Новая Школа Магии

      Профессор Снейп активно расписывал своим ученикам все прелести такого потрясающего, по его мнению, предмета, как Защита от Тёмных Искусств!.. Мастер Тёмных Искусств, зеленоглазый расписывал детям все последствия того, что с ними может случиться, если они не будут знать этот предмет. Первокурсники, как завороженные, следили за своим профессором. А тот расхаживал по кабинету, выписывал пассы волшебной палочкой, высекая разноцветные искры и выводя в специально наколдованный им экран примеры того, с какими людьми и существами сталкивался лично. Среди них был и портрет Тёмного Лорда.       — Профессор Снейп!.. А Вы правда победили Воландеморта? — Со всей непосредственностью одиннадцатилетнего ребёнка спросил один мальчик с Пуффендуя. Гарри улыбнулся, этот вопрос ему задавали так часто…       — Верно, мистер Армингер. — Кивает он, и мальчишечьи глаза сверкают неподдельным интересом. О да. Те, кто не застал Тех Времён, всегда реагируют так. «А Вы — тот самый?!» «А это правда?»… В экране заклинания снова появился профиль мужчины с снежно-белым лицом, кроваво-красными глазами и змеиными ноздрями вместо нормального лица. А рядом с ним — профиль молодого парня с ярко-синими глазами и слегка вьющимися тёмными волосами. — Это Лорд Воландеморт, он же Томас Марволо Реддл. Он был талантливым магом, во многом даже гением… Просто ему однажды не повезло попасть туда, куда он попал. Его историю вы сможете прочесть сами, книга есть у нас в библиотеке. Победа над ним — далеко не только моя заслуга. Очень во многом помогали мне мои друзья и моя семья — большая часть из них преподаёт у вас остальные предметы. Остальная сейчас путешествует или работает на благо нашей страны. В прочем, конкретно историю Битвы Змей вы узнаете на третьем курсе на Истории Магии. А заклинания оттуда начнёте рассматривать в лучшем случае на пятом… А некоторые так вообще в Аврорате, если кто-то из Вас туда пойдёт. А теперь вернёмся к нашему уроку. К практике вам приступать сейчас не рекомендуется — для начала следует выучить базовые пассы палочкой, поэтому берите пергамент, перья и записывайте сегодняшнюю тему.       Снейп плавно дошёл до своего стола и сел на его край, начиная повествование… Над его головой то и дело вспыхивали схемы и изображения, которые требовалось перечертить на пергамент (или в тетрадь, у кого что было)… Он был хорошим преподавателем, об этом ему уже пару лет как говорили его ученики. К концу пары пергаменты первокурсников были исписаны полностью!.. Уж таким был этот маг Зельевар. У него просто нельзя было не знать предмет — настолько популярно он всё объяснял.       После второй пары был обед, и ученики младших курсов «реками» направлялись в Большой Зал, активно обсуждая то, что уже было у них в этот день. Ребята с гордыми лицами слушали о том, как первогодки восторгаются профессором Снейпом. О да! Их любимый профессор такой! Правда, за профессорским столом его на обеде не было… Как и большей части шестых-седьмых курсов. Вместо обеда у старших ребят были их специальные предметы — и Гарри вёл каждый из них сейчас, используя Маховик Времени, чтобы успеть одновременно присутствовать на четырёх различных парах. Таким уж он был человеком.       После обеда снова две общеобязательные пары… Он снова вёл Зельеварение, а в завершение дня — Трансфигурация с пятым курсом. Конечно, ученики, не привычные к его стилю образования на этом предмете, сначала не понимали, чего ожидать от него… Но постепенно они приспособились, и к концу пары уже работали почти идеально. А Гарри был ими вполне доволен. Итого, студенты уходили из его кабинета с живыми фигурками животных (из особо прочного разноцветного стекла), а профессор Снейп, дождавшись, когда они уйдут, осел на стол и закрыл лицо руками.       Улыбка сползла с его лица, уступив место усталости. Он никогда до этого не проводил за один день восемь пар, четыре из которых при помощи Маховика… Долго сидеть так он себя, правда, позволить тоже не мог. У него ещё одна «серия» специализированных пар, на каждой из которых он должен быть. Благо, сейчас один из этих предметов — Артефакторика, а в ней молодой маг чувствует себя почти так же хорошо, как и в Зельеварении.       — Добрый день, ученики! — Радостно объявил Снейп, входя в Артефакторскую мастерскую, которую за ночь переобустроил полностью под себя. Ну, и под своих учеников, конечно же. — Вы по мне скучали? — Подростки усмехнулись и закивали. Конечно, сегодня они уже виделись со своим профессором. — Я знаю, что скучали! Я по вам тоже! И так, приступим к нашему занятию. Сегодня, чтобы пощадить и вас, и меня, мы будем говорить только про теорию. К практике приступим на следующем занятии, когда ваш день будет менее загруженным и вы сможете спокойно заняться работой.       Словив с десяток обожающих взглядов, профессор привычно зажёг над собой «экран» и стал надиктовывать теорию, проявляя в «экране» схемы и символы. Артефакторика — точная и тонкая наука, намного точнее, чем Зельеварение, потому что на артефакт может повлиять даже малейшее колебание магии мастера… Но все студенты, пришедшие сюда, всё это знали. К тому же, Гарри всегда давал индивидуальные задания и помогал каждому по отдельности. И всегда исходил строго из способностей ученика.       Это был наилучший подход, особенно если учесть, что и уровень у студентов был разный — кто-то занимался первый год, кто-то уже третий… И так далее. После этой пары к Гарри подошёл Маркус, староста Когтеврана. Он был единственным старостой среди будущих артефакторов. И уже сейчас, благодаря занятиям со Снейпом (в том числе и личными, вне уроков), он обладал первой из двенадцати ступеней Мастерства.       — Профессор Снейп, я понимаю, что сейчас тяжёлое время. И пойму, если у Вас не будет времени на наши персональные занятия. — Весьма холодно начал Маркус, но Гарри знал, что на самом деле он очень добрый молодой человек. Просто замкнутый. И сейчас таким образом он проявляет заботу.       — Нет-нет, что ты! — Улыбается брюнет, привычно поправляя тонкие очки. Они чем-то похожи друг на друга, только один постоянно улыбается, а другой прячется за маской холода… — Для тебя у меня всегда найдётся время. Но предлагаю утвердить его в октябре, или в конце сентября, чтобы мы все успели привыкнуть к новой системе обучения, а я, если что, её подправить. Хорошо?       — Конечно, профессор! — Оглянувшись вокруг, Маркус убедился в том, что никого не осталось, и обнял своего учителя. Они с Гарри подружились почти сразу после того, как Снейп стал преподавать. — Мне очень жаль, Гарри. Ты всегда можешь со мной поговорить.       — Спасибо, Маркус. Спасибо. — Прикрыв зелёные глаза, он обнимает парня в ответ. А потом отстраняется, потому что знает — Макусу ещё много работать. А к кабинету направляется Драко. Да и ему самому пора бы пройти в директорский кабинет, чтобы успеть «словить» свои временные копии, которые тоже сейчас заканчивают преподавать в других кабинетах. — Спасибо. Иди, у нас обоих ещё много дел.       Они кивают друг другу, и Когтевранец, подхватив сумку с пола, уходит быстрым шагом. И как раз когда туда же направляется Гарри, к кабинету подходит Драко. Малфой непривычно тих, и ничего не говорит, пока они идут по коридорам в кабинет директора… Там Снейп на секунду замирает перед дверью, а потом заходит. Там уже никого нет, он сам только что отправился в прошлое — проводить урок Нумерологии.       — Что-то случилось, принцесса? — Улыбается Снейп, садясь за стол и просматривая отчёты за день. Отчёты ему составляла лично школа, облегчая задачу всем молодым не-профессорам.       — Да. Скажи мне, пожалуйста, сколько ты бодрствуешь сейчас на самом деле? Гарри, сколько раз ты поворачивал Маховик Времени?       — У меня сегодня было восемь «профильных» предметов, по четыре в одно время. — Спокойно сообщает он, дочитывая отчёт по урокам Чар. — Ты просто потрясающе справляешься с учениками, Драко!.. Не хочешь официально переустроиться к нам?       — Я подумаю. Гарри, ты не спишь больше двадцати восьми часов?       — Определённо. И я знаю, что сейчас мне надо отправиться лечь спать. Как и тебе, братишка. Не переживай, я только просмотрю документы, и сразу уйду! Обещаю.       