When You Wake (Когда ты проснешься)

      Кастиэль решил, что Дин Винчестер достоин спасения не только потому, что ему так приказали. Может быть, так и было сначала, но когда он встретил его в аду, когда увидел, как Дин мучает души для Аластора, все изменилось. Кастиэль ожидал, что почувствует отвращение, но все, что было — это сострадание, ибо все, что он видел — это разбитая душа. Но душа праведника.       Не только его отправили вытаскивать человека из ада, но это именно Кастиэлю дали задание спасти Дина Винчестера, это была его обязанность с самого рождения охотника. Поэтому решил лично найти Дина.       Это был тяжелый и кровавый бой. Многие демоны были убиты так же, как и многие ангелы. И Кастиэль оплакивал своих братьев и сестер, которые были потеряны навсегда, иногда задаваясь вопросом, стоил ли Дин Винчестер такой жертвы. И почти чувствовал презрение к охотнику, которому и дела не было до того, что Кастиэль терял своих солдат.       А потом это случилось. Кастиэль почувствовал, что Дин сошел с дыбы и сам взялся за клинок, чтобы пытать души. Ангела охватило опустошение, которое чуть не разорвало его на части. Он сожалел, что он не мог попасть туда раньше, не мог спасти Дина от самого себя.       Именно тогда ангелы начали сдаваться. Печать была сломана, и теперь им казалось, что не осталось причин спасать Дина Винчестера.       — Он нам нужен, — настаивал Кастиэль, — только человек, который начал все, сможет положить этому конец.       — Тогда мы обречены, — сказал начальник Кастиэля и развернувшись, просто ушел.       — Я не оставлю его там, — сказал ангел. — Никто не встанет рядом со мной и не доведет нашу миссию до конца?       — Вовремя ты решил быть послушным, Кастиэль, — сказала Наоми, уходя вслед за лидером. — Ты меня удивляешь. После всего твоего неповиновения.       — Дин Винчестер — не просто моя миссия, он и мой подопечный, — твердо сказал ей Кастиэль. — Я не уйду без него, — и развернувшись, он продолжил спускаться дальше в ад.       И был удивлен, обнаружив дюжину других ангелов за своей спиной. Он с благодарностью им кивнул, хотя Наоми и остальные ушли, не оглядываясь.       Ангелы продолжали сражаться, пока у них почти не осталось сил, они с трудом переставляли ноги. Стало настолько плохо, что последним из оставшихся в живых товарищам Кастиэля пришлось пожертвовать собой, сдерживая демонов, чтобы он мог идти вперед и завершить свою миссию. И Кастиэль дополз до самых глубин ада, где содержались самые ценные узники.       К тому времени, как он добрался туда, оплакивая своих погибших товарищей, большая часть его благодати иссякла, и он боялся, что если ему придется сражаться дальше, у него не будет сил забрать Дина Винчестера. Он был серьезно ранен, но у него не было ни сил, ни времени, что бы исцелить себя. Зло и тьма ада нанесли огромный урон его благодати, и ангелу оставалось только идти вперед.       Ему потребовалось много времени, чтобы найти Дина. Кастиэль не знал где его держат. Охотника не было среди заключенных, как ожидал ангел, и его не было в глубоких ямах, где демоны держали своих самых важных пленников. Но Кастиэль упорно искал, пока наконец не нашел его.       Кастиэль нашел камеру пыток и сначала увидел Аластора — главного палача. Ангел содрогнулся от тьмы и зла, которые исходили от этого демона. Аластар стоял у плеча молодого человека, и Кастиэль сначала решил, что это демон, но увидел свет, окружающий человеческую душу. Он еще не превратился в демона, но был запятнан и свет исчезал. Кастиэль знал, что он мучил другого человека, привязанного к дыбе по указанию Аластора. Но даже несмотря на это, Кастиэль узнал эту душу.       — Это, Дино, надо делать медленно и с наслаждением. Будет легче, когда ты привыкнешь.       