Если с другом вышел в путь

Смерчевцы перетряхивали рюкзаки и прочее обмундирование, не переставая огорчаться, что так глупо опростоволосились. Автоматы были на месте, но магазинов не было. Патроны, припасенные в рюкзаках, тоже исчезли. Испарилась нехитрая армейская провизия и, что было более печально, абсолютно все медикаменты. - Черт! – выругался Боря, копаясь в своем рюкзаке. – Даже это прихватил. Прости, Мура. Обещал наутро сюрприз, да не вышло. - Бизон, а что там было, если не секрет? - Эх… - мечтательно вздохнул тот. – Там, Женя, были аккуратно упакованные в полиэтилен две пары сухих старых добрых портянок. Взял на всякий случай, когда узнал, в какие края отправляемся. Как видишь, сейчас они бы очень пригодились. - Не переживай, Борь, - Мурашова положила руку на могучее плечо. – Слава богу, обувь с носками на месте. Просохшие. Правда, ненадолго, - задумалась девушка, вспомнив свою вчерашнюю разведку. - Значит, так, - начал Кот. – У нас то ли лыжи не едут, то ли я… дурак. Нужно подкрепиться и все обсудить. Здесь действительно есть, о чем подумать. Бизон, на тебе дрова и вода. Мура, набери чего-нибудь на чай или компот. Я отправлюсь за грибами. Физик, оставайся здесь и поглядывай вокруг. Готовим завтрак и устраиваем небольшое совещание. Расходимся. Через полчаса группа уже пережевывала успевшие приесться грибы и попивала компот из таежных ягод и трав. - Итак, объявляю мозговой штурм, - молвил Ионов. – Никому ничего не показалось странным во всей этой истории? - Тебе с какого момента? – усмехнулся Физик. - Главное в том, что он не тронул автоматы, - высказался Тарасов. – Он лишь забрал патроны. Если бы оружие ему было нужно с какой-то целью, он бы взял хотя бы один ствол. Кстати, ножи и пистолеты у всех остались при себе? Все дружно кивнули. Смерчевцам хватило ума не снимать на ночь кобуру и не выкладывать холодное оружие. А красть снаряжение, надетое непосредственно на спящих бойцах, Саня, видимо, посчитал слишком уж рискованным. - Значит, у нас у каждого, как минимум, по ножу и по одному пистолетному магазину, - заключил Бизон. – Теперь следующий вопрос: на хрена? Если бы он был засланным казачком, ему проще было бы расстрелять нас спящими. - Скорее всего, у него не было такой задачи, - рассудила Мура. – Сами посмотрите. Что он унес? Патроны, еду, медикаменты, даже портянки из Бориного рюкзака. Это то, что может вывести нас из строя. Тем более, он видел, что Физик ранен. Не знаю, заметили ли вы, а у меня и спички из жилета исчезли. Кто-то явно решил нас подкосить. Вот только кто и зачем? - А еще он вряд ли думал, что, оставшись без всего этого, мы не выживем в лесу, - задумался Мыцик. – Он должен был понимать, что мы все равно дойдем до базы геологов, так или иначе. - Ловушка… - тихо, почти шепотом, сказал командир. - Что? – Женя подняла голову и посмотрела на Кота. - Это ловушка, - снова повторил он, только уже громче. – Я не знаю, что это за игра. Не знаю, кому и зачем мы понадобились. Но расчет был явно таким, что до базы мы дойдем голодными, измотанными и практически безоружными. А там нас наверняка уже ждут. Судя по обстоятельствам, мы нужны им живыми. И топать нам больше некуда, здесь в радиусе десятков километров никакой цивилизации. Высказанная мысль командира за несколько молчаливых секунд дошла до всех. Все спланировано. Может быть, даже пришедшая в негодность рация была не случайностью. Кто за всем этим стоит – неизвестно, но им ничего не остается, кроме как топать прямо в лапы недоброжелателей. Какое-то время все сидели молча. Каждый прокручивал в голове какие-то варианты, но ничего дельного на ум