Смотрящие солнечные сны

Отрада была освобождена. Первая победа не обошлась без потерь. Восемьсот девяносто семь солдат были ранены. Двести семь погибли или пропали без вести. Эта победа войдёт в историю, но она досталась не такой уж маленькой ценой. Новобранцам и не раненым солдатам приказали собрать все трупы и привести город в порядок. Смотреть на своих друзей, которые разломлены пополам, без нескольких конечностей и частей тел - ужасно невыносимо. Особенно на лица, полные ужаса. Жан не мог смотреть на это всё. Слишком противно. Но... видеть знакомое лицо было настолько больно, что грудь болезненно сжалась в судороге. Марко - его лучший друг. Возможно, до этого дня он так не считал, но не сейчас. Правой стороны трупа не было вообще, руки начали дрожать. Он никогда такого не чувствовал, ни к кому. Рикко заметила, что что-то не так. – Новобранец, ты знаешь его имя? Жан всё так же не мог поверить, что Марко мёртв, всего день назад он всё так же улыбался, всё так же говорил о том, как они все вместе будут гулять по столице. Тогда ему пришлось отправиться на помощь отряду зачистки. Его доброта его же и убила. – М-марко, Марко Ботт… Быстро записав имя кадета, девушка сказала продолжать работу и удалилась. Кирштайн не мог ничего делать, он не мог понять, почему погиб Марко? Его лучший друг, лучший брат Мей…Сознание тут же ослепило мыслями о ней - как ей сказать? Как она отреагирует на это? Тяжело было всем, даже самые стойкие ломались. Энни никогда не показывала эмоций, но по ней было видно, что она сожалеет, сожалеет о том, что не смогла помочь кому-то из них. Трупы сжигались на большом костре. Мей смотрела а огонь. Жан подошёл к ней и положил руку на плечо. – Мей... Марко... он... Ботт сразу же поняла, о чём хочет сказать Кирштайн, но всё равно не верила, что её единственный братик мёртв. –«Такого не может быть…» –повторяла себе она. Слёзы сами стали стекать с щёк и капать на землю. Жан не когда не видел Мей такой. Эрен чувствовал себя совершенно иначе. Нет, он почти ничего не чувствовал кроме тяжести. Но что-то резко заставило его проснуться. На стене перед ним горел факел, освещая помещение с каменными стенами. Перед глазами появились два силуэта, а после и чёткое изображение двух людей. Один из них стоял, опираясь на стену, а другой сидел на стуле, держа два ключа в руках. –Полагаю, у тебя много вопросов, – заговорил тот, что сидит. Обращался он к Эрену, а где Дженнифер? Моментально вспыхнула ярость и страх за свою любимую. Держать себя в руках достаточно трудно, тем более в такой обстановке. Решётка мешала нормально рассмотреть лица, но всё же Эрен старался не нервничать. Но до него дошло, кто эти люди… –Главнокомандующий Легионом Разведкорпуса Эрвин Смит и... Леви Капрал... Мечта детства Эрена Йегера только что сбылась. Он всегда считал их самыми сильными и свободными людьми во всех трёх стенах. Его воодушевляли такие люди, как они. А сейчас он видит их прямо перед собой. –Где это я и... Дженнифер? В первую очередь он сейчас беспокоился о ней. Знать, где она, недостаточно, но начнём с малого. А там уже и сами разберёмся. Капрал вообще смотрел куда-то в сторону, не замечая никого. Казалось, он тут стоит от скуки. Смит же ответил: –Думаю, ты сам видишь - это подземная тюрьма. Дженнифер Аккерман ещё без сознания, за неё не волнуйся. В небольшой комнатке, в которой находился Эрен с потолка свисали цепи и кандалы, а решётка говорила сама за себя. Эрвин, как всегда, выглядел серьёзно. Но беспокойство никуда не делось, а совсем наоборот, вышло на первый план. – Сейчас вы оба под юрисдикцией Военной Полиции. Нам наконец-то разрешили поговорить с тобой. Йегер обратил внимание на оковы. Любое движение рук приводило к противному лязганью цепей. Смит всё так же оставался серьёзным и невозмутимым. Леви на всё происходящее было, мягко говоря, всё