Человек напрягся, когда Аластор взял его за руку, показывая, как использовать лезвие, но ничего не сказал. Кастиэль почувствовал печаль. Это действительно был Дин Винчестер. Он уже пал так низко?       Несмотря на то, что Кастиэль знал, чего ожидать, чувство поражения захлестнуло его, пока он прятался в своем укрытии. Он не успел спасти Дина от самого себя, и охотник непреднамеренно сломал первую печать, положив начала конца. Ангел потерпел неудачу и хуже того, он чувствовал, что подвел Дина Винчестера, поэтому не мог ненавидеть этого человека, несмотря на то, что тот делал сейчас. Не после того, как Кастиэль присматривал за ним и его младшим братом всю их жизнь. Дин был потерянной душой, которая нуждалась только в вере и помощи, и Кастиэль не смог этого обеспечить. Но он должен закончить миссию. Он, конечно, ожидал найти Дина Винчестера на дыбе Аластора, но даже теперь ничего не изменилось. Наоборот, это только придало ангелу решимости спасти охотника. Дин все еще был важен, и Кастиэль не собирался покидать ад без него.       Кастиэль услышал как приближаются демоны, поэтому решил найти место, чтобы спрятаться и не ввязываться в бой, который не мог выиграть.       Он не знал, сколько прошло времени прежде, чем он сбросил демонов со своего следа и нашел путь обратно туда, где держали Дина. Он наблюдал, как охотник мучает души, аура его души еще более потускнела, и Кастиэль увидел, что он пугающе искусен в этой работе. Ангел с замиранием сердца наблюдал, как Дин орудует лезвием. Потом к нему подошел Аластор и поздравил с хорошей работой, после чего отправил обратно в камеру.       Именно там они встретились лицом к лицу в первый раз. Ангел прокрался к камере, ожидая найти Дина Винчестера, отдыхающего между сменами, но увидел, как он свернулся в углу маленькой комнаты, обхватив руками колени и опустив на них голову. Кастиэль нахмурился, смотря на маленькую, жалкую фигуру.       — Дин Винчестер? — спросил он спокойно.       Дин резко вскочил на ноги, со свирепым рыком.       — Кто ты такой? — потребовал он ответа, настороженно изучая Кастиэля. — Ты не демон. Ты слишком… чист.       — Не демон, — сказал Кастиэль. — Я ангел Господень.       — Да, конечно, — фыркнул Дин. — Оставь меня в покое.       Кастиэль слегка растерялся.       — Ты не веришь мне?       — Черт возьми, нет, — усмехнулся Дин. — Не существует никаких ангелов.       — Но ты, очевидно, веришь в ад и демонов, — сказал ему Кастиэль. — В каждой тьме есть свет, Дин Винчестер.       — Ну, прости меня, если я больше не вижу никаких лучиков света, — прорычал Дин, снова садясь в угол. — Теперь уходи.       — Я пришел, чтобы забрать тебя из погибели, — твердо сказал ему Кастиэль, не двигаясь с места.       — Сначала купи мне ужин, и тогда я подумаю, — фыркнул Дин.       Кастиэль нахмурился, не понимая при чем тут еда, но все равно не сдвинулся с места.       — У тебя действительно нет веры? — печально спросил он. — Мне сказали, что ты праведник. Я предполагал…       — Ну, тогда ты неправильно предположил, — выплюнул Дин. — Я не праведник, и я прошел через слишком многое, чтобы сохранить веру. Но ты должен верить, что я убью тебя, если ты не уйдешь. Или это сделает Аластар.       При упоминании о наставнике он содрогнулся, но все же с угрозой уставился на Кастиэля.       Наконец, ангел вздохнул, зная, что ему придется уйти, чтобы его не обнаружили. Но он попытается снова склонить Дина на свою сторону.       — Хорошо, я уйду, но вернусь, — сказал Кастиэль. — Я не откажусь от веры в тебя, Дин Винчестер. Даже если у тебя ее нет.       Дин проигнорировал его, и Кастиэль снова почувствовал, что демоны приближаются, поэтому он быстро отошел от камеры и спрятался, ожидая, следующего раза, когда Дина засунут обратно в клетку.       Вскоре Кастиэлю снова в удалось подобраться к Дину поближе. Но подойдя к решетке камеры и заглянув внутрь, он обнаружил, что молодой человек снова свернулся в углу.       — Дин, — тихо сказал Кастиэль.       Мужчина поднял глаза и посмотрел на него дерзким взглядом. Но Кастиэль видел в нем страдание, ненависть к самому себе, и это разрывало душу ангела на части.       — Опять ты, — буркнул Дин. — Я сказал тебе проваливать. Я не тот, кого ты ищешь.       — Я выбрал тебя не случайно, это судьба, — пытался достучаться да него Кастиэль. — Ты должен пойти со мной, Дин, это очень важно. Ты нужен нам в битве на земле.       — Послушай, приятель, я не знаю, в какую игру ты играешь, но я не твой «праведник», и я уверен, что не собираюсь сражаться рядом с тобой. Я больше не буду бороться. Я пытался, но как видишь сдался, и теперь режу души для таких, как Аластор.       В его голосе была горечь и такая печаль, что ангел чуть не тонул в ней.       — Ты не веришь, что тебя нужно спасать, — грустно ответил Кастиэль, не задавая вопрос, а просто говоря очевидное. Он понял, что Дин чувствовал себя недостойным даже маленькой доброты.       Молодой человек рассмеялся, но это был глухой, горький звук.       — Спасать? Я не знаю, что ты принимаешь, пернатый, но не думаю, что я заслуживаю, чтобы меня поучали такие, как ты. Не говоря уже о билете отсюда. Не после того, что я сделал.       — Каждый заслуживает спасения, Дин, — тихо сказал ему Кастиэль.       — Ты ничего обо мне не знаешь, — прорычал Винчестер. — Теперь оставь меня в покое.       Кастиэль не должен был говорить это Дину, но ему нужно было, чтобы охотник доверял ему, поэтому оставался единственный способ.       — На самом деле, я много о тебе знаю. Я наблюдал за тобой годами, Дин. За тобой и твоим братом. Присматривал за вами.       — Без обид, но ты плохо справился со своей задачей, — сказал Дин, вставая и поворачиваясь к ангелу спиной.       Кастиэль сжал челюсть, не желая признавать, что этот комментарий причинял боль.       — Я не мог всегда быть рядом, и мне не всегда разрешалось вмешиваться, но я знаю тебя всю твою жизнь, Дин. И я знаю, что ты хороший человек, — он грустно улыбнулся. — Знаешь, твоя мать всегда говорила, что ангелы присматривают за тобой. Ты никогда ей не верил, но она была права.       Плечи Дина напряглись, но он не повернулся, и Кастиэль продолжил.       — Дин, если не можешь сделать это ни для кого другого, то сделай это для Сэма. Он нуждается в тебе, как и мы. Он будет вовлечен в эту войну, добровольно или нет, и ты нужен ему. Ты не хочешь, чтобы он делал это в одиночку.       — Заткнись, — сказал Дин.       Кастиэль вздохнул.       — Мне нужно, чтобы ты понял, Дин, пожалуйста, просто послушай…       — Нет, это ты послушай меня, пернатый, — сказал Дин, оборачиваясь и подходя к решетке, впиваясь взглядом в ангела. — Я никуда с тобой не пойду. Может ты вообще просто новые мучения, что они приготовили для меня, чтобы посмотреть смогу ли я выдержать еще немного. Так что не смей упоминать мою семью и держись от меня подальше.       Кастиэль смотрел, как он вернулся в свой угол и снова сел на пол.       — Меня зовут Кастиэль, Дин.       — Отлично, — сказал Дин с сарказмом. — Тогда держись от меня подальше, Кас.       Кастиэль снова почувствовал, что демоны близко, и с тяжелым сердцем знал, что ему нужно уходить.       — Пожалуйста, подумай, Дин. Я не уйду отсюда без тебя.       — Тогда наслаждайся своим пребыванием тут, — сказал Дин. — Может быть, если ты хорошо попросишь милашку Аластара, то он выделит тебе хорошую уютную комнату с дыбой и цепями.       Кастиэль повернулся и ушел, быстро скрываясь, когда демоны завернули за угол.       Он начал отчаиваться, что не сможет вытащить Дина из ада. Он знал, что может легко вытащить его силой, но было бы легче, если бы он смог заставить человека доверять ему. И так было достаточно трудно уйти, не говоря уже о том, чтобы делать это с буйным пассажиром. Но также ангел знал, что его время уходит. Чем дольше он оставался в аду, тем слабее становился, и его в любой момент могли схватить демоны. Он избегал их до сих пор по счастливой случайности, но знал, что это не будет длиться вечно.       