BlindnessTale

      Тьма. Тишину прерывают лишь периодические голоса: "Помоги нам...Помоги...Помоги нам...Всем...".Но их перекрыл один. Голос был очень громким, но не разборчивым. Один выкрик, второй. Голос все кричал. Но тут к нему присоединился еще один голос. Он был не таким громким и высоким как первый, зато плавным и разборчивым: — Хей, малыш, давай же проснись...Ты же не можешь вот так покинуть нас, прошу...       Она слегка поморщилась и почувствовала сильную сырость и тесноту. Это был высокий скелет в красном шарфе, крепко обнимающий человека и рыдающий без остановки. Тут Она поняла, чьи голоса ее звали. Санс и Папи.Они ближе всех. Папи был так увлечен своими слезами, что даже не заметил того, как человек очнулся. Тут Санс коснулся плеча Папайруса и кивнул в ее сторону: —Хей, бро, БРО, она проснулась, всё, ты можешь больше не плакать, — выдав лёгкий смешок, пояснил он и перевел глаза на девочку. — ВЕЛИКИЙ ПАПАЙРУС НИКОГДА НЕ ПЛАЧЕТ! — А что же это тогда на твоем лице, а? — ЭТО, ЭТО ПРОСТО... СЛЕЗЫЫЫ, — истошно провыл он и заревел пуще прежнего.       Когда героиня застучала ногами по земле из-за недостатка воздуха, Папайрус все же ее отпустил. Оправившись, она наконец смогла разглядеть всех вокруг нее. Все: Ториэль, Азгор, Андайн, Альфис и братья-скелеты, — уставились на нее, не моргая. У мамы и Папайруса на глазах блестели соленые капли слез. Сама Она сидела на мокрых от росы цветах. Наступила мертвая тишина. Никто не знал, можно ли уже говорить. Ее прервал басистый голос короля: — Дитя, как ты себя чувствуешь? — спросил он, делая голос как можно тише, будто не хотел разбудить.       Она несколько секунд просидела в ступоре, но когда очнулась быстро достала из рюкзака на спине, который носила все путешествие с собой, небольшую досочку с мелками и написала: "Со мной все в порядке, но я не помню, как очутилась здесь"       Только Азгор открыл рот, Ториэль склонилась к Ней и сказала: — Мы хотели спросить тебя о том же, дитя мое, когда мы помним все до странной вспышки света, а дальше как в тумане. Мы проснулись, а барьер был уже разрушен, мы хотели спросить у тебя, но ты не просыпалась. И...ну..мы...       Тут санс сел на корточки и продолжил: — Все шесть душ пропали и ты не просыпалась, мы уже начали думать, что отбросила коньки, чтобы открыть барьер, так как же было?       Азгор наконец смог вставить слово и спросил: —Дитя, прежде, чем ты начнешь, нам было бы интересно узнать твое имя.       Все одобрительно зашуршали. Она сделала табличку. "ФРИСК" — Какое красивое имя, Фриск, —подметил король, поправив фиолетовую мантию, — прошу продолжай, как же разрушился барьер?       "Барьер...как же он разрушился?" - прозвучало в голове Фриск - что случило...АЗРИЭЛЬ!"       Фриск быстро вскочила на ноги и начиркала на табличке, что объяснит все позже, а сейчас ей нужно уйти ненадолго. Ториэль улыбнулась ей сказала: — Если тебе нужно идти, дитя, иди, мы подождем тебя здесь, только будь аккуратней, хорошо?       Фриск кивнула и рванула так, что через секунду уже пятки сверкали. Она бежала, не оглядываясь по сторонам, будто знала куда ей нужно, чувствовала это. Вот и Хотленд с Вотерфолом позади, вход в Сноудин накрыл ее жгучим морозом, она, и глазом не моргнув, бежала дальше. На прозрачном льду скользили ботинки, и она падала прямо в сугробы, но сразу же вставала и бежала дальше.Вот и вход в руины, он был немного приоткрыт. Фриск вошла туда, поправляя дыхание. Она брела по коридорам Руин, после всего пережитого блекло-фиолетовые стены казались такими успокаивающими и дружелюбными, от них так веяло ностальгией, она мягко провела ладонью по одному из кирпичиков и продолжила идти вперед. Пробиваясь через запах сырости, сладкий ирисково-коричного пирога окутывал Фриск. Из-за него заурчало в животе. Она так спешила, что оставила рюкзак прямо там, а в рюкзаке - мамин пирог. Девочка угрюмо вздохнула, недовольно помотав головой, но отправилась дальше. В руинах Фриск не бежала. Она шла так, будто хочет запомнить каждый камушек, каждую трещинку этих коридоров. Шла медленно, но не останавливалась. И когда наконец добралась до арки, отделяющую ее от места, где впервые очутилась здесь — в подземелье, замерла. Пройдя через беспросветную тьму, ее ослепил яркий свет, исходящий из дыры в потолке. Над цветами, усердно вытирая слезы, склонился Азриэль. Белая шерсть переливалась серебром на солнце, а зеленые, будто свежая весенняя трава, глаза не могли прекратить плакать.       