не шло. - Остается надеяться на чудо… - первой тишину утреннего леса нарушила Мурашова. - Мура, у тебя температура не поднялась после вчерашнего дождя? – поинтересовался Тарасов. – На какое еще чудо? - О котором мы совершенно забыли. - Поясни, - заинтересовался Василий. - Мы совершенно списываем со счетов Батю и Багиру. - Да, но связи с ними нет, и наладить ее никак нельзя, - возразил Сережа. - Но они за последние сутки наверняка перебрали уйму различных вариантов. Представьте себя на их месте. Попробуйте поразмыслить, как они. Если группа не уничтожена (а надеяться они будут до последнего), логично предположить, что из строя вышло устройство связи. Значит, «Смерч» будет продвигаться туда, где эта связь есть. Они со своими картами лучше нас поймут, что дойти до базы геологов – самый быстрый вариант. Соответственно, либо постараются с ними связаться, либо отправить в те места дополнительную группу. Вот только они вряд ли предполагали, что кого-то из нас ранят, и мы будем идти так долго. Кроме того, если база захвачена врагами, а наши решили с ними связаться, злоумышленники могли вообще сказать, что группа сгинула в болотах или в лапах какого-нибудь медведя. Здесь очень много «если» и «может быть», поэтому я и говорю, что приходится рассчитывать на чудо. Но нельзя забывать, что у нас есть Багира и Батя. Последнюю фразу Женя произнесла с легкой улыбкой, с надеждой в голосе и с таким теплом, что мужики на мгновение оттаяли. Казалось, что они внезапно переместились из темного, сырого, холодного и непроходимого леса, наполненного тучами насекомых, в уютный КТЦ, где всегда можно тепло поговорить и посмеяться в комнате отдыха за чашечкой горячего кофе. Но эйфория длилась недолго. Да, откуда-то издалека их поддерживают наставники-командиры, но надо было что-то решать здесь и сейчас. Самостоятельно. - Кот? – Бизон вопросительно посмотрел на Ионова. Тарасов был старше и опытнее своих однополчан, но, раз старшим на время операции был назначен именно Вася, то и решение должно было быть за ним. Тот, в свою очередь, план действий долго обдумывать не стал: - Выбора у нас действительно нет, так что мы идем на базу. Всю оптику этот хмырь забрал, но маскхалаты зачем-то оставил нам. Без связи работать будет тяжело, но мы постараемся. Обойдем базу вокруг, посмотрим, что там происходит. Если заметим людей с оружием, придется рассредоточиваться и по-тихому действовать. Это будет рискованно. Малейший шум или хоть один выстрел – и нам всем кранты. И – да, будем надеяться на чудо. Другого выхода я просто не вижу. Закончив, Кот исподлобья посмотрел на Бориса, будто хотел удостовериться, что принимает правильное решение. Бизон едва заметно кивнул, давая понять, что сам бы поступил точно так же. - Значит, собираемся и выступаем? – уточнила Мурашова. - Да, - подтвердил командир, - собирайтесь. Устраивать еще один ночлег перед базой или действовать ночью – решим на месте. И друзья начали снаряжаться в дорогу, насколько это было возможным. Шалаш оставили, как есть: он, все-таки, может кому-нибудь сгодиться. Автоматы взяли с собой, единогласно решив, что патроны раздобудут, когда уберут часовых. - Серег, - Мура виновато посмотрела на друга, - у нас больше нет ни бинтов, ни антибиотиков, ни обезболивающих… - Панихиду еще по мне спой, - бросил Физик, но, быстро поняв, что ляпнул что-то не то, встал на ноги и прижал девушку к себе. – Женька, глупая, ну что ты переживаешь? Дойду я, никуда не денусь. Все будет хорошо. Тем более, мы же чуда ждем. Забыла? «Смерч» двинулся дальше. Совершенно вслепую, не зная, что их ждет за лесом и болотами. День обещал