Глава 43. Каждому свой трофей
29 января 2024 г., 17:10
Пока мы шли до чащи, я размышляла над тем, что мне рассказала Эврид. Интересно было узнать, как развивались её отношения с Вожаком. Да и поразил тот факт, что какой-то горе-учёный смог превратить её прошлого Рла в человека. Неужели в прошлом лучшие умы человечества настолько были чокнутые, что нашли способ создать такую микстуру для метаморфоз? Это же насколько надо быть отбитым на всю голову или иметь стопроцентный сдвиг по фазе, чтобы суметь создать такое и воплотить в жизнь? И ведь даже получилось у того учёного. Интересно, а как Ра'арх выглядел бы в образе человека? Хм… А это весьма хорошая пища для моих размышлений на досуге. Может как-нибудь попробовать нарисовать этот образ, который спроецирует моя неугомонная фантазия. Сексапильный, наверное, получится.
Две сотни циклов назад… Две, мать его, сотни! Это сколько же Эврид лет? Я только сейчас об этом задумалась. Если времяисчисление Охотников намного больше, чем у нас, то скоротечная житуха людишек ничто, по сравнению с их продолжительной многовековой жизнью. И тут у меня возникает вопрос насчёт меня и Ра'арха. Ему сейчас, как он обмолвился ранее, по нашим меркам, восьмой десяток с хвостом. И он по физической зрелости, можно сказать, схож с нашими тридцатипятилетними мужиками. Ну это так, навскидку. Так что же получается, я через пару десятков лет уже буду женщина в лета́х с пожилыми морщинами и, может, нарастающим маразмом, а он – всё ещё самцом в самом соку?! Однако… И что мне с этим делать? Как быть?
— Ты о чём так задумалась, что скрип твоих извилин аж мне слышен? — прерывает размышления внезапный вопрос Эврид, и я от неожиданности вздрагиваю, выпучив на неё глаза.
— Да так, — спустя минуту молчания отмахиваюсь, почесав затылок. — О мелочах жизни. — О! Прям подходящая фразочка. В тему. Надо и на этот счёт покумекать на досуге… А может и не надо… А то свихнусь от таких глубокомысленных дум о небытие. Но на душе сразу стало как-то гаденько и грустненько.
Благо мы уже дошли до места назначения, и перед моим взором возникло изумляющее количество наксов на ветках. Их было настолько много, что не успела я увидать эти вкуснейшие плоды, прятавшиеся средь крон низкорастущих деревьев, как сразу с жадностью налетела на них и стала с превеликим удовольствием набивать пузо. А эти фрукты мало того, что были сочными и вкусными, но ещё и очень калорийными и сытными. Вот только не подумала я о последствиях. Ведь после такого пира можно было точно застрять в кустах с диареей на па́ру. Блин, Кейт, опять ты сначала делаешь, а потом только думаешь о последствиях. Но надеюсь всё будет норм. А если что, придётся просить у Хирона какое-нибудь снадобье для помощи моему бедному желудку. Твою ж мать. Лишь бы Ра'арх не стал меня снова отчитывать за своевольность и глупость. Уж за ним не заржавеет.
— Ну что, пойдём обратно в поселение? — спрашивает Эврид, с тяжёлым вздохом поднявшись с земли, начиная торопливо отряхивать пятую точку.
— Да, а то нас пади обыскались, — утрирую я, лениво слезая с низкого деревца, на котором восседала до этого момента.
По пути обратно мне выпала возможность увидеть маленького пушистого зверька из семейства травоядных, что шустро проскакал на задних лапках мимо нас. Его острые ушки с кисточками были прижаты к голове, а тонкий хвост с клочком шерсти на конце будто заметал за собой следы. Вот среди крон вспорхнула птаха, громко крича и изумляя своим ярким оперением. Возле самого лица вдруг пролетела стайка милых насекомых, с ярко-жёлтыми и розовыми крыльями, оставляя за собой шлейф из сверкающей пыльцы. Блин. Словно я попала в волшебный, фэнтезийный мир. Не хватает фейечек и единорогов.
Но тут позади послышалось чьё-то грозное тихое рычание, заставив холодные мурашки пробежаться по спине. Оцепенев и резко остановившись, я и Эврид переглянулись с паникой в глазах. Оборачиваемся!.. А там… ни-ко-го.
— Может показалось? — выдаю полушёпотом, воровато оглядывая чащу.
— Не думаю, — насторожилась Эврид, пристально осматривая округу прищуренным взором. — Тем более сразу двоим показаться не может.
Вот чёрт! Неужели пресловутая неудача всё же решила поглумиться? А сейчас так вообще в одном месте сошлись две такие невезучие особы, как я и Эврид, в двукратном размере увеличивая риск приближения апокалипсиса. Комбо невезучести. Богини хаоса и пиздеца. Больше никак не скажешь.
Только мы немного подуспокоились и с облегчением выдохнули, сделав пару шагов по направлению выхода из чащи, как позади что-то быстро пронеслось, шурша кустами. Испуганно взвизгиваем и снова резко оборачиваемся. Душа ретировалась в пятки, а сердце начало долбить по висках. И опять никого. Лишь ближайший куст предательски покачивает своими веточками, намекая на то, что кто-то тут всё же шустро проскользнул, явно пытаясь запугать нас. Может это дурилка решил поизмываться?
— Гелл! Ты что ли? — ору я, заставив Эврид вздрогнуть от неожиданности. — А ну, выходи, поганец! — снова уже смелее выкрикиваю я, нахмуриваясь и делая несколько шагов вперёд. Но вокруг тишина. Даже птахи замолчали, что до этого радостно напевали наперебой свои трели. А вот это уже не к добру.
— Ке'иит, пойдём отсюда, — строго просит Эврид, и я подчиняюсь, делая спиной к ней несколько шагов обратно.
— Вы же сказали, что опасные зверюги днём спят, — напоминаю ей о недавних словах, кидая укоризненный взгляд.
— Чем к'жит не шутит. Лучше уходить отсюда.
— А как хоть выглядит эта хищная особь? — решаю полюбопытствовать, полностью повернувшись к самке, и тут за спиной раздаётся грозный и очень близкий рык, заставив оцепенеть.
— Вот так, — обречённо вздыхает Эврид, смотря куда-то за спину, и делает медленные шаги назад.
