А тебе это надо?

      Мирэ вцепилась в школьный пиджак Соля до белых костяшек, до онемения в кончиках пальцев. Это была её первая поездка на мотоцикле, к которой она была совершенно не готова. Потому на данный момент ей было всё равно, насколько неприятен был тот факт, что она, сцепив руки, прижалась грудью к спине местного хулигана, которого презирала с тех пор, как его перевели в её школу где-то в середине девятого класса. Девушка ждала лишь конца маршрута, чтобы наконец открыть глаза, слезть с этой двухколёсной машины для самоубийства и пойти в ближайшее отделение полиции.       Мотоцикл подъехал к совершенно обычному многоквартирному жилому дому и остановился. Дом не выглядел богато, но и совсем уж бедно тоже. Обычный спальный район где-то в средней части Сеула. - Слезай, приехали, - спокойно скомандовал Соль, сняв с головы шлем и явив свету свои взлохмаченные и слегка взмокшие карамельные волосы. - Где мы? - спросила Мирэ, открыв глаза и отлипнув корпусом от водителя. Только затёкшие пальцы неохотно отцеплялись от его пиджака.       Хансоль приподнял у шлема Мирэ ставню, чтобы услышать, что говорит его спутница. - Тебя не слышно.       Девушка проигнорировала парня и не стала повторять вопрос, потому что ей на самом деле было без разницы, где они. Она уже думала, как ей сползти с мотоцикла на твёрдую землю и идти на ватных ногах в участок. - Это моё убежище, - будто угадав неуслышанный вопрос, сказал парень в ответ на её молчание, - Прежде, чем ты войдёшь в него, у меня есть пара правил. - Стоп. Я никуда. Заходить. Не буду. Я иду в полицию, - девушка сняла шлем и категорично отдала его Солю на вытянутых руках. После она решительно, но неуклюже пошла сама не пойми куда, главное - подальше от причины своих проблем. - Прежде, чем ты снова влипнешь в неприятности, скажи, зачем ты вообще покупала у меня эти конфеты? Раз ты вся такая принципиальная и правильная, - крикнул он ей в догонку. Девушка остановилась. - И что ты расскажешь в участке? Как хотела купить у меня дурь в личное пользование, потом ввязалась в драку с тремя хулиганами, уехала со мной на мотоцикле, хотя нам обоим нет восемнадцати? Мне продолжать или сама догадаешься, что будет дальше? Что ж валяй, иди в полицию, - сказал он подходя к стоящей Мирэ. - Тогда, я пойду домой. И забуду всё, как страшный сон... - Нееет, ты не поняла. Теперь за тобой тоже будут охотиться. - Охотиться! - девушка резко повернулась к парню, - Мы что в саванне?! Откуда такие страшные слова? Мы же в Корее, в одной из безопаснейших стран мира. Так почему из всех возможных жизненных ситуаций, я ввязалась именно в ту, где есть ты! - Между прочим, ты сама ко мне припёрлась, - заметил Соль, неестественно округлив в возмущении глаза, - и если бы не ты, мне бы не пришлось... - парень понял, что вот-вот перейдёт на крик, поэтому, чтобы не привлекать лишнего внимания, сжав от злости кулак, оборвался на полуслове и раздражённо вздохнул: "Что этой дуре объяснять?" - В общем. Если не хочешь проблем, лучше отсидись пока у меня. Поняла?       Девушка с досадой отвела глаза в сторону. С несчастным видом она думала о том, что если бы не её слабохарактерность, она бы не вмешалась во всю эту порошковую историю. Мирэ испугалась того, что может подумать о ней школа, которая видела, как она любезничает с Солем после занятий, с которых отпросилась пораньше, учителя, которые лояльно относились к ней, родители, которые возлагали на неё большие надежды. Теперь, возможно, от неё отвернётся и её друг Сокмин и.. Мингю, только не это! - Что застыла? Входи что ли, - Хансоль уже подошёл к двери в подъёзд. - Отвези меня домой, - грустно пробубнила Мирэ себе под нос. - Забыла про новых "друзей", которые только и рады узнать, где я или ты живёшь? Если поедем обратно, как раз на них наткнёмся с гарантией процентов в... шестьдесят. И откуда мне знать, что ты не пойдёшь в полицию и не наговоришь там кучу глупостей.       