердо произносит: - Умри, если меня не любишь. Дерек зажимает его лицо меж своих ладоней, смотрит в ответ и расплывается в довольной усмешке, обнажая свои белоснежные зубы, доверительно произнося: - Люблю, но не нравишься. Стайлз бьет его по рукам и мотает головой. Он начинает смеяться, счастливо и заливисто. Хейл присоединяется, хватает парня попрёк груди и ведет носом у виска, принюхиваясь. Дерек давно не слышал запах чистого счастья. - Ты — мой побочный эффект от лекарств, - смеется вместе с ним Хейл.