Лисья семейка

— Наруто, — мальчик поднял заплаканные глаза на Кохаку. — Ты знаешь, зачем я тебе всё это рассказал? Чтобы ты сделал выбор. Ты можешь остаться в деревне, но тогда я сотру тебе память о нашей встрече и разговоре — ничего хорошего эти знания тебе не принесут. Или ты можешь пойти со мной и стать ёкай. Это возможно… для тебя. Ты всю жизнь контактировал с Девятихвостым, больше, чем любые другие джинчуурики. Его сущность и твоя душа связаны. Он не может ни вновь стать ёкай, ни остаться биджуу. Уже через пару столетий он полностью утратит силу и возможность перерождения. Но если ты станешь ёкай… Остатки его сущности уйдут на перерождение — стать демоном или человеком он уже не сможет, но обычным лисом — вполне. А ты станешь полноправным владельцем его силы и больше не будешь зависеть от людей, — кицуне выжидающе уставился на мальчика. — Что нужно делать? — тоска в глазах Наруто сменялась решимостью во что бы то ни стало идти до конца. * * * Коноха постепенно оживала. Прошедший накануне праздник многих выбил из колеи, и оклемались они лишь к вечеру. Но это если говорить об обычных людях да о рядовых шиноби. Среди АНБУ понемногу нарастала паника: пропал носитель Девятихвостого. Нет, был шанс, что мальчишка куда-то спрятался от жаждущих его крови людей, но… Сенсоры его не чувствовали. Так не могло быть — джинчуурики для сенсоров что маяк в ночи. А тут пустота просто. Исчезновение Девятихвостого сулило в не особо далёком будущем массу проблем. Хокаге был мрачен, как никогда. Раньше мальчишка не доставлял проблем и никуда не исчезал. — Данзо… — Я найду джинчуурики. Но тогда ты позволишь забрать его в Корень. — Я уже сто раз говорил тебе, что… Хорошо. Главное — найди его. Без Девятихвостого в грядущей войне нам не выстоять. Особенно если он всплывёт где-нибудь на стороне. * * * Напряжение растекалось по улицам селения, заставляя людей настороженно озираться. Этому способствовали многочисленные безликие АНБУ, во множестве снующие по Конохе. Большинство лавок и заведений в этот день закрылись гораздо раньше обычного — их владельцы спешили скорее попасть домой, тихим шёпотом переговариваясь друг с другом. Страх мягко, почти невесомо ступил на мостовую, хищно облизываясь…. …Раздался испуганный вскрик неосторожного гуляки, сумасшедшего или экстремала, решившего, что никакой опасности нет, даже если всё говорит об обратном… …И этому крику вторил яростный рёв, поднявший в небо сотни испуганных птиц. Над скалой Хокаге взметнулись рыжие хвосты, и ужасающий Демон поднялся во весь рост. На каждом из хвостов, беспрестанно мечущихся и извивающихся так, что невозможно их было сосчитать, вспух огненный цветок, разрастаясь и сливаясь с другими в одно пылающее полотно. Демон раскрыл пасть, полную острых клыков и взревел так, что с жалобным звоном полопались окна во всех близлежащих кварталах. И слышалось в этом рёве обезумевшим от страха людям торжество и мрачное обещание. Демон прыгнул, поджав длинные худые лапы к телу. Огненное полотно потянулось следом, накрывая жилые кварталы и мечущихся по улицам людей. А чудовище уже бушевало в одном из заброшенных кварталов, раскидывая дома, словно щепки. Шиноби уже начали тушить пожары и выводить гражданских в убежища, а к Демону направился элитный отряд, который возглавлял Хокаге. Только вот… …Ударив в последний раз огненными хвостами, Лис исчез. * * * — Как же так, Кохаку, — мальчик едва не плакал. — Там же погибли люди! — А тебе их разве жалко? Именно они издевались над тобой, зачем их жалеть? Нет, успокойся. Никто не умрёт. Тебе всё-таки возвращаться сюда ещё придётся. Так что я спалил пару пустующих кварталов… И несколько жилых, но людей этот огонь почти не обжигает, не волнуйся. Потушат уже к утру все пожары, а раненные через пару дней из госпиталя выйдут. — Хорошо, — успокоился Наруто. — Теперь можно уходить? — Да. Тебя не будут искать, ибо если хвостатый вырывается из носителя, последний погибает. А нам пора. Я хочу до рассвета успеть к Священному источнику. — Священный источник? Что это? — Это место, где ёкай рождаются… и куда приходят умирать. — Разве ёкай не бессмертные? — А ты думаешь, что бессмертие — это благословение? Отнюдь. Спустя пару тысячелетий это становится проклятием. Реальным и очень страшным. Тогда-то и приходят ёкай умирать к Священному источнику, отправляясь на перерождение. Они могут начать жизнь с чистого листа. * * * Тёмная, мрачная пещера мало походила на представления Наруто о Священном источнике. Кохаку тянул его всё дальше от выхода, туда, где тьма становилась вовсе непроглядной. Под ногами мальчика с тихим хрустом рассыпались в пыль древние кости, Лис же напротив, ступал абсолютно бесшумно, прекрасно ориентируясь в темноте. Вскоре Наруто вовсе перестал что-либо видеть, и только ладонь Кохаку, тёплая и живая, давала понять, что он ещё не в царстве мёртвых. Спустя целую вечность пути Кохаку наконец остановился и зажёг на ладони крохотный огонёк. Наруто сощурил глаза постепенно привыкая к свету. Трепещущий огонёк почти не отражался в чёрной воде и отбрасывал зловещие тени во все стороны. Берега подземного озера были усеяны костями: тут были и животные и кто-то, похожий на людей. — Страшно? — голос Кохаку не отражался эхом, как следовало ожидать, а словно бы терялся во мраке. — Нет, — это была правда. Пусть это место и было не слишком уютно и гостеприимно, но… Здесь было спокойно. Мёртвенно спокойно. — Хорошо. Кохаку поставил Наруто к кромке воды, спиной к озеру, и начертил на лбу мальчика кандзи «Лиса» острым когтем. Горячая кровь побежала по лицу Наруто, но он даже не вздрогнул. Больно ему не было. — Будучи живым, нельзя родиться. Так что сначала нужно умереть. Не бойся. — Не боюсь. С тихим шелестом кинжал покинул ножны. — Умри, Лиса, умри… Без единого всплеска тело мальчика погрузилось в озеро. Чёрная вода сомкнулась над его головой. А по пещере всё разносилось печальное эхо. — Умри, умри, умри, умри, умри…