Всякие никому не всратые зарисовки

      Бывают иногда такие моменты, когда чувствуешь себя одиноко. Когда и грустно и плохо и помочь некому и исправить это ты не в силах. На душе ещё появляется такой противный осадочек, от которого после трудно избавится.       Антону это чувство очень знакомо. Он переживает его каждый день, даже не переживает, а живёт с ним. Он приходит каждый раз в свою квартиру, которая насквозь пропитана одиночеством, скидывает одежду, снимает обувь и идёт переодеваться.       Всё как всегда. Каждый день, будто по одному и тому же сценарию, который парень знает от и до. И ничего нового. Каждый день будто репетирует собственную жизнь, но факт в том, что до самого концерта не дойдёт. Так и проживёт всю жизнь в репетициях.       Ставить чайник на плиту под фоновые звуки телевизора, расфокусированным взглядом пытаясь найти нужный коробок из-под чая. Стараясь никуда не смотреть, потому что одиночество этой квартиры можно не то что почувствовать, а даже увидеть.       Оно тут повсюду, пропитало квартиру насквозь. Оно впиталась в выцветшие обои, оно осело на каждом предмете мебели, да и просто на каждом предмете. Оно повсюду. Оно покрывает стеклопакет окна так, что рассмотреть что-то в окне можно только через него. Оно впиталось в каждую вещь Антона, в каждую толстовку, в каждую футболку и штаны. Оно окружает парня со всех сторон и от него нельзя избавиться, он пробовал.       Парень пытался завести друзей, завести любимого человека, но ответ всегда один — у тебя странный запах. Да, у омег обычно очень приятный сладковатый запах, который хочется вдыхать, которым хочется заполнить лёгкие до отказа, от которого каждый альфа сходит с ума.       Но у Шастуна не так. Ему не повезло с запахом. На протяжении всей жизни ему говорят, что от него неприятно пахнет, что к нему не тянет, с таким никто не захочет завести семью.       Антону ничего не оставалось, кроме как показать фак этим людям и смириться, потому что это факт. Против природы не попрёшь и он не собирается. Он смирился, что ни один альфа и ни одна бета даже не посмотрит в его сторону.       Проще смириться, так и жить легче.       Антон уже привык к тому, что одиночество облепило его кожу снаружи и душу изнутри. Что оно везде — и вокруг, и в нём самом. Оно не позволит ему как-то уйти. Не бывать этому. Он обречён на него.