Влюбись в меня, если осмелишься.

Чимин проходится по квартире Намджуна, оглядывая комнату за комнатой. Он замечает несколько фотографий, где начальник в компании двух парней. Наверное, друзья. В комнатах чисто, даже уютно. Пара книг на английском языке. — Я не думал, что у тебя будет так уютно, — растерянно замечает Пак. — Ждал, что я тут зарос грязью? — Намджун наливает себе немного виски и делает глоток. Он давно не пил, зато много не спал и думал. Это пострашнее любого алкоголя. Только дело в том, что Ким предпочитает осознавать реальность. — Скорее, чего-то холодного и отстраненного. Намджун пожимает плечами, ждет несколько минут, пока Чимин еще раз все внимательно осмотрит. Секретарь вновь зависает рядом с фотографиями. — Они живы? Намджун смеется, подходит со спины, внимательно смотрит на недовольное лицо Юнги и кивает: — Бледный крайне недоволен тем, что жив. Глазастый обожает жизнь. Они оба сейчас счастливы. Желают того же и мне. Ким усмехается и обнимает Чимина. Кладет голову ему на плечо и замирает. Внутри сердце не сделало скачок, из легких воздух все так же свободно выходит и входит. Никакой особой романтики от Пак Чимина нет. — С Хосоком я был другим человеком. Перестал пить, трахать баб и злить отца. Занялся работой после его смерти, научился заменять виски крепким кофе. Чимин кивает, сейчас ему, в отличие от Намджуна, тяжело дышать, сердце то боязливо бьется, то замирает в еще большем страхе. Паку больно чувствовать прикосновения чужих и холодных ладоней. — Мне кажется, ты зря позвал меня, — выдыхает Чимин, слегка отстраняясь. Намджун — хороший парень, явно умеющий любить и отдаваться своим чувствам, но для Пака этого мало. — Почему? — Потому что ты думаешь даже не о том, чтобы меня поскорее трахнуть. Это я бы тебе простил, — Чимин улыбается, разворачивается к Джуну и касается ладонью щеки мужчины. — Ты очень красивый, Ким Намджун. Чимин уходит, тихо прикрывая за собой дверь. Намджун же напивается, впервые за полтора года, до такого состояния, что ночью звонит Юнги и долго рыдает в трубку о том, как больно где-то в области груди. Мин не любит жалеть себя или других, но безумно хочет обнять своего друга. Тэхен на заднем плане вздыхает и тихо закрывает за собой дверь. Сейчас их стоит оставить наедине. Утром когда помятый Намджун заходит и просит кофе, Чимин уже сидит на рабочем месте. Пак кивает, приносит напиток, но без привычного смайлика или солнышка. Просто ставит чашку перед начальством и удаляется. Весь день они с Кимом не разговаривают, не соприкасаются без особой надобности. Только какие-то рабочие просьбы без лишних слов. К вечеру Чимин собирается домой, с кем-то созванивается и обещает быть дома вовремя. — У тебя кто-то есть? — Намджун стоит на пороге своего кабинета и смотрит на то, как Пак с улыбкой собирается домой. — Дома? Конечно. Ты же не думаешь, что я такой заботливый, потому что всю жизнь забочусь только о себе, правда? Намджун с минуту молчит, а после тихо спрашивает: — Какая она? — в том, что это девушка почему-то не было никаких сомнений. — Красивая. Улыбается всегда. Пишет кучу сообщений со смайликами. Мне всегда казалось, что человек не может быть настолько открытым и добрым, если пережил столько, сколько моя девочка. Оказывается, что может. Ким улыбается, потому что видит, что Чимин любит свою девушку так же сильно, как он когда-то любил Хосока. Хо тоже улыбался в последние дни своей болезни, ворчал смешно и морщил свой носик. — Я рад, что ты счастлив, — Намджун выдыхает тяжело, а Чимин с улыбкой подходит к нему, мягко касаясь его щеки, так же бережно и аккуратно, как прошлой ночью. — Ким Намджун, вы сами мешаете себе идти дальше. Влюбленных без взаимности так много, думаю, что у этих слов было продолжение, а ты взял самые удобные для себя, чтобы огородиться от всего мира. Намджун вздыхает, он все понимает. Уже сто раз перечитал эту фразу на стене, но так и не понял, что дальше. Как сделать этот шаг в пропасть, снова начать жить так, словно ничего и не было. — Было, хен. Всегда помни, что было. Чимин уходит. Снова тихо прикрывает за собой дверь, чуть хмурится, потому что устал и хочет поскорее оказаться дома. На пороге стоит девчонка. Ей лет шестнадцать, она радостно обнимает братика, забирает из его рук любимое мороженое и целует Чимина в щеку. Вечером Пак будет болтать с сестрой о том, какой его начальник бука, о том, как сложно с ним, как хочется его обнять. — Обнял бы давно. — Думаешь, он не убьет меня? — Я потом ему убью, засранец. Намджун в этот день не звонит Юнги. Не пишет и даже телефон выключает. Просто отдыхает, рассматривая потолок над головой. Во сне снова придет Хосок, вздохнет и будет ругаться. А утром Джун снова будет наблюдать за тем, как Чимин пишет сообщение и улыбается. Слишком нежно. — Хотите поехать со мной? — Пак появляется на пороге кабинета своего начальника. Может, уже хватит бегать. — Зачем? — Вам стоит кое-что узнать обо мне. Да и мне о вас тоже. — А твоя девушка? — Увидите и все поймете сами. Обещаю. Намджун не хочет ехать. Он уже представляет, как на пороге квартиры увидит красивую кореянку, может быть, беременную. Она будет улыбаться, целовать Чимина и говорить о том, какой он молодец. — Может быть, в другой раз? — В этот, Ким Намджун. Хочу сейчас. Поехали.