Не делая резких движений, словно заторможенная, поворачиваюсь назад и просто охреневаю, узрев нечто, похожее на дикую кошку вперемешку с химерой. Стоит на задних лапах, ростом больше меня, хищный оскал пасти кошелька, серо-бурая шерсть по всему телу, длинные тощие передние конечности с когтями наперевес и жёлтые глаза огоньки, остановившиеся на мне. Липкий страх окутал тело, сковывая цепями ужаса. Кровь отлила от рук и ног, а сердце пропустило удар, заколотившись птахой в груди.
— Мать моя альбиноска! Чтоб меня прикладом винтовки долбанули по хлебучке, — выдаю на одном дыхании, продолжая пялиться на эту химеру. — Что делать? Бежать?
— Нет! Мы в её глазах жертвы. И если побежать, она погонится за нами, — оповещает Эврид, медленно доставая свои кинжалы из-за спины.
— Да она порвёт нас и нашими костями не поперхнётся, если смахнёмся с ней!
— Тогда бежим?
— Ага!
И мы обе срываемся с места, помчав вперёд со всех ног, услышав грозный короткий рык, сменившийся на тяжёлую быструю поступь погони. Мельком оборачиваюсь назад и замечаю зверюгу, что неслась за нами на четвереньках, обильно разбрызгивая слюну во все стороны. Твою дивизию! Да за что мне такое наказание? Оборачиваюсь обратно и чуть не врезаюсь в ствол дерева, но вовремя даю команду своему телу, чтобы удачно обогнуть препятствие и понестись дальше. Кусты папоротника стали цепляться за ноги, до бесячества мешая передвижению. Ещё приходилось перепрыгивать корни деревьев, чтобы не запнуться об них и не распластался на земле, перед этим взрыхлив её носом. Горло уже начало саднить от быстрого бега, лёгкие отзывались болью. А лес всё не заканчивался. Нет! Так продолжаться не может.
Схватив остатки храбрости за горло, нахмуриваюсь и хватаю плазмо-пушку с бедра. Ну, была не была.
— Эврид, приготовь кинжалы! — кричу яутке, что бежала наравне со мной, и она награждает меня шокированным взглядом.
Снова мельком обернувшись, замечаю, что химера почти нагнала нас, чуть ли не хватая за пятку. Впереди замечаю накренённый ствол дерева. План импровизации и стратегии возник лампочкой над головой. Добегаю до дерева, делаю рывок, хватаясь левой рукой за его ствол, и даю телу команду обогнуть дерево. Вид коры сменяется на осклабленную морду зверюги, что в прыжке выставила вперёд когти для атаки. Поднимаю правую руку и в полёте нажимаю на спусковой крючок. А дальше всё, словно в замедленном действии: сгусток плазмы летит в химеру, Эврид ловко отталкивается ногами от этого же ствола дерева, за который я держалась, и совершает прыжок, взмахивая кинжалами. Плазма достигает цели и, лишь опалив бурую шкурку, откидывает животинку назад. Эврид накидывается на неё, вонзая кинжалы, и зверюга болезненно взвывает, отшвыривая яутку до ближайшего дерева. Снова выстреливаю плазмой, но химера шустро поднимается на лапы и ловко порскает в сторону. Ещё выстрел, и вновь зверюга хитро уворачивается, шмыгая в кусты. А затем резко вылетает, заставая врасплох, и в прыжке настигает меня, припечатывая лапой к земле, схватив за горло и впившись когтями. Пасть кошелёк угрожающе раскрывается, и зверюга оглашает округу громким рёвом прямо мне в лицо.
— Фу! Ты хоть бы зубы почистил! — выдаю свои мысли вслух, а затем химеру откидывает в сторону добротным пинком Эврид, что молниеносно настигла её в прыжке.
— Ты в порядке? — скомкано интересуется она, когда я поднялась, хватаясь за щёку, где что-то резко защипало. Смотрю на пальцы, а там кровь. Вот кошка драная. Коцнула меня когтищами.
Тем временем противник подрывается и начинает глухо шипеть, в ответ получив точно такое же шипение от Эврид. Она и так может? Вот же удивительный этот народ науду. Миг, и зверюга вновь кинулась на нас, я ухожу от удара когтистой лапы, а Эврид ловко оказывается за спиной зверя, запрыгивая на холку. Химера начинает рычать, бесноваться, вертясь и пытаясь сбросить яутку с себя. Сумев ухватить Эврид за ногу, вражина дёргает её на себя, но та держится за неё мёртвой хваткой за шею, вдобавок затем вонзив один из кинжалов в холку. Зверюга рявкает, психует. Вскидываю пушку и с прищуренным глазом прицеливаюсь. Выстрел, и плазма попадает противнику в ногу, ранив и заставив конечность подогнуться, от чего химера взвизгивает и заваливается набок, а Эврид изворачивается и впечатывает кинжал ей прямо в глотку, с булькающим звуком перерезая горло. Ой, аж противно стало.
Тяжело дыша, яутка выпрямляется и пристально смотрит на поверженное существо. А затем садиться на корточки, хватает зверюгу за торчащие острые уши и мастерски отрубает голову, обильно разбрызгивая кровь химеры по листьям кустов и папоротнику.
— Зачем было так делать? — еле сдержав рвотный рефлекс, пропискиваю, возвращая плазмо-пистолет на место.
— Это будет моим трофеем, — довольно оскаливается Эврид, любуясь отрубленной башкой, подняв её на уровне глаз, а кровь из разрезанного горла обильно полилась на землю.
И тут я не сдержалась, рванув в ближайший куст, чтобы опорожнить набитый фруктами желудок.
— Не поняла? Чего это тебя так стошнило? — вопрошает Эврид, хмуро взирая на меня, когда я вылезла из кустов, вытираясь тыльной стороной руки, приводя дыхание в порядок. — Ты там не беременна случаем?!
— Пресвятые херувимы! Вы чего? — заголосила я, шокировано шарахаясь назад. — С чего такие выводы?
— Просто меня во время беременности всегда тошнило от вида крови. А если учитывать, что у вас с Ра'архом явно было соитие, то такой вывод напрашивается сам.
— Да бросьте, — отмахиваюсь я, начиная люто смущаться. — У меня чип вживлён в левое плечо от зачатия и болезней, передающихся половым путём. — Демонстрирую упомянутую часть тела.
— А, тогда ладно, — даже как-то расстроенно отозвалась она. — Хотя было бы классно, — окончательно добивает Эврид, ошеломляя меня до предела. Ничего себе. Из огня да в полымя! Она правда расстроилась?!
— А разве это возможно, чтобы я смогла забеременеть от Ра'арха?
— Вполне! — снова ошарашивает яутка, насмешливо фыркнув. — Забыла? Наши генотипы очень схожи.
