(Не)Равнодушие

***

      Юнги уже на полпути понял в какую больницу они едут и стиснув зубы ждал встречи с Джином, который обязательно будет мучить альфу до посинения, пока не получит полный ответ. Опасения Мина оправдались. Такси остановилось напротив этой больницы.        Тэхён ловко выскочил из машины, не забыв прихватить с собой спортивную сумку и быстрым шагом направился к зданию. Когда лифт остановился на нужном этаже, Мин мог поклясться, что нашёл бы Пака с закрытыми глазами, несмотря на то, что в воздухе витает запах медикаментов и множество других. Пока они пересекали коридор, Юнги заметил знакомую макушку и широкие плечи. Белый халат скрылся за углом, а Мин поспешил его нагнать, бросив что-то неразборчивое Тэхёну о желании попить. Он привлёк внимание Джина, положив руку ему на плечо и немного развернул к себе.        — Либо я умер, либо в моей больнице сейчас стоит Мин Юнги! — отпускает шутку Ким, а альфа только фыркает.        — Нет, тебе не кажется. Считай моё появление божьим промыслом — отвечает Мин, следуя за Джином в его кабинет.        — Рассказывай, какими судьбами? — задаёт, долго мучивший вопрос Джин и пригласительным жестом указывает на маленький диван в кабинете.        — Твой пациент — Пак Чимин, так? — то ли спрашивает, то ли утверждает альфа.       — Он мой арендодатель. Мы с ним живём в одной квартире. Я решил его навестить — коротко вещает Мин, и смотрит на Джина, который только одним взглядом показывает свои мысли и всё же их озвучивает.        — С каких пор ты к каждому арендодателю, ходишь яблочки носить? — утрирует Ким. Не принёс Юнги яблок, хотя должен был подумать об этом.        — Он живёт, как комнатное растение. Еще ни разу не видел, чтобы он выходил из дома. И тут он пропадает на весь день, а его друг говорит, что он в больнице. По твоему я не мог прийти, просто из любопытства? — задаёт риторический вопрос Юнги.       — Не мог — всё же отвечает Джин — У тебя любопытство появится наверно только тогда, когда инопланетяне высадятся у твоего дома и то ты даже не выглянешь в окно, — доктор продолжает сверлить подозрительным взглядом собеседника, а тот всё не поддаётся и не говорит ни слова.        — Хорошо. Но всё же раз ты живёшь с ним, я думаю тебе можно сказать — придумывает причину Сокджин, ведь прекрасно видит неподдельное волнение младшего, и начинает рассказывать о том, как попал Чимин сюда и что показали анализы.        Юнги весь рассказ старался держать лицо, но холодная маска почти треснула на моменте рассказа причины состояния Чимина и то как это можно решить. Мин думал, что сорвётся и побежит на запах малины и прямо тут снимет сексуальное напряжение Чимина. И своё заодно. Но он сдержался. С холодным равнодушием дослушал рассказ и попрощавшись вышел из кабинета. Ему нужна передышка. Юнги заходит в туалет и умывает лицо холодной водой, которая всё равно не помогла. Альфа закуривает сигарету, наплевав на то что он в больнице. Получив долгожданную передышку и потушив бычок, Мин выходит из туалета. Надо пойти к Чимину. Надо его увидеть.                                                                                  