Девушка недовольно простонала от безысходности и по-детски капризно подёргалась на одном месте. - Не психуй. Я не умею ладить с детьми, поэтому просто заткнись и зайди наконец в хату. Пожа~луйста, - терпеливо, но нарочито неестественно протянул парень последнее слово, всем видом показывая, что в рот е*** все эти приличия, но если эти глупые формальности способны заставить её войти, то он скажет их. - Я не ребёнок. Я в выпускном классе уже. - Ой, да мне без разницы, ты идёшь или нет? - он сделал пригласительный жест рукой.       Девушка робко кивнула и медленно пошла к двери подъезда. «Ну, наконец!» - подумал парень, закатывая глаза и заходя в подъезд за ней.       Они ступили на порог Хансолева логова. Девушка, скрестив руки и сделавшись меньше, брезгливо оглядывала незнакомую квартиру. Казалось, будто она пришла в клуб под утро после того, как все разбежались. Возможно, она бы не удивилась, если бы где-нибудь возле стены валялось пьяное тело не сумевшего вписаться в дверь человека. Освещение в коридоре было недостаточным. Стены какие-то тёмные, то ли сливового, то ли бордового цвета. Длинный коридор кончался, резко переходя в комнату, где стояла незаправленная кровать с разбросанными вещами на ней; в углу стоял маленький холодильничек, какие бывают в отелях, и небольшой деревянный шкаф. Также была другая комната с диваном и большим телевизором Самсунг с приставкой для игр подле него. На полу обоих комнат также царствовал бардак. - Как я и говорил, у меня есть несколько правил. Первое - не истери и не указывай мне, что делать; если я захочу вейпить в комнате, то я буду вейпить в комнате. Второе - прежде, чем что-то трогать, спроси меня. Третье, ах чёрт. Это должно было идти первым. В общем правило бойцовского клуба - никому не рассказывать о бойцовском клубе.       Мирэ промолчала, будто пропустив мимо ушей то, что говорил ей хозяин квартиры. Её больше волновало чувство неприязни и брезгливости ко всему, что попадалось на глаза. Озираясь по сторонам, она не особо скрывала своё недовольство, которое чётко читалось на её поморщившимся лице. - Надеюсь, здесь на полу нет шприцев? - Я бы сказал, что ты можешь найти на полу, но боюсь, твоя детская психика окончательно сломается. - Ой, фу, прекрати! - О! Да ты не такая святая, как я думал! Заметь, я ничего не сказал, а ты уже о чём-то подумала, - парень ехидно улыбнулся девушке, а та в свою очередь покраснела от перемешанных между собой чувств стыда и злости. - Я конечно же имел в виду нестиранные носки. Ну, знаешь, не все парни такие правильные, как ты. Несмотря на неловкую паузу, парень продолжил, как ни в чём не бывало. - Выбери себе комнату, где переночуешь. У тебя есть друзья?       После этого вопроса девушка задумалась и, прекратив злиться, впала в какую-то вселенскую грусть. - У меня была подруга... - начала неуверенно Мирэ. - Вот, позвонишь родокам, скажешь, что остаёшься у неё на ночь. Дорамы сопливые смотреть. - Хорошо, - тихо согласилась она. Хансоль немного удивился такой нехарактерной для неё беспрекословности, ожидая всплеск агрессии и восклицания о том, что она не останется здесь на ночь. - Какую комнату выберешь? - в доме, как будто стало совсем тихо, и Хансоль немного напрягся от вдруг изменившейся обстановки. Девушка молча показала пальцем на комнату с диваном. - ... хорошо, - Хансоль внимательно изучал лицо Мирэ, пытаясь понять, что же поменялось в её настроении, но не найдя ответа, решил просто пока не говорить ей колкостей.       Ногой он расчистил путь к дивану от валяющихся на полу вещей, взял их в охапку и унёс на балкон, открыл занавески, и в комнате стало более-менее светло. - Я тогда принесу тебе вещи. Переоденешься? - аккуратно спросил он, девушка не спешила с ответом, - Они чистые, без базара. - Хорошо.       