— Не-е-е, — протягиваю я, начиная яро размахивать перед собой руками в отрицании. — Вы не обижайтесь, но я не гожусь на роль матери. Да и это большая роскошь для меня, учитывая мой образ жизни «вечно на волоске от смерти». Да и я… Я даже и не планировала в ближайшее время обзавестись отпрысками.
— Ну, это твоё решение, Ке'иит. И я не вправе тебя осуждать, потому что сама до рождения Ра'арха отнекивалась любыми способами от потомства. Ты только об этом чипе не говори Хирону, — почти прошептала она, подавшись ближе ко мне. — А то он – додельник такой, что сразу вытащит его из твоего тела. Потому что у него бзик на самок репродуктивного возраста, которые не хотят рожать по своим личным причинам.
— Учту, — буркаю, нервно сглотнув.
И тут как зашелестит трава впереди, что я и Эврид сразу вздрогнули, приняв боевые стойки с оружием наизготовку. У меня аж опять со страху сердце в пятки ушло. А это три Охотника вдруг нарисовались: Хулт'ах, Гелл и… Тодинд… Кажется, так его звали. Остановились и шокировано пялятся на нас, тяжело дыша. А мы на них. О-о-о! Чую, щас мы отгребём люлей.
— КАКОГО К'ЖИТА ВЫ ТУТ ДЕЛАЕТЕ?! — прогремел свирепый рык Вожака, словно гром среди ясного неба, заставив содрогнуться и невольно вжать голову в плечи. Ох ёпт. Я чуть не обгадилась на месте.
— Эм… Мы это…
— За наксами ходили, — дрожащим голосом продолжила мои слова Эврид, а затем я и она, словно по команде, переводим взгляд на валяющийся трупик животинки. После чего яутка посмотрела уже на голову, которую продолжала держать в руке. — Зато я трофеем разжилась, — расплывается она в самой приветливой улыбке, демонстрируя башку.
— Живо идите обратно в поселение! — снова горланит Вожак, прожигая очень и очень недобрым взглядом. У-у-у! Это пипец, товарищи. Высочество в бешенстве. Теперь нагоняя явно не избежать.
Вздохнув печально и потупив глаза, я и Эврид подчинились, медленно обойдя разъярённо рычащего Вожака, укоризненно покачивающего головой Гелла и странно ухмыляющегося Тодинда. И почапали вперёд, виновато опустив головы, а за нами последовали Охотники. Меня аж озноб начал пробирать от чёткого ощущения рассерженного взгляда в спину. Будто я и Эврид нашкодившие детишки, которых поймали родители и теперь сопровождают до дома. Хоть не отчитывают.
— Как вы вообще посмели уйти, не предупредив никого?! — летят укоры в спину от Хулт'аха. Всё же решили отчитать. — Венра! — рявкает он резко, что мы обе снова синхронно вздрагиваем. — Ты знала, что там обитают эти твари. Какого к'жита попёрлась туда, ещё и вторую неудачницу потащила за собой?
— М-да, Эврид. Заставила ты нас всех поволноваться, — подвякивает зеленокожий Охотник.
— Ой, хотя бы ты, Тодинд, не нуди, — бубнит на него Эврид, посмотрев через плечо. — Отчитываете, как детёнышей.
— Кнутом отходить вас обеих надо! — рычит угрожающе Хулт'ах, и Эврид резко останавливается, метнув на него гневный взор.
— А вот это не смей. Даже не упоминай об этом, — злобно гырчит она, явно разозлившись. Всё бы ничего, да только после её заявления, Вожак грозно взрыкивает и хватается за свой хлыст, приводя в боеготовность.
— Нет, Хулт'ах! НЕТ!!! — Тут же подскакиваю к нему, заслоняя собой Эврид и сцапывая его руку с хлыстом.
— Ты ещё будешь указывать мне?! — тотчас рассвирепел лидер.
— Ой-ё-ё-ёй! — визжу пискляво, когда Вожак шустро схватил меня за шиворот, как нашкодившего котёнка, и поднял на уровне глаз. Эврид попыталась встрять и заступиться, но её постигла та же участь.
— Да пусти ты, к'житов аттури! — взбеленилась яутка, совершив попытку стукнуть Вожака с ноги в живот, да только её тут же откидывают в сторону, прямиком в руки к зеленокожему Охотнику, сразу схватившем Эврид, не дав вырваться. А на меня уставились кроваво-алые омуты, пронзившие искрами злобы, заставив нутро сжаться в комок.
— Решила погеройствовать? Не думаешь, что это очень опрометчиво с твоей стороны – вставать на пути того, кто в разы сильнее тебя? — рычит Вожак, продолжая удерживать меня за шиворот.
— Я только хотела предотвратить вашу ошибку! — заявляю со всей серьёзностью, сыскав в себе последние отголоски храбрости. — Хулт'ах, прошу, перестаньте быть таким вспыльчивым, — молю его спокойным тоном, состроив обиженную моську, глядя без страха в испепеляющие алые глаза. — Вы же умный и рассудительный лидер, а не малолетний слюнтяй с зашкваром гормонов, что машет бездумно кнутом направо и налево. Да, мы виноваты, что заставили вас волноваться, поступив глупо и отправившись в опасное место, не подумав о последствиях… Простите нас… Пожалуйста, — снова понуро опускаю глаза в пол, виновато поджав губы. — Но ведь всё обошлось, — опять направляю на него умилительный взгляд, награждая мягкой улыбкой, и лидер меняется в лице, смиряя гнев и обречённо вздыхая. — А если вы сейчас осуществите правосудие избиением нас с Эврид кнутом, об этом точно узнает Ра'арх, и ваши с ним отношения окончательно будут испорчены. Неужели наша глупость стоит того, чтобы сын возненавидел вас?
На удивление Вожак стоял и молча слушал тираду моих наставлений. При этом не спуская своего строгого взора, от которого хотелось съёжиться, а не чувствовать себя мошкой в руках такого сильного и могущественного воина. Но Хулт'ах ещё с минуту задумчиво взирал на меня, продолжая держать мою персону за воротник. А потом его взгляд смягчился. Тяжело вздохнув, он, наконец, поставил меня на землю и отвернулся.
— Бегом в поселение, — уже совершенно спокойно провозгласил он, смотря в никуда.
— Хорошо, Вожак, — покорно лепечу, слегка склонив голову. Надо добиться его благосклонности. Я вообще удивлена, что он послушал меня и присмирел.