***

      Альфа заходит в палату и видит смеющегося Чимина и Тэхёна, который активно жестикулирует и одновременно достаёт вещи Пака из сумки. У Юнги на сердце теплеет, когда видит улыбку омеги. Чимин переводит взгляд на вошедшего и его лицо сильно вытягивается в удивлении. Юнги не обращает на это внимание. Первым признаки жизни подаёт Тэхён, что и неудивительно.       — Ты где потерялся? Мы тебя ждали — добавляет он, а Чимин зыркает на него убивающим взглядом, показывая что Ким огребёт за то, что не предупредил об альфе, а сейчас ломает комедию. Тэхён продолжает что-то лепетать, но для этих двоих это не важно. Они смотрят в глаза друг другу не нуждаясь в пустых звуках. Чимин смотрит своими невозможными медовыми глазами на Юнги, ловя его малейшие мимические проявления. Отмечает, что складка между бровей пропала, а лицо спокойно. Мин смотрит на губы Пака, стараясь не выдать своих мыслей и не слишком громко дышать. Казалось он сойдёт с ума. Он почти сошёл.        Тэхён заметив, что он явно сейчас лишний, улыбнулся и посмотрев на часы, сказал что у него дела, поспешил покинуть палату. Исчезновение блондина не заметили оба. Для них это было не столь важно. Юнги тронулся с места и подошёл к кровати Чимин. Альфа наклонился вниз к лицу Пака, облокотившись руками об спинку кровати и уже не скрывал своей глубоко вздымающейся груди. Губ Пака коснулось горячее дыхание Мина и приковал к его губам свой взгляд, однако не сдвинулся ни на миллиметр.        — Я тут слышал, что тебе нужно снять напряжение — хрипло утверждает альфа — Я готов тебе помочь — слова прозвучали губительно для сердца Пака, вкупе с ухмылкой черноволосого.        Пак почувствовал себя течной сукой, готовой запрыгнуть на любой член, лишь бы получить удовольствие. Неужели Юнги считает его именно таким? И тут Пак понимает почему Юнги говорит так томно и соблазнительно, сильнее выпуская свой феромон. У омеги вывели все блокаторы из организма, поэтому  он может только догадываться, как сильно сейчас он пахнет. Нет. По сердцу опять режут слова альфы и он готов заплакать. Разрыдаться прямо тут, как пятилетний мальчик, разбивший коленку. Снова его запах. Опять он виноват. Его не воспринимают, его не любят, не хотят без этого аромата. Он не нужен Мину. Осознание этого заставляет задохнуться в отчаянии. А Юнги уже переместился на шею омеги, вдыхая и чуть ли не рыча.        — Нет — слабо говорит Пак, но поглощенный Мин никак не реагирует, а Чимин вбирает больше воздуха в лёгкие и говорит увереннее — Нет!        Юнги поражённо поднимает голову, удивлённый тоном голоса Пака и натыкается на полные слёз глаза.        — Не хочу — говорит голосом готовым сорвавшимся на крик. Альфа ненадолго подвисает, а после разворачивается и уходит не сказав ни слова. Он так и не узнает, что в ту же секунду в палате молодого омеги, раздался тихий отчаянный плач.                                    

***

      Спустя день Чимина выписали и он вернулся домой. В родной дом, в котором из-за напряжения было тяжело дышать. Ему категорически запретили употреблять блокаторы, пока омега не решит свою проблему. Пак уже хотел было нарушить наказ доктора Кима, как узнаёт, что есть вероятность развития бесплодия. И если раньше парень махнул бы на это рукой, то сейчас, стоя перед проблемой лицом к лицу, у него появляется страх никогда не иметь детей. Да возможно сейчас нет человека, с которым хотелось бы связать судьбу и родить ребёнка, но он может появится. Чимин стойко выбрасывает все блокаторы, оставляя плохую привычку на дне урны.        Юнги как обычно не было дома. На работе Мин витал в своих мыслях, понимая, что Пак его не хочет. Как можно кого-то хотеть и чуть ли не рыдать, смотря с глазами полными горечи и боли. У альфы разрывается сердце от осознания того, что он не привлекает Чимина. Даже не нравится. Сейчас маленький комочек тепла в груди, когда-то согревающий его холодную душу, заперт на все замки. Навсегда. Альфа решает, что пора это закончить. Пора отказаться. От чувств.От себя. От Чимина. Юнги возвращается, готовый к тяжёлому разговору, который возможно перечеркнёт всё.        — Чимин давай поговорим —  внезапно сказал он темноволосому, зашедшему на кухню.  Омега напряжённый, как струна, присаживается на стул и опускает глаза на кухонный стол.       — Я тут подумал… — начал альфа — нам нужно больше общаться. Я всегда мечтал о младшем брате, поэтому давай заново дружить — закончил альфа, а Чимин сломался.        Его сердце разорвалось на несколько маленьких осколков, которые даже при желании не склеишь. Что за бред сказал Мин? Какие братья?! Разве брата обнимаешь так, что ноги подкашиваются? Разве сердце заходит ходуном, когда брат смотрит в глаза? Бред. Явный бред. Юнги был того же мнения. Он думал, что разговор будет легче, но не ожидал, что руки будут мелко подрагивать. Что будет бояться взглянуть в эти глаза и увидеть радость. Боялся. До дрожи. Чимин через колоссальные усилия заставил голос не дрожать и сказал:        — Хорошо.        — И да, называй меня хён, я все же старше тебя — говорит чересчур весело и наигранно тошно для себя, Юнги, после трепет волосы Пака, у которого сердце не на месте из-за этого жеста.        — Да, хён — отвечает омега, решивший  запереть все чувства на замок.        В этот момент в просторной квартире два одиноких сердца, сидели рядом, но при этом между ними была нерушимая стена, которую они добровольно возвели, не слыша друг друга.