Мой маленький, гриффиндорский омега

***

      Разговор не клеился. Совсем. Между альфой и омегой повисла какая-то угнетающая тишина. Харри был напряжён и отстранился от мужчины, проклиная свои гормоны. Если сначала он был уверен в своих действиях, то с каждой секундой его решительность медленно превращалась в панику и неуверенность. Том прекрасно видел все эти чувства в дорогих зелёных глазах, которые как-будто стали ещё больше и ярче с последней их встречи. Он хотел забрать омегу, который носил их ребёнка… Он хотел забрать их и спрятать от всего мира. Но он понимал, что Харри спрятался не только от старого паука, но и от него. Поэтому то, что у него появился шанс… Он не мог его упустить, но чтобы начать новую счастливую жизнь, им нужно было всё решить с их общим прошлым.       — Почему ты не сказал мне раньше? — спросил мужчина, наконец-то нарушив тишину. — Почему не сказал, что забеременел?       — Я боялся, — его разрывали противоречащие чувства, но присутствовала и чёткая уверенность в том, что им нужно поговорить любой ценой.       — Боялся меня… Что бы, по-твоему я мог сделать с собственным ребёнком? — даже вопросы причиняли боль. Знать, что твой любимый человек боится тебя… это действительно больно. — Неужели даже после того, как мы начали общаться и узнавать друг друга, ты всё ещё боишься меня?       — Я никогда не боялся тебя, Том, — парень передёрнул плечами, как будто хотел сбросить с них невероятный груз. Он внимательно смотрел в красивое лицо своего альфы, и руки просто чесались от желания обнять, но он сдерживался и говорил, что было в мыслях; все страхи, желания и мечты. — Ненавидел, презирал, мечтал отомстить, но не боялся. Я боялся всей этой ситуации в целом — да. После кладбища, после нашей ночи, когда ты взял меня силой, что-то сломалось во мне… Сломалось то, что делало меня Гарри Поттером, Мальчиком-Который-Выжил, а подслушанный разговор убил во мне Героя, того, кем я, оказывается, никогда не являлся. Ты открыл мне глаза, но, даже несмотря на Драко и Невилла, я был одинок и никому не нужен. Но этот ребёнок всё изменил. Наш ребёнок стал моим миром… И я должен был защитить его любой ценной. От директора и его последователей. От бессмысленной войны… И если бы понадобилось — от тебя! — Харри замолчал, пытаясь перевести дыхание после эмоциональной речи. Альфа прекрасно видел, что омеге тяжело говорить такие вещи. Мальчик, который никогда не испытывал любви… Они оба ее никогда не испытывали и теперь просто не понимали что с ней делать. Но неужели они ее не заслужили? Как будто услышав его мысли, парень продолжил, — В Италии я наконец-то узнал, что значит быть не только свободным от людей и рамок… Я наконец-то познал настоящую жизнь, у меня появились близкие люди. А потом твоё письмо, и я начал узнавать тебя совсем с другой стороны. Я понял, что ты совсем не такой, как мне говорили. Не такой, каким, как я думал, знал тебя. И впервые в жизни я полюбил кого-то так сильно. Понял, что больше не хочу врать о ребёнке. Я хочу семью, Том, хочу быть счастливым, но мне так страшно, так страшно…       Не выдержав той бури бушевавший внутри, Харри позволил себе заплакать, и Том больше не мог спокойно на это смотреть. Он преодолел разделяющее их расстояние и заключил парня в свои крепкие объятия, даря такие нужные тепло и поддержку.       — Я тоже люблю тебя, — зашептал мужчина в ушко омеги, хоть признание и далось ему тяжело, но он не собирался брать свои слова обратно, — И тоже хочу семью, поэтому сделаю всё для тебя и нашего сына.       Сложно сказать, сколько они простояли. Минуты, а может часы. Великий Тёмный Лорд прижимал к себе вздрагивающее тело своего омеги и мысленно клялся самому себе сделать всё, чтобы больше никогда не видеть его слёз. Из-за эмоционального напряжения Харри потерял сознание, и, испугавшись, альфа не знал, что делать, но появившийся эльф сказал, что в доме есть личный лекарь господина Харри, и Тому не оставалось ничего другого, как отнести свою драгоценную ношу в дом, где как раз находились все домочадцы.       