равно. Смит поднял ключи так, чтобы Эрен их видел. – Твой ключик позже верну. В Шиганшине, в подвале Доктора Йегера находятся ответы на все наши вопросы о гигантах. Верно? Эрен задумался. Кажется, отец говорил ему что-то об этом. Но вспомнить всё точно и досконально не получиться никак. В голову приходили только обрывки воспоминаний и ничего больше. –Да, полагаю что это так. Отец говорил мне об этом. Леви наконец-то обратил на него внимание. Все равно казалось, что ему это скучно, стоять здесь и выслушивать какого-то пацана, который сам толком ничего не знает. Он как всегда был в своих мыслях и изредка вставлял некоторые комментарии. Он, так же, как и Эрен волновался за Дженнифер. Нет, она для него просто близкий человек, ничего более. – Да у тебя амнезия, а твой папаша как будто испарился, – Капрал говорил это так, что можно подумать, будто Йегер в этом виноват. Хотя нет, у него всегда такой голос. Эрен не воспринял это как оскорбление, скорее, как примечание. Эрвин посмотрел на Капрала. –Леви, мы уже сошлись на том, что у него нет причин нам лгать. Эрен, мы многого не знаем, но хотим выслушать тебя. Что ты собираешься сейчас делать? Смит никогда не задаёт простые вопросы, они всегда вводят в заблуждение и заставляют задуматься. Эрен не исключение. Он опустил глаза и не знал, что ему стоит ответить. – Чтобы добраться до твоего дома, нам нужно вернуть округ стены Мария. Так же, твой образ гиганта может понадобиться для того, чтобы запечатать брешь в стене. Мы считаем, что Бронированный и Колоссальный титаны тоже являются людьми. Эрен, от твоего решения зависит судьба всего человечества. Как поверить тому, что на тебе вся ответственность за человечество? Если сказать, что не намерен ничего делать, или ответить что хочешь что-либо сделать и помочь, то после так просто не откажешься от слов. В обоих случаях, ты возьмёшь вину на себя. Если на стены снова нападут, скажут: «Почему ты нам не помог?». Если согласишься, но не сможешь совершить задуманное, то скажут: «Зачем тогда брался?». «От моего решения... зависит судьба человечества?». По неизвестной причине, сознание стало воспроизводить самые ужасные моменты из жизни Эрена. Титан на его глазах сожрал маму... клятва убить их, стереть с лица земли каждого! –Эй, отвечай уже. Что ты хочешь сделать? – недовольно (впрочем, как всегда) сказал Леви. Эрен тяжело дышал, всё тело трясло, непонятно почему. Подняв взгляд, он твёрдо и уверенно ответил: –Я хочу в легион разведки, чтобы уничтожить всех гигантов, всех до единого! В глазах Леви сверкнула лёгкая искра. Это означает, что он заинтересован, такое не часто бывает. А если Леви интересно, то это значит, что уже завтра этот парнишка будет под его командованием. И не важно, кто будет его отстаивать, будь это даже сам король. –Да ну, не дурно. Так же равнодушно сказал Леви, продолжая опираться о стену. Эрвин заинтересовался не меньше, чем Капрал. Смит погрузился было в свои мысли, но его, как всегда, достал оттуда голос его подчинённого. –Эрвин, я, пожалуй, за него поручусь. Передай это «наверх». И не потому, что на него обрушилось моё доверие. Просто хочу быть рядом, когда его переклинит, чтобы выпустить кишки. Не думаю, что кто-то «на верху» будет против. Кроме меня его никто не остановит. Запрос принят, с этой минуты считай, что ты один из нас. У Эрена было лицо в стиле - «Что только что произошло?». Его давняя мечта сбылась, но ответственность рухнула на его плечи. На следующий день ничего не поменялось. В тюрьме так же темно и сыро. Выспаться нормально тоже не получилось, а как это сделать в кандалах? Правильно - никак. А чувство беспокойства никуда не делось. Как она там? А если ей плохо после превращения в титана? Ни одна мысль не давала покоя. Тем временем в городах была большая смута. Во многих газетах говорили, что титан встал на