Соль медленно вышел, оставив девушку в комнате одну, и она достала свой телефон, чтобы позвонить маме и сообщить, что сегодня останется на ночь у Сохи. Вот только с Сохи они уже не общаются. Она, конечно, могла бы сказать, что останется у Сокмина, своего друга детства, что живёт практически напротив, но боялась, что мама может её не так понять. Ведь Сокмин ей всего лишь друг, а нравится ей совсем другой парень - Ким Мингю из параллели, лучший друг Сокмина и его одноклассник. Мингю раньше учился в школе для мальчиков и подрабатывал в цветочном магазине своего отца. Там она впервые и встретила свою любовь - Ким Мингю. А в прошлом году его перевели в её школу, и счастья не было предела. Вот только несмотря на то, что у них обоих лучший друг Сокмин, Мингю и Мирэ до сих пор не довелось нормально пообщаться.       В комнату вошёл Соль с вещами и положил их на спинку дивана. Девушка к этому моменту закончила говорить по телефону с мамой. - Короче, вот. Это моё, так что аккуратно. - Спасибо. - ... пожалуйста, - ему было непривычно слышать от такой девушки благодарность в свой адрес, поэтому он неловко пожал плечами. - Если захочешь есть, скажи. - Спасибо, - ещё раз отозвалась девушка, не поднимая на Хансоля грустных глаз. Он, скорчив на лице мемную ошарашенность, просто кивнул в пустоту, решив не дублировать свой прошлый ответ за ненадобностью, и вышел из комнаты.       Мирэ уже без брезгливости взяла одежду, приятно пахнущую кондиционером, и надела на себя. Чёрная футболка с белой абстракцией и какие-то серые треники представляли собой спортивный костюм, который, очевидно, был девушке великоват. Она подвернула штаны и повертелась перед телевизором, в чёрном экране которого, несмотря на матовый слой пыли, она увидела своё отражение. Убедившись, что не выглядит глупо, она вышла из комнаты искать хозяина квартиры. Мирэ нашла его на кухне уже переодевшегося в похожие тёмно-серые треники и оранжевую футболку с Томом и Джерри. Парень что-то неаккуратно кидал в кастрюлю и облизывал пальцы. - Ты живёшь здесь один? - М? Ты уже всё? Девушка кивнула. - Да, один. А что? - Я думала, что вы с семьёй живёте вместе... - А, не~ , он махнул рукой.       Мирэ стало интересно узнать о нём побольше, но как назло он не развивал ни одну интересующую её тему. Вопрос о семье - мах рукой, вопрос о квартире - туманный ответ. Глядя на него такого обычного, с детским принтом на футболке в тесной квартире, в голове не укладывалось, что он - сын крупного бизнесмена. Мирэ поймала себя на мысли, что она никогда не видела его в чём-то ещё, кроме школьной формы. Она всегда представляла, что он живёт в каком-нибудь неприлично богатом доме, где не снимает обувь и вечно ходит в школьном пиджаке (почему-то в мыслях более аккуратно застёгнутом, чем в школе), ест заграничные продукты, каждое утро насмешливо смотрит корейские новости и смеётся над бедными, как над юмористической передачей. А по субботам делает что-нибудь ужасное. - Тогда, почему ты этим занимаешься? - Чем? Готовкой? - Нет... Я имею в виду... - Я привык, что у меня есть деньги в кармане. Но отец не даёт их мне в последнее время из-за плохих оценок. - Думаешь, вытаскивать тебя из тюрьмы будет для него менее затратно, чем давать тебе карманные деньги?       