Привет! Я Деймон Сальваторе...

От третьего лица Ночь накрыла землю своим тёмным покровом. В Форксе не спали многие. Кто-то потому, что просто не мог заснуть из-за особенностей своего организма или из-за бессонницы. Кто-то потому, что ему нужно было выучить много информации для завтрашнего урока. Кого-то спешно вызвали на работу. А кто-то не спал, чтобы посмотреть, как спят другие. На кровати тихо спала девушка, чьи каштановые волосы разметались по подушке и частично прикрывали её лицо. Белла Свон. Судя по тому, как она металась по кровати, как изменялось её выражение лица и как губы её размыкались, пытаясь издать крик, но этого не происходило, ей снился кошмар. Ей часто снились кошмары. Вернее, теперь уже не так часто, если принять во внимание, сколько ночей она не спала. В открытое окно комнаты девушки влетал свежий ветер. Девушка словно бы не чувствовала холода, привыкнув к прохладной температуре тела вампиров, с которыми общалась постоянно. А занавески на окнах явственно зашевелились. Виной тому был не ветер, а человек, появившийся в комнате через окно. Вернее, он не был человеком. Серо-голубые глаза вампира задумчиво смотрели на девушку, которую он любил, но которая не принадлежала ему. Он знал, что и она любит его. Но это ничего не меняло. Она принадлежала Эдварду, она выбрала его. Несмотря на это, Деймон собирался бороться за неё до конца. До победного конца. Вампир подошёл к девушке поближе. Нахмурившись, он наблюдал за тем, как она мечется в кошмаре. Он хотел дотронуться до неё, хотел, чтобы она проснулась, хотел, чтобы она поняла, какую ошибку совершила, выбрав не его. Он дотронулся до её волос, прикрывающих лицо, и отвёл их в сторону. Белла застыла. Если бы её глаза были открыты, прямо перед собой она бы увидела серьёзное выражение лица Деймона, который задумчиво смотрел на неё, словно изучая. В этот момент её губы приоткрылись и она, не проснувшись, произнесла фразу, от которой сердце вампира забилось быстрее. - Деймон... - сказала она. - Я... люблю тебя, слышишь? Сначала он подумал, что она проснулась и видит его. Но, прислушавшись к её дыханию, он понял, что она ещё спит. И она больше ничего не говорила. Улыбнувшись ей в последний раз, он покинул комнату. Занавески опять дёрнулись, словно помахав ему на прощание. Но после этого они недолго оставались неподвижными. Ещё один человек решил посетить девушку этой ночью. И он тоже не являлся человеком. Клаус. Белла не знала, что Чарли пригласил Клауса ещё до её приезда. А Эдвард не мог узнать, был гибрид здесь или нет, так как не знал его запаха. Никлаус стоял на значительном расстоянии от кровати, на которой лежала спящая девушка. Ему ничего не стоило сейчас забрать её с собой. Но он не желал этого. Попав под неизвестные чары, которые постоянно приманивали к Белле сверхъестественных существ, он влюбился в неё так же, как до этого Эдвард, Джейкоб, Деймон и Джеймс. Но Джейкоб вскоре стал для девушки только другом, а Джеймса убили Каллены. Поэтому классический любовный треугольник, который был бы пятиугольником, если бы удалось собрать всех влюблённх в Беллу в одном месте в одно время, превратился в четырёхугольник. Правда, Деймон, Белла и Эдвард этого не знали. Как и Клаус не знал о существовании Эдварда. Светало. Тёмное небо на востоке подсвечивалось снизу восходящим солнцем. Гибрид, подошедший к девушке почти вплотную, размышлял над тем, стоит ли остаться здесь до её пробуждения. Но был шанс, что она испугается такого его неожиданного появления. Ведь пока что она ничего не чувствовала к нему. И он покинул дом Беллы, как за несколько часов до этого это сделал Деймон. И покинул вовремя. Через несколько минут после его ухода лёгкие занавески зашевелились вновь. Пришёл Эдвард. Сев в кресло-качалку, стоявшее в углу комнаты, он стал дожидаться пробуждения Беллы. Он чувствовал, что ночью здесь побывали двое. Запах Деймона был ему знаком. И он не злился на него, понимая, что он любит Беллу и никогда не причинит ей вреда. Но второй запах его насторожил. Он был незнакомым, но Эдвард слышал какие-то его отголоски на Белле, когда она вернулась с Деймоном из леса. Быть может, это был Клаус? Эдвард предавался беспокойным размышлениям, но, когда шоколадные глаза Беллы открылись, и она посмотрела на него, то не увидела не его лице никакого волнения.