Ну а любовь...

Привет, любовь. Твоя я вновь. Ведь ты таишься здесь во всём, ты будоражишь в жилах кровь. А я как будто не при чём. Тебя я нахожу в ночи, тобой наполнены все звёзды. Порой, являясь, ты молчишь, порой, забудешься так просто. Ты греешь мир лучами солнца, ты будишь жизнь биением сердца. С тобой так просто напортачить. Бываешь разной, как цвета. Любовь-цветы, любовь-еда. Ты материнская любовь. На кулаках разбитых кровь: за честь, за душу, за отвагу. Ты не скрываешь боли влагу, что по щекам, когда огонь. До всех есть дело, ты порой не дашь дожить остаток дня, никак не вспомнив про тебя. Но так жестока с детворой, не дав им матери родной. Им отрезаешь два крыла, отдав на волю чужих судеб, где чадо радостным не будет. Ты обделяешь так же слабых, что так боятся полюбить и, попадая в твои лапы, готовы жизнь свою забыть ради того, кто лишь губить способен своей страстью, без чувства светлого, напастью став, желанием смерти. Лишь Ты причина круговерти, что так печально душит души, отдав тому, кому не нужен, оставив жертву без ответа тех чувств бессмертных сего света. Но как же можно без тебя, когда на слове жизненном «Люблю» построили всю жизнь мою. Люблю друзей, люблю стихи. Люблю людей и помечтать. Люблю я Солнце и летать во снах, которых не считать. Вся жизнь моя — одно Люблю. Любви танцую, ей пою. Она мой спутник, проводник. Неистощимый мой родник энергии, заботы, счастья. Способна в страшное ненастье разжечь огонь в душе моей. Его не тронь — он светлых дней, Любви моей воспоминание, слёз, радости, чумы, прощания. Порой способна убивать, калечить или исцелять. Она бывает ненавистна, беспечна, странна, неподвижна. Но жизнь без страсти, душ волнения не может зваться Жизнью. Ленью — да. А мнения прочие о том, что нужен лишь покой и дом, звучат от тех, кто так обижен, любовью был он обездвижен. Нет тех, кто бы в любовь не верил. Есть те, кто сам закрыл ей двери.