Парень хотел сказать что-то очень неприятное, но сдержался, едва не хлопнув ладонью по кухонной тумбе, но вовремя просто облокотился на неё. - Знаешь, у меня всё под контролем. - раздражённо повысил он голос, - К тому же, я хотел завязать с этим в скором времени. Но вдруг ты возникла, блин... Зачем тебе это понадобилось? Я бы ещё понял, если бы ты была из богатеньких или совсем пропащая. - Не твоё дело, - отрезала девушка. - Представь себе, как раз моё! Эти парни прицепились к нам именно из-за тебя. - Из-за меня?! Это почему ещё? - Ты меня просила дать тебе кокс, полагаю? Конфеты, - пояснил Хансоль. - Ну, я не разбираюсь особо... Мне сказали взять у тебя дурь. Откуда я знаю её названия! - Так ты ещё и не знала, что тебе нужно было взять, хах, серьёзно? - раздражённо усмехнулся парень, и девушка виновато промолчала, - стал бы я бегать за мукой в ближайший супермаркет ради такой невежи. - За мукой? - А ты думала, где бы я достал тебе средь бела дня настоящий кокс? Это вообще-то серьёзное дело. Один раз мне пришлось передать пару пакетиков тем придуркам, но я сказал их поставщику, что больше этим заниматься не буду. А они, видать, думали, что я себе ещё припрятал. И когда увидели тебя, которая всем своим видом показывала: "Смотрите! У меня в руке белый порошок! Давай его всем покажем!", тут они и подошли. Короче, большое тебе спасибо, детка. Мы влипли. - Но почему ты продал мне муку?!       Парень не хотел отвечать, но девушка молчала, вынуждающе пялясь на парня немигающим взглядом. Хансоль вздохнул. - Потому что подумал, что ты брала себе... Хотел проучить. Чтобы ты разочаровалась и больше не просила.       Мирэ недолго стояла, глядя в одну точку и вдруг вспылила. - То есть ты меня обманул? Взял столько денег за обычную муку?! - возмутилась девушка. - Ты дура? - удивился парень, который ожидал противоположной реакции на своё откровение - Давай я перефразирую твой вопрос? Может, я просто не хотел, чтобы милая школьница стала наркоманкой? Как тебе такая точка зрения? - Хах, конечно, милая! Поэтому ты так презирающие на меня смотрел, когда я подошла? Потому что я милая, а не стрёмная, например, плоская или страшная по твоим меркам? - девушке не хотелось признавать то, что Соль мог оказаться не таким уж плохим. Ведь она укоренила в своём сознании совсем иное мнение. И так тяжело ей было отказаться от своих представлений. - Да, я не красотка, которыми ты, возможно, привык окружать себя. У меня не шестой размер груди. А все эти силиконовые куклы с вами ради огромных денег, которых ты сам не заработал! - Да-да, я прекрасно понял, что ты обо мне думаешь, - перебил её парень, покачивая головой, - по-твоему я тупой богатенький ребёнок, не умеющий ценить обычные людские ценности. Моральный урод, которому чуждо всё человеческое, а также сутенёр, убийца, враг народа, что ещё? Знаешь, думай так дальше, мне плевать. Я перед кем-либо, тем более перед тобой, оправдываться не собираюсь. Ты думаешь, что все богачи одинаковые, но на самом деле "одинаковые" это вы - завистливая толпа бедняков, которая исходится желчью от того, что кто-то успешнее вас. Тычите своими ценностями мне в лицо, говоря, какие вы хорошие, а я плохой. Думаешь, мне важен размер твоей груди? Судишь меня по себе? Комплексы заедают? Ещё я "обожаю" ваше двуличие. У вас же всегда на первом месте что? Гордость, семья, бла-бла-бла, родителям якобы есть дело до своих детей, в отличие от богатых, которым в принципе плевать, что делает их чадо, лишь бы не позорило их при гостях. И при этом я не понимаю, как в таких семьях ваши мамаши всегда пытаются подложить своих дочек под какого-нибудь богача в надежде, что дочь залетит, а ваши папаши твердят вам усердно учиться, чтобы получить хорошую профессию, при этом сами работают какими-нибудь херами в офисе, где никогда бы не работали, если бы не пошли в университет на "финансы". А зачем пошли на финансы? Правильно! Из-за жадности. Чтобы тоже стать богатыми. Естественно, не такими плохими богатыми, как я, мой отец. А принципиально другими - хорошими богатыми. Но на языке бедных это звучит "обеспечить семью". И ты, - парень подводил итог,- вся такая правильная, осуждаешь меня за продажу какой-то травы таким же ублюдкам, как я. При этом сама покупаешь у меня ту же самую траву, и тут же! осуждаешь меня за то, что я не рискнул портить твоё будущее наркотиками. А не пошла бы ты нахер? Одежду можешь себе оставить. У меня слишком много денег, чтобы носить одну и ту же одежду дважды. - саркастично бросил Соль, - А ту, которую носила ты, тем более никогда не надену.       