быть теплым, в чем-то даже жарким. Дождь, от которого друзья прятались вчера, шел примерно полночи, но к утру небо очистилось. Сквозь развесистые ели пробивались теплые солнечные лучи, и даже насекомых будто стало поменьше. В том, что псевдогеолог стырил у них добрую часть обмундирования, можно было отыскать и существенный плюс: веса в рюкзаках заметно поубавилось. Идти стало намного легче. Всем, кроме Физика. - Только попробуй спросить, как нога, и я тебе палкой в глаз ткну, - проворчал он в адрес Бизона, который подождал Мыцика перед переходом через болото. - Не буду я у тебя ничего спрашивать. Сам вижу, что дело дрянь. - Может быть, мне лучше было остаться в шалаше? - Ага, конечно. Одному, почти без оружия и при том, что здесь бродит непонятно кто. Нет уж, иди с нами и мучайся. - Спасибо, друг, подбодрил. - А что ты ожидал от меня услышать? Мы с тобой, конечно, спали вместе, но это не повод, чтобы… - Ой, Борь, прекрати уже со своими шуточками! И так хреново. Еще и на Муре лица нет. Переживает, что помочь мне ничем не может. От этого еще хреновее. Смешно прозвучит, но на душе будто кошки скребутся. - Я, поверь, тоже не в восторге от всей этой ситуации. Топаем в блаженном неведении, и даже не знаем, в какую историю нас впутывают. Тем временем, Кот остановился у болота и скомандовал: - Движемся так же, как и в прошлый раз. Я иду первым, Мурашова за мной. Следом Физик, замыкает Бизон. Идем не спеша и аккуратно. В этот раз болота оказались не такими уж и опасными. Во всяком случае, по сравнению с предыдущим днем. Да и площадь их была заметно меньше. Не без труда, но преодолеть этот участок удалось без происшествий. Как и в прошлый раз, Ионов назначил небольшой привал после того, как группа выбралась на твердую поверхность. Физик со стоном уселся на бревнышко, чем опять вызвал полный сожаления взгляд Евгении. - Женек, можно тебя на секундочку? – тихонько спросил Тарасов, подойдя сзади. - Да, конечно. Ребят, мы на минутку! - Мурашова, сделай уже лицо попроще! – накинулся на нее Бизон, как только они отошли на небольшое расстояние. - Борь, ты чего? – Мура сейчас смотрела на старшего товарища глазами котенка из «Шрэка». - Того! Физик и так сегодня еле ноги переставляет, а тут еще и ты его своей жалостью добиваешь. Не смей себя чувствовать виноватой, слышишь? Никто не был застрахован, это могло случиться и в мое дежурство, и в дежурство Кота. - Сомневаюсь… Борис только что озвучил то, что Мура постеснялась высказать, ковырнув больную тему, поэтому она старалась просто не моргать, чтобы какая-нибудь предательская слеза не скатилась по щеке. - Не сметь вообще думать в эту сторону. Поняла меня? Молчаливый кивок. - Иди уже сюда, - одной рукой он прижал Женьку к себе. – Молодежь… Все с Физиком нормально будет, только и ты приободрись, ладно? Ему твое чувство вины вообще на пользу не идет. - Спасибо, Борь. Я честно постараюсь. - Уже лучше. Пойдем к остальным. Путь через неровный рельеф и буреломы продолжался. Бизон обогнал остальных и пошел впереди. Так ему легче думалось. А поразмыслить было над чем. Он размышлял о том, не приманкой ли была та операция с переправкой взрывчатки (которую, кстати, в силу отсутствия связи и транспорта пришлось бросить и замаскировать в лесу). Сожалел, что не знал, от кого поступила информация о готовящемся мероприятии. Перебирал в голове множество лиц и досье и прекрасно понимал: это не обычные зэки решили поиграться. Это полномасштабная и продуманная операция, в результате которой «Смерч» должен был попасться в ловушку. Причем, живьем. Множество переменных и отсутствие конкретной информации давили