Как только альфа ворвался в дом, что было странно, ведь защита его пропустила с лёгкостью, все вскочили со своих мест. Драко сразу узнал Тёмного Лорда, поэтому поклонился. Конечно, это заметил только стоящий рядом Невилл, ведь взрослые сразу же кинулись к бессознательному Харри, но стоило им подойти, как Том предупреждающе зарычал, как бы говоря «не подходите! Убью».       — Спокойно, сэр. Меня зовут Арчебальд Верус, я лекарь, и слежу за беременностью Харри, — успокаивающе сказал бета, примирительно подняв руки, чтобы альфа видел, что он не опасен. Поколебавшись немного, Том всё же уложил парня на стоящий рядом диван, чтобы старик смог его осмотреть. Это не заняло много времени. Поводив палочкой над своим пациентом, медик убедился, что с Поттером и ребёнком ничего серьёзного не случилось. — С ними всё в порядке. Простое эмоциональное истощение. Ему нужен здоровый сон, а после того, как проснётся, — вкусная и полезная еда и, возможно, пара-тройка укрепляющих зелий.       Все с облегчением вздохнули, ведь очень переживали за юного омегу. Драко, как самый осведомленный в личности альфы, представил всех жильцов виллы ему. Тёмный Лорд был настроен миролюбиво, прекрасно понимая, что за недолгое время эти люди стали очень близки его омеге. Поэтому он не хотел, чтобы они воспринимали его как врага. Они достаточно мирно пообщались, после чего мужчина подхватил всё ещё спящего омегу на руки и последовал за вызванным эльфом, который проводил его в покои парня. Осторожно уложив омегу на кровать, мужчина быстро разделся и лёг рядом, сразу же притягивая Харри в свои объятия, стараясь не задеть животик. Вдыхая любимый запах, Том и не заметил, как провалился в царство Морфея.

***

      Следующее утро наступило слишком быстро, но Харри выспался поэтому проснуться ему было не сложно. Его переполняла энергия, хотелось куда-то бежать, что-то делать. Только вот встать ему помешали чьи-то сильные руки. Когда он поднял взгляд на того, кто так нагло оккупировал не только его кровать, но и его самого, то чуть не заорал. Согласитесь, не каждый день просыпаешься в одной постели с Тёмным Лордом. Но мужчина выглядел таким спокойным и умиротворённым, что у парня просто отпало любое желание его будить или бежать куда подальше. Он без страха и стеснения разглядывал аристократичные черты лица: прямой нос, губы, волосы, которые после ночи были растрёпаны, красивые глаза с красными искорками. Стоп! Глаза?       — Привет, — смущённо прошептал Харри. Он так увлёкся, рассматривая альфу, что пропустил момент, когда тот проснулся.       — Доброе утро, — хрипло ответил мужчина. Они как загипнотизированные смотрели друг на друга. Зелёные глаза и голубые, с красными бликами. Они тонули во взгляде друг друга. Кто потянулся первым, не один не смог бы ответить. Всего миг, и омега и его альфа сливаются в нежном поцелуе. Постепенно Том начал углублять поцелуй, и только после этого до Харри дошло.       — Том! Я не уверен… — отстранился он, рука тут же легла на живот, защищая, но щёки предательски заалели.       Омега очень переживал в последнее время. Вот уже месяц он чувствовал себя странно: был излишне чувствителен не только эмоционально, но и физически. С ним никогда такого не было. Даже в течку, хотя это было лишь однажды, но сейчас всё было совсем по-другому, ведь разум не затуманивался первобытным инстинктом, и со стыдом приходилось осознавать, что даже лёгкое проглаживание по спине, когда Том обнимал его, запускало механизм возбуждения. А запах! Господи, запах мужчины заставлял голову Харри идти кругом. Но Поттеру было страшно. Единственный его раз был в течку да ещё и на тёмном, жутком кладбище. Вот и сейчас, после мимолётного поцелуя, волна жара моментально окатила всё тело.       — У тебя что-то болит? — тут же отстранился альфа и внимательно посмотрел на омегу, нахмурив брови.       — Нет, но… — омега замялся на мгновенье. — Тогда, на кладбище, да и до него. У меня ведь ни разу…       — Знаю, но я буду очень осторожен, — серьёзно пообещал тёмный волшебник. — Ты мне доверяешь?       — Да, — уверенно, но всё же с лёгким страхом в глазах ответил парень.       Нежно улыбнувшись, Том провёл ладонью по лицу Харри и только сейчас понял, что это не причудливая игра тусклого света — его омега буквально пылал до кончиков ушей. Альфа повёл ладонью ниже, к шее, и, заметив участившийся пульс, очертил линию всё ещё твёрдой и почти плоской груди, ласково оглаживая живот и с удивлением услышав тяжёлый выдох. Он недоверчиво поднял взгляд и понял, что омега не притворяется. Рука проворно вклинилась между бёдер, которые, как бы парень сейчас не пожелал, сводиться совершенно не хотели, да ещё и грозили начать дрожать.       — Мерлин, да ты весь уже мокренький тут, — удивлённо вскинулся альфа. — А я ведь ещё ничего даже не сделал.       — Пожалуйста, Том, — попытался возразить омега. — Не смущай меня, ммм…       Горячая ладонь уже принялась стягивать трусы, и резинка задела налившийся возбуждением член. Захотелось тут же избавиться от мешающей ткани, и Поттер завозил ногами по скользкой простыне.       — Сейчас, мой хороший, вот так, — подбадривал тут же всё понявший Том и отбросил на пол хлопковые трусики. Он приподнялся над возлюбленным, чтобы стянуть с него ещё и футболку, но опять встретил сопротивление — омега отчаянно закрывал ладонями грудь. — Что такое? Болит?       — Нет, — выдавил смущённый парень. — Только не надо трогать соски.       — Что с ними? — Том буквально навис над омегой и опалил дыханием лицо, запах мужчины тут же забрался в ноздри, вызывая тихий скулёж.       — Чувствительные очень, — взвыл Харри, не в силах скрыть сейчас правду. Он сам это недавно понял, а Арчи подтвердил, что это нормально. — Я сейчас весь очень чувствительный.        — Я буду нежен, — кивнул альфа и скрепил обещание поцелуем. Прежний Харри, наверное, попытался бы вырваться любой ценой. Но теперешний Харри только всхлипнул беспомощно и начал поднимать руки. Том почувствовал, что что-то совершенно новое в их отношениях зарождалось прямо в эту секунду, как будто они становятся единым целым.       Реддл стянул последний предмет одежды с омеги и снова наградил сочным поцелуем за доверие. Он прошёлся тыльной стороной ладони по нежной розовой пуговке, и та моментально затвердела. Вторую альфа щедро лизнул, она тут же отозвалась на ласку, а у себя на затылке мужчина почувствовал, как ладонь Поттера зарывается в волосы, и он как-то сразу понял, что это робкое разрешение. С сексом всё-таки, думал альфа, сегодня не стоит экспериментировать, он боялся навредить своему ребёнку, поэтому просто попытается доставить губами и руками как можно больше удовольствия своему омеге. Альфа сначала осторожно разминал языком возбуждённые соски, а рука неторопливо скользила по стволу возбуждённого члена Харри, то и дело, спускаясь к поджимающимся яичкам, потом вела чуть ниже — в расщелину ягодиц, где так призывно пульсировала влажная дырочка. Всё-таки удержаться от небольшой растяжки ануса альфа так и не смог, поэтому, когда парень выгибался от того, что мужчина не просто ласкает, а посасывает соски, с напором зажимая твёрдую горошину между губами, два пальца уже неумолимо погружались в тело омеги с характерными звуками. Ах, как там было влажно и горячо! Ласка продолжалась недолго, но Том интуитивно почувствовал, что волна оргазма уже скоро захлестнёт возлюбленного с головой. Он перестал терзать грудь омеги и сомкнул губы на его члене. А после снова ввёл пальцы в тесный после долгого воздержания анус, надавил на бугорок простаты, и Харри с протяжным стоном задрожал. Том на эти секунды просто застыл и пытался не упустить из внимания ни одной детали: дрожащие и блестящие от мелкой испарины бёдра, поджимающиеся пальчики на ногах, судорожно сжимающийся анус, и Харри, с губ которого срывалось имя его альфы. Омега всё ещё тяжело дышал, когда Риддл поцеловал его, после чего просто лёг рядом.       — А как же ты? — робко спросил Поттер, но в противовес своей робости смело положил ему руку на скрытый тканью трусов, на явно возбуждённый член. Альфа удивлённо посмотрел на молодого волшебника, тот сегодня продолжал удивлять его.       — А ты хочешь? — осторожно спросил он. Поттер стыдливо прикусил губу, а потом взглянул на альфу с таким ужасом, что тот невольно вздрогнул.       — Я уже несколько месяцев как оголённый нерв, — признался омега. — А как я и сказал, на кладбище был мой первый и единственный раз, — Том только широко улыбнулся.        — Значит, хочешь?        — Да, — улыбнулся омега, и на лице его отразилось такое ребячество, что альфа даже засмеялся тихонько. — Только… — омега запнулся, Том отбросил трусы куда-то в глубину спальни и кивнул, подбадривая. — Только без узла, ладно? — альфа ещё раз кивнул, теперь уже соглашаясь. Он и сам считал, что эти игры им сейчас ни к чему, тут бы позу для начала удобную выбрать. И хоть у Харри был только пятый месяц, рисковать было нельзя. Понимая, что, возможно, от долгого лежания на спине, она наверняка уже затекла, альфа велел омеге укладываться на бочок, а сам пристроился сзади. Он поцеловал голое плечико, обхватил губами мочку уха, и дыхание мужа тут же потяжелело. Том осторожно закинул стройную ногу омеги себе на бедро, тем самым давая доступ к входу в тело парня и перенося часть его веса на себя. Обоюдным нетерпением было принято решение дополнительную растяжку пропустить, а вместо неё альфа просто медленно проникал в омегу. Стеночки расходились неохотно, но как только Том весь оказался внутри, стиснули его и запульсировали так рьяно, что было ясно — по нему скучали. И протяжный стон Харри только подтвердил догадку. Альфа двигался осторожно и размеренно, хотя хотелось сорваться на быстрые и резкие толчки, но вместо этого излишняя страсть выплёскивалась в засосы на шее, стиснутые пальцы на мягкой коже внутренней стороны бедра омеги, а когда те же самые пальцы мимолётом проходились по яичкам и гиперчувствительному после первого оргазма члену Поттера, тот просто срывался на скулёж. — Я хочу почувствовать твой вкус, — вымолил омега свою последнюю постыдную просьбу. Эта мысль так часто приходила ему в голову, что он больше не мог держать её в себе. Когда он почувствовал, что его вот-вот накроет новой волной оргазма, парень закинул руку назад, в попытке подарить хоть немного ответной ласки, наткнулся на влажные волосы, зарылся в них отягивая, причиняя легкую, но приятную боль.       Риддл, стиснув зубы, переждал оргазм Харри. Он так и не вышел из любимого, пока стенки его ануса хаотично сокращались в конвульсиях, а потом понял, что если он ещё хоть на миллиметр двинется в глубину, то кончит, так и не исполнив желание омеги. Из последних сил альфа выскользнул из его тела, тот резво улёгся на лопатки, жадным взглядом смотря на Тома, что подтянулся наверх, перекинул через него бедро, после чего Харри покорно, хоть и неуверенно принял головку члена в рот. Альфа шумно втянул воздух сквозь зубы и схватился за изголовье постели так, что аж костяшки побелели. Омега же, закрыв блаженно глаза, принялся посасывать член, и хоть его ласки были неуверенными, и ясно чувствовалась неопытность, Тому было безумно хорошо. А Харри продолжал просто брать так глубоко, как было комфортно обоим, втягивал щёки и обводил языком головку. Несколько таких манипуляций, и Риддл с именем парня на устах запрокинул голову, кончая.       Через пару минут альфа пришёл в себя, бережно отстранил руки омеги от своего достоинства и склонился к нему, чтобы поцеловать каждую из ладошек. Потом переместил свои на его лицо и забавно стиснул щёки. Харри только счастливо улыбнулся, как умеет только он, и они оба захихикали, прерываясь изредка лишь на невинные поцелуи. Том подождал, пока Харри устроится поудобнее.       — Я люблю тебя, — прошептал альфа и попытался вложить как можно больше искренности в слова. — Правда иногда мне всё ещё кажется, что, когда в следующей раз я открою глаза, вы просто исчезните.       — Да куда мы от тебя денемся, — нежно ответил Харри и накрыл рукой ладонь Риддла на своём животе. — Мы семья!       — Да… Семья, — уверенно повторил мужчина.