Малфой, конечно, ему не верит. Слишком хорошо знает своего брата. Но… Но так же он знает, что убеждать того сейчас хоть в чём-то — бесполезно. Всё равно не послушает. Упрямый, как Северус!.. И почему что ему, что его отцу так «везёт» на лучших друзей? Упрямые, саркастичные, надменные!.. Но не смотря на это — преданнее и вернее друзей не найти. Удивительные сочетания качеств, что ещё сказать… Недовольно покачав головой, блондин уходит, а Гарри погружается в работу. Идти в комнату у него нет совершенно никакого желания.       Однако, ему всё же приходится. Через час, проверив все бумаги и переговорив с домовиками по поводу меню (слава Мерлину, хоть их не забрали!), он написал письмо для Молли, присматривающей сейчас за его детьми и детьми Герми и Рона, с целью узнать, не нужна ли помощь, отправил сову в Нору, написал своей команде Авроров, чтобы те завтра явились к нему для серьёзного разговора… И всё же заставил себя отправиться спать.       Комната встретила его тишиной и холодом… Взмах руки, и в камине горит огонь, но теплее почему-то не становится… Зажмурившись, он запрещает себе слёзы и идёт в душ. Волосы привычно смазывает средствами и сушит заклинанием, а потом минут десять сидит в ванной и расчёсывает их, не задумываясь о том, что всегда делал это только для Северуса — ему ведь так нравится перебирать его длинные мягкие волосы!.. Нет, сами длинные волосы нравились и самому бывшему Поттеру, а такой за ними уход вызван исключительно интересами супруга.       Привычная тонкая зелёная пижама кажется ему сегодня слишком холодной. Вместо неё Гарри натягивает на себя длинный чёрный свитер, который, в общем-то принадлежит Северусу, и фланелевые брюки. В таком виде забравшись в кровать, он обнимает подушку мужа, пряча в ней лицо, и убеждает себя в том, что влага, которую он чувствует, это не слёзы. Так он и засыпает, совершенно морально убитый отсутствием любимого человека рядом…

***

      Утро «директора по неосторожности» начинается с привычных ритуалов. Только на полтора часа раньше обычного. Заплетя чёрные волосы в косу-колосок, он накидывает на плечи длинную изумрудную мантию и отправляется в свой кабинет. Оттуда уже извещает Гермиону о том, что ему будет нужна её помощь, и вызывает свою команду. Авроры, уже давно к этому готовые, проходят через открывшийся камин.       На самом деле, Снейп не то чтобы возглавляет конкретно эту команду… Он — кто-то вроде куратора. Тот, кого вызывают при запаре, и он всё разруливает за два-три дня, успевая по ходу раскрыть с десяток дел. Или же тот, кто в праве самостоятельно вызвать кого угодно. Просто конкретно эти парни проходили практику вместе с ним, и он уверен в их надёжности.       — Гарри! Рады видеть! — Один из мужчин хлопает его по плечу. — А где твой муж? Это ж его кабинет!..       — Вот об этом я и хотел поговорить, Фокс. — Снейп сел на край стола, — что поделать, некоторые привычки остаются на всю жизнь, — и поведал Аврорам о том, что произошло. Они внимательно слушали, и Гарри знал — они уже продумывают план действий. — Сейчас у меня в школе работают лучшие люди, те, с кем я сам учился. Среди них и Гермиона Грейнджер-Уизли, наш Министр. Она подтвердит вам статус секретности этого дела, и можете приступать. Надеюсь, всем понятно, что меня уведомлять надо о каждом шаге, привлекать к делу при каждом удобном случае, а когда эти твари найдутся, закрыть глаза на самосуд?       — Конечно. — Кивает уже другой мужчина, слегка усмехаясь. — Мы ведь тебя знаем. Да и, раз тебя крышует Министр, ты можешь хоть что делать! Да, Поттер?       — Я уже давно Снейп, Симус. — Улыбается брюнет, и все они дружно смеются. Сколько бы лет не прошло, они так и будут из вредности называть своего школьного приятеля Поттером. Знают ведь, как того раздражает напоминание об «Избранном»!..       Стоит в двери войти Гермионе, смех стихает. Министр Магии, а ныне совмещающий профессор Истории Магии и Правоведенья, осведомляется о причинах раннего собрания «Военного Комитета», как в общественных кругах называется конкретно эта команда Авроров. Получив ответ, она, конечно же, подтверждает статус секретности и напоминает о том, что и Министр тоже должен знать всё о таком важном деле. Маги вновь смеются.       — Кто о чём, а мы не меняемся со школы! — Широко улыбается Дин, подходя обратно к камину. — Ладно, мы вас поняли, расследование начнём. Проверить Хог придём ночью, Гарри, встреть нас. А уже с завтра развернём деятельность. Учеников беспокоить не будем, не переживайте. Помним же, как сложно учиться. Особенно, когда вокруг что-то постоянно происходит, да, Гарри? — Он усмехается и берёт горсть Летучего Пороха. — Парни, за мной.       Авроры покидают директорский кабинет за минуту, а Гермиона и Гарри остаются. Какое-то время они обсуждают, что и как следует преподавать ученикам… По пути к Большому Залу два профессора, два политических деятеля и два школьных друга, наконец, приходят к общему мнению. Это ожидаемо, ведь они оба всегда славились своей любовью к учёбе.       Наблюдая за их словесной перепалкой, многие старшие ученики успокаиваются. Профессор Снейп ведёт себя почки как обычно, а значит, всё действительно под контролем. В прочем, мало кто думал о том, что у него может быть по-другому. Этот человек держит под контролем всё, всех и всяк!.. «Кроме себя», — добавил бы хорошо знающий его Драко. Но блондин просто догоняет их на входе в Зал и обнимает брата, выражая свою поддержку. Сейчас они все нужны Гарри как никогда.       Бросив взгляд на запястья брата, Малфой невольно улыбается. До сих пор в памяти живы сцены, в которых тогда ещё Поттер со всей своей непосредственностью морщился при одном виде чистых запястий. И те сцены, в которых он сам совершенно счастлив, после того, как его браслеты были сняты. Да уж, ради того, чтобы им с Северусом обрести друг друга, стоило немного пострадать. А ведь они с отцом всегда им говорили о том, что они — пара!.. Но это ладно. Они просто упрямые, как бараны. Вот и всё.       Это день пролетает почти так же, как и предыдущий, за исключением того, у каких классов кто преподаёт. Гарри в конце дня, между окончанием пар у своих профильников и началом ужина, выскальзывает на улицу. Защитный купол всё так же едва заметно мерцает, подпитываемый магией всей школы и его в частности. Сев на берегу озера, среди жёлтых и рыжих опавших листьев, он просто закрывает глаза и погружается в свои мысли. В напряжённые моменты это помогает.       Сейчас он вызывает воспоминания о том, как были похищены преподаватели. Мерцающие щиты, — десятки, если не сотни, — сильно тогда исказили его зрение, но сейчас он может примерно восстановить комбинацию чар, которые наложили на себя незваные гости. Конечно, только примерно, но это было уже что-то… Щелчок пальцев, и перед Снейпом появляется пергамент с Прытко Пишущим Пером. Он начал быстро надиктовывать названия чар, которые мог различить по своим воспоминаниям…       Поток его мыслей был прерван прилетевшей совой. Его собственной, той самой, которую он отправил Молли… Ну что за чудесная женщина? Поймав брошенное совой письмо, Снейп открыл его, а довольная сова улетела в совятню. На белоснежной бумаге аккуратным почерком миссис Уизли было выведено послание о том, как они проводят время.

      Гарри, дорогой, я очень рада, что ты написал нам! Лилианн и Альбус вместе варят зелья по учебнику, который вы с Северусом для них составили. Роза и Хьюго сейчас пытаются заниматься с ними, но ты знаешь своих детей, они прямо как вы — никому не дадут своих ингредиентов и инструментов! Такие душки, ты просто себе не представляешь! Лилианн научилась делать себе причёски, как ты — в колосок, в пучок, хвостик… В общем, всё, что ты показывал. И всё сама, всё сама! Когда я предложила ей помощь, она отказалась и сказала, что хочет сама, как папа. А вот Альбус начал летать на метле. Мне кажется, он будет таким же талантливым, как ты! Вообще, ваши с Северусом детки очень талантливые! И мне искренне жаль, что я не могла видеть тебя в детстве. Уверена, ты тогда был тоже невероятно умным мальчиком. Ох, прости, я что-то отвлеклась! Но, в любом случае, рада уже тому, что могу видеть тебя хотя бы взрослым. Ты спрашивал, смогу ли я привезти детей на каникулы в Хогвартс… Не поверишь, дорогой, Гермиона спросила у меня о том же! Так вот, отвечаю вам обоим — я с удовольствием это сделаю. А ещё, по твоему письму я поняла, что что-то у вас случилось… Я надеюсь, что ничего серьёзного. Но знай, что ты всегда можешь на нас рассчитывать! На всех нас, Гарри! С любовью, Молли.

