"Адские" уроки Актёрского Мастерства

Pov Аня.       Утром следующего дня я проснулась в хорошем расположении духа. Конечно, в хорошем, если ты знаешь, что на учёбу тебе не надо идти. Обожаю, когда Сашка берёт меня к себе на съёмки.       Поднявшись с кровати, я сладко потянулась и, зевнув, направилась в ванную. Приняв необходимые водные процедуры, я прошла на кухню, где вовсю орудовал папа. — Доброе утро, Анют, — заметил меня глава семьи. — Привет, пап, — зевнула я, приземлившись за барную стойку. — А где мама? — Она поехала к начальству, — ответил отец. — Нужно какие-то вопросы уладить. Сказала, что без меня справится. — Понятно, — вздохнула я. Переместив приготовленную еду в тарелки, отец подал блюдо и, сев за барную стойку напротив меня, вместе стал уплетать завтрак. — Я вчера послушал наш семейный разговор, — начал мужчина, немного замявшись. — Кто такой Павел Дмитриевич? То, что он брат твоего друга, я помню. — Павел Дмитриевич — это наш новый препод по Актёрскому Мастерству, — пытаясь собрать мысли в кучу, произнесла я. — Внешность у него довольно притягательная: тёмные волосы, точно смоль, карие глаза, хулиганские черты лица, худощавое телосложение — теперь, я понимаю, почему я начинаю терять свой женский батальон. Да, он обаятельный, насчёт ума ничего не скажу, а вот характер — ужас. Такого препода я бы и врагу не пожелала. — Да? — посмотрел на меня Сергей Александрович. — А что ты скажешь насчёт Вуличенко Лизы? — Пап, про эту «доску» даже зарекаться не стоит, — начала отмахиваться я от отцовских слов. — Она, как заноза в одном месте. Я помню, ты говорил, что не стоит тратить свои нервы на тех людей, которые тебе противны. Но как не тратить их, когда он сам лезет к тебе? Многие говорят, что он в меня влюбился. — Анютка, ты уже взрослая девушка с обаятельной внешностью, — начал папа. — За тобой парни толпами должны бегать. — Да не нужны мне эти толпы, — закинув последний кусочек блина себе в рот, я поднялась со стола и пошла собираться.       Переодевшись в чёрную футболку и джинсы-варёнки того же цвета, я расчесала волосы и оставила их распущенными. Достав из шкафа куртку-косуху, которая тоже имеет оттенок тьмы, я надела её и, схватив свой рюкзак, спустилась вниз. Обувшись в свои любимые тёмно-синие кеды с высоким задником, я попрощалась с папой и поспешила за двор, где меня уже ждал Александр. — Добрейшего вам утреца, Анна Сергеевна, — улыбнулся Сашка. — И вам здравия желаю, Александр Дмитриевич, — тем же ответила я. — Я готова к труду и обороне. — Отлично, — заявил друг. — Работа ждёт, поехали.       Сев в машину, мы не стали терять времени и поехали на съёмочную площадку с явным рабочим настроем.       Как выяснилось потом, площадку расположили в парке, который находится недалеко от ГИТИСа. А Саша предупредил моего дядю, что сегодня я не буду присутствовать на занятиях? Если нет, то мне будет кранты, особенно, от его брата. — Сань, — подошла я к другу. — Да, Марусь? — отозвался он. — А ты предупредил дядю Мишу, что я не буду сегодня на занятиях? — спросила я. — Да, — кивнул кареглазый. — Не переживай ты так. — Хорошо, — бросила я.       Неожиданно в кармане моей куртки зазвонил телефон. Достав его и не посмотрев на вызов, ответила на звонок. — Алле, — произнесла я. — Анька, ты где? — послышался в телефоне голос Дашки. В нём слышалась радость. — Во-первых, привет, а во-вторых, ты чё такая радостная? — произнесла я. — У нас пару по Актёрскому Мастерству отменили, а она сегодня должна быть последней, — заявила подруга. — Блин! Почему всё самое прикольное происходит, когда меня нет? — простонала я. — Это получается, что вы освободитесь где-то, в районе обеда. — Ага, — согласилась собеседница. — Так что, жди гостей на площадке. — Да таким гостям, как ты и Илюха, я всегда рада, — засмеялась я. — Ловлю на слове, — произнесла Дашка и отключилась. Убрав телефон, я подошла к режиссёру, который что-то объяснял актёрам. — Ребят, давайте соберитесь. Нам нужно доснять первую серию хотя бы, — последнее, что услышала я.       