Поэтому он ждал лучшей возможности поговорить с Дином, когда молодой человек будет более склонен слушать его. Эта возможность возникла однажды, когда он из своего укрытия слушал, как Дин разговаривал с Аластаром в камере пыток.       — Я работаю, Аластар, — настаивал Дин. — Чего еще ты от меня хочешь?       Демон ударил его по лицу.       — Немного уважения для начала. Ты просто не выкладываешься по полной, Дино. И ты был моим лучшим учеником. Не говори мне, что тебе нужен курс переподготовки.       Кастиэль видел, как плечи Дина напрягались и задрожали, и сердце ангела болело за молодого человека, когда он смотрел, как Дин энергично покачал головой.       — Нет, сэр. Просто… Просто скажи мне, что делать.       Аластар улыбнулся.       — Твой папа хорошо тебя научил послушанию, мой мальчик. А теперь докажи мне это. Возьми клинок и закончи работу, Дин.       Кастиэль не пропустил, как на лице Дина промелькнула боль, когда он отвернулся от главного палача и снова поднял клинок. Он расправил плечи, сжав челюсть и начал работать над человеком, прикованным к дыбе, пока по залам не разнеслось эхо криков. Кастиэль закрыл глаза, не в силах больше наблюдать внутреннюю борьбу Дина.       В тот раз, когда он пришел к камере Винчестера, молодой человек лежал на боку на тонком матраце, который ему дали. Одну руку он прижимал к телу, как будто пытался не развалится на кусочки, другой рукой он обхватил амулет, висевший на шее. Кастиэль был свидетелем того, как Дин получил подарок от Сэма, когда они были детьми. И вероятно, это был единственный источник утешения, оставшийся у охотника. Ангел молча стоял у камеры, прежде чем Дин заметил его и устало закрыл глаза.       — О, Боже, ты не собираешься так легко сдаваться, не так ли? — спросил молодой человек.       — Я просто хочу помочь тебе, Дин, — тихо сказал Кастиэль.       — Да, и использовать меня в качестве своего плаката для апокалипсиса или чего-то еще, — хмыкнул Дин.       Кастиэль вздохнул и сел рядом с решеткой камеры, спиной к Винчестеру.       — Я знаю, что ты страдаешь здесь, Дин. Может, даже больше, чем на дыбе Аластара.       — Да что ты можешь знать? –усмехнулся охотник.       — Я знаю, что тебе больно, и что ты не хочешь это делать. Это не твоя вина, Дин. Любой человек сломается под пытками, которым тебя подвергал Аластар. Ему приказали сломить тебя.       — Так ты говоришь, что у меня никогда не было ни шанса?       Кастиэль закрыл глаза, зная, что не может сказать Дину о том, что он сломал печать. Ангел не должен был, и не хотел вешать еще и этот груз на плечи Винчестера.       — Это был приказ Лилит. Но ты все еще можешь бороться и пойти со мной.       — И вместо этого быть твоим мальчиком на побегушках? — спросил Дин. — Без обид, но я на самом деле не собираюсь быть ангельским мальчиком.       — Думай, что хочешь, но в душе ты хороший человек, — сказал ему Кастиэль.       — Спасибо, наверное.       Кастиэль посмотрел на него через плечо.       — Что бы ты ни решил делать после возвращения, Дин, это будет твой выбор. Но я вытащу тебя отсюда в любом случае.       -Значит, у меня есть выбор?       — Будущее уже предопределено, и то, что должно произойти, случится, независимо от того, какой путь ты выберешь, — сказал ему Кастиэль.       — Ладно, Йода, — хмыкнул Дин, и Кастиэль услышал, как он сел.       — Кроме того, — сказал ангел, — ты нужен Сэму. Он… обречен ступить на темную тропу, и ты единственный, кто может отвести его от нее.       — Сэмми, — тихо прошептал Дин.       — Какую бы причину ты ни выбрал, Дин, ты должен вернуться. Твое существование не должно закончится здесь, в аду. Твоя любовь к Сэму привела тебя сюда, и это разрушает его.       — Замолчи, — прошептал Дин, и Кастиэль увидел, как он пытался обуздать свои эмоции.       — Мы не единственные, кто нуждается в тебе, Дин.       Винчестер долго молчал и ангел терпеливо ждал, когда он заговорит.       — Если я пойду с тобой, и это большое «если», ты можешь пообещать мне, что Сэм будет в порядке? Что этот «темный путь» или дерьмо судьбы, нависшее над ним, исчезнет? — наконец спросил он.       Кастиэль покосился на него.       — Я не могу обещать этого, Дин. Как и у тебя, у него своя судьба. Ее не так просто изменить.       — Значит, я ничего не смогу изменить? Для Сэмми? — потребовал Дин.       — Ты сможешь попробовать, — ответил Кастиэль. — Ты больше не будешь под контролем Аластара, ты можешь вернуться к добру. Ты и твой брат всегда делали добро, Дин, даже когда вы совершали ошибки. Вот почему мы нуждаемся в вас. Вы единственные, кто может нам помочь.       — Это слишком много, — сказал ему Дин, качая головой. — Прости, Кас, так тебя вроде зовут? Но с меня хватит. Все, к чему я прикасаюсь ломается, разрушается, хоть я и пытаюсь делать все с добрыми намерениями. У вас не будет ни шанса, если я буду в вашей команде. Так что, наверное, лучше мне остаться здесь.       — Дин…– Кастиэль хотел достучаться до охотника, но услышал, как по коридору кто-то идет. Он поднялся на ноги, инстинктивно выхватив из рукава клинок.       — Тебе лучше уйти, — сказал ему Дин. — Они убьют тебя, если найдут здесь.       — Я вернусь, — сказал ему Кастиэль.       — Да, я в этом уверен, — горько усмехнулся Дин.       Кастиэль отошел от камеры и двинулся к коридору, по которому обычно возвращался в свое укрытие, и тут буквально столкнулся нос к носу с высокой фигурой, стоявшей на его пути. Ангел поднял глаза и увидел улыбку Аластара. Кастиэль взмахнул клинком, но демон одной рукой схватил его за запястье, другой - вцепился в горло ангела и ударил его об стену. И у Кастиэля перехватило дыхание.       — Я думал, мне показался шорох перьев и запах праведности, — ухмыльнулся Аластар, сжимая запястье Кастиэля сильнее, пока его пальцы не опустили лезвие. — Привет, маленькая птичка.       Аластар втолкнул Кастиэля в одну из пыточных, подтащив к стене и грубо подняв руки над головой. Ангел сопротивлялся, но из-за долгого пребывания Кастиэля в аду он ослаб, и демон был сильнее его. И вскоре он оказался прикованным к стене, пытаясь подавить отчаяние, которое чувствовал при мысли, что все-таки потерпел неудачу.       Аластар держал ангельский клинок, осматривая серебряный металл с улыбкой на лице.       — Итак, ангел, как мне с тобой поступить? Что ты делаешь так далеко от дома?       Кастиэль дернулся в наручниках и демон усмехнулся.       — Енохианские символы. Ты никуда не пойдешь, маленькая птичка, — он прижал клинок к щеке Кастиэля. — Ты пришел за Дином, не так ли? Ты же понимаешь, что опоздал.       — Это не имеет значения, — сказал Кастиэль. — Он все равно остановит это.       Демон рассмеялся, проведя лезвием по щеке ангела и оставляя кровавый след. Тот поморщился, но не издал ни звука.       — О, пожалуйста. Ты с ним встречался? Он вряд ли способен остановить апокалипсис. Я об этом позаботился. Теперь он просто испорченный товар.       — Его можно спасти, — настаивал Кастиэль.       Демон улыбнулся, смотря на Кастиэля таким взглядом, что тот поежился.       — Почему бы нам не проверить это? Я приведу его и посмотрим к кому он побежит, — сказал Аластар, засовывая ангельский клинок себе за пояс и выходя из комнаты.       Кастиэль снова попытался освободиться, но кандалы не позволяли сдвинуться с места, и он, наконец, сдался, опираясь спиной о стену. Он ощущал сожаление от провала своей миссии. Но все чувства отошли на задний план, когда он увидел, как Аластар снова входит в комнату с Дином на буксире.       — Видишь, Дин? У меня есть для тебя маленький подарок, — ухмыльнулся демон и подтолкнул молодого человека вперед.       — Дин, — сказал Кастиэль, пытаясь выпрямиться.       Он видел на лице охотника гамму чувств, но не мог разобрать эти эмоции. Может быть, там была безнадежность. Кастиэль не был уверен в этом, но Дин сделал шаг назад, когда увидел ангела, висящего на цепях.       — Ты, — сказал он.       — Он беспокоил тебя, не так ли, мой мальчик? — снова обратился Аластар к Дину, положив руку ему на плечо и подтолкнув вперед так, чтобы он стоял всего в нескольких футах от Кастиэля. — Я поймал его, когда он прятался в коридорах. Я собирался сам о нем позаботиться, но подумал, что ты захочешь немного повеселиться.       — Зачем беспокоиться? — спросил Дин, отвернувшись от Кастиэля. — Вероятно, их здесь больше. Лучше избавиться от него сейчас.       У Кастиэля все сжалось внутри, от мысли, что Дин действительно хотел убить его. Но у Аластара были другие планы.       — О, нет, это было бы глупо, пустая трата возможностей. Вот почему я думаю, что ты должен это сделать, Дин, — он протянул охотнику ангельский клинок, но молодой человек не сделал никакого движения, чтобы взять его.       — Нет, — сказал он.       Аластар разозлился.       — Все что он сказал тебе — это ложь. Он не может вытащить тебя отсюда, ты принадлежишь мне, Дин, твоя душа принадлежит мне. И он всего лишь скромный солдат, ослабленный адом, и не способный причинить мне вред. Ты ему ничего не должен, и я твой хозяин.       — Он не стоит моего времени, — сказал Дин, — у меня уже есть работа.       Аластар схватил его за шею, притягивая вплотную к своему лицу.       — Не отворачивайся от меня, мальчик. Ты уже должен был усвоить этот урок. Теперь смотри, как он будет истекать кровью, как и все остальные, — Аластар медленно скользнул кончиком лезвия по груди Кастиэля, и ангел прикусил губу, чтобы не закричать. Дин смотрел широкими глазами на то, как кровь и благодать вытекают из пореза, как синее свечение резким контрастом светиться против темных черных и красных теней ада.       — Теперь ты, — снова предложил клинок Аластор.       — Почему? — спросил Дин, смотря демону в глаза. — Почему это так важно для тебя?       Аластар вскипел, грубо хватая Дина за горло и начиная его трясти.       — Ты смеешь меня допрашивать?       — Ты беспокоишься, что я могу выбрать его вместо тебя? — спросил Дин.       Демон замахнулся и ударил рукоятью лезвия по лицу Дина, швырнув его на землю. Винчестер свернулся калачиком, ожидая новых ударов, но Аластар схватил его за рубашку и снова поднял на ноги.       — Если ты не сделаешь, как я говорю, мальчик, ты вернешься прямо на дыбу. Ты понял?       Дин задрожал, но в глазах был вызов. Кастиэль молча наблюдал, как Дин снова упал от удара, и сердце ангела упало вместе с ним. Наконец, Дин взял клинок у Аластора и повернулся к Кастиэлю.       — Дин, ты не должен этого делать, — попытался сказать ему ангел.       — Я знаю, — сказал Дин, сжимая клинок.       Кастиэль почувствовал муку, которая исходила от человека, которого он должен был защищать. Но Дин внезапно развернулся и ударил рукояткой лезвия Аластара по голове. Демон вскрикнул от удивления, но Дин бил его снова и снова, пока демон не упал без сознания. Затем, Дин забрал с пояса Аластара ключи и повернулся к ангелу.       — Ты действительно можешь вытащить меня отсюда? — спросил Дин, прежде чем начать открывать кандалы. — Ты можешь вернуть меня домой живым? В то же тело и все остальное? Я немного сентиментален…       — Да, Дин, — сказал Кастиэль, его переполняло облегчение. — Я тебе не лгал. Но мы должны поторопиться.       Дин оглянулся на Аластара, и поспешил освободить Кастиэля, поддержав ангела, когда тот пошатнулся.       — Ты в порядке? — спросил Дин.       