— Ну-ка быстро убрал от Эврид свои лапища, Тодинд! — снова взбеленился Хулт'ах, угрожающе раскрыв жвала в сторону зеленокожего сородича, при этом шустро выдёргивая из его рук яутку и прислоняя её к себе.
— Вожак, я даже ничего не сделал ей, — провозгласил в свою защиту самец, побеждённо подняв лапки кверху.
— Пф! Теперь понятно, в кого Ра'арх такой ревнивый.
— Что ты сказала?! — гаркает Хулт'ах.
— Н-ничего! — Тут же ретируюсь я в сторону выхода из леса, дабы не получить по шее за свой длинный язык без костей. Ох, опять ты, Кейт, сначала ляпаешь, а потом думаешь.
***
Когда мы вышли из леса и вернулись в поселение, наше шествие не осталось без внимания присутствующих на площади молодняка и самок, что сидели поодаль в поросших густым вьюном беседках. Молодые самцы просто глянули на нас, укоризненно качнули косматыми гривами и продолжили общение между собой. А вот самки начали переговариваться и откровенно посмеиваться над нами. Ух, больше всего это раздражает, когда какие-то выскочки начинают глумиться и придумывать невесть что. Да ну их. Плевать. — Сид'минд, отведи Ке'иит в медотсек и обработай ей раны на лице, — подал голос Вожак, удивив тем фактом, что успел заметить царапины у меня на щеке. Вот же глазастый. Хотя, чего я удивляюсь. Что сын, что отец – сразу всё замечают. — А ты, Венра, иди в наши покои, — уже со строгостью обратился он к Эврид, хмуря на неё надбровные дуги. — Я и так туда собиралась, — пробурчала себе под нос яутка, демонстративно фыркнула, вильнула бёдрами и гордо продефилировала в сторону ещё неизвестных мне построек, держа в руке отрубленную голову зверюги. Захожу в медотсек и молча плюхаюсь на ту самую кушетку, на которой дрыхла ранее. Вздыхаю, поднимая взор, и напарываюсь на две пары заинтересованных глаз. Галло смотрел на меня с ехидством, а вот проснувшийся Смугляш – изучающе и с подозрением. — И где уже успела схлопотать когтями по лицу? — прозвучал в наушнике недовольный вопрос, произнесённый Ра'архом, и я непроизвольно вздрагиваю от пробирающего до мозга костей голоса. — Неужели успела нарваться на кого-то из местных? — Ну, дружище, можно и так сказать, — хекнул Гелл, взял с полки стеллажа колбочки, салфетки и, подойдя ко мне, начал осторожно обрабатывать царапины. — Так! Если надо будет, я сама расскажу, — бурчу на дурня, награждая хмурым взором. Вот же балабол. Всё сейчас выдаст. — Тогда соизволь объясниться! — рычит Ра'арх, повышая тон. — Опять вляпалась в очередной рьет, Богиня неудач? Ты хоть понимаешь, что здесь тебе надо быть сдержаннее и не вытворять глупостей. Господи Иисусе. Снова начал свою нудню. Да что же он отчитывает меня, как малолетку какую-то?! — Знаешь что, я бы попросила не повышать тон на своего командира! — выхожу из себя, метнув на Ра'арха озлобленный взгляд. — А ты не веди себя, как глупая уманка! — зарычал пуще прежнего Смугляш, расправляя жвала. — Что опять натворила?! — Да ничего! — КЕ'ИИТ!!! — Да что ж такое?! — сразу психую, гневно стукнув ладонями по кушетке, от чего Гелл оторвался от своего дела и отошёл на шаг назад, давая хороший обзор на капсулу. — Просто за наксами ходила с твоей матерью. А там зверюга злющая нам повстречалась. — О, Кетану! Какой Каинде тебя укусил, что ты решила пойти в этот лес? — гырчит вновь Ра'арх, слегка приподнявшись на локтях. — Это твоя мама предложила, — объявляю с абсолютным спокойствием, и Смугляш явственно изумляется, округляя глаза и выдавая удивлённую трель. — Но мы вместе завалили эту кошку драную, — не без гордости заявляю, складывая перед собой руки. И только обречённо вздохнувший Смугляш хотел начать новую тираду высказываний, как дверь медотсека отворилась, и в неё вошла Ирида, привлекая наше внимание. — Приветствую вас всех, — пролепетала она, слегка поклонившись, и её взгляд останавливается на Галло. — Ты тот самый кибернетик, о котором я слышала ранее? — Подошла она к нему, в то время как Галло отвлёкся от голограмм и повернулся к самке, недоверчиво взирая на неё. — Ты, однажды, помог брату моей подруги, сделав для него протез руки, которой он лишился в бою. А когда я узнала, что ты прилетел на Аттур, чтобы помочь сыну Вожака, — мельком посмотрела она в сторону Ра'арха, — я решила поблагодарить тебя от имени своей подруги и принести угощение. — И тут она протянула ему один из контейнеров, что до этого времени держала в руках. — Меня зовут Ирида. Я из клана «Ледяных клинков», что располагался на севере. — Галло, — коротко и безэмоционально буркнул умник, но всё же принял контейнер и поставил его возле себя, а Ирида сразу заметно засмущалась, заправляя прядку волос за ушко. Хо-хо! Кажись она импонирует этому умнику. Любопытненько. — А это тебе, — вдруг повернулась она ко мне и подошла ближе, протягивая второй контейнер. Ничего себе. Удивила прям. — Это передала тебе Мармен – главная самка поселения. В благодарность за помощь в спасении самок нашего клана. — Эм… — хотела я что-то сказать, но сразу запнулась, вспомнив, что Ирида не сможет понять меня, так как у неё не было переводчика. Точно! Я знаю выход из этой ситуации. — Гелл, как, по-вашему, будет «спасибо»? — обращаюсь резко к нему, при этом целесообразно вытащив свой переводчик из уха, чтобы услышать, как это слово звучит на их языке. — Сидмийер, — растерянно выдаёт он, недоумевая от происходящего. — Сидмийер, — повторяю я следом, склонив благодарно голову перед Иридой и приняв её угощение. А она наградила меня мягкой улыбкой. Значит, я правильно сказала. — Слышала, что ты вместе с Эврид ходила в лес, и вы нарвались на хищного зверя, — снова обратилась ко мне Ирида, удивляя осведомлённостью. Быстро же тут слухи разносятся. — Вон и царапины вижу на твоей щеке, — сощурившись, склонила она голову набок. А мне оставалось лишь пожать обречённо плечами и мило улыбнуться. — Не думаешь, что это очень опрометчиво с твоей стороны – разгуливать везде и всюду, ничего не зная о местных опасностях? — Чего?! Она решила отчитать меня? — Я бы тебе посоветовала быть более благоразумней. А то поступаешь, как глупая, недальновидная самка. Как после её слов захохотал Ра'арх. А я сижу и охреневаю от дерзости этой аттурианки. Учить меня вздумала? Глупой считает? Огорошила так огорошила. — Ты не обижайся, — смягчила она тон и по-дружески положила свою ладонь мне на плечо. — Я всегда говорю всё прямо. Просто хотела дать тебе совет: не встревать в неприятности. Особенно здесь, на Аттуре, где живёт большинство тех, кто недолюбливает уманов. И они не потерпят, если ты начнёшь им дерзить. Так что лучше будь поаккуратней. Зашибись. Обласкала, а потом такая: «Не обижайся!». А раньше я воспринимала её как вполне спокойную самку, тихую и покорную. А на деле она оказалась полной противоположностью. И главное, подставила меня сначала с этим кремом, а потом ещё и учить вздумала. Капец. Мне же оставалось только промолчать. Хотя я бы ей с удовольствием сказала «пару ласковых». Да только не поймёт она. Надо будет Эврид попросить научить меня их ругательствам. Пригодиться может в дальнейшем. Тем временем, Ирида вздыхает, расплывается в улыбке, словно только что удачно выполнила миссию, и снова подходит к Галло, у которого явственно напряглись булки, судя по тому, как он оцепенел и уставился на довольную самку, при этом выпрямившись и сомкнув жвала к клыкам. — А ты выходишь иногда на улицу, чтобы подышать свежим воздухом? — лукаво лепечет она ему, складывая ручки за спину. — Я работаю, — фыркает на это умник, указывая на голограммы. — Я, конечно, всё понимаю! — затараторила сразу Ирида, выставив руки перед собой. — Просто, если вдруг решишь прогуляться, я с удовольствием составлю тебе компанию. О-о-о-о! Чую, попахиет свиданкой. Хе-хе! Не иначе Ирида решила охмурить умника. А тот аж растерялся, как мальчишка. Сидит на высоком табурете и провожает ошеломлённым взглядом самку, которая демонстративно крутанула бёдрами, заискивающе убирая рукой тёмные волосы назад, и задефилировала на выход. Гелл сразу плюхается на кушетку возле меня, и я замечаю, как его верхние жвала начинают ползти вверх, а ехидный взгляд упирается в кибернетика. О! Тоже заметил подкаты самки? — Гелл? — Тычу ему локтем под рёбра, расплываясь в коварной ухмылке. — Кажись, у нашего умника появилась поклонница, — начинаю я глумливо хихикать. — А он – придурок. Тупит и не догадывается, какое «счастье» ему сейчас привалило, — поддерживает дурилка, подавшись ближе ко мне, вызывая у меня неконтролируемое ехидное гыгыканье. — Я вообще-то всё слышу! — гавкает раздражённо Галло, начиная злобно шипеть на нас и скалиться. Мы же с дурилкой, как по команде, хлопаем ладонью об ладонь и начинаем тупо давить ехидную лыбу. Поглумиться мы любим. Это уж у нас не отнять. — О-о-о! Спелись, к'жит вас дери, — раздражённо рычит Ра'арх, фыркая и отворачиваясь. — Ведёте себя, как детёныши малые. — Да что ты злющий такой, Ра'арх? — психую на него. А потом кладу контейнер на кушетку, подхожу к капсуле и вскарабкиваюсь в неё, нахально усевшись на Смугляшку чуть ниже имеющихся у него на животе бинтов, от чего Ра'арх сначала напрягся, издав короткое кряканье, а потом наградил ошеломлённым взглядом, замирая в капсуле. — Ке'иит, ты что творишь? — оторопело вопрошает Гелл, подходя к нам ближе. — Да что ему будет? Я же не тяжёлая. Да и Ра'арх всё равно ничего не чувствует. — Ну тогда сочувствую тебе, друг, — снова отчего-то глумиться Гелл, смотря на сразу поменявшегося в лице Смугляшку, метнувшего в него незримые искры из алых глаз. — А что не так? — прихожу в смятение, глядя на Гелла, что решил капитулировать к столу напротив, опираясь на столешницу лапищами и прислоняясь спиной. Стоит теперь, скалится довольно. — Хоть нижние конечности Ра'арха и парализованы, но «остальное» ведь всё в норме, — продолжил лукавить дурень. — А действие Сезона никто не отменял, — добавляет он, заискивающе подёргав надбровными дугами. — А-а-а-а, так вот чего ты такой раздражённый, — доходит до меня, и я перевожу взгляд на насупившегося Смугляшку. — Может ты соизволишь встать, Ке'иит? — басит Ра'арх, начиная глухо рычать, а когтями впивается в бортики капсулы и с противным скрежетом проводит по ним. — Снова с огнём играешь, стервозина. Честно? Меня так подмывало поиздеваться над Смугляшкой. Да только в помещении мы сейчас не одни, а с двумя посторонними наблюдателями, один из которых стал недовольно рычать, а второй – хамовато посмеиваться. Ладно, не буду нагнетать обстановку. Печально вздохнув, надумываю спрыгнуть с капсулы, но в последний момент, будто бы невзначай (но всё же специально), кладу ладонь прямо на пах Смугляшки и отталкиваюсь от него, слегка надавив. — Да ты издеваешься?! — в одночасье гаркает тот и тут же замахивается рукой, приподнимаясь на локтях, чтобы садануть по моей пятой точке. Предугадав его задумку, сразу ретируюсь с капсулы, ловко уворачиваясь от «лапы правосудия», начиная нагло ржать. — Ну хорошо, Ке'иит. Запомни, встану на ноги, посмотрим, кто будет смеяться последним, потому что я тебе обязательно напомню ту ночь на склоне! И тут я резко замолкаю, ошеломлённо смотря в алые глаза, в которых плясало ехидство. Блин, нет! Только не та самая бессонная развратная ночь! Как вспомню эти семь раз подряд, так волосы дыбом встают. Вот чёрт, действительно погорячилась, не подумав о возмездии. А ведь он точно об этом вспомнит. Прочищаю горло и усаживаюсь на кушетку. А Гелл, ни с того ни с сего, начинает булькающе гоготать. Чего это он? Позднее зажигание у него? — Я тут вспомнил случай, когда мы были ещё юнцами, — начал излагать он, поборов смех. — Галло тогда решил заглянуть в душевую к самкам, чтобы втихаря поглазеть на них в неглиже, а там была моя сестра Вира… — О, Кетану. Нашёл, что вспомнить, — бурчит кибернетик, а