Фриск тихонько подошла к нему и дотронулась до его плеча. Зареванные глаза быстро поднялись на нее и прозвучал высокий дрожащий голос: —А, э-это ты, Фриск, прости, что увидела меня таким. А Чара была права, я такой плакса...       Фриск нахмурила брови, но продолжала его слушать. — Я ведь хотел получить хорошую концовку, ведь так? Так чего же я плачу? Я буду полнейшим эгоистом, если буду печалиться. - сказал Азриэль, но увидев недовольную гримасу Фриск, продолжил — Не волнуйся, я только рад остаться здесь, кто-то же должен остаться здесь, ухаживать за этими цветами, верно?       Девочка внимательно посмотрела на цветы. Яркий полуденный свет заставлял их сиять, словно они я вправду сделаны из золота. "Присматривать за этими цветами" - эти же слова сказала и мама, когда я ушла" - подумала Фриск. - "Я была бы уже мертва и мама продолжила бы плакать, оставшись она здесь". Азриэль прервал ее размышления:       "Фриск, прошу, иди к друзьям, все равно я снова стану бездушным цветком и..."       Фриск яростно махала головой от недовольства, она резко схватила его за руку и бросила недовольный взгляд сначала на цветы, потом на заплаканного козлика. "НЕТ" - только губами, произнесла Фриск.       Но в этот момент от руки пошли ярки искры и Азриэль сказал: — Ну, вот и все, я был рад с тобой познакомится, Фриск, и... Огромное тебе спасибо...Спасибо за все!       И когда Азриэль уже почти исчез, Фриск его крепко обняла, ее душа будто бы разделилась на двое и разлетелась в разные стороны. Через мгновение руки Фриск окутывали уже не мягких, шелковистый мех, а холодные лепестки... Она защурила свои глаза еще сильней и по щекам потекли слезы и, все так же лишь губами, она сказала " Прости".       Нависла тишина, пыль, поднявшаяся во время превращения. медленно опускалась. Но это спокойствие прервал крик Флауви: — Ф-фриск, что ты сделала?! — вскрикнул цветок то ли от ужаса, то ли от удивления.       От неожиданности она вздрогнула. И тут перед ней, держась за макушку, стоял Азриэль. Фриск протерла глаза, она была уверенна, что слышала и чувствовала именно Флауви, опустив глаза, к своему удивлению, увидела Флауви! От испуга, Фриск попятилась назад и уже оттуда смогла увидеть, что перед ней стоят целые и невредимые Азриэль и Флауви. Первый еще не отошел от шока, а второй разделил шок с человеком. — Я-я... я не понимаю, как это могло произойти - дрожащим голосом сказал Флауви, - разве такое, вообще, возможно?! — Это...просто...ПОТРЯСАЮЩЕ! - воскликнул Азриэль, — Фриск, это ты сделала?       Фриск пожала плечами в недоумении, но явно была рада видеть их обоих вместе, эта новость ее успокоила и Фриск снова почувствовала урчание в животе. Это напомнило ей, что там ее ждут. Фриск сделала табличку, где написала, что нужно скорее идти, но посмотрела на Флауви, но он сразу же ответил, что сможет их провожать до конца подземелья. Тут Азриэль вспомнил, что в доме есть горшки для цветов, они хранились в комнате под ремонтом — Она, наверно, уже отремонтирована, хотелось бы посмотреть...       Фриск помахала головой в стороны, из-за чего Азриэль поднял брови, но спрашивать не стал. Все трое двинулись вперед, но козлик остановился. услышав странный шелест: — Вы ничего не слушали? — Нет, — буркнул Флауви, — пошли уже!       Азриэль кивнул. На последок он посмотрел на цветы и прошептал: — Чара, вот и все...— Мальчик глянул в сторону, куда удалялись друзья и с грустной улыбкой последовал за ними. — Подождите меня!