Не оставь меня

      – Кай, просыпайся, пора завтракать.       Юноша потянулся и быстро скатился с кровати. Их общей кровати. Было сложно уложить его рядом с собой, ещё сложнее уместить в его голову, что он не слуга в этом доме. И практически невозможно заставить его называть себя по имени. До сих пор иногда называет...       – Господин, что будем делать сегодня? – присаживаясь за стол, буднично спрашивает парень.       – Сегодня только решим проблему с засушливостью на Мэло. Иначе скоро там посевы будут погибать.       – Но там люди верят в другое божество.       – Последнее время у Ровея много забот. Он не успевает. А у нас работы нет. Если есть возможность помочь, мы поможем.       – Да... ***       – Всё-таки работать на земле, на которой в тебя не верят намного сложнее.       Илуа взъерошил волосы Кая, тепло улыбнувшись.       – Ты просто не привык.       – Неправда. Я уже мастерски нагоняю тучи! – надул губки юноша. От детского жеста мужчина засмеялся.       – Тебе почти двадцать один, а ты до сих пор так делаешь. Илуа быстро стал серьёзным и немного грустным.       И правда, целый год они живут вместе. Кай подрос, окреп, стал увереннее и счастливее. Но вместе с увеличивающейся силой его чувства перестали быть открытыми. Илуа совершенно не знает, что чувствует этот мальчишка. Боясь прикоснуться к нему, сделать неприятно или что ещё хуже: постепенно заклинание ослабевает, скоро оно окончательно спадёт. Тогда может случится нечто непоправимое.       Кай давно покорил Илуа, давно влюбил, и оттого сложно признаться в своих чувствах, не зная, ответят ли на них. В такие моменты даже тысячелетние божество чувствует неуверенность и страх. Но нужно как можно скорее всё рассказать Каю. Даже если он не ответит на чувства, один раз лечь с ним в постель и больше никогда не прикасаться. От таких мыслей сердце начинает стучать быстро и болезненно. ***       Юноша тихо прилёг на кровать, украдкой поглядывая на супруга, но ничего не говоря.        – Мне полагается поцелуй на ночь? – Кай прильнул к родным губам, не смея помыслить, что этот поцелуй продлиться дольше обычного, хватая каждый момент нежного касания, как последний глоток воздуха.       Так много времени прошло, а Илуа ни разу не обмолвился словом об их отношениях. Нао рассказал, что боги читают чувства, но Илуа не действует. Значит ничего не чувствует, но продолжает укладывать ночью рядом с собой и целовать. Зачем?.. Это причиняет боль. Неужели ему всё равно? Из раздумий парня выдернули резко, нависнув сверху.        – Кай... скоро заклинание развеется. Мы должны укрепить супружескую связь, – щёки Кая порозовели, и взгляд устремился в сторону. – Я тебя люблю, но, если ты мне не ответишь взаимностью, после ты волен делать что угодно, – Илуа затаил дыхание, боясь спугнуть надежду.        – А можно... поцелуй? – прошептал Кай. – Ах! – Илуа провёл ладонью от талии к груди парня, ощущая, как отчаянно бьётся сердце под рукой, и трепетно коснулся тёплых губ. Хотелось чего-то более горячего, более страстного. Но вместо этого мужчина медленно топил все чувства в их первом настоящем поцелуе. Дыхание любимого сбивалось, но Илуа не мог остановиться.       Кай обвил его шею, не желая больше ни на миллиметр отпускать этого человека от себя, но мужчина отстранился, всматриваясь в мутно-зелёные глаза, жаждущие продолжения.       Обжигающие губы Илуа мягко спустились к шее, а сильные руки огладили узкие бёдра, стягивая ночные штаны, нежно исследуя каждый участок кожи.       Кай, смущаясь, водил трясущимися, жадными ладонями по торсу мужчины, незаметно даже для себя самого раздевая его и рассматривая.       Наконец осознав, что они абсолютно нагие друг перед другом, оба остановились, тяжело дыша и глупо улыбаясь.        – Ты позволишь мне? – Илуа протянул руку к ароматному маслу, а Кай робко дотронулся до губ, недавно блуждавших по его ключицам, невесомый поцелуй словно первый в его жизни, испуганной бабочкой коснулся Илуа, и растёкся смущением по бледной коже юноши.        – Боишься? – Кай мотнул головой, шире раздвигая ноги. Он давно знал, что однажды придётся снова. Он доверял Илуа, но внутри всё же скрёбся страх. А вдруг будет так же, как тогда? Это точно принесёт не боль, а что-то иное? А вдруг так и должно быть? Вдруг должно быть больно...       – Всё же боишься... Кай. – Илуа постарался сделать взгляд как можно сосредоточеннее и серьёзнее. – Я сделаю тебе приятно. Честно.       Входа коснулись скользкие пальцы, обведя вокруг и нырнув внутрь, на мгновение Кай сжал губы, но быстро исправился, переключая внимание, на руку, которой Илуа водил по его члену. Один за другим пальцы входили глубже, заставляя стонать, цепляясь за плечи любимого. Кай пытался целовать мужчину, но стоны рвались наружу, откинув голову на подушку, он зажмурился и отрывисто задышал, через раз постанывая.        – Пожалуйста... хватит мучить... – жалобным голоском прошептал Кай. Мужчина вынул пальцы, приподнял бёдра парня и, впившись поцелуем во влажные губы, медленно скользнул в податливое тело до основания. Юноша двинулся навстречу, зашипев.        – Не торопись, я никуда не денусь, – Илуа убрал с потного лба супруга тёмную прядь, поцеловав в висок, взял правую руку, переплетая пальцы и замер, пока Кай не выровнял дыхание.       Поцеловав в шею, он двинулся, сначала назад, почти покинув разгорячённое тело, а затем быстро войдя до основания. Кай не смог сдержать громкий низкий стон, сжав руку Илуа. Мужчина медленно раскачивался, выстанывая в шею любимого самые нежные слова, какие только знал, сжимая его в объятиях.       С каждым толчком мужчина хотел всё больше и больше. Страсть затопила обоих, создавая безумную жажду быть ближе, сливаясь воедино, Кай сжался, изливаясь, пачкая и себя, и супруга. Успев выйти, Илуа уткнулся лбом в подушку рядом с головой любимого, всхлипнув и задрожав, кончил следом. Оплетая ногами мальчишку и переворачиваясь вместе с ним на спину.       Кай хотел поцеловать, но промахнувшись, облизал щеку и только после достиг цели, медленно и нежно терзая любимые губы, понимая, что теперь он может целовать, сколько пожелает, он уложил голову на грудь Илуа и прикрыл глаза.        – В мире, где я появился на свет есть клятва всего из трёх слов, она выражает самое желанное и одновременно привязывает крепчайшими узами того, кто её произнесёт. Вот только ответит тот, кто предназначен.       Кай стянул простынь, сжав её в кулак.        – Ты... Зачем ты так беспечно дал её незнакомому человеку?        – Я не мог позволить тебе чувствовать себя одиноким в своём положении. Я ни на миг не пожалел, что дал её тебе, даже если ты не ответишь. Теперь меня уже это не волнует. Я твой. Не оставь меня, – с лёгкостью повторил Илуа, искренне ни на что не надеясь, лишь крепко обнимая супруга и не зная, какую бурю поднял в душе Кая. Юноша задрожал от страха. Больше всего на свете он хотел ответить, но вдруг он не сможет? Что если?.. Илуа же оставался до странного спокоен, словно ничего не происходило.       Приподнявшись, Кай взглянул в серые глаза мужчины и глубоко вдохнул.