Шанс любить тебя

      — Марк, иди в свою комнату. Мне сейчас не до тебя. — равнодушно отвернувшись от него, я вытащила из-под кровати несколько пар обуви, которые я предварительно постирала днём ранее. Впереди была осень, а значит надо взять побольше кед и теплой обуви. Может даже сапожки на каблуке, которые мне когда-то купил папа. Хотя куда уж там, с моим теперешним стилем такое не пойдёт.       Учеба в институте подкралась незаметно, а следовательно, и жизнь в другом городе тоже. Договорилась с родителями, что снимать квартиру и жить одна я буду на их деньги, а все свои нужды утолять на свои собственные, будь то стипендия, или подработка. Хотя, куда мне там со стипендией, только если работа на полставки. Печаль-беда… Зато подальше от этого ненормального.       Кстати о нём. Я никогда не смогу понять, почему он привязался именно ко мне. Сам он высокий, стройный и в меру подкачанный парень, шатен, да еще и с голубыми глазами, казалось бы мечта! Но за этой наигранной мордой невинности находится извращенец и садист. За ним в школе девки табунами шатаются, а этот идиот решил кинуться на свою сестру родную. Никогда мне не понять мужскую логику. И слава богу, что теперь не придётся видеть его на глазах. Разве что по выходным, когда буду приезжать к родителям в гости.       — Будешь приезжать ко мне?.. — такая постановка вопроса меня едва ли не шокировала. Развернувшись к парню, я удивленно подняла брови.       — Я? К Тебе??? Ты сейчас серьезно?       Человек, стоящий напротив меня, который когда-то был для меня любимым братом, теперь перечеркнул все родственные узы, и стоял смотрел на меня пустыми глазами. Чего он хочет услышать от меня? Что я буду скучать? Что буду приезжать к «нему»? Или то, что я его люблю не как брата?! Ничего из этого он никогда от меня не услышит. Точка.       — Послушай, Марк…       — Да? — наконец в его голосе промелькнула хоть какая-то эмоция, кроме отстраненности. Эмоция надежды. Бедный парень.       — Послушай, я люблю тебя. Но как брата, а не так, как тебе хотелось бы, понимаешь? Поэтому пожалуйста, не мешай мне собираться, я уезжаю сегодня вечером. — я старалась сделать голос как-можно мягче, чтобы наконец смочь достучаться до него, и надеюсь, что у меня это хорошо получилось.       Я отчётливо увидела, как на его лице проскользнула боль и сожаление, и мне самой стало не по себе. Ну не верила я в то, что он правда может чувствовать ко мне что-то подобное, это ведь противоестественно. Господи, вот и что мне делать?.. Портить отношения я не хочу, по крайней мере до конца, родной как-никак. Но… с другой стороны — другого выхода у меня нет. Если я сейчас проявлю слабину, он неправильно меня поймет.       Мои раздумья прервал хриплый голос брата.       — Вик, родители тебе ничего не говорили?.. — его глаза слегка прищурились, а руки были скрещены на груди. Он всё также стоял напротив меня, не сделав ни одного шага в мою сторону. Странно, что он имеет в виду?..       — Нет, Марк. Что они могли мне сказать? — грубость слегка проскользнула в моём голосе. На лбу появилась капелька пота. В комнате резко стало жарко. То ли это от того, что окна закрыты и включен обогреватель, то ли от того, что парень смотрел мне прямо в глаза и словно копался в душе.       Вдруг резко развернувшись, он остановился в дверном проеме и обернулся через плечо.       — Да нет, ничего такого. Удачной дороги, сестрёнка.       Махнул рукой и вышел из комнаты. Вот так просто закончилось наше общение, родство. Для меня он конечно всегда будет братом по крови, но морально я этого не признаю более. Не может и не должен он такого творить, как в тот вечер.       — Всё к лучшему, Вик, вот увидишь. — успокоила я сама себя и застегнула собранную сумку. Пора выдвигаться…