Актёры разошлись обдумать наставления моего друга, а Сашка тяжело вздохнул и опустился на свой режиссёрский стул. — Аня, пожалуйста, иди работать актрисой, — выпалил режиссёр. — Нервы целее будут. — Чёрный пиар своей карьеры проводишь, да, Сань? — покосилась я на друга. — Друг, ты меня не запугаешь. Ты помнишь, что произошло, когда я училась на третьем курсе? — Как можно забыть такую драку? — пожал плечами мужчина. — Которая по масштабу напоминала свадебную, — хохотнула я.       Время медленно близилась к обеду. Я смотрела в монитор на то безобразие, что творилось на площадке и понимала, почему режиссёры такие большие бабосы получают. Такую работу не каждый выдержит. Любой другой режиссёр уже бы орал что есть мочи, а Сашка, наоборот, спокойно объясняет людям, в чём заключается их задача.       Но неожиданно мои мысли начали идти в совсем другом направлении и привели меня к тому, о чём даже не успела подумать. Они привели меня к Павлу Дмитриевичу. Я вспомнила, как он начал ко мне придираться, стал подстерегать и преследовать меня. Может, и правда, что он в меня влюбился? Вполне может быть. Ведь, если вспомнить вчерашний день, то можно предположить мысль, что препод по Актёрскому Мастерству ко мне неровно дышит. — Так, пожалуй, сделаем перерыв, — вырвал меня из моих мыслей голос Сашки, который раздался рядом со мной. — Перерыв на обед!       Все присутствующие отправились обедать, и мы не стали исключением. Я и Саша пришли в то кафе, где произошла драка между режиссёром и студенткой третьего курса и дочерью дипломата. Заняв столик у окна, старший брат моего препода по Актёрскому Мастерству позвал официанта и сделал заказ. — Анютка, ты чего такая? — спросил Саня, когда ушёл официант. — Какая «такая»? — вновь я вернулась в реальность. — Какая-то растерянная, что ли, — посмотрел на меня друг. — Да так, — отмахнулась я. — Я про твоего брата подумала.       Но высказать свои мысли я не успела, так как, к нашему столику подошла Гришаева. Сначала, она обняла Сашу, а потом чуть не задушила меня. — Даша, задушишь, — прохрипела я. — Давайте, рассказывайте, — как полоумная улыбалась девушка. — Что «рассказывать»? — мужчина явно не понимал, о чём говорит моя подруга. — Ну, что вы там наснимали? — в глазах Дашки горит огонёк любопытства. — Кстати, а с какой это радости Павел Дмитриевич решил освободить вас от каторги? — перевела я тему разговора. — Не знаю, — развела руками тёмно-русая. — Может, потому что, он в тебя втюрился? — Не говори ерунды, — выпалила я. — Ему просто нравится задевать меня. — А сама ты что творишь? — начала наседать на меня одногруппница. — Отвечаешь на его колкости. Так и до любви не далеко. — Не каркай, — рыкнула я на неё. — Блин, Демидова, — закатила глаза Дашка. — Ты не понимаешь, от чего отказываешься. — Как раз, понимаю, — стояла я на своём, а затем, зло прошипела. — Слышь ты, Гузеева недоделанная, если ты попробуешь насильно заставить меня встречаться с кем-нибудь, я тебя лично распилю в ящике в актовом зале ГИТИСа. Я уже начинаю жалеть, что нахамила командиру лётных войск. Моя жизнь пошла бы по другому. — Ты просто боишься влюбиться — вот и весь секрет, — заявила Дашка. — Знаешь что, — ткнула я указательным пальцем в грудную клетку подруги. — То, что ты была в школе одной из самых завидных девчонок класса, это не значит, что ты можешь совать свой нос в мою личную жизнь.       Это заткнуло даже Сашу, который хотел что-то сказать. Он понимает, что не стоит доводить меня до точки кипения. Поднявшись из-за стола и забрав свои вещи, я направилась на выход из кафе. Выйдя на улицу, я присела на скамейку и закрыла глаза ладонями. Сейчас так паршиво на душе. Но даже круговорот мыслей вновь вернул меня к преподу по Актёрскому Мастерству. Похоже, что по сравнению с Гришаевой он просто ангел! Ангел? С каких это пор он стал ангелом для меня, а?

***

      Домой я вернулась поздно вечером. Сил у меня хватило на то, чтобы дойти до своей комнаты и упасть на кровать в позе «Сушённая пляжная звезда». — Господи, как же мне хреново! — выпалила я, но из-за того, что я лежала на кровати лицом вниз, получилось какое-то мычание.       Найдя в себе остатки сил, я поднялась с кровати и, достав из шкафа домашнюю одежду, переоделась. Вновь упав на кровать, я вновь подумала про Павла Дмитриевича. Да блин! Чё он сегодня в голову постоянно лезет?! Даже режиссёрская работа не спасла меня от него.