Кастиэль кивнул. Охотник вернул ему клинок и сказал:       — Ладно, я знаю где выход, и нас не увидят.       Кастиэль последовал за ним через боковую дверь в темный коридор.       — Могу я задать тебе один вопрос? — спросил Дин.       — Конечно, — сказал Кастиэль.       — Почему ты просто не вытащил меня оттуда? Я уверен, что ты мог бы это сделать. Так зачем ждать, пока я соглашусь пойти с тобой? И поверь мне, этого могло бы и не произойти. Я не знал, кто ты, черт возьми, такой, и у меня нет привычки брать конфеты у незнакомцев.       — Я наблюдал за тобой всю твою жизнь, Дин. И я знаю, что тебе нужно время, чтобы начать доверять. Я должен был подождать. Другие ангелы, вероятно, вытащили бы тебя сразу, но я… Ну, возможно, я не так хорошо выполняю приказы, но я верю, что другие вещи так же важны.       Дин слегка улыбнулся.       — Я это оценил. Тогда, наверное, я должен сказать спасибо.       Кастиэль ничего не ответил. Пребывание в аду не было для Дина курортом, но он точно не будет благодарить его, когда узнает, что ему нужно будет делать. И что на самом деле произошло, когда он сошел с дыбы.       Они добрались до конца коридора, и Кастиэль взял на себя инициативу, направившись вниз по другому боковому проходу. Он чувствовал выход и знал, что они почти свободны. Наконец, он остановился на последнем участке и повернулся к Дину.       — Выход будет трудным, — сказал он молодому человеку. - ты должен доверять мне.       — Похоже, у меня нет другого выбора, — криво усмехнулся тот.       — Дин, мне нужно, чтобы ты понял, — начал Кастиэль, — когда ты проснешься, то ничего не вспомнишь о том, как выбрался. Но мне нужно, чтобы ты доверял мне.       — Эй подожди, ты хочешь сказать, что я совсем тебя не вспомню? — спросил Дин. — Как, черт возьми, ты хочешь, чтобы я тебе доверял? Я даже не верил, что ангелы существуют.       — Я знаю, — сказал Кастиэль с грустной улыбкой. — Это называется «вера», Дин. Я надеюсь, что ты сможешь найти в себе доверие ко мне. Ты мой подопечный, и я буду заботиться о тебе и твоем брате, как и всегда. У тебя важная работа, Дин. Я постараюсь помочь тебе всем, чем смогу, но очень важно, чтобы ты принимал свои собственные решения.       Дин выглядел так, будто собирался протестовать, но потом вздохнул.       — Хорошо, тогда, я думаю, у меня нет особого выбора в этом вопросе. Так что… я увижу тебя наверху?       — Я найду тебя, когда ты проснешься, — кивнул ангел.       — Хорошо, тогда давай сделаем это, — прикусив губу, сказал охотник.       — Это может быть неприятно, — предупредил Кастиэль и протянув руку, крепко схватил Дина за плечо. Раздался шелест перьев и Кастиэль расправил крылья, а затем его рука раскалилась и оставила ожог на коже Дина, и тот не смог сдержать крика. Ангел слышал, как демоны снова приближались, знал, что им придется сражаться, чтобы выбраться. И он летел все выше и выше, и уже начал сомневаться, что сможет улететь, но не отпускал Дина. И наконец они оказались на поверхности, а затем…       Свет, воздух, лес и оглушительный звон взрыва эхом отозвался в ушах Кастиэля. Он стоял на коленях посреди расчищенного ударной волной участка земли, сжимая в руках шар света, что была душой человека, который был их единственной надеждой остановить апокалипсис.       Радость, облегчение и счастье нахлынули на него, и посмотрев на небо, Кастиэль произнес:       — Дин Винчестер спасен.       — Отличная работа, Кастиэль.       Ангел поднял глаза и увидел Захарию, стоявшего рядом с ним. Ангел стоял над разрытой могилой и жестом попросил Кастиэля присоединиться к нему.       Кастиэль, пошатываясь, встал, измученный, но счастливый, что не подвел ни своих товарищей, ни Дина.       — Мы оценили твое мужество. Все думали, что ты погиб, — сказал Захария таким тоном, что Кастиэль задался вопросом, надеялся ли он на это. Он никогда не любил Захарию.       — Я не мог позволить себе такую роскошь, — сказал он, присев у открытой могилы и увидев недавно восстановленное тело Дина. Охотник был все еще без сознания, но в целом на нем не было никаких ран, никаких шрамов, кроме душевных. Кастиэль хотя и хотел, но не мог забрать воспоминания об аде. И он знал, что Дин будет носить их в душе до самой смерти.       — Ну? У нас нет времени, чтобы тратить его впустую, — сказал Захария, и Кастиэль посмотрел в последний раз на человеческую душу в своих руках, а затем опустил ее к телу, наблюдая, как она вошла в Дина, и все его тело засветилось на мгновение. Потом все затихло и охотник просто спал, а не был мертв. От мысли, что Дин проснется один, без брата, без кого-либо рядом, Кастиэлю захотелось остаться. Возможно, ему не нужно забирать все воспоминания.       Кастиэль встал рядом с Захарией.       — Я должен доложить обо всем, — сказал он.       Захария положил руку ему на плечо, останавливая.       — Ты ничего не забыл, братишка?       Кастиэль невинно посмотрел на него, притворяясь, что не понимает о чем речь.       — О чем?       — Он не должен помнить тебя, Кастиэль, — сказал Захария.       Кастиэль посмотрел на тело Дина.       — Какой в этом вред, Захария? Разве это не породит больше доверия?       Вышестоящий ангел покачал головой, выглядя странно удовлетворенным.       — Это было бы неразумно. У него есть предназначение, Кастиэль, и ты не можешь ему помешать. Ты все равно будешь за ним присматривать, но начинать нужно с самого начала. Это единственный способ.       — Но он доверял мне, — сказал Кастиэль. — Дин не сходиться легко с незнакомцами. Было бы выгодно иметь хотя бы одного ангела, которому он доверяет…       — Таковы наши приказы, Кастиэль. Ты решил ослушаться?       Кастиэль тут же опустил глаза, смутно припоминая, как уже однажды ослушался приказа.       — Нет. Просто…       — Так проще, — сказал Захария, похлопав его по плечу, будто выражая сочувствие. — Но задача, стоящая перед ним, не будет легкой, и возможно, тебе придется делать что-то против его воли. Вам обоим будет легче, если он не вспомнит ваших дружеских бесед в аду.       Кастиэль промолчал, сжав челюсть, внутри него поднималось чувство непокорности. Другой ангел наклонился к нему.       — Сотри его воспоминания о спасении или это сделаю я, — сказал Захария. — А потом я заберу их и у тебя тоже.       Кастиэль почувствовал легкую панику и, наконец, кивнув, присел у могилы. Наклонившись вперед, он прижал руку ко лбу Дина.       — Прости, — прошептал он так тихо, чтобы Захария не услышал, закрыл глаза и стер воспоминания из головы Дина, но не настолько чисто, чтобы Винчестер не почувствовал определенного, непонятного доверия, когда увидит его в следующий раз. От ожога в форме отпечатка руки на плече Дина исходило слабое свечение — стоимость спасения Кастиэля. В конце концов, он был ангелом-хранителем Дина Винчестера, это было правильно.       Захария выглядел удовлетворенным послушанием Кастиеля. Когда нижестоящий ангел снова встал, Захария махнул рукой, вернув землю в могилу.       — Все сделано. Нам нужно идти, Кастиэль.       — Да, — тихо ответил тот, чувствуя, что он уже предал человека, который был его подопечным.       — Но сначала, — сказал Захария, крепко сжимая его плечо. — Нам нужно внести некоторые коррективы в твое послушание.       Кастиэль встревоженно посмотрел на него.       — Захария, пожалуйста, в этом нет необходимости. Я исполню свой долг, как и поклялся.       — О, я в этом уверен, Кастиэль. — Захария быстро улыбнулся, словно они говорили о пустяках. — Не волнуйся, ты будешь помнить важные части, а не те надоедливые эмоции, которые так часто мешают твоему суждению.       Кастиэль бросил последний взгляд на могилу, зная, что протест бесполезен, и позволил Захарии вернуть его на небеса, хотя все в нем протестовало.