***

      Спустя два часа я уже была на вокзале, времени на часах было 16:50. Десять минут до отправления автобуса в новый город. Родители проводили меня и в слезах попрощались. Я никогда не любила эти долгие прощания, слишком грустные эмоции это вызывает. Да и ситуация здесь не та, чтобы так рыдать. Я ведь всего на неделю, крайний случай месяц, и снова приеду. С горем пополам я все же уговорила их поехать домой и ждать моего звонка. Мать на прощание поцеловала меня в макушку и утирая нос салфеткой, села в такси. Отец же обнимал меня до хруста костей и никак не хотел отпускать во взрослую жизнь.       — Пап, ну отпусти уже! Все хорошо будет.       — Конечно хорошо, ты же моя доця. Помнишь все приемчики, которым я тебя учил? — встав в боевую стойку, батя начал размахивать руками, а люди стали странно на нас коситься. О боже, позор какой…       — Паааап, ну пааааа, хватит! Я все помню, не волнуйся. — заверила отца в том, что я уже не ребенок. Он наконец уехал с мамой домой. Марк так и не пришёл, чтобы хотя бы удачи пожелать.       — Ну и черт с ним, к лучшему! — подхватив рюкзак, так как сумку водитель запихнул в багажное отделение, я последовала по салону к своему месту. Оно оказалось у окна, что было мне на руку. Никогда не любила сидеть у прохода. Когда начинаешь засыпать, есть вероятность того, что просто выпадешь с кресла на очередном повороте. Прокатишься по всему салону и по тебе еще потопчутся. Нет уж, извольте.       Прошло минут пять и автобус уже должен был отправляться, когда ко мне кто-то подсел. Боковым зрением я подметила, что это был парень или мужчина, но никакого интереса у меня он не вызвал. Отвернувшись к окну, я резко подавилась воздухом, и уставилась на отражение Марка, сидящего рядом со мной.       — Вот черт!       — Можно просто Марк, сестренка. — усмехнувшись моей реакции на его эффектное появление, парень ничего не объяснил, надел наушники и прикрыл глаза. Как бы я не пыталась выпытать из него информацию, все усилия были напрасны — он уже уснул.       Позвонив родителям спустя полчаса дороги, я поняла, что они ни сном, ни духом не знали о том, что собирался вытворить их сын. Мама, конечно же, предложила «замечательный» вариант дальнейших действий.       — Пусть он пока поживет с тобой, а в следующий раз, как ты к нам приедешь, просто привезешь его обратно. Пока, доченька!       Я, мягко говоря, офигела от логики этой женщины. И что значит «привезешь»? Это я тут младшенькая, к вашему сведению, а этот бугай уже на втором курсе юридического учится! Так кто кого еще привозить должен?! Но ничего поделать, кроме как злиться на саму себя, я не могла. Выпихнуть из автобуса это спящее тело я не могла, так что выход один — терпеть.       Хоть дорога и была долгая, но она доставляла мне ни столько удовольствия, сколько неудобств. А все из-за него… Марк, в конец уснув и обнаглев, завалился на мои колени, обвив одну руку вокруг моего бедра, а вторую положив на колено. Вот же лис хитрый! Молча скинув вторую руку, я проигнорировала его поползновения и отвернулась к окну, включив в наушниках музыку. Спустя каких-то полчаса я тоже отключилась.