я диву даюсь. У Гелла сестрёнка есть! Во дела. — Так она спалила, что он подсматривает, — продолжил дурень, — и как запустит в него мокрым полотенцем. Галло уворачивается, а позади него как раз проходил я с Ра'архом. И это полотенце как намоталось Ра'арху на жвала. От прилетевшего «снаряда» его откидывает в стену, он в недоумении начинает скорее срывать с себя эту тряпку, при этом сам себя схватил за космы, тянет их и орёт. А сам не поймёт, в чём дело. Я начинаю дико ржать, Вира обмоталась другим полотенцем и поспешила на помощь Ра'арху… — Потому что она на тот момент была без ума от него, — встревает в рассказ умник. Ничего себе подробности. — В итоге Галло тоже стал помогать, — перехватывает Гелл, в то время как Смугляш уже стал стыдливо закрывать лицо рукой. — Ра'арх всё же освобождается от пут, а тут мордень Галло. Ну и, естественно, Ра'арх, с психу, как врезал ему по этой морде. Галло так отлетел, что зацепил Виру и повалил её на пол. Та пищит. Я же, как любящий брат, решаю вступиться за сестру. Тогда такой не хилый махач завязался. Нас смогли растащить лишь подбежавшие Вожак и мой отец. Каких мы люлей от Вожака выхватили втроём этим мокрым полотенцем, не приведи Кетану испытать это вновь. — Зато Хирон потом знатно поржал над этой историей, когда мы у него, здесь, залечивали раны и ушибы, — добавляет Ра'арх, начиная с Галло громко хохотать. К концу этого рассказа я сама не то, что ржала, а валялась на полу в безысходном приступе истерического смеха, досконально представив всю эту картину. Вот уморы. Аж живот уже болит. — Да-а-а, столько дичи мы вытворяли в своё время, — успокоившись, заканчивает Гелл, покачав укоризненно головой. — А где, собственно, Вира? — задаётся вопросом Галло, посмотрев на дурилку, что сразу неожиданно опустил взор и пригорюнился. — Обычно она первая неслась к Ра'арху, кидаясь на его шею. — Да не утрируй ты, — отмахивается Смугляш, а я вскидываю удивлённо брови, недовольно подбочениваясь после таких подробностей. — Так у меня есть соперница? — Нет её, — тихо рычит Гелл, медленно делая вздох. — В каком смысле?! — вопрошаем хором, вперив изумлённые взгляды на неподнимающего голову Гелла. — Пропала она… Когда полетела с Хироном на Харпею в роли его ученицы, — печально оповещает он. — А назад старик вернулся без неё… Я поэтому и стал Арбитром, чтобы попробовать выбить хоть какую-то информацию о Вире у изгоев, но так ничего не нарыл… Ни следа, ни зацепки. Ничего! Будто её и не существовало вовсе. — Когда это произошло? — спрашивает Ра'арх. — Как раз в тот момент, когда прошёл слух, что ты подался в Отступники. Может Вира хотела найти тебя, но угодила в чьи-то треклятые бессовестные лапы. — Странно. Даже я, как информатор, ничего не слышал о ней, — заявляет Галло, призадумываясь. — То-то и оно, — фырчит Гелл, посмотрев на кибернетика. — Что с ней случилось, и где теперь её искать – сам к'жит не в курсе. — Гелл, почему не рассказал нам о своей сестре, когда мы были на Харпее? — решаю полюбопытствовать. — Мы бы поискали её там, или того, кто может знать о ней. — Я тебя умоляю, Ке'иит, — безэмоционально глаголит он. — Если уж наш «Серый посредник» ничего не знает, — кивнул дурень в сторону Галло, — то твой отряд или кто другой точно бы не смогли найти информацию о Вире. — Но если размышлять логически, — врубаю режим детектива, сложив руки на груди. — То она, скорее всего, была схвачена неизвестными бандитами и отправлена в такую же клетку, откуда мы освободили самок. Значит твою сестру, возможно, тоже продали кому-то. А всеми этими грязными делишками руководит Моргард. Значит, он может что-то знать об этом… — Ты думаешь, что Моргард запоминает всех самок, которые были проданы на его аукционе? — вмешивается Ра'арх. — Да ему было всегда плевать на них. Лишь бы их продажи преувеличивали его капитал. Не более… Но в то время за порядком на аукционе следил Кхаар. Может он и видел Виру… Да только теперь у него об этом не спросишь. — Печально вздохнул Смугляш и отвернулся. Ну вот. Начали за здравие, а закончили за упокой. И почему так всегда получается?***
Я сидела в одиночестве возле стола в наших с Хулт'ахом покоях и задумчиво глядела на свой ещё необработанный трофей, примостив свою голову на сложенные на столешнице руки. Полумрак царствовал в комнате, окутывая своей спокойной пеленой. Тишина давала возможность сосредоточиться на собственных мыслях и воспоминаниях. Но и возрождала печаль и скуку. Вздохнув, поднимаю руку и легонько провожу когтем вдоль по переносице отрубленной головы. Тереблю кончики ушей с кисточками. И зачем ты решил поохотиться на нас? В итоге сам стал жертвой. — Ну и? — прозвучал рык позади, и я вздрагиваю, резко оборачиваясь и напарываясь взглядом на Хулт'аха, что исполином возвышался в дверном проходе, опираясь спиной на раму со скрещенными на груди руками. — Я жду твоих объяснений, — вновь прорычал он. Вроде бы спокойно, но тон не предвещал ничего хорошего. Недовольный, каждая мышца напряжена. Колкий взгляд алых глаз, прожигающих насквозь и так чётко выделяющихся в полумраке помещения горящими угольками. Не люблю, когда он на меня так смотрит. Аж до дрожи всего естества. Опять будет отчитывать. Опять злой, как Демон. Понимая, что разговора не избежать, отворачиваюсь, снова кладу голову на скрещенные руки и обречённо вздыхаю. — А что рассказывать? Всё и так понятно, — тихо лепечу, не отрывая взора от трофея и слыша позади шипение закрывшейся двери. — Да, я опять накосячила… Но Ке'иит хотела есть, я и подумала, что будет замечательно показать ей чащу с деревьями, на которых произрастает целая куча понравившихся ей фруктов. Я была уверена, что кишир не объявится. Ты сам говорил ранее, что днём они, в основном, спят. — Поворачиваюсь к Хулт'аху, кинув на него укоризненный взгляд. А он продолжал стоять в той же позе возле двери. — Но кто же знал, что