BlindnessTale

– Дитя, ты обидела их… – Я…я не хотела этого делать, просто вырвалось. Я никогда не избавлюсь от ЭТОГО? Эти уши и хвост, зачем они мне? Может, я их просто отрежу? – Не думаю, что это хорошая идея. – Почему? От них только больше проблем! – А их станет меньше, если ты отрежешь уши и хвост? Твоим друзьям станет легче или все внезапно станут счастливы? Не думаю. – А что предлагаешь? Не обращать внимания? – Давай попробуем подождать, время коварная штука, но иногда бывает справедливой. – О чем вы? – Увидишь. Фриск приоткрыла слезившиеся глаза. Вставая с постели, она начала осматривать комнату. Через слезы сложно было разглядеть детали, но странный для Вотерфолла свет заметить было нетрудно. Девушка подошла к окну. За стеклом было… Лето? Вытерев слезы, Фриск открыла окно и почувствовала теплый воздух, вырывавшийся оттуда. Она услышала столь привычное для нее раньше пение птиц. Через зеленую траву прорывались разноцветные лепестки. Ароматы цветов, земли, всего сплетались в одну гармоничную мелодию и окутали тело Фриск. Было уже тепло, но еще не жарко. Белые яркие лучи солнца через открытое окно наполнили комнату светом. В палате не было ни единого цветка. – Где я? – непроизвольно вырвалось у Фриск, – Это поверхность? Ах, ну да, мама говорила, что люди согласились, но что Я делаю здесь? Фриск быстро надоела атмосфера природы снаружи, и она с грохотом закрыла окно. Зашторив занавески, девушка снова села на кровать. Ей было так плохо, что она чувствовала себя Чарой и Флауви в одном флаконе. Ее уже не клонило в сон как всегда, она просто сидела. Фриск стала такой мрачной, что казалось, будто никто и ничто на свете не пробьет тьму вокруг нее. С глаз вновь покатились слезы, шмыгая носом, девушка начала скулить. Она прижала колени к лицу и обхватила их руками. Она знала, что с ее стороны было бы эгоистично жаловаться монстрам на внешний вид. – Я просто хочу смириться с этим, хочу перестать быть такой плаксой, но... почему, же я не могу остановиться?! Слезы потекли ручьем, девушка не могла их остановить. Все ее лицо стало мокрым, а вытираясь рукавами, девушка намочила еще и волосы. Через пару минут раздался стук в дверь. Фриск услышала знакомые голоса: – Я вваливаюсь, партнер! – Чара, прошу, только не вышибай дверь! – Да ладно тебе, Аззи, все нормально, сейчас я не злюсь. Дверь открылась. Зайдя в комнату, перед Чарой и Азриэлем открылась такая картина: Фриск сидела на кровати, сжавшись в положении эмбриона, она изо всех сил вытирала слезы, но это было тщетно, это выглядело так, будто ее окунули лицом в реку или унитаз. Ухмылка Чары слезла с лица. Азриэль в один прыжок оказался у кровати Фриск. Он пытался убрать руки с лица, спрашивая о причине слез. – Фриск, пожалуйста, не плачь, ты так расстроена? Пожалуйста, успокойся, мы понимаем тебя, не нужно плакать! – успокаивал ее Азриэль. – Аззи, я позову кого-нибудь, ладно? – выпалила Чара и побежала за дверь. Увидев в коридоре монстров, девушка закричала им, чтобы те шли быстрее. Она обернулась, вбежала в палату и остановилась в ступоре. Перед демоненком открылась следующая картина: в слезах захлебалась не только Фриск, но и Азриэль. Второй так проникнулся ее горем, что сам начал реветь, даже сильнее Халфа. – Эмм, ну нафиг, я сваливаю отсюда. – Только не делай это своей коронной фразой, лады? – усмехнулся Санс, появившийся из-за спины. – Ты видишь это? Я их оставила буквально на три секунды! – Сейчас, сейчас все будет. Скелет подошел к его величеству и похлопал того по плечу. Успокоив его неведомым для всех образом, присел на кровать рядом с Фриск. – Слушай, малыш, харэ реветь. Мы все тут знаем, в чем причина, можешь поговорить со всеми нами, – сказал Санс и показал на только что пришедших монстров, – никто не будет против, поверь, мы это хорошо понимаем, мы все тут уродцы для людей. Девушка легонько кивнула, но плакать не перестала. Ей было очень плохо. Она закрыла лицо руками. Фриск понимала, что доставляет сейчас кучу проблем, а ее рев не способствовал продвижению вперед, но она ничего не могла с собой поделать. Санс встал на пол и положил руки на плечи девушки. Он внимательно посмотрел на нее и сказал: – Малыш, если ты переживаешь насчет своих ушей, то… – он сделал паузу и продолжил: – Мы тоже можем ими похвастаться. Услышав это, Фриск подняла голову и пробормотала что-то похожее на «О чем ты?». Скелет ухмыльнулся и поднес руки к своему капюшону, когда мягкая ткань коснулась черепа, девушка увидела пару кошачьих ушек такой же серой ткани, они были кое-как присобачены к нему, но держались крепко. – Теперь ты не одна у нас ушастая. Надо же как-то тебя подбодрить, верно? – Т-ты… ты сделал это для… МЕНЯ?! – Ты видишь еще кого-нибудь с ушами? – Хм, да. – Ответил голос за спиной Санса. Скелет обернулся и отошел в сторону. Девушка увидела всех ее друзей в ободках с ушками. Монстры мило улыбались и смотрели на Фриск. – Но я ведь… не… не заслуживаю этого, – через слезы пробормотала девушка, – почему вы делаете это? Зачем вы делаете это? – Заслуживаешь? Друзья это вроде не награда или медаль, их не заслуживают. – Но- – Никаких «но», мы твои друзья, и МЫ будем с тобой всегда. Запомни это, малыш. – Спасибо, – тихо сказала Фриск, – большое спасибо. Но у меня есть просьба. – Какая? – Снимите с себя эти уши, они странные.