Bad boys like good girls

***

      — Ричи? — голос встревоженной матери растекся по зданию, пока парень судорожно натягивал на себя свою дурацкую футболку, а Фриман тихо сползала с дивана и скрывалась за стенкой, поспешно надевая на себя комбинезон и майку. — Почему в нашей прихожей висит женская куртка?       — Ты же уехала, мам, — пробормотал парень, поправляясь и нервно выпрямляясь, когда женщина недоумевающим взглядом осматривала комнату. — А куртка эта моей подруги, она помогает мне подготовиться к первому экзамену.       — Рейс отложили на несколько часов из-за надвигающегося шторма. Может быть, если он обойдет стороной, самолет полетит. Ну, а если нет, то… Сам знаешь, — ответила женщина. — А где твоя подруга?       — Отошла, мам. Сейчас подойдет, — пожимает плечами Рич.       Дорин как можно дольше оттягивала момент встречи с его матерью и как только можно тщательнее приводила себя в порядок перед висящим зеркалом. В голове творилось черти что. Казалось бы, она вот-вот упадет в обморок от тех прикосновений, что дарил ей Тозиер, но за такие мысли становится так стыдно, что щеки начинают полыхать пунцовым оттенком еще сильнее. И чем она только думала?       За место провала на внеклассном занятии по плаванию пришло это. И, наверно, с этого момента ничего стыднее в ее жизни не будет.       Когда Фриман поняла, что выглядит более ли менее прилично, она решилась выйти.       — Здравствуй милая! — восклицает женщина, моментально вскакивая на длинные худые ноги. Она семенит навстречу перепуганной Рин и погружает ее в свои медвежьи объятия.       — Мам… — нервно протягивает Тозиер, складывая руки на груди.       — Ричи, — передразнивает сына женщина. Она отпускает ее и нежно проводит по всей руке, беря в свою руку хрупкую ладонь Дорин. — Она такая милая. Как тебя зовут, детка?       — Рин, — неуверенно отвечает девушка.       — Останешься у нас жить? — хохотнула мама Ричи и будто невзначай легонечко подтолкнула блондинку к парню. От таких действий со стороны этой веселой женщины ей стало еще больше не по себе. — Я шучу, расслабься. Вы, наверно, очень много сегодня работали, да? Идемте на кухню и попьем чай, я тебя хотя бы узнаю немного поближе.

***

      — А вы случайно не знаете, где живет Эрнест Фриман? — как бы случайно спрашивает Дорин.       — А зачем тебе этот жуткий пьянчуга, дорогая? — интересуется женщина.       — Эрнест пьет? — удивляется Рин.       Она не трогала свою кружку чая с тех пор, когда речь зашла про ее семью. Ненси Тозиер упоминала ее мать в своих рассказах, а так же не забывала и ее саму, только вот если она знала, как выглядит мать, то как выглядит сама Рин, она даже понятия не имела. Рин практически все свое время находилась на домашнем обучении, только за полтора года до тех страшных событий, произошедших с ее сестрой Райли, школа заняла место в жизни девочки, поэтому с Ричардом, Беверли, Биллом и остальными ей познакомится тогда не удалось. Мама Ричи не знала, кто сидит перед ней. Но и сам Ричи не горел желанием выдать все, что знает о светловолосой девушке, кроме того, что она новенькая в их классе и недавно переехала сюда.       Дорин и сама не хотела раскрывать свою личность, потому что в памяти этой женщины все еще таилась некая обида на их семью: они просто уехали, ничего не сказав и оставив Райли на отца. А позже и вовсе не давали никаких вестей на протяжении четырех лет. Хоть мать Дорин и Нэнси очень хорошо ладили.       — По черному пьет, — качает головой женщина. — После того, как Глория Фриман и ее дочка уехали, он частенько пропадал в баре. А после смерти Райли… Он сам не свой.       — Я его дочь, — решилась признаться Дорин. — Мы приехали сюда недавно. Мать запрещает мне видеться с ним. Но я думаю, что если я хотя бы начну его навещать, то мне удастся как-то поставить на ноги.       — Почему Глория даже не позвонила мне?! — возмущенно пробормотала Нэнси. — Ох эта женщина. Наверняка, тоже подавлена. Ты передай ей, что я все равно рада, если она в свое свободное время решит заглянуть к нам и поговорить по душам. Если я сегодня улечу, то через неделю жду у себя. И, да, он живет на Нейболт стрит в двадцать пятом доме. Полагаю, что твой папа будет рад увидеть тебя.

***

      — Я провожу ее, — бросил парень, когда время зашло за восемь часов вечера.       Они отошли на несколько метров от дома Ричарда по направлению к ее дому. Говорить девушке не хотелось вообще, ведь перед глазами снова стали всплывать те божественные прикосновения Ричи, что никто никогда прежде ей не дарил. Естественно, до него у блондинки были парни и даже не один, но они, в основном, были такие же неуверенные в себе и скромные, как и сама Рин, поэтому дальше поцелуев и объятий это дело никогда не заходило. Тозиер стал для нее непонятным, еще больше запутанным парнем. Этим он ее и отпугивал.       Нельзя было сказать, что Дорин прямо до жути боится его, нет. Ее отпугивает его отношение ко всему и резкие перемены, парень не стоит на месте, постоянно мечется, влезает то в один образ, то в другой. Но воспоминания о сегодняшнем занятии физикой явно притупляют это чувство.       — Отведи меня на Нейболт стрит, — она неловко потирает руку.       Ричи перевел взгляд карих глаз с своих кроссовок на нее. Вечерний ветер развевал ее светлые волосы, джинсовая куртка была нараспашку. На улице не то чтобы было холодно, было скорее тепло, просто этот ветер. Противный холодный ветер, от которого по спине бежали мурашки ничем не уступая заявлению Дорин Фриман сейчас, в восемь часов вечера, когда уже начинали включать уличные фонари, а небо окрашиваться в темно-синий, почти черный, цвет, погружая весь Дерри в густую темноту, о намерении посетить дом двадцать пять на Нейболт стрит, где в шаговой доступности все еще стоит тот хлипкий дом под номером двадцать девять, теперь уже распространенного среди детей под названием «Логово Пеннивайза». Она не знала, насколько Ричи сейчас не хотел идти туда. Она не имела даже и малейшего понятия, насколько Ричи было страшно идти туда.       — Ричи? Я могу и сама туда сходить, если ты сейчас тупо не хочешь идти туда на ночь глядя.       — Не советую идти туда сейчас, Рин, — мотает головой парень, снова и снова вспоминая сцены из кошмаров, связанных с этим проклятым домом. На руках повставали волоски только об упоминании этой улицы. — Это… Это совсем не благоприятный район, а сейчас участились несчастные случаи и намеренные преступления. Так что, ради твоей же безопасности.       — Завтра, — нахмурилась Фриман. — Как на счет завтра? Сразу после школы?       — Слушай, Рин, — нервно сказал Тозиер и остановился, потянув за собой и девушку. — Не ходи туда. Ни под каким предлогом. Хочешь, я отведу тебя к бару, где твой отец иногда, бывает, проводит свои ночи. Я сделаю все, только не ходи туда.       — Это забота?       — Это не забота.       — Что там такого страшного?       Была бы с ними четыре года назад, знала бы.       — Много чего.       — Это забота.       — Это… — взорвался Ричи. — Думай как хочешь. Давай, прибавляй шагу, Птичка, твоя мамка, наверно, уже переживает.