***

      — Ммм, как же хорошоо! — наконец выйдя на свежий воздух и потянувшись, я размяла все свои косточки и глубоко вдохнула. Люблю начало осени. В воздухе витает приятный запах грядущих дождей и холодов, но пока все так же светит солнышко. Водитель любезно подал мне мои вещи, при этом игриво подмигнув и уехал в далекие дали.       — Ненавижу осень. — Марк, все еще сонный после поездки, стоял рядом и лениво зевал, разминая шею. И как мне с ним жить вместе целый месяц, не представляю… Теперь главное позвонить хозяину квартиры и сообщить о прибытии. Он уже должен был ждать нас, то есть меня, в моей новой квартире. На часах было примерно 9 часов вечера, а это значит, что скоро комендантский час. Черт знает зачем, но наше любимое правительство решило ввести такие ограничения. Может пытаются уменьшить количество преступности, но вряд-ли им это поможет.       — Пошли, на нужно сесть на тридцать седьмой автобус. — не поворачиваясь к парню, я взяла свою поездную сумку, рюкзак и мы молча пошли к остановке. Нам нужно было пройти по переходу, чтобы попасть на нее. Когда мы были уже у выхода из перехода, Марк остановил меня и развернул к себе одной рукой, напирая всем весом.       — Марк, ты опять за свое? — взволнованный голос прорезал тишину в подземке. Парень молча заставил меня положить сумку на пол, а сам наклонился к моей обуви, зачем-то потянувшись к ботинкам. Только спустя пару минут, когда он вернулся в исходное положение, взял мою сумку и вышел, я поняла, что он делал. Этот парень завязывал мне шнурки. Сам, не спрашивая, и не говоря ни слова — взял и сделал.       — Что это? Неужели решил взять нежностью?..       Пребывая в некотором шоке, я все же проследовала за ним и мы вышли прямо на автобусную остановку. Словив нужный нам транспорт, мы проехали ровно 7 остановок и вышли у высокого, девятиэтажного здания. Квартира находилась на 5 этаже, а лифт не работал. Пришлось тащить все эти сумки на своих плечах. Хотя кого я обманываю — несу то вещи не я. Как раз на нужном нам этаже перегорела лампочка, либо ее выкрутили просто напросто. Найдя в темноте нужный номер квартиры, я позвонила в звонок и дверь нас открыл приятный мужчина, лет сорока.       — Ох, так вас двое! Вы только будьте потише, детишки, стены у нас тонкие. — весело посмеявшись, мужик отдал нам нужные документы и две пары запасных ключей. С великим облегчением закрыв за ним дверь, я опустилась на широкий двуспальный диван и облегченно вздохнула. Наконец-то можно отдохнуть. Вот только немного неловко перед хозяином квартиры. Он ведь не знает, что мы брат и сестра. По факту.       К сожалению, отдохнуть мне не дал настырный голос Марка. Похоже, что он был жутко голоден, а продуктов с собой мы не привезли. Пришлось собираться в магазин. Взяв пару купюр, предложенных родителями, я накинула капюшон чёрной толстовки, обула кеды и вышла за дверь. Это ленивое тело не собиралось двигаться с кресла, поэтому пришлось ждать его у подъезда, пока он растормошиться. Спустя минут пятнадцать мы уже были у какого-то большого супермаркета. Закупившись нужными продуктами под хорошую музыку, мы покинули магазин. Марк, взяв один пакет, который он доверил мне из многочисленных пяти, ускорил шаг, ибо ходить так же медленно как я ему не позволяют его длинные ноги. Пф!       До квартиры оставалось всего минут пять ходьбы, когда я остановилась и уставилась в темный переулок. Тусклый фонарь слабо освещал то, что там происходило, но я чётко увидела одно. Две фигуры, удар и падающее тело, так больше и не пошевелившееся. Рядом ни одной живой души, Марк уже порядочно ушёл вперёд, и я стою одна, посреди пустой улицы и наблюдаю сцены то от убийства, то ли избиения.       — Вот так повезло. Надо бы полицию вызвать, что ли… — набрав нужный номер на телефоне, я все предельно ясно объяснила дамочке, затем повернулась обратно к переулку и увидела, что второго человека уже и след простыл. Удрал зараза. А тело то все также лежит и не двигается. Может быть, что это женщина или мужчина, а может и такой же подросток, как я. Нутром я чувствовала, что это не то, что я должна была делать, но черт побери! Вдруг он ещё живой и я смогу как-то помочь?       Приблизившись к переулку, я медленно подошла к темной фигуре, лежащей на земле и замерла от страха. Впервые в жизни я видела труп. Причем такой страшный. На земле лежал парень, лет двадцати, не намного старше меня, всего два года. Лицо его было изуродовано синяками и порезами, глаз настолько опух, что его просто не было видно. Сложно было понять, как его ранили, но лужа крови, стремительно расплывающееся у его головы, говорит сама за себя. Немного помедлив, я все же подошла ближе и перевернула тело парня с бока на живот. Из разреза на шее вытекали последние остатки жизни паренька, а я стояла как вкопанная и не могла пошевелиться. Глаза его мертвым взглядом смотрели куда-то в небо. Меня начало тошнить и я тут же отпрянула к противоположной стене, вывернув свой желудок наизнанку.       — О Господи… — послышался тихий женский голос, и я повернула голову. Передо мной, находясь на свету фонаря, стояла женщина лет сорока и прикрывала рот рукой. Я остолбенела и не понимала, что мне следует делать в такой ситуации. Вдруг она подумает, что это я сделала такое? Вдруг запомнила меня и расскажет полиции? Я не понимала, что делать…       — Стас?.. Сынок?.. О боже!!! Помогите! — убитая горем мать упала рядом с телом своего сына, зарыдала и завыла так горько, что я и подумать не могла, что человек может так горевать. Скорей всего, женщина оставила своего сына ждать ее с магазина, а парню просто не повезло. Ужасная ситуация, и врагу не пожелаешь.       Я, все ещё наблюдая за тем, как женщина прижимает к себе тело своего сына, медленно вышла из переулка и на ватных ногах дошла до первой попавшейся лавочки. В округе послышались сирены полицейских машин, а в лицо мне посветил представитель закона, ослепляя.