на голову. Эх, появилась бы у него возможность хотя бы пять минут пообщаться с Багирой! Наверняка вместе что-нибудь сообразили бы. Но, увы… Тем временем, Кот шел по мягкому мху, поддерживая Серегу. Свой рюкзак Физик был вынужден отдать Муре, и теперь ковылял, опираясь одной рукой на плечо командира. Мурашова, как и обещала, перестала кидать в адрес друга виноватые взгляды. Споткнувшись об очередную кочку, Мыцик зарычал от боли. - Твою ж мать! – вырвалось у него. - Ничего страшного, - как можно спокойнее сказал командир. – Держись давай, не очень далеко осталось. - Ребят, вы со мной такими черепашьими темпами вообще никуда не дойдете, - пытался урезонить ребят Физик. – Оставьте меня где-нибудь, потом вернетесь. Мы и так выбились из всех графиков, я для вас как камень на шею. И тут Муренка прорвало. Сказал же ей Бизон: не сметь жалеть Физика. Но теперь ее одолела не жалось, а прямо противоположное чувство. Остановившись, она резко повернулась к Сергею, сверкая снизу вверх глазами, и прошипела: - Ты что, оборзел? Давай, сдайся и останься здесь, в лесу, чтобы нас потом совесть замучила. Ты-то будешь ни при чем, ты-то геройски просишь себя здесь оставить. Давайте вообще здесь все останемся. Кот вон тоже не хочет идти дальше, потому что боится, что подведет всех как командир. Бизон не горит желанием, потому что командир командиром, а перед Багирой, в случае чего, краснеть ему придется. Про себя я вообще молчу, меня вообще надо было у шалаша бросить без ножа и провизии. Это же я заснула на посту, - Женя произнесла эту фразу на удивление спокойно, чему сама удивилась. – Давайте тут все захнычем и останемся. Больно – сочувствую. Не хочешь терпеть ради себя – о других подумай. Закончив, Мурашова развернулась и продолжила путь молча. А у Физика перед глазами еще долго стояло это чумазое, искусанное насекомыми лицо и большие глаза, полные гнева на все происходящее. Сильнее опершись на шест, Серега замолчал и зашагал увереннее. А у Муры в этот момент пронеслась одна-единственная мысль: «Кажется, перестаралась…» Теперь она изо всех сил боролась с желанием извиниться за свой грубый тон. Но потом снова пришлось бы краснеть перед Бизоном за свои «сюси-пуси». Но обстановку разрядить как-то было нужно, поэтому Женя ни с того, ни с сего начала намурлыкивать старую добрую песенку: Если с другом вышел в путь, Если с другом вышел в путь, Веселей дорога… За спиной внезапно раздался такой же тихий голос Кота: Без друзей меня чуть-чуть, Без друзей меня чуть-чуть, А с друзьями – много. Эта неожиданно добрая детская песенка подбодрила даже Физика, и шагающие рядом сослуживцы уже в голос напевали: Что мне снег, что мне зной, Что мне дождик проливной, Когда мои друзья со мной? Шедший впереди Тарасов выплыл из собственных дум и обернулся к товарищам: - Вы что, твою ж ты елку, совсем оборзели?! Мы все ближе подходим к геологической базе, вокруг нее, скорее всего, ходит непонятно кто, а вы здесь песни горланите! Детский сад, блин. Командир, мне что, надо тебе объяснять, что нам нужно смотреть в оба и вести себя как можно тише? - Ну Борь… - умоляюще посмотрела на коллегу Мурашова. - Да нет, он прав, - согласился Ионов. – Песни петь сейчас действительно не время. - Зануды, - пробубнила Мура так, чтобы слышал ее только Физик. – Сами топают, как стадо бизонов, а песня помешала. Мыцику самому не хотелось, чтобы этот маленький праздник в чаще леса заканчивался. Ему даже будто полегчало от чего-то доброго и светлого. И, желая развеселить Муру, он почти шепотом запел: На бизона я, друзья, На бизона я, друзья, Выйду без испуга… - Серега, я тебя обожаю!