сторону людей, многие, что всё население Розы переберётся сюда, за стену Шина. В любом случае люди были не довольны этим. Микаса и Армин сидели за завтраком. – Эрена и Дженнифер? Под трибунал? За то, что они ценой своей жизни помогли человечеству?! Микасу просто бесило такое отношение. В совершенно неясной, непонятной никому ситуации они смогли сделать выбор и помочь закрыть брешь. А теперь их отдадут под трибунал, как каких-то преступников. – Насколько я знаю, они будут решать, что с ними делать, – Орен села рядом с Армином. Нога уже не так болела, но всё же доставляла не самые приятные ощущения при ходьбе. Ишии выясняла подробности у Закариаса, на что тот только пыхтел и отнекивался, но в итоге сдался под гнётом лиловых глаз. – Суд решит жить им или не жить, мы же будем присутствовать там как свидетели. Судить будет Дариус Закклай, если в жизни Эрена и Дженнифер, по его мнению, будет выгода,то их отпустят. Микаса разозлилась ещё больше. Расценивать жизнь, как кусок мяса? И не чью-то там, а жизнь её брата и хорошей подруги. Нет, она сделает всё, чтобы они остались в живых. Ничто её не остановит. Эрен, находясь в омуте своих мыслей, сначала даже и не услышал щелчка двери. Резко и неожиданно у решётки оказалась высокая женщина в очках. У неё был вид как у... да описать не возможно! Стёкла очков яростно блестели, а взгляд был направлен точно как на свою жертву. – Прости, ты Эрен да? Как ты? Прости ещё раз, мы заставили тебя так долго ждать. Голос женщины, не смотря на вид, был мягким и даже как-то успокоил. Она отпирала решётку, к ней подошёл мужчина. Выше её на голову, как минимум. – Ты должен будешь надеть вот это. Она просунула в решётку руку, держа кандалы. Эрена это ну вот не сколько не радовало, но что поделать. Стоя за пределами этих четырёх стен, в которых он провёл чуть ли не вечность, чувствовалась свобода. Пусть небольшая, но всё же. – Я майор Ханджи Зоэ, состою в легионе Разведки. А позади тебя Майк Закариас. К слову, Майк как раз обнюхивал Йегера. Эрен косился на него с опаской - мало ли, что у этого носатого мужика на уме. Он бы и продолжил если бы не грубый голос с противоположной стороны коридора. – Закариас, не пугай его. Не привычно видеть её такую, всю растрёпанную, с синяками под глазами и с бледной кожей. Не смотря на ситуацию Эрен был рад тому, что снова увидел свою любимую. Теперь и никакой трибунал не страшен, чего уж там - и сама смерть не имела значения. – Ох ты Дженни, с чего это ты его защищаешь? Не уж то вы парочка?! – начала, как всегда, лезть Зоэ, но видя позади идущего Капрала и несколько офицеров Военной Полиции, заткнулась. Майк одобрительно хмыкнул и выпрямился, больше не склоняясь над Йегером. Потому что знал, злая Дженнифер - это не только мелкие царапины, но ещё и рёв на весь корпус. – Вот жжешь... Мы уже пришли, жаль, что я не успела побольше расспросить, ну ладно, удачи вам обоим. Наконец-то Эрен мог видеть Дженнифер невредимой, хоть что-то пошло немного лучше, чем хорошо. До неё было всего пару шагов, и что-то подсказывает, что ему не дадут их свободно сделать. Трибунал - как много в этом слове. Вроде бы и страшно, а вроде бы и нет, просто волнение или реальный страх быть убитым на месте? Пока Эрен думал, их уже завели в зал суда. Дженнифер цыкнула и не довольно сказала: – Даже не расчесалась нормально. Эрен ей поражался - заботиться о волосах, возможно в последние минуты жизни? Это уже слишком. То есть её не волнует, что их сейчас будут судить, могут убить или вообще пустить на эксперименты? Увидев знакомые лица Армина, Микасы и Орен, беспокойство снизилось процентов на пять. Слишком много народу, слишком. И каждый смотрит на них, устремляя свой взгляд в лицо. Как же всё это бесило, каждому надо увидеть полу-титана полу-человека. «Если нас не убьют, я сдохну от стыда. Волосы даже не уложила!»