В кастрюле давно кипела и выплёскивалась вода, будто олицетворяя выведенного из себя хозяина логова. Вскрыв пачку сухого рамёна, Хансоль раздражённо швырнул лапшу в кастрюлю и стал дальше, как ни в чём не бывало, готовить "обед бомжа". Девушке нечего было ответить или возразить на столь резкую тираду парня, ведь слова Хансоля сложно было оспорить. Ей было стыдно за свои недалёкие обвинения, поэтому она не смогла заставить себя уйти. В ней поселилась необходимость извиниться за сказанное.       Парень стал разрезать варёное яйцо, чтобы добавить его в блюдо, но порезался. - Айщ, ссс... - он преподнес палец ко рту и повернулся к двери, где до сих пор стояла девушка, - Ты ещё здесь? - удивился парень, разводя руками. - Прости меня, я была неправа... - заламывала она себе пальцы рук за спиной, чтобы скрыть волнение. -... нет, - недолго думая, ответил Соль. - Нет? - девушка подняла глаза. - Нет, - усмехнулся парень её удивлённому лицу, - если бы извинениями можно было бы решить все проблемы, зачем тогда нужна полиция? - ... - Это фраза из сериала. На самом деле полиция, такая же продажная херня, как твоя гордость. И никому она не нужна. - Неправда! И может, ты перестанешь ругаться матом? - Так блин! У меня было три правила, - он показал три пальца, - ты уже нарушила два - он показал "два". Первое - ты начала истерить, чем выбесила меня. Второе, - он загибал пальцы, - ты указываешь мне, что делать. Осталось ещё отпустить тебя домой, чтобы ты всем растрещала, где моя хата, и тогда я точно тебя придушу. - Ладно, ладно. Я молчу.

***

      Мирэ и Хансоль находились в разных комнатах. Девушка молча лежала с телефоном в руке на диване, не осмелившись зайти в беседу с одноклассниками. Вероятнее всего её Какао был забит вопросами о том, где она, что с ней, выполнила ли она задание и так далее. А ей сейчас хотелось подержать их в неведении. Не потому, что не хотела писать, что она дома у наркомана-Хансоля, как у них было принято называть его, а просто, чтобы заставить их побеспокоиться, почувствовать вину за то, что из-за них она попала в передрягу и теперь не отвечает. «Может, меня убили и изнасиловали хулиганы! Пускай помучаются» После этой мысли в руках у Мирэ зазвонил телефон. Это звонил Сокмин. «Ну, блин. Я же решила никому не отвечать, но его игнорить будет слишком жестоко. И он мой единственный друг на данный момент.» - Алло, - девушка приняла звонок. Сокмин дрожащим голосом спросил, где она сейчас находится. - Я... ну...       Голос в трубке признался, что приходил к Мирэ домой, узнать как она, но её не оказалось дома. Мама Мирэ сказала, что сегодня её дочь ночует у своей лучшей подруги, но Сокмин-то знает, что этого не может быть, ведь он звонил Сохи только что, чтобы проверить это. - Я скоро вернусь домой, обещаю. Не беспокойся за меня. «Как же глупо звучит эта просьба. Естественно он всё равно будет волноваться» - Я в безопасности... поверь, - просила его девушка, сама будучи не уверена в своих словах, - обещаю, со мной ничего не случится, и завтра я приду в школу. О! И не говори, пожалуйста маме, что я не у Сохи.       Ещё немного поуговаривая не предпринимать решительных действий по её спасению и поиску, девушка закончила разговор с другом и облегчённо выжоохнула. «Может, ребята простят мне завтра то, что я провалила задание... ведь я и так достаточно страдаю сейчас из-за них... Тупая игра... Да кто вообще позволил им манипулировать мной!» - Ты. - холодный голос внезапно появившегося Хансоля будто отвечал девушке на её вопрос, но он всего лишь пришёл спросить. - Есть будешь?

