Жестокость.

Они готовились к этому моменту на протяжении нескольких лет. Покупка оружия, изучение материалов по изготовлению взрывчатки. Все, чтобы их мечта осуществилась. Шрамы на руках, синяки, оставленные отцом еще неделю назад, следы от удушения. Вот что видел Дилан, смотря в зеркало. Парень надевает привычную черную водолазку, скрывая от мира свою слабость, больное место. Черный плащ, прикрывающий бедра, на которых так же остались синяки и глубокие царапины, которые до сих пор болят. Вчера он не решил тот длинный пример, который ему задал учитель. Дилан знал, что это ему уже не нужно. Длинные кудрявые волосы спускаются на плечи - парень распустил хвост. Оставалось около часа, но медлить было нельзя. Да и к тому же Эрик точно приедет пораньше и снова начнет кричать на своего друга, ругая за опоздание, пускай даже самое незначительное. Их история началась еще 5 лет назад, в коридоре, где никогда не ходили учителя, когда один защитил другого. Дилан прекрасно помнил, как это произошло. Его били, хватали за волосы, прижимали к стене, чтобы еще раз ударить под ребра, роняя на пол. В то время Эрик был еще тихим застенчивым мальчишкой, с которым было приятно общаться, но не более того. Он часто видел, как Дилана избивали, но предпочитал молчать, не подавая виду. Но именно в этот день Эрик какого-то дьявола решил заступиться за непутевого одноклассника, даже не предполагая, как это отразится на его жизни. Он пролез между хулиганами и лежащим парнем, словно в фильмах про героев. Но Эрик не герой, теперь он такой же изгой, как и Дилан. Первое время они не ладили: Эрик злился и на себя, и на Дилана одновременно. Но затем парни решили держаться вместе. " Если умирать, то только не одному" -- смеялся Эрик, доставая из пачки Морриса очередную сигарету. Теперь они все делали вместе -- учились, гуляли, убивали. Хулиганы продолжили издеваться над парнями, под милые улыбки своих девушек, пытаясь показать себя круче. Иногда Эрик находил в себе силы ответить обидчикам, но чаще просто терпел ужасную боль, крепко стиснув зубы. Вся школа считала их придурками, а после перехода в старшую школу уже забыли их имена, коротко называя "шизанутые". В прочем, им было уже плевать. Их судьба уже предопределена. Раздается выстрел, пол усеян осколками, некоторые из которых были в крови. Подростки прячутся под столами, в надежде, что это их спасет. Учительница говорит с кем-то по телефону, ощупывая свою ногу, в которой застрял крупный кусок стекла. Ученики плачут, молятся богу, словно это было их спасением, словно они не виноваты в этом, словно они не заслуживают смерти. Треск сколков извещает учеников о приходе их палача. — Вы все, вставайте! — голос убийцы эхом отражается от стен, голоса мгновенно затихают, — Ублюдки! Всем встать! В это же время звучит первый выстрел и громкий крик девушки, что сидела рядом с уже мертвой подругой. Он смотрит под стол, стреляет и кровь окрашивает мебель. Это повторяется раз за разом. Дилан убивает молча, Эрик всячески издевается над жертвой, то выпуская комментарии, полные желчи и злобы, то хватает учеников за волосы и мучает, ломая кости, после чего добивает. Они улыбаются -- их мечта почти сбылась. — Этот сучонок уже сдох, — смеется Эрик, подталкивая к трупу парня, — Давай, пусть этот хуесос получит по заслугам. И Дилан соглашается, избивая тело уже мертвого подростка. Чистая белая кепка лежит на полу, медленно окрашиваясь в красный цвет. Эрик смеется. Громкий, беспрерывный, совершенно не добрый смех, не предвещающий ничего хорошего. Еще живые ученники дрожат от каждого звука, надеясь, что смерть, в лице Эрика и Дилана, обойдет их стороной. Убийцы чувтсвуют себя настоящими богами -- не каждый сможет так легко заставить людей плакать только от твоего присутствие рядом с ними. Сейчас они могут сделать с этими жалкими людишками все что угодно. Захотят - убьют, захотят - оставят. Сейчас все зависит от них. Только от них. — Кто там? — спрашивает Дилан, медленно подходя к самому большому столу, за которым скрывается ученик, — Покажись. Подросток повинуется, и убийца узнает его. Это , наверное, единственный человек, который относился к ним с уважением. — Это я, — тихий голос, прерывистый, ученик до ужаса боялся, — Джон. Повисла тишина. — Вы меня убьете? — Нет, не убьем. — Дилан, что же ты делаешь?.. — Да, так, людей убиваю. Беги. — Что? — Беги! И он побежал, со всех ног, едва не падая на резких поворотах. Это был единственный, кто выжил в тот день в этой проклятой библиотеке. **** Прошло больше часа, здание окружила полиция. Бежать было некуда, но парни и не пытались. Они знали, что это случится и были готовы к такому развитию событий. Специально припасенные пистолеты с одним лишь патроном тому подтверждение. Они молчат, они не хотят обсуждать это, потому что не могут ничего сделать. Им не спастись, это было ясно с самого начала. Эрик столько говорил об этой части, так боялся, пытался найти другие пути, представлял, что сможет в одиночку убить всех этих копов. Дилан в ответ лишь мотал головой, нежно гладил друга по спине, словно утешая, сочувствовал. — Хочешь что-то сказать, — усмехается Эрик, сплетая свои пальцы с чужими, — напоследок? — Хочу. — парень смеется, осматривает пистолет, и вновь кладет на пол, — Хочу сказать, что никогда не любил гороховые супы и всегда выливал их, когда мама мне готовила. Это мое чистосердечное признание. — Блять, мы только что расстреляли пол школы. Тебя только это волнует? — Да. — Ты - самое лучшее, что у меня было… Но знаешь, в чем проблема? Что самое худшее - тоже ты. — парень усмехается, сильнее сжимает чужую ладонь и подносит пистолет к голове, — Я люблю тебя. — И я тебя, Эрик. — Раздаются два выстрела, и пугающая тишина. Все говорят, что будет хорошо. Но никто не говорит, когда именно. Для них хорошо наступило только сейчас.