судьба опять сыграет свою злую шутку? Зато мы вместе с Ке'иит справились, и теперь у меня будет прекрасный трофей, — решаю перевести разговор на оптимистический лад, улыбнувшись и посмотрев на отрубленную голову, вновь проведя когтем по переносице существа. — А ты не подумала, что вы могли не справиться? — недовольно прорычал Хулт'ах, и я обречённо и громко вздыхаю, откидываясь на спинку высокого стула. Всё. Понеслось. — Ты сомневаешься в моих силах? — прихожу в раздражение, метнув на Хулт'аха хмурый взор. — Нет! Но уманка могла погибнуть. Об этом ты не подумала? — разразился он гневной тирадой, сжав кулаки. — К твоему сведению, — поднимаюсь я, делая шаг навстречу к Смуглёнышу, — это Ке'иит предложила ответить нападением на нападение… Смело. Бескомпромиссно. Медленно подойдя к глухо стрекочащему аттури, провожу пальчиком по его торсу, от чего он тут же замолкает, начиная следить за моими действиями. — Ке'иит очень храбрая, Хулт'ах, — тихо проговариваю, пытаясь не смотреть в эти глаза-угольки, а сердце предательски увеличило ритм. — Хоть она не такая быстрая и ловкая в бою, в отличие от нас. Но это можно, я думаю, исправить. — Что ты имеешь в виду? — Я могу стать ньяка-де для Ке'иит. Если, конечно, она сама согласится или попросит меня лично. Вновь провожу рукой по груди Смуглёныша, очерчивая пальцами каждый белесый шрам и тёмные пятнышки. Из его горла тотчас вырывается утробное урчание, а когтистая рука ложится на мою талию. — А тебе нужно расслабиться. Ты какой-то раздражённый, — укоризненно проговариваю, наконец, подняв взгляд и встретившись с багровыми омутами, зрачки которых мгновенно расширились. Секунда, и Хулт'ах подхватывает меня за бёдра, отрывая от пола, и впечатывает в стену. А я даже не удивилась, потому что уже была готова к этому. Он всегда был напористым. Всегда доминировал. — А ты будто не знаешь, почему я так раздражён, — низким тембром рычит он, больно впиваясь когтями в бёдра. — Может из-за того, что моя самка не желает меня? — повышает он тон, обдавая лицо горячим дыханием, и я обвиваю руками его шею, располагая ноги на его туловище, тем самым прижимаясь всем телом к нему. — Откуда такие выводы? — решаю включить дурочку. — Как я могу отказать моему обожаемому Вожаку. — А затем со всей страстью провожу языком по его белоснежным бивням, слыша в ответ раскатистое довольное урчание. Но тут же прихожу к идее немного «поиграть» с ним. Запускаю нахально руки в рецепторы Хулт'аха, и он протяжно застрекотал, подкатывая глаза от удовольствия и запрокидывая голову. Тут же изворачиваюсь и ногами толкаю его в живот, от чего, неожидавший такого поворота Смуглёныш теряет равновесие и опрокидывается на пол, а я кидаюсь к нему, нагло усевшись сверху, и провожу ладонью по его паху, почувствовав уже «готовое к бою» достоинство самца, который хотел сграбастать меня, но я шустро увиливаю от захвата, забравшись на наше ложе ногами. Хулт'ах удивлённо поворачивается. Наградив его лукавой улыбкой, медленно освобождаюсь от набедренной повязки, нижнего белья и лифа, оставив на себе лишь перчатки до предплечья и лосины, не прикрывающие гениталии. Смуглёныш поднимается и награждает взглядом, полным дикости и вожделения. Из его горла вырывается низкое рычание. Поза приготовившегося к прыжку хищника: растопыренные когти и ехидный оскал белоснежных клыков. Да, я добилась того, чтоб завести его развратную натуру. Но я гордо поднимаю подбородок, спрыгиваю с ложа и, медленно, покачивая бёдрами, подхожу к стене с оружием, останавливая свой взгляд на кнуте из длекса – очень прочном, но очень лёгком. То, что надо. Хватаю его со стены и замечаю боковым зрением Хулт'аха. Ишь ты! Решил незаметно подкрасться? Ага! Щас прям! Мгновенно отпрыгиваю в сторону, ухожу от захвата когтистой лапы, и принимаю боевую стойку, расправив кнут. Да только я не собираюсь принимать попытку победить своего самца. Не в этот раз. Хулт'ах не нападал, а лишь молча наблюдал за мной. Выпрямляюсь и медленно подхожу к нему, ласково проводя рукой по торсу, затем по сильным плечам, слегка задевая пальцами чувствительные рецепторы. Снова довольное урчание, моя рука перемещается на спину Рла. Убираю в сторону рецепторы и начинаю покрывать поцелуями мощную спину. В одной руке кнут, а вторую кладу на достоинство самца, проводя с нажимом. Многотональная трель сменяется на раздражённый рык. Хулт'ах сцапывает меня за эту руку и тянет вперёд, перехватывает за талию и делает так, чтобы я прогнулась в спине. Шершавый язык начинает выводить невидимые узоры на груди и доходит до шеи, срывая с губ невольный стон. Но в тот же миг чувствую, как Хулт'ах аккуратно выуживает из моей руки кнут. — Беги, — урчит низким рыком Смуглёныш прямо над ухом, и моё сердце пустилось в пляс, а рассудок преподнёс предположительные будущие действия самца, учитывая, что теперь кнут был в его власти. Прерывисто выдохнув, отталкиваю Хулт'аха и сразу срываюсь с места, но в то же мгновение слышу характерный свист кнута, рассекаемого воздух, и моё тело обвивают путы. По инерции меня отбрасывает назад, опрокидывая на пол. Довольно урчащий аттури с горделивым взглядом обходит меня, нагибается и хватает за валары, больно потянув на себя. А затем ставит на колени, приблизившись областью паха к моему лицу, недвусмысленно намекая на интересное продолжение. Вот же развратник. Хорошо. Будь по-твоему. Когда путы ослабли, отодвигаю полы набедренной повязки и со всей страстью провожу языком вдоль его достоинства, начиная очерчивать головку, слегка захватывая ртом самый кончик. Сверху снова звучит переливистый довольный стрекот. Поднимаю взор и вижу, как Рла блаженно смеживает веки. Рукой хватаюсь за его «дружка» и начинаю производить движения сверху-вниз, попутно стараясь как можно шире раскрыть рот, чтобы глубже заглотить достоинство. Мощная грудь Смуглёныша начала вздыматься от