***

      За окном уже стемнело. Девушка доделывала свои уроки, как вдруг вспомнила, что у Соля её тетрадка по химии. Она пришла к нему в комнату забрать её. - Тебе ведь не нужна моя тетрадка, можешь её вернуть?       Парень протянул руку к ранцу и достал оттуда конспекты Мирэ. Он пролистал тетрадку, рассматривая аккуратные записи на каждой странице и остановился на странице с деньгами. - Деньги не отдам, будет тебе уроком на жизнь, - он свернул их и положил в карман. - Эй! Они не мои даже! - Тем более. - Это деньги ребят, что сказали мне купить у тебя дурь. Если я не купила, то я должна им вернуть. - Я тебе удивляюсь, тебе сказали, и ты пошла. У тебя точно с головой всё в порядке? - Мне пришлось... я проиграла им... - Игру? - Да. Мы играли с одноклассниками в правду или действие и подруга задала мне неудобный вопрос. Я должна была ответить честно, ведь она знала ответ. Но... я не могла сказать это при всех остальных. Для тех, кто не выполнил задание для правды или действия, предназначалось наказание. Чтобы играть было интереснее, наказания были очень жёсткие, чтобы никто не отказывался отвечать и выполнять действия. Я отказалась и моим наказанием было купить у тебя... - Ну, я понял, - перебил парень, - а дальше что? Будешь вечно под их дудку плясать? Что будет, если ты откажешься выполнять задание? - Подруга всем расскажет мой секрет. Ведь ей он не кажется серьёзным, ей весело. А я скорее всего до конца года буду чувствовать себя ужасно. - Мда, умеешь ты выбирать друзей... Надеюсь, секрет хотя бы правительственного уровня с пометкой "совершенно секретно". - ...       Парень продолжил листать тетрадку. Вглядевшись в конспекты, он понял, что написаны они весьма недурно и понятно, хотя химия была его слабым местом в списке школьных предметов. - Слушай, а ты разбираешься в химии, да? - Да. Моя мама фармацевт в аптеке. Я тоже хочу, когда закончу школу, пойти в медицинский институт. Поэтому я пытаюсь лучше учить соответствующие предметы. Тебе бы тоже не помешало образумиться. - О~ То есть твоя мама неплохо разбирается в веществах и имеет к ним доступ? - он заговорчески улыбнулся, - можешь попросить её кое-что достать? - С ума сошёл? Она не станет заниматься противозаконными действиями. - Жалко... ты, видимо, не в неё пошла, да? - пошутил парень - Да шучу я, господи, не надо на меня так смотреть!       Парень не отдавал тетрадку, а жадно разглядывал заметки по бокам от формул, выведенными красивой ручкой. Он сел, положив конспект на стол. - Что ты делаешь? - Мм, я образумился, - парень взял в руки вейп и, сделав затяжку, принялся читать. "И почему в учебниках также нормально нельзя написать?" - Между прочим это очень вредно. Он сделал ещё одну затяжку и беззлобно бросил, не отвлекаясь от чтения: - Не вреднее тебя, - снова затяжка, - Зануда. - Этот пар блокирует твои нейрорецепторы, запечатывая их на-все-гда. Даже сигареты не такие вредные для твоего мозга, как эта штука. Поэтому, если будешь злоупотреблять, очень быстро отупеешь. Хотя... "ты и так тупой",- подумала Мирэ. - Так! Правило номер два, забыла? Ты можешь уйти в другую комнату, если тебе что-то не нравится. Или хочешь, давай поговорим о том, как ты завтра скажешь одноклассникам, как купила муку, и твоя подруга разболтает твой секрет.       Мирэ надеялась, что когда завтра она придёт в школу, одноклассники, возможно, простят ей то, что она не достала им дури. Ведь смысл был в наказании, а не в результате, так? Зачем им сама дурь по факту? А наказание она уже сполна отхватила. Поэтому придумывать ей новое было бы нечестно. Девушка твёрдо решила, что теперь никакой шантаж на неё не подействует, ведь худшее уже случилось - Ким Мингю в ней разочаровался, определённо разочаровался. - Ну, вот. Ты расстроилась. Сама виновата. Девушка подошла к Солю и выхватила из рук вейп, села на край кровати и сделала глубокую затяжку, да такую резкую, что почти сразу же закашлялась. - Ну, ты, блин даёшь, киндер сюрприз. А как же "он вредный"? - Отвали... Кхх, Кхха... - Понял-понял... Хочешь ещё больше расстрою? Вы девушки обожаааете эту фигню, - парень предвкушал реакцию Мирэ на его следующие слова, - ты уже целовалась с парнем? Эта штука была у меня во рту только что. - Если ты про косвенный поцелуй, то я впервые целовалась с мальчиком ещё в детском саду. Но спасибо, что напомнил, - девушка демонстративно вытерла мундштук, - он же после тебя, - и сделала ехидное лицо. - От своих слюней уже вытираешь...       Какое-то время девушка ещё сидела в комнате парня, и они перебросились парой незначительных фраз. После этого девушка, успокоившись, отправилась в другую комнату спать.