      Улыбнувшись пергаменту, Снейп надиктовал Перу ответ для женщины, но на этот раз не стал гонять свою сову, а использовал свои чары, транспортируя конверт прямиком на кухню Норы. Их дети любили этот старенький домик. Все они любили этот старенький домик. Особенно потому, что у большинства из них — огромные мэноры, поместья и виллы…       Быстро закончив список тех чар, что он успел рассмотреть на посетителях, Гарри поспешил на ужин. Если он опоздает — Драко поднимет такой вой!.. Жуть просто. С другой стороны, это ведь Драко — его любимый заботливый братишка!.. Ему можно простить что угодно.       Что удивительно, самого Сиятельного Малфоя в Зале до сих пор не было!.. Зато Рон и Гермиона уже сидели за столом, как и чета Скамандеров и Джинни. Полумна улыбнулась ему и помахала рукой, приглашая сесть возле них и обсудить с ними что-то интересное. Снейп направился к ним. Почему бы и нет? Они ведь все тут друзья. Заодно отдаст Рольфу его защитные артефакты, которые позволят магозоологу покидать защитный купол и при необходимости немедленно возвращаться под него.       — Благодарю. — Кивает он и улыбается. Гарри невольно вспоминает портрет Ньюта Скамандера, понимая, насколько Рольф на того похож, и улыбается тоже. Вообще, в обществе друзей он редко бывает грустным. — Я хотел просить у Вас, не знаете ли Вы, есть ли поблизости какие-то редкие животные? Кроме Акромантулов. Так как временно мы приняли решение осесть тут, я хотел бы знать, чем можно заняться в свободное время.       — Насколько мне помнится, под школой обитает Король Змей, питомец Салазара Слизерина. В лесу есть, помимо Акромантулов, единороги, гиппогрифы, грифоны, дикие оборотни и многие другие. Наш «Запретный Лес» — просто кладезь с различными магическими существами, многих из которых не знаю и я сам. Что уже говорить, я не до конца уверен в том, всех ли обитателей Озера знаю!.. Но русалки меня не любят, я к ним больше не полезу. — Полумна рассмеялась и закивала, подтверждая слова друга.       — О да! Я помню, как они тебя встречали!.. Тебе правда не стоит снова к ним спускаться. А вот Рольф мог бы попробовать, если ты не против. Я же очень хочу с учениками отправиться на пастбище гиппогрифов! Как нас всех водил Хагрид, помнишь? Думаю, им понравится.       — Конечно, Луна, я с удовольствием выделю вам ещё артефактов, чтобы вы могли покидать купол вместе с учениками, оставаясь при этом под защитой. Я бы и сам с вами ходил…       — Но у тебя Нумерология, Руны и Высшее Зельеварение, я знаю. — Соглашается девушка, и Гарри даже не спрашивает, откуда она это знает. Это Луна. Она просто знает, вот и всё. Так что, невольный директор просто переводит тему. И вместо ужина он просто разговаривает с коллегами и друзьями; позже к ним присоединяется и Драко.       Вечером, придя в «свой» директорский кабинет, Снейп просто опускается на стул и сидит так с полчаса, бессильно глядя на рабочий стол… Надо бы подготовиться. Завтра у него практическое по Артефакторике, и его магический фн должен быть стабилен. Да и ближе к полуночи должны прийти Авроры, чтобы обследовать всё… Но он просто сидит и смотрит на стол.       Подняв палочку, он отправляет Патронус, — огромного змея, похожего более всего на Василиска, — куда-то вдаль, на поиски Северуса. Он так уже делал. Патронусы возвращались. И этот тоже вернётся, но пока его нет — у него есть надежда. И променять её хоть на что-то он просто не способен. Кто он сейчас без надежды? Ребёнок, который более всего на свете хочет оказаться в объятьях любимого человека. Спрятаться от всех проблем и ничего о них не слышать…       Но сейчас он так не может. Потому что он снова должен быть сильным. Сильным и для себя, и для Северуса. Потому что его Северусу нужна помощь, а значит, он должен сделать всё, что только сможет. А уже потом он обязательно выскажет мужу всё, что о нём думает, разрыдается и уснёт в тёплом кольце рук дня на три!.. Просто потому, что так будет можно. Потом.