участившегося дыхания. После нескольких минут сладострастных пыток, Хулт'ах прерывает меня, подхватывает под подмышки и прижимает к себе, держа за ягодицы. Несколько шагов, и он опрокидывает меня на ложе, припечатывая пятернёй к шкурам. Приподнимает бёдра и проникает в меня, срывая стон удовольствия, а сам начинает шипеть, сразу наращивая темп. После одного соития последовало другое. И так несколько раз, пока Хулт'ах не рухнул устало на ложе, располагая меня подле себя, стараясь отдышаться. От секреции его смуглое тело поблёскивало в тусклом свете, исходящим из полузакрытого тяжёлыми портьерами окна. Прекрасный рельеф мышц, разметавшиеся в стороны рецепторы и закрытые глубоко посаженные глаза. Бивни подёргиваются при каждом выдохе. Хе-хе. Прибалдел мой Рла после такой «разрядки». А меня некая гордость берёт. Тоже отдышавшись, перемещаюсь и нахально ложусь на его живот, укладывая голову на скрещенные руки. Хулт'ах открывает глаза и направляет на меня свой затуманенный взгляд, искрящийся нежностью, а его рука ласково проводит по валарам, заставив невольно улыбнуться. Как же я его обожаю. Каким бы он не был хмурым и строгим Вожаком, но в такие моменты он становится самым нежным и ласковым самцом. — Ты довольна, что Ра'арх вернулся? — бархатистым баритоном интересуется Рла. — Ещё спрашиваешь. — Расплываюсь в широкой улыбке. — Да только возвращение произошло не лучшим способом, — печально вздыхает Хулт'ах, отводя взор. — Ничего, мой Рла, — решаю утешить его, проведя ладонью по перепонке и привлекая внимание. — Ты же знаешь, наш сын сильный духом, как и его отец. Он сможет справиться с этим недугом. Тем более, у него теперь есть хорошая поддержка в лице такого смелого и неотступного командира, как Ке'иит, — добавляю следом, начиная давить ехидную лыбу. — О-о-ох… И сыскал же он такую чокнутую уманку, — фыркает Смуглёныш, воздев очи горя к потолку. — Это же она его нашла… И спасла, — уточняю, задумчиво прокручивая унтар на рецепторе Рла. — Ладно, признаю. — Вздыхает Хулт'ах. — Ке'иит хоть и безрассудная, но такая же хрупкая, ранимая и переживающая за всех самка. Она рассудительна, честна и покорна в нужный момент. — М-м-м! Вижу, что вы успели с ней найти общий язык, пока были на Карроте, — лукавлю, подёргивая бровками. — Она оказалась настолько хитрой, что смогла с лёгкостью уболтать Галло помочь. — Вот! Я же говорила, что Ке'иит может помочь в этом деле. — Приподнимаю указательный пальчик вверх. — Я была полностью уверена в этом. — А затем этим же пальцем провожу по влажной крапчатой коже своего самца. — Я успела заметить, что она даже тебя смогла легко утихомирить в лесу. А это даже мне порой не удавалось. — Она была в тот момент очень убедительной, говоря такие умные слова, — надумал отбрехаться Хулт'ах, вызвав у меня невольный приступ смеха. — Сделаю вид, что поверила, — иронизирую я, принимая сидячее положение прямо на нём. — Но я говорю чистую правду, — на полном серьёзе заявляет Рла, заставив удивиться. — Ке'иит смогла добиться своей доблестью и храбростью не только моего уважения. — Ещё больше изумляет он своими выводами. — На Карроте нам довелось столкнуться с одними бандитами, когда мы с ней сидели в баре… — В баре?! — не наигранно удивляюсь я, наградив самца шокированным взглядом, и он утвердительно кивнул, приподняв верхнюю жвалу. — Ке'иит сама предложила пойти туда, чтобы скоротать время, пока Галло и Сид'минд были заняты чертежами будущего протеза. — Да она действительно хитра, — выдаю своё умозаключение, скрестив руки на груди. — Эти бандиты, прознав о задумке Моргарда – подчинить всех, даже против воли, решили отыскать ту, что смело пошла вместе со своим отрядом против него, когда остальные боялись даже пикнуть в адрес этого урода. И пришли к решению предложить Ке'иит союз против общего врага. Они сказали ей, что помогут найти её подчинённых, дабы добиться её уважения. Но взамен Ке'иит должна постараться завоевать доверие у нашего народа и повести воинов за собой. Хотя это будет сложно осуществить для уманки. Но в тот момент я, признаться честно, удивился. Ке'иит на вид такая же простая уманка, как и все из её рода, но она смогла вызвать своими храбрыми и отчаянными поступками, уважение и признание даже у своих врагов. А это многое значит! Они признали её силу и влияние, несмотря на вражду. И мне стало интересно, а сможет ли она в действительности суметь добиться признания и доверия у наших воинов, уговорить их и лидеров других кланов, объединиться и пойти против Моргарда и его приспешников? Я бы хотел самолично лицезреть этот момент. — Надо же. Она вызвала у тебя неподдельный интерес. Это дорогого стоит, — делюсь своими умозаключениями, чувствуя гордость по отношению к Ке'иит. — А сам ты согласишься приказать нашим воинам последовать за уманкой? — Возможно, — неоднозначно отвечает Хулт'ах, пожав плечами. — Только если она станет сильнее и докажет мне, что достойна этого. — Кто бы сомневался, что ты так просто не согласишься, — посмеиваюсь я. И тут наш диалог прерывает неожиданный короткий писк. Повернув голову в сторону источника звука, натыкаюсь взглядом на левый наруч Рла, который он ранее откинул подальше в порыве страсти. Ещё один короткий сигнал, и круглая кнопка на нём загорается красным огоньком. Хулт'ах тотчас поспешил подняться, напялил обратно набедренную повязку и вернул наруч на законное место. — Странно. Вожак клана, поселение которого находится недалеко от нашего, вдруг решил связаться со мной, — оповещает Смуглёныш, увидев информацию на голограмме, выпорхнувшей из наруча. Многотональная трель вырвалась из горла Хулт'аха, и он поспешил к информационной панели, что имелась в наших покоях. — С тобой не часто связываются другие лидеры кланов, — фыркаю я, мысленно сетуя на высокомерие каждого из этих Вожаков. — Надеюсь, ничего не случилось. — Вот сейчас и узнаю…
